«Благодари Бога, что Он дает тебе случаи и возможность служить Ему в лице нищих, больных и различных несчастных людей, ибо, служа им, служишь Самому Христу», – пишет св. прав. Иоанн Кронштадтский. Этому мудрому наставлению следуют и устроители Иоанновской гостиницы для бездомных, расположенной в Твери. О своем служении и помощи ближним рассказал куратор, заместитель руководителя этого благотворительного проекта Василий Почтарев.

«Господь хранит пришельцев…» (Пс. 67:6)

– Василий, расскажите, пожалуйста, когда ваша гостиница начала свою работу? С чего все начиналось?

– Пункт обогрева и ночлега для бездомных начал принимать первых посетителей в феврале 2016 года. Как получилось, что мы открылись? У учредителя был бизнес в наших краях, по нашим меркам, достаточно крупный – комбинат, с большим количеством работников. Но потом это предприятие пришлось переводить в другой город, люди потеряли свои рабочие места. Помочь работой он уже не мог, и тогда решил направить свою помощь на бездомных, людей, у которых возникли трудности с жильем, предоставив им возможность иметь бесплатный ночлег, вместо того, чтобы они платили за съемную квартиру.

– Сколько человек может поместиться в гостинице?

– Гостиница рассчитана человек на 28-30. Но пока в связи с карантином принимаем только половину от этого числа, то есть небольшая наполняемость. И еще не сезон – летом люди «разбредаются». Большой наплыв происходит в первые-вторые заморозки. Самое большое единовременное количество постояльцев, что у нас было, это 22-24 человека. А раньше, когда у нас стояла палатка на 14-16 койкомест, заполняемость была полная. Есть такие, кто месяц-два постоянно ночует, по полгода. В основном, это мужчины, женщин немного. Но сейчас у нас одна женщина постоянно живет, помогает. Останавливаются у нас и небогатые паломники.

– Кого не берут в постояльцы?

– Если к нам пришел кто-то в нетрезвом состоянии, такого мы принять не можем. Сначала пускали, но имели печальный опыт. За одним начинают все...

– Когда у вас часы приема? Могут ли ваши подопечные поесть, принять душ?

– Остановиться у нас можно с семи часов вечера до девяти утра. Мы предоставляем кров и еду: ужин и завтрак. У нас можно помыться, переодеться. Хотя у нас достаточно спартанские условия: двухъярусные кровати и так далее. Но жить можно.

– Гостиница занимает отдельное здание или только часть?

– Гостиница расположена в отдельном строении. Второй этаж полностью жилой, за исключением кабинета бухгалтерии, а на первом этаже находятся хозяйственные помещения, трапезная, кухня, душевая, раздевалки, склад вещей и продуктов, охрана, медицинский кабинет. Только вот, к сожалению, медика мы не можем найти, чтобы он проводил осмотр постояльцев. Поэтому пока охранники измеряют температуру и по мере своей медицинской образованности чисто визуально определяют состояние здоровье гостя – пускать или не пускать. Потому что совсем больных мы размещать не можем во избежание заражения остальных, здоровых. С охранниками, кстати, тоже кадровая текучесть: за маленькую зарплату особо никто не идет. А если придут, то посмотрят и уйдут.

– Как люди узнаю́т о гостинице?

– Предполагаю, узнаю́т о нас, в основном, из интернета. Звонят, говорят, нашли наш телефон. А найти его можно только в интернете и храмах, где стоят кружки для сбора пожертвований, вот там тоже есть наши контакты – в свое время мы раздавали по храмам визитки, чтоб, если кому-то негде жить, обращался к нам. И, конечно, работает сарафанное радио: кто-то у нас побывал и рассказал другому. Рекламу на телевидении и по радио мы не выпускаем, потому что это дело затратное.

Забота без границ

– Ваша гостиница носит имя святого праведного Иоанна Кронштадтского. Кроме этого, как-то подчеркиваете, что она православная?

– У нас крест на воротах при входе размещен, и баннер с изображением нашего небесного покровителя – с торца здания. В самой гостинице у нас находятся большие иконы Спасителя, Божией Матери, Кронштадтского пастыря. Так что люди приходят и видят, что пункт ночлега православный. Но принимаем мы всех, не смотря на их вероисповедание и религиозные взгляды. У нас и мусульмане были, и католики, и иудеи, и атеисты. 

В полном масштабе миссионерской деятельностью это не назовешь, все по возможностям. Например, был у меня микроавтобус, я и по монастырям возил желающих. А сейчас батюшка к нам приходит, на большие праздники молебен служим. Если кто желает исповедоваться, креститься, в этом, конечно, тоже не отказываем.

– Благодаря вашему служению приходил ли кто-то из неверующих к вере в Бога?

