Иоанновская семья
pravprihod@mail.ru +7-911-967-33-96  Пожертвование
Храмы, монастыри, часовни, гимназии, приюты, братства, сестричества, фонды, общества и иные православные организации, посвященные святому праведному Иоанну Кронштадтскому

 

"Дневник. 1859-1860. Богопознание и самопознание, или внутреннее священнонаучение от Святого Духа".

 

Предисловие

 

Во втором томе «Дневников» отца Иоанна Кронштадтского впервые публикуются заметки Батюшки из тетради 1859–1860 годов.

 

Молодой священник — рукоположен он был в 1855 году — пребывал уже тогда в непрестанных духовных трудах, опытно осознавая всю высоту и ответственность служения, к которому он был призван Господом. В этом, по видимому, помогали ему и Он ев ни новые записи. Так, в тетради очень много заметок о священническом достоинстве и назначении, о долге иерея перед паствой, рекомендации. советы… «Верно и нелицемерно служить Вседержителю и повиноваться Ему и людям — овцам пажити Его, служить не щадя живота своего до последней капли кропи, быть кротким ко всем, незлобивым… Священнику нужно самому испытать и силу веры, и сладость молитвы, и оставление грехов, и то. когда оно бывает безуспешно, и скорби душевные, и когда они постигают, и утешения благодатью, чтобы в молитве к Богу о верующих говорить так: даруй им такое то благо, как Ты даруешь его всегда мне, недостойному, чтобы обо всем просить с собственного опыта». Они же, эти дневниковые записи, приоткрывают нам, читателям, и тайну возрастания, становления будущего святого. Вот отец Иоанн записывает: «В моей жизни я ясно вижу перст Божий… Видит и слышит меня Трисиятельныи Бог: вот самая животворная для сердца уверенность, проникающая миром и радостью мое сердце! Видит меня и благосердая Матерь Бога Слова и слышит мои молитвы… Буду же я ходить в чувстве вездеприсутствия и всеведения Божия!»

 

Не случайно в самых первых записях речь идет о молитве. Известно, какое большое значение Батюшки придавал молитве и как много впоследствии писал и говорил о том, какой она должна быть. «Господь приучает меня к постоянному созерцанию Его в сердце моем». Молиться нужно, говорил он, «очи в очи». «Молитва — златая связь человека–христианина, странника и пришельца на земле, с миром духовным, коего он член, и паче всего с Богом Источником жизни: от Вога изшла душа, к Богу и да грядет выну (всегда. — Ред.) чрез молитву».

 

Именно через молитву получает человек благодатные и чудесные дары Святого Духа. То, о чем на закате своих дней отец Иоанн говорил в собрании собратьев священнослужителей, призывая их дерзновенно и не сомневаясь в успехе просить потребное у Бога, о молодости прорастало у Батюшки через его личный духовный опыт. Вот, например, что он говорит о прозорливости: «Из собственного опыта живой, сердечной молитвы можешь знать, что святые приняты в ближайшее общение с Богом. А по собственному также опыту знаешь, что в общении с Богом посредством молитвы веры ум наш необыкновенно просветляется и принимает самые обширные размеры действия: а это время он видит то, чего в обыкновенном своем состоянии не видит».

 

Есть в дневнике и записи, свидетельствующие о даре исцеления, обретенном по молитвам ко Господу батюшкой Иоанном. Одна из них очень подробно повествует об исцелении младенца во время таинства Крещения.

 

Записывает отец Иоанн «на память и во славу Бога в Троице» и свое видение Духа Святого: «Утром в четвертый день Пасхи в 5 часов я видел Боголепное низшествие Духа Божия на престол храма. Всесвятой Дух низшел в виде голубя, весь в дивном, ослепляющем сиянии».

 

И еще одна важная и большая тема присутствует в дневнике: отец Иоанн впервые предстает здесь как духовный писатель и издатель. Он задумывает сразу несколько книг и даже периодическое издание — журнал для священнослужителей «Пресвитер». Возможно, что и сам публикуемый дневник велся отчасти с целью собирания и накопления материала для будущих книг. Не случайно он начинается с записи: «Да наполнится книга сия умным светом во славу Триединого Бога. Аминь». И жаль, что из–за перегруженности пастырской и душепопечительской деятельностью многим задумкам Батюшки не удалось осуществиться.

 

Но многое он успел. Так, в дневнике есть упоминание о, по–видимому, первой подготовленной им к изданию книге «Катехизические беседы, говоренные в кронштадтском Андреевском соборе», вышедшей в Кронштадте в 1859 году.

 

Задумывал отец Иоанн в те годы и другую книгу, о которой читаем: «Написать с Божией помощью сочинение “Врачевство против неверия”. И там же, в дневнике, находим многочисленные заготовки для нее. размышления на тему неверия человека в Истину.

 

Вот запись, вероятно, о еще одной предполагаемой книге: «Книга: Напоминание священнику об обязанностях его при совершении таинства покаяния».

 

В этом раннем его дневнике мы встречаем много глубоких размышлении о мироздинии и месте человека в нем, о вещественной природе и разуме человеческом, о своих собственных усилиях познать мир Божий.

