Иоанновский приход

ИОАННОВСКИЙ СТАВРОПИГИАЛЬНЫЙ ЖЕНСКИЙ МОНАСТЫРЬ

Главная Иоанновский приход Зоя Алексеевна Волкова: Главное для человека – это спасение его души!

Зоя Алексеевна Волкова: Главное для человека – это спасение его души!

Сегодня у Зои Алексеевны особенный день – она отмечает юбилей. Поздравляем, дорогая наша труженица! Накануне праздника руководитель общины «Дом трудолюбия» рассказала редакции Pravprihod.Ru о своей деятельности на приходе, об особом отношении к активной приходской жизни, об истоках и развитии общин прихода. Зоя Алексеевна также рассказала, как ей удалось сплотить вокруг себя столь дружный, плодотворный и творческий коллектив мастериц. Особенно трогательно она поделилась о роли прихода и личности отца Николая в своей жизни.

Когда твой труд не напрасен, это придает сил 

— Зоя Алексеевна, расскажите, пожалуйста, как Вы попали на приход и стали активной участницей его общинной жизни? 

— На приход я попала более 25 лет назад, как раз началось мое воцерковление – через год после открытия Иоанновского монастыря. Просто рядом живу, а «Карповка» – это ближайший храм. Кроме того, подруга подсказала, так я и стала ходить. 

Активно в жизни прихода в первое время не участвовала, ходила на богослужения, но всегда помогала в подготовке Рождественских праздников, где мы делали ангелочков, шили костюмы. А в 50 лет я оказалась без работы, в связи с сокращением. Сложилось так, что я стала ухаживать за Марией Алексеевной, сестрой отца Николая, поскольку она болела. А затем, лет 10 лет назад, начала активнее трудиться на приходе.

Года четыре была руководителем загородной базы «Островок», потом – соруководителем общины «Лепта». Сегодня я руководитель общины «Дом трудолюбия».

— Чем для Вас стал приход в начале Вашей приходской деятельности? 

— Одним словом не скажешь. Это не просто насыщенная жизнь или смысл моей деятельности…

Во-первых, для человека, для меня во всяком случае, очень важно, чтобы ты и твой труд был кому-то нужен. Тем более, что сразу я попала в общину «Островок», где нужно было заботиться о людях – пожилых, больных, немощных, большей частью, одиноких.  

Было трудно. Ведь «Островок» – это не пансионат отдыха со штатом сотрудников. Надо было найти помощников, договориться. Люди все разные. Надо каждому все объяснить. Кроме того, нам нужно было ухаживать за приусадебным участком, за цветами. Цветы – это особая радостью для наших отдыхающих. Хотелось создать для них уют и проявить заботливое отношение.

К тому же, любой пожилой человек – больной, порой капризный. Ему нужны особенные удобства, у него сформировавшийся характер и так далее. Зато, когда они уезжали, то всегда благодарили! Мы понимали, что наш труд не напрасен, и это давало нам сил.

Вспоминается один случай. Наша прихожанка Наталья Серебрякова, царство ей Небесное, привезла на базу своего папу, бывшего директора завода – человека, совершенно невоцерковлённого. И вот она уезжает, и я замечаю у него покатившуюся слезу. И думаю: что же мне с ним делать? У нас же люди все воцерковлённые – как он в этой атмосфере сможет себя уютно чувствовать? К тому же, он был после инсульта, почти не разговаривал.

А через неделю он попросил дочь привезти ему крестик. А еще через несколько недель – пожелал исповедоваться. Отец Николай с радостью откликнулся на его просьбу. Это были первые в жизни Евгения Никитича Исповедь и Причастие – у нас, в «Островке». 

— Сколько тогда было людей в Белоострове? Кто еще бывал у вас в «Островке»?

— По-разному бывало, в основном, человек 12 – 15. Мы не раз принимали «автобусы мира» с Украины, из Харькова с детьми-инвалидами. Была автогруппа паломников из Иркутска – ее участники во главе с отцом Александром Василенко привозили в Кронштадт в дар икону свт. Иннокентия Иркутского. 

