Иоанновская семья

Храмы, монастыри, часовни, гимназии, приюты, братства, сестричества, благотворительные фонды, общества и иные православные организации, посвященные святому праведному Иоанну Кронштадтскому

Главная Иоанновская семья Путеводитель Интервью Иером. Петр (Бородулин), Пенза: С Иоанновской семьей появилось ощущение силы

Иером. Петр (Бородулин), Пенза: С Иоанновской семьей появилось ощущение силы

Какой помощи ждут храмы в глубинке, почему важны встречи Иоанновской семьи, чем вдохновляет служение Всероссийского батюшки, редакции Pravprihod.Ru рассказал настоятель храма св. прав. Иоанна Кронштадтского иеромонах Петр (Бородулин), город Пенза.

Врачебница душ. Врачебницы телес

– Отец Петр, ваш храм расположен рядом с больницей. Можно ли его назвать больничным? Кто ваши прихожане?

– Храм находится не на территории больницы, а за ней, поэтому больничным он является весьма условно. Это вполне самостоятельный храм, просто он примыкает к территории Областной клинической больницы Пензы и Областной психиатрической больницы Пензы.

Конечно, к нам приходят больные, и среди них люди, имеющие психическое расстройство, но процент обычных прихожан побольше, их у нас порядка 25-30 человек. Хотя в связи с пандемией, приход сейчас сократился на треть. Люди побаиваются ходить в общественные места, ведь нашим прихожанам, в основном, за 50, то есть они находятся в зоне риска.

Молодежи у нас почти нет. Конечно, существуют общины, где молодых достаточно много, но, в целом, такие приходы в Церкви встретишь не так часто. А мы еще и соседствуем с больницами, городским моргом. Да и храм по площади небольшой, снаружи невзрачный, больше похож на какой-то склад или казарму. Все это делает его не особенно привлекательным для молодых.

– Здание вашего храма дореволюционной постройки. А в досоветские времена как оно использовалось? Что тут находилось?

– Раньше это был храм-усыпальница, здание его было разделено на две половины: в одной половине покойников одевали, укладывали в гроб, а во второй – отпевали. Для этого храм и был приспособлен, для этого и строился. Тогда ведь моргов не было. Когда там был устроен алтарь, я точно не знаю. Может быть, сразу с постройкой.

В советское время храм был закрыт, сейчас он находится в обветшалом состоянии. Трудов еще много нужно приложить, чтобы привести его в хорошее состояние.

Живые и мертвые

– Обращаются ли к вам за отпеванием?

– Обращаются, конечно, ведь рядом морг. Этим и живем. Но это уже не столько приход храма, сколько «уход».

– Уход в иной мир… К Вам приходят люди, которые, возможно, раньше не задумывались о существовании иного мира, жизни после смерти. Бывают ли случаи, когда вследствие потери близкого, люди встают на путь осознанной веры?

– По моим наблюдениям, людей, которые в момент отпевания задумываются о смысле жизни, среди родственников покойников очень мало. Обычно люди приходят именно на отпевание. Они заинтересованы в том, чтобы бы все это побыстрее закончилось, и они ушли, похоронили и разъехались по домам. Может быть, кого-то при отпевании в храме иногда касается благодать или возникают особые чувства, но это редкие случаи. А когда такое происходит, человек, действительно, спустя какое-то время возвращается к нам в храм, напоминает, что мы отпевали его родственника, заказывает требы, и даже остается в нашем приходе.  

– Как Вы считаете, насколько, вообще, этично, когда у человека горе, говорить ему о том, чтобы он задумался о собственной жизни, о вере, о Боге? Или отпевание – не самый благоприятный момент для этого?

– Каждый случай конкретен. Вместе с тем, и каждый священник, а ведь многие из нас служат не один десяток лет,  может определить примерный состав тех, кто пришел на похороны: воцерковленные перед ним люди или нет. Если  воцерковленные, то, конечно, они всерьез задумывались о вечности и раньше. Очень хорошо, когда на заупокойном богослужении таких людей большинство. А если их совсем мало, что ж… Наше дело сеять семя, а уж упадет оно на плодородную землю или на каменистую (Мф. 13:3-23), не наша забота. В некоторых случаях, если от меня требуется какое-то слово, я просто говорю: «Я очень сожалею о вашей утрате». И все. И большего даже не нужно. Такие слова, как «Успокойтесь, Ваш родственник сейчас на Небесах с Богом», скорее, могут возыметь обратный эффект. Люди могут не понять.

«Со страхом Божиим и верою приступите…»

– Как часто проводите службы в храме?

– Богослужения у нас совершаются 2-3 раза в неделю. Чаще не служим, поскольку на буднях у нас почти не бывает прихожан.

– Причащать больных идете сами или их приводят?

– В основном я сам хожу в больницы, и там причащаю в палатах, но иногда больные приходят сами или их приводят.

– Среди больных наверняка бывают люди некрещеные, которые хотят креститься. В таких случаях где совершаете Крещение?