 

В конце дневниковой тетради есть фраза, которая очень точно определяет суть всех — и ранних и поздних — батюшкиных заметок: «Богопознание и самопознание, или внутреннее священнонаучение от Святого Духа». Эта фраза записана на третьей стороне переплета тетради и стоит как–то особняком. Создается впечатление, что это название задуманной книги. И действительно, книга с похожим названием была издана позже, в 1900 году, в Петербурге: «Богопознание и самопознание, приобретаемые из опыта». По существу, в дневнике отца Иоанна Кронштадтского изложена высокая наука нравственного самосовершенствования.

 

Игумен Петр (Пиголь)

 

Дневник 1856 года

 

«Да наполнится книга сия умным светом во славу Триединого Бога. Аминь».

 

Святой праведный Иоанн Кронштадтский (Из дневника за 1859—1860 годы).

 

3аписи на второй стороне переплета дневниковой тетради

 

Епитимии<?> [1]. Ежедневно размышляй о вере, надежде и любви, особенно о любви Божией к нам (Ср.: 1 Кор. 13, 13)у [2].

 

Чего я пожалею для овечки, некупленной Кровию Сына Божия.

 

Се, ми оставихом вся а вслед Тебе идохом (Мф. 19, 27; Мк. 10, 28). Девиз священника.

 

Степан, Владимир.

 

Противитеся… и бежит от вас (Иак. 4, 7). Опытом дознана справедливость.

 

Внимайте: диавол употребляет в свою пользу все немощи тела человеческого, чтобы только осквернить или внутренне мучить человека.

 

Маминька Феодора именинница 11–го февраля. И тот же день деду Власию память.

 

Ille caput domi, tu — eius filius… [3]

 

Кто ходит очень часто, того как можно ласковее принимай.

 

Плоть человеческая и сердце человеческое; о их значении в жизни человека.

 

Venite rarius et mihi svaviter accipere vos erit. [4]

 

Крайне остерегайся совпадения двух кушаньев — каши и оладий — большой вред для желудка. Больше овощи кушай и жидкости.

 

Не ешь вместе черного и белого хлеба. Худо варится в желудке, и приливы крови происходят.

 

Сон. Я был на колокольне. Вдруг бурею несет огромную волну воды: ближе и ближе; поднялось уж на сушу, по колокольне поднимается вверх; я (душа моя) взбираюся вверх по ступеням, смотрю в окно на море: страшная буря и потоп везде производят страшные явления: рев, на колокольне звон, все тонет: дома, суда, люди. Колокольня — мое тело; прилив воды — прилив крови в теле. — И теперь чувствую себя нехорошо от этого прилива.

 

Не есть мясного вечером. Не есть лакомой пищи, а — грубую и суровую, и не много. Держать диету.

 

Прелесть страстей.

 

Как Авраам… [5]

 

Книга: Напоминание священнику об обязанностях его при совершении таинства покаяния.

 

Молитва — живая вода (Иер. 2, 13) нашей души.

 

ВО ИМЯ ОТЦА И СЫНА И СВЯТОГО ДУХА. АМИНЬ.

 

Да буду здрав духом и телом, да буду добрый и веселый, да демон гордыни и злобы отбежит<?> от нас и ктому да не внидет к нам (Ср.: Мк. 9, 25) и нецыя страсти лютыя, и неудобоисцельныя [6].

 

Да наполнится книга сия умным светом [7] во славу Триединого Бога. Аминь.

 

Архимандрит. Бесконечно много я тебе обязан. К услугам матери все мое достояние и все сердце.

 

Тише едешь, дальше будешь. Первоначально этим языком деревенским я говорил. Помни эту пословицу, когда говоришь и делаешь что–либо.

 

Нравоучения — особо.

 

Опыты и наблюдения — особо.

 

Вселитися Христу верою в сердце (Еф. 3, 17).

 

Несчетное число раз сердце мое учило меня муками своими, происходившими от желания дольнего презирать и считать сором все дольнее, и покоем и блаженством своим от прилепления к горнему дорожить всем горним и духовным, жалеть расставаться и на минуту со всем духовным и святым. Покой моего сердца в горнем и духовном, а не в дольнем и вещественном. Тысячекратно испытало это мое сердце. — Даруй же мне, Господи, присно горняя мудрствовать (Ср.: Кол. 3, 2) и совершенно отвергнуть дольнее мудрствование. Надеюсь на благость Твою.

 

Возведох очи мои в горы, отнюдуже приидет. помощь моя (Пс. 120, 1).

 

Чаще молись так: даруй мне, Господи, возлюбити Тя всем сердцем моим, и всею крепостию моею, и всем помышлением моим и ближняго моего, яко себе самого. (Ср.: Мф. 22, 37–39; Мк. 12, 33; Лк. 10, 27.)у

 

Пусть все служит любви.

 

Везде созерцай любовь.

 

Вырвавши с корнем злобу из сердца, ты вырвешь нож острый из рук убийцы (диавола), всегда тебя преследующего. Сон. Злобный убийца с ножом гнался за мною и загнал в такое место, где нельзя было ни взад, ни вперед идти (костры), и в этой крайности меня защитил какой–то добрый человек (Ангел), и я вырвал нож из рук убийцы.

 

Уныние есть хула на Духа Святого.

 

Весть Отец ваш Небесный, яко требуете сих всех (Мф. 6, 32).

 

Христос — Хлеб Животный. Аз есмь хлеб животный (Ин. б, 48).

 

Ломающийся.

 

Все нипочем, если любви нет. +

 

+ Аще… любве не имам, ни кая польза ми есть (1 Кор. 13, 3).