Не раз у нас останавливались богатыри дружины «Святорусское богатырство» из-под Самары во главе с иеромонахом Феоктистом (Петровым). Они приезжали в Санкт-Петербург на праздники «Россия – великая судьба», где показывали свое боевое искусство. 

Научили обращаться с оружием и нашего Сашу Булкина, который передвигается на коляске. А после того, как он справился с определенным количеством заданий, в том числе по метанию кинжала, сдал все нормативы, его посвятили в богатыри. Отец Феоктист окропил святой водой русскую рубаху, одел его. И все это – перед строем богатырей. Было очень трогательно.

Однако, сразу после этого Саше надо было ехать в город, на занятия по ручному вождению автомобиля. Отец Феоктист сказал: проводить богатыря Александра до Белоострова!

Самое забавное было в том, что в этот день у входа в садоводство был привоз молока, выстроилась очередь. И тут вдруг появляется Саша – на инвалидной коляске, в красной рубахе. За ним – богатыри – в национальных костюмах, в лаптях и с песней: Ма-ру-ся! Вы можете представить, как на них смотрели удивленные соседи со всего садоводства, тихо-мирно стоявшие в очереди и не понимающие, что происходит?! Это было весело.

Задача сохранить традиции

— А сколько прихожан сегодня в вашей общине «Дом трудолюбия»? 

— Община существует 20-й год, я в ней более трех лет. Сегодня в «Доме» 51 человек.

— И все трудятся здесь, в Нашем доме? Как рождается такое большое количество красивых работ, уникальных творческих изделий?

— Кто-то сюда приходит, кто-то – трудится дома. Последние – «надомники», как я говорю, это наши сильные тылы, потому что одно дело – прийти на несколько часов здесь потрудиться, а другое – дома, где они намного больше изделий для выставки делают. 

Главная задача деятельности общины – в наполнении благотворительных выставок творческими работами. И это не простые поделки, украшения или подарки, это изделия народного творчества, созданные с душой и молитвой.

Любая работа, которая появляется на выставке, не должна быть плохо или небрежно выполнена. Хотелось бы, чтобы, взяв в руки наше изделие, человек почувствовал теплоту рук и любовь сердец наших мастериц. 

— Сложно было научить такому отношению тружениц общины?

— Во-первых, я их настраиваю на уважительное отношение к работе. Не должно быть «безответственности и небрежности в Божьем деле», как писал в своей книге архим. Тихон Шевкунов. Этого принципа мы и стараемся придерживаться.

И когда это получается, они сами радуются и вдохновляются на дальнейший труд. 

— Вот почему ваши изделия такие творческие, разные! Например, если это, скажем, мягкая игрушка, то у нее даже просматривается свой характер… 

— Изначально у нас много идей было, но я поняла, что в «Доме трудолюбия» они неприменимы, потому что здесь не предприятие. Не будут люди делать по команде, что им сказали. У них могут быть субъективные и объективные причины, и надавить здесь как-то не получится. У каждого свое мнение, вкус. Но мы стараемся сообща приходить к общему мнению – в основном, традиционному.

Поэтому пришла идея создать художественный совет, чтобы не было столько работ по «единогласному вкусу» Зои Алексеевны. Ведь у каждого мастера свой талант. Я-то – не мастер. Я всегда за классику, а не за моду – когда сегодня одни вещи нравятся, а завтра – другие. Классика нравится всегда. 

И батюшка всегда говорил: никаких западных направлений, нужно сохранить русские традиции. Это было одним из условий деятельности «Дома трудолюбия». И мы этому стараемся следовать. Особенно сейчас, когда народные мастера уходят, а с ними навсегда исчезают какие-то навыки. Как-то наши труженицы сходили на мастер-класс, где учили делать модные игрушки в стиле куклы Тильды. И знаете, такое мастерство у нас не прижилось – чужое оно, не наше. 