– В больнице крестим редко: лишь тогда, когда человек прикован к постели. В основном же, люди сами приходят в храм, и там над ними совершается Таинство Крещения. Но дело в том, что с нами по соседству, совсем рядом, располагается еще одно медучреждение – перинатальный центр, там, в реанимации лежат дети, рожденные с патологией. Они находятся под колпаками, в кювезах. И по просьбе их родителей я крещу их. Прямо там, в реанимации.

– Готовятся ли ваши подопечные из числа взрослых к Таинствам?

– Прежде чем пойти на требу, на Соборование или Причастие, я требую от родственников болящих или от самих болящих согласия на принятие Таинства и хотя бы небольшой подготовки. Нужно, чтобы человек задумался о грехах, осмыслил свою жизнь, по возможности, записал их или хотя бы просто вспомнил о них. И, как правило, больные всегда подготовлены к Таинствам, ждут моего прихода.

– Вы сказали, что порой требуете от родственников болящих согласия на участие в Таинстве. А почему у родственников?

– Зачастую больше желания, чтобы болящий поучаствовал в Таинствах, даже не у него лично, а у его близких, потому что сам больной находится в состоянии тяжелой болезни или даже при смерти. Но, конечно, и сами больные при этом не возражают. Просто инициатива часто идет от родственников.

Совместными усилиями

– Отче, небесный покровитель Вашего храма известен различными сторонами своей деятельности. Какая из них Вас воодушевляет больше всего?  

– В первую очередь, меня вдохновляет социальное служение отца Иоанна, его Дом трудолюбия, и, конечно то, что он ежедневно совершал Литургию, привел к покаянию многих наших соотечественников, помогал им. Без сомнений, он помогает и нам во всех наших делах: я в это твердо верю, поскольку наш храм освящен в честь Иоанна Кронштадтского. Я регулярно обращаюсь к Батюшке и твердо верю в его заступление и помощь.

– Многие участники Иоанновской семьи соборно молятся своему небесному покровителю. Насколько, по Вашему мнению, важна такая молитва?

– Молитва, людей объединенных именем святого, конечно, важна. Но еще более важно то, что мы объединены именем одного Бога. Если говорить о молитве, я считаю, что этого достаточно. Но еще в деле нашего сообщества большое значение имеет подражание нашему святому в социальном служении. Это то, что нас должно объединять.

– Осенью 2019 года Вы побывали на Юбилее Иоанновской семьи, в рамках которого были организованы круглые столы, посвященные теме социального служения, выступали докладчики, демонстрировались видеоматериалы. Какие у Вас остались воспоминания об этой встрече?

– На Иоанновских торжествах я побывал впервые и пришел в восторг от всего увиденного, потому что там я познакомился с разнообразными видами социальной деятельности Семьи, встретил много знакомых, а с кем-то и познакомился. Очень много дала эта встреча. Я почувствовал, что благодаря нашим совместным усилиям, мы действительно можем преобразить общество, появилось ощущение силы. Совершать такие дела возможно на самом деле, и, что важно, их подхватывают многие и многие люди, они тоже вовлекаются в деятельность Семьи. И для меня это было удивительно, потому что в наших провинциальных епархиях такого массового участия людей, объединенных одной идеей, просто нет.

Также я заметил, что социальное служение наиболее активно развивается, в основном, в больших городах, где больше возможностей, где большие приходы. Поэтому мне видится, одна из главных задач нашей Семьи – распространение социального служения не только в центре, но и на периферии. Конечно, мы загорелись от этой встречи, но когда мы сталкиваемся с реальностью, это и кадры, и финансовые возможности, возникает затруднение.

Вторая проблема – в провинции очень мало инициативных людей. Было бы хорошо, если бы Иоанновская семья из больших городов, Петербурга, Москвы, присылала деятельных участников, которые явились бы своего рода закваской для нас, других членов семьи. А мы, Бог даст, постарались бы подхватить на местах, конечно, не без благословения правящих архиереев, и понесли это служение дальше.

– Что бы Вы сегодня хотели пожелать организаторам и всем участникам Семьи?

– Организаторам и участникам Иоанновской семьи хочется пожелать помощи Божией в дальнейшем служении, чтобы они не оставляли своих трудов, а по возможности приумножали их, ну и, конечно же, ходатайства Иоанна Кронштадтского в их делах. Дай Бог, чтобы дело социального служения ширилось и росло. Храни Вас Господь!

Справка. Настоятель храма в честь святого праведного Иоанна Кронштадтского г. Пензы, иеромонах Петр (Бородулин) родился 9 октября 1976 года в г. Вольск Саратовской области. В 2001 году окончил Саратовский Государственный университет имени Н. Г. Чернышевского (специальность «Филология. Английский язык и литература»), в 2012 – Саратовскую Православную духовную семинарию, в 2015 – магистратуру Саратовского Государственного университета (специальность «Теология», ученая степень: магистр теологии). 28 апреля 2002 года пострижен в мантию, 2 мая 2002 года хиротонисан во диакона, 21 марта 2004 года хиротонисан во священника. Имеет церковные награды: набедренник (2008), наперсный крест (2012), палицу (2019).

Автор: Геннадий Шипов, Иоанновский приход СПб.
Никольский храм, 
с. Сура Архангельской обл.,
малая родина св. прав. Иоанна Кронштадтского.
Фото: Алина Скрипай, Иоанновский приход.

Обратная связь