 

Живот мой Христос, а не деньги, не снеди. Убо попираю снеди; возлюблю единого Христа.

 

В духе нелюбви — диавол: знай и помни всегда.

 

Душевное волнение от неудовольствий всегда влечет за собою порчу крови и болезненное устремление ее к какой–либо оконечности тела.

 

Если здесь за несколько минут греха платишь целыми сутками (днями и ночами) мучений внутренних, то как несомненно отсюда заключить, что за целую или нецелую жизнь беззаконий необходимо будет платить целою вечностию мучений? О! Как несомненно! Итак, наказуй меня, Господи, нещадно в нынешнем веке, но свободи меня вечных мук в будущем! — Здесь степень мучений за грех бывает неодинакова: иногда мучишься безотрадно, иногда бывает отраднее. Так будет и в том веке: муки иных будут крайне люты и безотрадны, других отраднее, иных — еще отраднее, смотря по делам каждого. То же сказать следует и о блаженстве праведных. И здесь иногда выше блаженство внутреннее, иногда — ниже; иногда скачешь, играешь от внутреннего небесного восторга, иногда только упокоеваешься сердцем и чувствуешь себя легко и приятно без восторженности. Так и в будущем веке. Всему начало полагается здесь, и по здешнему можно отчасти судить о будущем. Для всего, что будет в будущем веке, полагаются основания и залог здесь.

 

Вы. Есть ли у вас кротость и смирение сердца (Ср.: Мф. 11, 29)у? — Обратите на это все ваше внимание.

 

Родители — воплощенная благость.

 

Живая вода Духа Святого (Ср.: Ин. 4, 10) да наполнит мое сердце, и да истекут реки воды живы (Ин. 7, 38) от сердца моего во славу Божию и спасение людей Божиих.

 

На ночь не пить молока больше одного стакана, и то с булкой. Остерегайся пить особенно с мягким черным хлебом.

 

Послушаете — ладно, не послушаете — Бог с вами. Я свое дело сделал. Ответу не подлежу. Но скажу, что по своему крайнему разумению хочу быть вам полезным.

 

Обратить внимание на их веру и жизнь. Как они веруют и как должны веровать; как живут и как должны жить. Указать на подробности. Объяснить подробно веру с приложением ее к их положению; показать значение жизни христианина и сообразно с этим показать правила жизни, определяемые их положением.

 

Советую вам больше всего познать сердцем своим Христа. — Знайте своего Жизнодавца — Бога Отца, Его Сына Единородного и Его Духа Всесвятого — Три Лица во едином Существе [8], и знайте, что между Ними такое тесное общение, какое общение между нашею мыслию, словом и дыханием. Как человек — не человек, если у него нет чего–либо из означенных трех — мысли, способности слова или дыхания, так Господа Бога никак нельзя представить без Которого — либо из Трех Лиц — таково Его Существо: то есть Одно — в Трех Лицах.

 

Полюбите молитву и молитесь всегда от всего сердца, всем существом; особенно старайтесь любить друг друга от чистого сердца (1 Пет. 1, 22). Помните, Кто заповедует вам любовь: Тот, Кто Сам возлюбил нас до Креста и смерти (Ср.: Флп. 2, 8)у, — и побуждение и пример для нас в этом. Всеми мерами избегайте страстей, именно: наклонности к гордости, сладострастию, к пьянству, к гневу и раздражительности, к воровству и обману. Вы знаете заповеди, данные Богом древним людям, жившим до Рождества Христова: не убий, не прелюбы сотвори, не укради (Исх. 20, 13–15) и прочие. Господь требует, чтобы эти заповеди, данные древним, были непременно исполнены и нами, притом — лучше, совершеннее. Слыигасте, яко рече бысть древним… Аз же глаголю вам… (Ср.: Мф. 5, 21, 22) и прочее. Бойтесь предаваться страстям особенно потому, что страсти свои, если вы супруги, передаете своим детям. Если вы были склонны к пьянству, к прелюбодейству, к объядению, скупости — это передадите вы и детям. Примеры исторические и наблюдения показывают, что это бывает так почти всегда. Пожалейте же свое будущее племя; не приготовляйте им заблаговременно или погибели или сильной борьбы со страстями, вами им переданными, помните, что во чреслах ваших есть зародыши будущих живых существ, во всем подобных вам, которые существуют теперь только в возможности бытия. (Разобрать каждую страсть поодиночке и потом сказать побуждения.) Исполните это, чтобы вам не быть в ответе за погибель детей. Гордость, честолюбие часто также переходят. И соседи, видя потом гордого сына гордого батюшки, говорят: какой гордый человек такой–то; по отцу пошел: отец–то у него такой же гордый. И это можно приложить почти ко всякой страсти. Без того велико владычество греха и диавола: не распространяйте его еще более своими страстями — и не опечаливайте Небесного Отца Бога, Сына Его Единородного, Господа нашего Иисуса Христа и Духа Святого — нашу жизнь, наш покой сердечный и радость. Бог — Виновник всех благ, Виновник нашей жизни, нашего довольства — душевного и телесного и всех чистых наших радостей жизни, а мы — виновники печали для Господа: постоянно опечаливаем Его своими беззакониями, которых Он крайне не хочет видеть в нас, гнушается ими, как смрадом отвратительным, и всячески хочет нас очистить от них, чтобы соединить нас с Собою и облаженствовать нас на бесконечные века. Помните еще, что будет для всех Суд нелицемерный; этот Суд Бог Отец дал Сыну Своему, Господу нашему Иисусу Христу, яко Он Сын Человечь есть, чтобы нас судил не только Бог, но и человек: в этом радость для праведников и — отчаяние для грешников нераскаянных. Первые возрадуются, в надежде, что Сын Божий, облекшийся в природу нашу, Сам искушен быв по всяческим по подобию, разве греха (Ср.: Евр. 4, 15), не потребует от них — для блаженства вечного добродетелей высочайших, а тех только, которые совершить можно было силами человеческой поврежденной природы; вторые отчаются — потому что не сотворили и тех добродетелей, которые можно было удобно совершить силами человеческой природы, которые, в пример нам, совершил Сам Судия, когда был на земле и жил с людьми. — Ожидайте несомненно воскресения мертвых и жизни будущаго века [9] — (Поместить здесь: Символ веры; молитву; блаженства евангельские и десять заповедей: собрать все). К исповеди и Святому Причастию ходите ежегодно: убеждение и побуждение. Все Таинства почитайте как дела величайшей, неоцененной милости к нам Божией, в которых Бог подает нам Свою Божественную, оживотворяющую нас благодать, и присутствуйте при них со всем вниманием и благоговением. Вслушивайтесь в молитвы, при этом читаемые священником, и в действия, им совершаемые, и, если не знаете, спрашивайте об их значении. Во время таинства брака не обращайте исключительного испытующего внимания на жениха и невесту, а стойте лицом к святым иконам, зная, что место церковь — не зрелище; а то вы ради жениха и невесты забываете Бога и оскорбляете Его своим невниманием и пренебрежением в самом доме Его, где Его сердце и очи — всегда. Не увлекайтесь духом настоящего века — духом безверия, крайнего самолюбия, своекорыстия, житейских выгод, жизненных удобств, приверженности к земле и забвения о небе, о вечности. —