– Не могу сказать, что таких случаев много, но несколько человек к вере пришли. Одного из них мы даже устроили у батюшки в районе – помощником по хозяйству. Он прижился и по сей день помогает отцу. Но есть и другие примеры. Путь к вере не так прост: многие приходят, рьяно начинают интересоваться вопросами духовной жизни, а потом… Вот один наш постоялец в молитвенной комнате молился утром, вечером, в храм ходил, причащался, а потом все равно кривая дорожка увела, начал выпивать, исчез. На сегодняшний день не знаю его судьбу…

– Не пытались ли вы расширить свою деятельность и предлагать людям не только ночлег, но и работу?

– У нас просто гостиница. Да, если бы назвали ее Домом трудолюбия, тогда мы должны были бы обеспечить людей работой. А мы никого не можем привлекать к работе, у нас по уставу так прописано. Конечно, если у человека есть желание остаться, в чем-то помочь, тогда да. Здание, в котором мы сегодня расположены, выделено нам в безвозмездное пользование администрацией, и они приезжают, проверяют, чтобы мы не вели никакую коммерческую деятельность. Поэтому приходится искать спонсоров, помощников. Но практически никто не откликается. Говорят, если бы были дети, тогда другой вопрос, а так «у вас мужики здоровые». Только процента два откликается с предложением помощи. Поэтому и говорить о расширении не приходится.

– Сотрудничаете вы ли с какими-либо организациями, занимающимися социальным служением?

– Взаимодействуем. У нас в Твери есть Дом милосердия, это правительственная организация. Вот там берут постояльцев на два месяца. У них, правда, более строгие требования, чем у нас: например, чтобы к ним попасть, надо результаты анализов принести. Это своего рода приемник-распределитель: кто под их требования не подходит, направляется к нам. И пока у них подопечный два месяца живет, они подготавливают ему документы, смотрят, куда определить человека – в дом престарелых или в дом инвалида. У них и бюджет есть, и медики. А если к ним попал здоровый, он за два месяца должен определиться с работой, Дом милосердия поможет ему восстановить документы, если у него их нет.

Чтобы деятельность не прекращалась!

– Пандемия внесла какие-то изменения в вашу деятельность?

– В связи с карантином у нас не было постояльцев. Нам не разрешали их принимать, хотя я звонил во все инстанции, узнавал, как нам поступать в данной ситуации, и куда направлять приходящих к нам людей. Ведь было сказано сидеть дома. А где сидеть тем, у кого дома нет? И принимать их мы тоже не можем, поэтому мы, как и все гостиницы, были закрыты. Я и на горячую линию звонил в Москву, в правительство, никто не мог сказать. И нам постоянно звонили люди, спрашивали, интересовались, открылись мы или нет, и когда откроемся. Около месяца назад мы возобновили деятельность, принимаем гостей. По молитвам Батюшки и Иоанновской семьи, люди остались живы. Святой Иоанн нас не оставляет.  

– Какие стороны его служения Вам особенно интересны?

– Социальное служение отца Иоанна, его помощь людям – все это очень близкие нам вещи. Он без боязни ходил по трущобам Кронштадта, где жили бедняки, попрошайки, пьяницы, отдавал им последнее. Так что даже матушка Елисавета писала, чтобы его зарплату выдавали лично ей, потому что, отец Иоанн приходил домой уже без средств. И, конечно, как не вспомнить его молитву, прозорливость, дарованную ему Богом. По молитве его люди исцелялись, решались их житейские проблемы. Помогает он и нам.

– А «несвятые» помогают?

– У нас есть сочувствующие. Я иногда делаю репосты в соцсетях, сообщаю, какие проблемы у нас возникают. Кто-то откликается, пытается помочь. Привозят еду, одежду, помогают оплатить счета. А когда у нашего спонсора возникли финансовые проблемы с содержанием гостиницы, я написал в Иоанновскую семью с просьбой о помощи. Руководство Семьи откликнулось: снарядили машину и из Петербурга привезли гуманитарную помощь с продуктами, вещами. Это помогло нам продержаться.

– Вы были участником Юбилейной встречи Иоанновской семьи в 2019 году. Какие воспоминания остались?

– Быстро пролетело время. Общались, делились, многое для себя почерпнул, хотелось бы здесь, у нас воплотить, но пока не особо получается. Я не выступал, был слушателем. Полезно послушать, как у других осуществляется служение. Понятно, что проблемы у всех одни и те же, но вот кто и как из них выходит... Хотелось бы, чтобы было больше времени для общения, а когда такая насыщенная программа: выступления докладчиков, культурные мероприятия, богослужения, то особо не пообщаешься. И когда очень много народу, то со всеми не перезнакомишься. 

Тем более я не присутствовал на открытии и закрытии, потому что был ограничен во времени – надолго хозяйство-то не бросишь, а помощников тут у нас раз-два и обчелся. Приехал поздно вечером, даже и Петербург толком не посмотрел: видел только вечером. Днем, в основном, был в гостинице – на круглых столах. А потом поехал на Карповку, в монастыре было всенощное бдение.

– Что пожелаете Иоанновской семье?

– Иоанновской семье я хочу пожелать здравия, благополучия и дальнейшего развития, чтобы ее деятельность не прекращалась!