Следующий вопрос, который был для меня принципиальным, это материалы. Сейчас они очень дорогие, а наши изделия идут за пожертвование фактически по себестоимости товара. Я обратилась в «Лепту» за помощью на приобретение материалов – и нам не отказали. Да, можно было, конечно, использовать для кукол лоскуты от ношеных вещей, которые нам приносили – «вдруг, пригодится». А дети же игрушки в рот берут… Поэтому такой вариант я отсекла сразу: покупаем новые ткани! 

Хочу сказать, что при таком отношении к делу Господь подаёт – просто посылает добрых людей. Столько сегодня нам приносят материалов, новых тканей! 

Вот сейчас матрешек принесли – и деревянных заготовок под роспись, и готовых. Кто-то пришел, говорит: «У меня мама куклы делала. Сейчас ее уже нет…». Это родственники принесли огромное количество заготовок, материала. Или просто прихожу в Наш дом, а там пакет «для Дома трудолюбия» с пряжей – стали из нее вязать просфорницы, носочки, игрушки. 

— То есть, в работе важно расставить акценты. Первым делом, направить духовно: ЧТО мы делаем, ЗАЧЕМ мы это делаем, с какой целью. А уже потом – выстроить основные критерии того, КАК мы это делаем. Верно?

— Да. Мы когда-то хотели создать в общине художественный совет. Это моя мечта. Не всегда легко найти баланс между «это красиво» и «это затратно». То есть, сложно принять правильное решение при планировании, когда понимаешь, что какое-то красивое изделие будут делать не один месяц, оно будет стоить денег и не окупится. Тут нужно найти золотую середину. В этом мне помогают мои соруководители – Наталья Олеговна Чукмакова и Татьяна Викторовна Судакова.

Руководитель сам должен трудиться не меньше, чем остальные. Прежде чем быть требовательным к людям, нужно быть требовательным к себе. Только тогда люди будут прислушиваться к твоему мнению, даже если скажешь что-то немного твердо – тебя услышат и поймут, потому что доверяют.

«Понимать и уважать труд мастера»

— Важно понимание, что человек это делает не ради себя…

— На последнем празднике – Юбилейной встрече – мы всё раздавали бесплатно, дарили свои изделия на память.

А как сияли глаза мастеров, когда мы разложили весь товар в Таврическом дворце: Неужели это все сделали мы?! Они будто впервые увидели свое творчество – этот бисер, это золотное шитьё, расписные тарелки, цветы, мягкие игрушки, вязаные вещи...  

Кстати, золотное шитьё на выставке в Таврическом было их первым выставленным изделием за два года, на протяжении которых они только учились вышивать. Зато какие красивые закладки они сделали для отцов! 

И не знаю, кто больше получил радости – гости Юбилейной встречи или наши мастерицы.

— Выходит, человек добрым делом насыщается духовно. Ведь когда мы делаем добро, творим милостыню, то наше сердце вдруг наполняется, душа чувствует удовлетворение. 

— Конечно. Я поняла, что в добром деле человеку важно, для чего именно он это делает и для кого. 

Поэтому все наши выставки – благотворительные, и средства от них идут на благотворительные дела: Военно-патриотический лагерь для детей и подростков, на поддержку детей русской глубинки, на другие программы Благотворительного фонда «Иоанновская семья».

— А как вы находите баланс в отношении пожертвований за свой труд?

— Надо понимать и уважать труд мастера. Можно дать нуждающемуся хлеб, а наше изделие – это абсолютно другое. Подарить свою работу может только тот, кто ее сделал, это его право. Нельзя быть щедрым за счет другого. И мы стараемся этот баланс соблюдать.

Когда мы проводим выставки в Нашем доме, то у нас всегда есть стол с изделиями за минимальные пожертвования – хоть три рубля, хоть ничего не положите. И знаете, этот стол собирает не меньше денег, чем другие. Людям свойственно отдавать, и это радует. 