 

Предложить также наставление о молитве — вообще и порознь. — Обязанности к Ангелу–хранителю.

 

Детей своих учите прежде и больше всего Закону Божию, вере, молитве, заповедям Божиим, чем игре на инструментах и языкам.

 

Как слово человеческое открывает, что есть на уме и на сердце человека (открывает ум — незримый, владычественный, творящий), и чрез слово, открывающее ум или мысль, исходит из человека дыхание: так, несколько подобно Слово Божие являет нам Отца — Этот великий, все сотворивший Ум и чрез Слово же вечно исходит и является людям от Отца Дух Святой, Животворящий, Который есть Сила Вышняго (сила Вышняго осенит Тя) (Лк. 1, 35). Теперь понятны слова Спасителя: никтоже знает Сына, токмо Отец: ни Отца кто знает, токмо Сын, и емуже аще волит Сын открыты (Мф. 11, 27). Видишь? — Только Сын открывает людям Отца, как наше слово сокровенную в душе мысль нашу. Вот какое теснейшее единение между Отцем и Сыном! И каждому Лицу свойственно владычество и Свое, так сказать, дело. Потому Спаситель говорит ученикам: аще бо не иду Аз, Утешитель не приидет к вам: аще ли же иду, послю Его к вам (Ин. 16, 7).

 

Бога никтоже виде… Единородный Сын… исповеда (Ин. 1, 18). Мы опираемся в познании Бога на Сына Божия, — говори диаволу.

 

Слава Тебе, Сыне Божий, открывый нам Таинство Пресвятой Троицы — Отца, Сына и Духа Святого. Слово Твое — истина; всеми и каждым порознь словесами Твоими мы живем. Они — наши сладость, покой, жизнь; особенно же — слово об Утешителе.

 

Сего дня воззвал я с верою дома к образу Спасителя о прощении грехов и ослаблении, и Господь помиловал меня: стало легко, легко.

 

Священнику. Укрепляйся в несомненном призывании Утешителя — Духа: Он весьма хорошо известен тебе. Ты так часто призываешь Его на Святые Дары, и Он, по твоей молитве, непременно прелагает, пресуществляет их всегда: и ты вкушаешь сам многократно плоды Его Божественных действий.

 

Носи всегда в сердце, в памяти и на языке Христа: и ты будешь любить всех, как Он всех возлюбил до Креста и смерти.

 

Един Сый Животе всех Христе Боже, помилуй мя! Тако говори над Святыми Дарами.

 

Жив Господь мой Иисус Христос: Он спасает меня постоянно. О, жива будет душа моя и восхвалит Тя: и судьбы Твоя помогут мне (Пс. 118, 175).

 

Теплото любимая, Иисусе! Огрей мя! [10]

 

Сердцеведец, говорится, а не Мыслеведец. Вземлет слово от сердец их (Ср.: Лк. 8, 12).

 

Рассудок — фейерверк. Сердце — ядро фейерверка; рассудок — разлетающиеся в разные стороны от ядра осколки; ствол — душа.

 

Призывал я Бога моего дома, в церкви и под открытым небом, и Он благосклонно слушал меня и миловал меня, Милость моя.

 

Молитву надо положить на сердце, силу слов

 

Бог — Мысль моя, то есть Мысль моей мысли.

 

Вот отцы ваши, матери ваши, братья и сестры ваши в Церкви святой, в ее последованиях. Дух их там живет.

