Поучение в третью неделю по Пятьдесятницы
Светильник для тела есть око. Итак, если око твое будет чисто,
то все тело твое будет светло; если же око твое будет худо,
то все тело твое будет темно (Матф. 6, 22-23).
Смысл читаннаго ныне евангелия можно представить в сокращенном виде следующим образом: душа человеческая омрачена тьмою безчисленныхъ согрешений и оттого крайне бедствует, угрожаемая, в случае нераскаянности и неисправления, вечными муками. Между тем люди менее всего думают и заботятся о просвещении и спасении своей души, а всю заботу прилагают о маловременном и скоропреходящем теле и благах телесных: пище, питие, одежде, жилище в очевидный, гибельный ущерб или вред душе своей. В нынешнем евангелии Господь кротко обличает это несмыслие наше и научаетъ нас прежде и более всего заботиться о душе: не душа ли больше пищи (Матф. 6, 25)? и искать преимущественно царствия Божия, которое внутрь нас есть (Лук. 17, 21) и должно быть, как в созданных по образу и подобию Божию, — и правды Божией, так как мы живем во всякой неправде, обремененные безчисленными грехами.
Для ясности и убедительности Господь приводит в Своей речи сравнения от видимых вещей. В пример берет наш глаз и наше тело. Светильник для тела, говорит, есть око. Итак, если око твое будет чисто, то все тело твое будет светло; если же око твое будет худо, то все тело твое будет темно. Итак, если свет, который в тебе, тьма, то какова же тьма?
Под глазом, или оком разуметь должно наше сердце или ум, под телом существо наше, жизнь нашу, для которой сердце есть то же, что глаз для тела. Если сердце человека чисто, совесть чиста, то и все существо наше чисто и светло, вся жизнь свята, все деяния добры и безупречны. Если же сердце лукаво и нечисто, да совесть лукава, то и все существо лукаво, вся жизнь лукава, все помыслы, чувства, поступки. Итак, если уже сердце твое, совесть твоя есть тьма, то какова же должна быть вся жизнь твоя, как она должна быть темна, нехороша, лукава, гибельна? Ясно? Да, ведь в этом мы убеждены все опытами жизни: видим это или на себе или на других людях.
Никто не может служить двум господам; ибо или одного будет ненавидеть, а другаго любить; или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть. Не можете служить Богу и маммон?. Святый Златоуст объясняет эти слова Спасителя так: Бог однажды навсегда сказал, что служение Богу и маммоне не может быть вместе соединено. А потому ты не говори, что и то и другое может быть соединено. Ибо когда маммона велит похищать чужое, а Бог повелевает отдавать и собственное имущество; когда Бог повелевает вести жизнь целомудренную, а маммона — жить блудно; когда маммона повелевает упиваться и пресыщаться, а Бог напротив — велит обуздывать чрево; когда Бог повелевает презирать настоящия мирския блага, а маммона — прилепляться к ним сердечно; когда маммона заставляет удивляться мраморам, стенам и коврам, а Бог все это — презирать и почитать истинную мудрость: как же после этого ты говоришь, что служение Богу и маммоне можетъ быть соединено вместе? Посему Спаситель и присовокупляет: не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи, и тело одежды?... и несколько ниже говорит: всего этого ищут язычники; — Отец ваш небесный знает, что вы имеете нужду во всем этом. Ищите же прежде царства Божия и правды Его, и это все приложится вам. Из связи речи очевидно, что Господь не запрещает заботиться о приобретении или заготовлении земных благ для жизненнаго продовольствия, для платежа повинностей, а запрещает только излишество, исключительную заботу о земном, — заботу, поглощающую человека всецело и удаляющую его от Бога, от церкви, от Богослужения, от исполнения христианскаго долга говения, исповеди, причащения святых Таин, от дел милосердия, — заботу, не дающую ему подумать о вечной жизни, о будущей вечной участи.
Братия, христиане! Будем мудрствовать больше о небесном, чем о земном, где Христос седит одесную Бога (ср. Кол. 3, 1-2). По смерти нам не нужно будет ничто земное: ни пища, ни одежда, ни деньги, ни домы, а нужна будетъ одна любовь и дела любви. Брашна чреву и чрево брашном; Бог же и сие и сия упразднит (1 Кор. 6, 13). Аминь.
Св. прав. Иоанн Кронштадтский
|
Рассказать: |