— Много ли людей поменялось у вас в общине?

— В «Доме трудолюбия» я не так давно. Но когда я пришла, то мы первым делом откорректировали списки. Дело в том, что половина людей, которые были записаны в общине, побывали у нас всего один-два раза.

Когда-то мы разработали совместно с отцом Николаем уклад «Дома трудолюбия», где оговорили, в том числе, кто считается членом общины: это прихожанин, который посещает занятия хотя бы два раза в месяц. Мы ввели график посещаемости, и если кто-то давно не ходит, мы звоним – мало ли, человек заболел. 

Поэтому и сегодня какие-то корректировки есть, но небольшие: человека три в год, допустим, ушло, двое пришло новеньких. А 50 человек – это практически костяк – он остался. Это люди, которые действительно работают. 

Быть похожим на «человека, который целиком отдает себя людям

— Так, вспоминая «Островок», оглядываясь на все 25 лет своего воцерковления и оценивая сегодняшнее руководство «Домом трудолюбия», скажите, что сегодня дает Вам приход? 

— Приход – это моя семья, где все такие разные и такие родные. И ты знаешь, что здесь тебя не оставят и всегда поддержат.

Работая на приходе, я наблюдала приходскую жизнь как-бы со стороны. Но несколько лет назад случилось так, что я серьезно заболела. Мне сделали сложную операцию на сердце, после чего было длительное восстановление – в целом, я пролежала в трех больницах. И здесь я на себе ощутила, что такое наш приход.

Прежде всего, это совместная молитва – когда столько людей молятся за тебя и когда ты просто физически ощущаешь на себе ее силу. Даже врачи удивлялись, насколько быстро я вышла из тяжелого состояния. 

Также это любовь, которую дарил мне наш приход – звоня мне по телефону или навещая меня в палате. Они несли мне не только свои добрые пожелания и гостинцы, но и часть своей души. Мне казалось в то время, что я просто «купаюсь в любви», а это дорогого стоит – я всем так благодарна!

А еще я невольно стала неким миссионером, так как люди невоцерковленные, видя такую заботу о человеке, спрашивали меня, откуда у меня так много знакомых и друзей. Я всем подробно рассказывала, что это наши прихожане из нашего прихода. Мои соседи в больнице удивлялись такому отношению к человеку, расспрашивали подробности о приходской жизни, уточняли, где находится наш храм и такой замечательный приход. 

Многие впервые для себя открывали жизнь Церкви изнутри. Я даже просила принести буклеты о нашем приходе – семействе общин, созданном нашим дорогим отцом Николаем, его безукоризненным авторитетом, трудами и любовью ко всем. 

— Помимо духовного наставничества, что еще батюшка Вам дает сегодня? 

— Наверное, надежный тыл. То есть, как бы ты ни поступал, какие бы не делал ошибки, ты знаешь, что есть человек, к которому в критический момент ты всегда сможешь подойти, и он тебя не оставит. Он поддержит, даст правильный совет. 

Это человек, который целиком отдает себя людям. И ты хочешь хоть как-то быть похожим на него.

Когда-то отец Николай сказал мне: Зоя Алексеевна, наш возраст предполагает мудрость. Учусь быть мудрой.

— Что бы Вы пожелали себе в день юбилея? Чего бы попросили в молитвах, зная, что за это будет молиться весь наш приход?

— Здоровья, конечно, как человеку уже немолодому. Но самое главное – это спасение души. Мне, наверное, больше ничего и не нужно. Господь лучше знает, что мне дать. А всем прихожанам хочу сказать: Спасибо за все! И простите за все.

Подготовила Ольга Дмитриева, община «Информсайт».
Фото: автора, Сергея Алексеева, общины «Дом трудолюбия», редакции Pravprihod.Ru.

Иоанновский монастырь в Санкт-Петербурге,
наб. реки Карповки, д. 45.
Фото: photosight.ru 

Обратная связь