 

Не торопись начинать молитву. Утверди наперед в сердце веру, что Бог есть, видит и слышит; мир в сердце. Продолжая молитвы, надо входить мыслию в сущность слов и полагать их на сердце. — Желай сердечно исправляться.

 

Почему надо много терпеть в этой жизни? Потому что свобода добру и злу дана, или добрым и злым, и они должны проявить свои наклонности. Святый да святится еще, и скверный да осквернится еще (Ср.: Откр. 22, 11).

 

Говори чаще: Боже сердца моего, и часть моя, Боже, во век (Пс. 72, 26). — Близость моя!

 

Надежда дышит молитвою, как воздухом, и питается добрыми делами, как пищею.

 

Блажени милостивии, яко тии помилована будут (Мф, 5, 7); суд без милости не сотворшему милости (Иак. 2, 13). О уповании — <послание к> Римлянам, 8, последние стихи.

 

Болий Иже в вас, неже иже в мире (Ср.: 1 Ин. 4, 4). Христос видимо побеждает во мне всегда диавола, лишь бы я веровал в Господа искренно в Тайнах.

 

NB. 9 мая. Како призовут, в Негоже не вероваша? (Рим. 10, 14.).

 

Если в мирских делах для их успеха требуется постоянное внимание к ним и хранение ума и сердца от омрачения страстями [11], то тем более в делах духовных. Как в мирских делах, например в войне, и искуснейшие проигрывают дело иногда в один час оттого, что допустили страсти омрачить свой ум; так и в духовных — в одну минуту проигрываем иногда весьма большие успехи в добродетели — оттого, что по оплошности и душевной дремоте допустили страсти омрачить наше сердце. Блюдите, како опасно ходите (Еф. 5, 15).

 

Странное обстоятельство, что люди умные, образованные часто не считают для себя непременною обязанностию молитву и — не молятся, или молятся, но так, что беспристрастный взгляд разума не одобрил бы такой молитвы.

 

Как должно быть отрадно и утешительно повиноваться Церкви, вернейшей, мудрейшей руководительнице к вечному спасению. Она спасла миллионы; спасет и нас с тобой, если мы будем ей верны. Отрадно — потому что Глава ее Христос (Ср.: Еф. 5, 23). Тайна велика: аз же глаголю во Христа и во Церковь (Еф. 5, 32) и Дух Святый. Вас Дух Святый постави епископы… (Деян. 20, 28.) Не весте ли, яко храм Божий есте, и Дух Божий живет в вас (1 Кор. 3, 16).

 

Помните, что тела ваши — храмы Живущаго в вас Святаго Духа (1 Кор. 6, 19) и что вы не можете обойтись без Духа Святого, когда молитесь Христу. Никтоже может рещи Господа Иисуса <точию> Духом Святым (1 Кор. 12, 3).

 

Вина и сикера не имать пити, и Духа Святаго исполнится… (Лk. 1, 15.) Как много значит не пить вина и сикера [12]! Непитие тесно связано с вселением Духа Святого.

 

Тело и Кровь Спасителя значат то, что Он всегда с нами, в Тайнах осязательно, как в других случаях — благодатию.

 

Иконы в храмах необходимы для успеха молитвы: они необходимо требуются существом нашим. Молясь, мы естественно усиливаемся живо представить в душе образ Того Лица, Которому молимся, и без живого представления нет успеха в вере и молитве; хотим очами сердца (Еф. 1, 18У [13] видеть Лице, якоже есть (1 Ин. 3, 2). А Церковь этому требованию нашей природы только помогает, когда предлагает нам иконы.

 

Что значит умовение ног? Святые писатели под ногами разумеют душу. Направити ноги нашя на путь мирен (Лк. 1, 79). Не даждь во смятение ноги твоея (11с. 120, 3). Значит, умовение ног есть как бы и умовение души. Чисти есте, но не ecu (Ин. 13, 10).

 

Величайшая добродетель и святость и величайшая мерзость греха и злодеяние граничат ближайшим образом по причине свободы человека. И по хлебе причащения входит иногда в душу сатана (Ср.: Ин. 13, 27); и после усердной молитвы человек может впасть в тяжкий грех.

 

Со всеми обращайся кротко даже тогда, как они виноваты пред тобою. Приобучай дух твой к кротости и смирению и для этого старайся удерживать порывы раздражительности тогда, как другие делают тебе несправедливости. Все старайся делать с кротостию.

 

К молящимся можно приложить притчу о сеятеле и о семени (См.: Мф. 13, 3–9; Мк. 4, 3–20).

 

Как огонь не может гореть без воздуха, так душа не может ни мыслить, ни чувствовать спасительно, ни делать без<?> Духа Святого.

 

Величайшее торжество слова нашего Господа состоит, между прочим, в том, что Он предсказал с очевидностию успехи и неуспехи Своего слова и в наказание не внимающим Его слову или не последующим Ему предсказал то величайшее несчастие, что оно не принесет в них никакого плода, равно как <то> величайшее блаженство слушающим предсказал, что оно принесет в них тридцатный, шестидесятный и стократный плод (Ср.: Мф. 13, 8).

 

В нынешнем Евангелии читана была, возлюбленные братия, одна из самых замечательных поучительных притчей Спасителя о сеятеле и о семени, почему Он и заключил ее так: имеяй уши слышати да слышит (Мф. 11, 15; 13, 9; Мк. 4,9). (Слух, уши — душа: слуху моему даси радостьи веселие. — Пс. 50, 10.) В этой притче, как и во всем учении Христа Спасителя, явно видим Бога, видящего сквозь сердце каждого человека, или, как говорит Священное Писание, испытующего сердца и утробы наша (Ср.: Пс. 7, 10; Иер. 11, 20), все, что в них есть скрытного, все духовные извилины и закоулки их, все неправды или правды его. — Наперед извещаю вас, братия возлюбленные, что одних эта притча осудит и поразит, как бы наголову, повергнет в стыд и посрамление, а других восхвалит и принесет в сердца их мир и благословение Божие. Итак, внимайте. Сердцеведец взирает на вас и ожидает плода от Своего слова чрез меня, смиренного и многогрешного, вам проповедуемого. Это слово должно послужить для вас руководством на будущее время при слушании Слова Божия в церкви.

 

Отчего головные нервы скоро раздражаются и утомляются, когда работаешь с напряжением одной головой, а когда низводишь деятельность духовную в сердце и умом погружаешься в него, тогда душевная или умственная деятельность бывает легка и животворна? — Не оттого ли, что сердце наше или внутренности наши в груди и ниже — суть седалище нашей души? — Отчего рассудок помрачается, когда сердце воспламенено страстию? Отчего при мире и спокойствии сердца рассудок бывает ясен и свободно отправляет свое дело? — Оттого, что сердце — душа, средоточие нашей жизни. — Да, если рассудок самочинно отделяется от дружного действия вместе с сердцем, тогда он терпит сильное наказание в органах своих — головном мозге и головных нервах, которые поражает крайнею болью, а если ниспускается в сердце и вместе с ним действует, тогда действует легко и равномерно.

 

Содержителю живота моего, Оживителю мой, Просветителю мой, не оставь меня.

 

Как орел птенца носит меня Христос, носяй всяческая глаголом силы Своея (Ср.: Евр. 1, 3).

 

Священнику. Священник–христианин так должен вести себя, чтобы ему истинно от сердца говорить Господу: что ми есть на небес и; и от Тебе что восхотех на земли? Изчезе сердце мое (от наполнения его Тобою) и плоть моя, Боже сердца моего, и часть моя, Боже, во век (Пс. 72, 25–26).

 

Господи! Се вступаю в новое лето моей жизни, о Твоея благости. — Даруй мне обновитися духом моим (Ср.: Еф. 4, 23) и из ветхого человека–грешника сделаться новым, обновленным по образу Твоему (Ср.: Еф. 4, 22–24; Кол. 3, 9–10)у. В молитву.

 

Сон. Мне снилось, будто я с учениками уездного училища, в коем я законоучитель, сижу за одной трапезой и они наливают мне млеко, которое я с удовольствием ем. Это значит, что я их тунеядец; пользы приношу им мало, а жалованье получаю достаточное. Если я у них с удовольствием кушаю — туне, то как не допустить другим с удовольствием вкушать от моей трапезы? Равное за равное. В тоже меру мерите, возмерится вам (Мф. 7, 2). Якоже хощете, да творят вам человецы, тако и вы творите им (Мф. 7, 12).

 

Аще кто любит Мя, слово Мое соблюдет: и Отец Мой возлюбит его, и к нему приидема и обитель у него сотворима (Ин. 14, 23). Видишь?

 

Горе, когда душа сомнением или неверием разобщена с Богом; благо, когда верою с Ним соединена.

 

20 октября. Сего дня злой демон палил и теснил меня сомнением в том, что Бог присущ всегда каждому человеку, по лишь я причастился, он исчез, как дым: я ожил, возвеселился, упокоился во Христе.

 

Где образ Твой, Владыко, там, конечно, Ты всегда владычествуешь на всякий час и мгновение; где творение Твое, от небытия в бытие приведенное и глаголом силы Твоея (Ср.: Евр. 1, 3) носимое и существующее, там, конечно, и Ты; но везде тварь Твоя, везде и Ты, присущ каждой твари. На всяком убо месте владычествия Божия: благослови, душе моя, Господа (Ср.: Пс. 102, 22).

 

Во всяком случае отец мой всегда выше меня, и как отец, и как старец — образ Бога Отца, Ветхаго денми (Ср.: Дан. 7, 9; 7, 22). Почти лицо старчо, и да убоишися Господа Бога твоего (Лев. 19, 32).

 

Тяжело отправлять дела Божии за деньги. — С тех пор, как враг склонил первых людей ко греху чувственными благами, он как бы захватил в свою власть сребро и злато и все наслаждения чувственности и ими пленяет и держит в своей власти всех неосторожных. Не дает он даром своего достояния людям благочестивым; но чем больше им вещественная награда за дело Божие, тем сильнее он воюет на них внутренно, тем сильнее распаляет против них стрелы свои (Ср.: Еф, 6, 16)у [14]. Особенно горе нам от диавола из–за мертвецов наших, замолитвы о коих мы получаем возмездие: чем нераскаяннее и многогрешнее мертвец, тем больше мы выносим мук сердечных при молитвах об нем как бы за грехи его.

 

В молитве всегда остается место самопринуждению: потому что всегда плоть ленива; всегда есть некоторая неохота молиться, по крайней мере поначалу.

 

Рассудочное познание несовершенно, а тамошнее знание будет совершенно: тогда будем знать самую сущность вещей, тогда как теперь скользим рассудком больше по поверхности. Рассудок, как несовершенное, упразднится; еже от части, упразднится, и приидет совершенное (Ср.: 1 Кор. 13, 10) (Священное Писание).

 

Как прекрасны и душа и тело у человека святого. [15]

 

Когда я смотрю на разрушаемое тотчас по разлучении с душою тело, тогда думаю: что за чудное существо наша душа, — как она дивно оживляет и благоукрашает наше тело? Но в то же время приходит мне на мысль и то, как мы, грешные, мало при жизни своей заботимся о душе и как много прилагаем забот об этом тленном, смердящем теле. Еще мне приходит на мысль и то, что как с душою тело благообразно, стройно, цветуще, светло, так и мир видимый при соприсутствии в нем Духа Божия также благообразен, строен, цветущ, светозарен. — Но оставь Дух Божий мир, и все распадется.

 

Како достойно воспою Тайны Твои, Животворящий, Человеколюбивейший Владыко! Како повем чудеса от них в душе моей! О Жизне моя Иисусе! О легкое бремя мое Иисусе! (Ср.: Мф. 11, 30.)у.

 

Да яснее, осязательнее видим чудеса Таин Твоих, Ты предаеши нас по правде Твоей, за грехи наши, подавляющему душу мучительству диавола, и, тогда как ничто нас не избавляет от него, от его убийственной тяжести, — принятые внутрь Тайны Твои мгновенно прогоняют его и омывают грехи наши, паче снега убеляя (Ср.: Пс. 50, 9) души наши и предавая грехопадения забвению Божию. О чудеса чудес Таин Твоих! И все это туне, единственно по вере нашей! О! Как велики, бесконечно велики, как Ты бесконечно Велик, — милости Твои нам, недостойным!

 

Я — Иоанн, а Иоанн значит благодать Господня. Это означает то, что если Господь подарил мне мое бытие — величайший и неоцененный дар, то все прочие блага, в коих я нуждаюсь, тем более даст, так что в этом не должно быть ни малейшего сомнения. Просите, и дастся вам (Мф. 7, 7; Лк. 11, 9). Но и всяк человек есть благодать Господня.

 

Ты видишь, что в тебе невидимо кипит жизнь мыслей, чувств, намерений и только ничтожная часть их высказывается языком или выражается на деле. Так в невидимом, светлом, добром мире кипит совершеннейшая блаженнейшая жизнь. Ангелы Божии. Так же кипит и в мире злых духов злобнейшая жизнь!

 

Дверем затворенным вниде Иисус (Ср.: Ин. 20, 19). Значит, Иисус Христос входит беспрепятственно в дом нашей души — в сердце и не препятствуют Ему затворы тела.

 

Мы Богом дышим и мыслим. Не доволни есмы помыслити что от себе, яко от себе… (Ср.: 2 Кор. 3,5.) Сила Господа моего присно на мне.

 

Прейдем отселе (Ср.: Ин. 14, 31). Господь пребывает в храмах, но за беззакония людей иногда оставляет их. — Очи Мои и сердце Мое будут в нем вся дни (Ср.: 3 Цар. 9, 3)у. Церковь.

 

Различайте, братия, твердо тело от души и потребности того и другой; у тела требования свои, греховные, гибельные; у души — свои, спасительные, жизненные. Вот умер ваш родственник. Вы плачете о покойнике: плачьте не о том, что тленное тело его разрушается и смердит, а о том, что душа его несравненно сильнее и отвратительнее посмерждена делами плоти. Припомните, что во все время своей жизни человек имеет сердце, которое искало себе покоя и услаждения, но не там, где следовало, обманывалось, томилось и, утомленное, неупокоенное, отошло в вечность, где жаждет еще сильнее покоя своего: потому что там нет призрачных удовольствий настоящего века, и ложь их изобличилась там для души ясно, и в ней остались одна пустота, нагота и мрак.

 

Все земные, а ныне небесные молитвенники, молившиеся невидимому Богу и перешедшие в Царство Небесное за подвиги молитвы, умерщвления плоти и любви к Богу, — обличайте меня, маловерного.

 

Молельщики! Приготовьтесь к искушениям, которые Господь будет попускать для испытания искренности и твердости вашей молитвы.

 

Человеколюбная утроба моего Спасителя всегда пред очами моими: лишь взгляну я в нее с верою несомненною, как тотчас получаю исцеление моих скорбей.

 

Благо, тепло, легко. Вот признаки Божия в нас пребывания.

 

О Чаше. Когда будете приступать к причащению Святых Таин, да будет внимание ваше приковано к Святой Чаше и к тому, что в ней; ни на одно мгновение не отрывайте своей мысли от Чаши и от содержащихся в ней Тела и Крови Христовых; во Христе да будут утверждены в это время верою и мысли и сердца ваши. [16] — IC ХС NИ КА [17].

 

Держись за Церковь — столп и утверждение истины (1 Тим. 3, 15) — и спасешься; вне ее погибнешь, потому что вне ее — лесть диавольская. Врата адова не одолели Церкви (Ср.: Мф. 16, 18) (апостолов, святителей, мучеников, преподобных): смотри, чтоб и ты также остался неодолим.

 

Все — от Духа Твоего, и все — в Духе Твоем.

 

Брашна чреву, и чрево брашном: Бог же и сие и сия упразднит (1 Кор. 6, 13). Бог же и Господа воздвиже, и пас воздвигнет силою Своею (1 Кор. 6, 14): яко Той есть Воскресение и Живот, и Покой душ наших [18].

 

Ядый Мою Плоть и пияй Мою Кровь во Мне пребывает, и Аз в нем (Ин. 6, 56). Заметь, причащающийся пребывает (постоянство) в Нем и Господь в нем.

 

На всяком месте владычества Его (11с. 102, 22)… на всяцем месте очи Господни сматряют (Притч. 15, 3). Аще кто утаится в сокровенных (например, в пещерах), и Аз не узрю ли его? Еда небо и землю не Аз наполняю? (Иер. 23, 24.) — Пещерники. Святые в монастырях, в келиях и пещерах, также — в лесах, спаслись призыванием Чьего имени? — Иисуса. Он и являлся иногда.

 

Я — тунеядец у Бога и часто — у людей; могу ли негодовать на моих тунеядцев?

 

Когда говоришь в церкви слово об исполнении какой–либо заповеди, смотри, старайся сам первый исполнить ее. Господь не замедлит послать тебе — в явлении правды Своей противу бесплотного врага — случай к исполнению ее. Укрепи тогда сердце свое — показать на деле, что ты сам первый слушаешься повелений Господних. Враг устремляется на тебя с своими обаяниями, чтобы заставить тебя нарушить то, об исполнении чего ты вопиял в церкви, и таким образом посмеяться и над тобою, и над словами Господа. Смотри: в какой мере ты восторжествуешь над врагом, в такой мере восторжествуют и люди паствы твоей; как ты исполнишь Божию заповедь — так и они. В этом случае у разумных овец есть какое–то чутье: исполняет пастырь сам то, о чем проповедует, или нет; вероятно, те же лукавые духи дают тайно знать о неисполнении самим проповедником того, о чем он проповедует. Да, враг всеми мерами старается посмеяться над самим проповедником и строит ему козни, чтоб он же первый и нарушил Божию заповедь и таким образом был подобен ему — ложь глаголал бы (Ср.: Ин. 8, 44) и не творил, как книжник и фарисей.

 

Вхожу в твое положение, любезный брат, беспокоимый частыми приходами гостей незваных, к которым ты сам или не ходишь или весьма редко. Не скорби об этом, напротив, принимай их с веселым видом; не теряй своей награды, которую хочет уготовать тебе Господь на небеси. Он говорит в Своем Евангелии: аще. любите любящыя вы, кая вам благодать есть? И аще благотворите благотворящым вам, кая вам благодать есть? И аще взаим даете, от нихже чаете восприяти, кая вам благодать есть? И грешницы тожде творят…. и грешницы (язычники) грешником взаим. давают, да восприимут равная (Лк. Б, 33–34).

 

А вы, Мои последователи, говорит Он, любите враги вашя, и благотворите, и взаим дайте, ничесоже чающе: и будет мзда ваша многа, и будете сыиове Вышняго: яко Той благ есть и на неблагодарным и злыя (Лк. 6, 35). — Видишь: мы не лучше язычников, если воздаем друг другу только равное за равное, если оказываем другим любовь с тем, чтобы от них восприять взаимную любовь, если делаем добро с тем, чтоб от них получить благодарность или взаимное добро. Как христиане мы должны по примеру Отца Небесного делать добро и неблагодарным и злым и не ожидать себе равного возмездия. Вот, к тебе ходят частые гости, а ты к ним нет, или очень редко, или они неблагодарны, не чувствуют оказываемого тобою им добра. И не ожидай от них ничего — взаим дай им хлеб твой, ничесоже чающе, — мало того: будь всегда добр, ласков к ним, как и Отец Небесный благ к неблагодарным и злым. Они не возблагодарят тебя тем же, чем ты, зато тебя возблагодарит в том веке Отец Небесный высочайшими благами.

 

Кто живет по заповедям Божиим, тот имеет в себе Бога, и с Ним — все небо, а кто нарушает заповедь Божию, тот прогоняет из сердца своего Господа храма тела своего, и с Ним — все небо.

 

Большая часть людей носят добровольно в сердце своем тяжесть сатанинскую, но так привыкли к ней, что часто и не чувствуют ее и даже увеличивают ее незаметно; иногда, впрочем, злобный враг удесятеряет в них свою тяжесть, и тогда они страшно унывают, малодушествуют, ропщут, хулят имя Божие. Обыкновенное средство прогонять сердечлежала величайшая тяжесть, хотя они часто и не чувствовали ее. — О! Как много людей, которые оставили Господа, Источника води живой, и ископаша себе кладенцы сокрушеныя, иже не возмогут воды (живой) содержати! (Ср.: Иер. 2, 13.) Весьма много у людей этих разбитых колодцев, почти у всякого свой. — Кладенцы сокрушеныя — сердца наши.

 

О последней судьбе человеческого рода. Что мне сказать об этом предмете? — Последней судьбы человеческого <рода> трепетали и избранные Божии и, чтобы она не была злополучна и для них, оставляли мир, уходили в горы и вертепы, населяли пустыни (Ср.: Евр. 11, 38), чтобы в безмолвии, Богомыслии и самоочищении работать Господу (Ср.: Пс. 2, 11), будущему грозному Судии. — Они оставили нам памятники своего крайнего трепета: хартии свои, орошенные слезами при живом представлении последней судьбы рода человеческого и исписанные, кажется, слезами, а не чернилами. — Какая противоположность сравнительно с ними — мы! Беспечны, беспечальны, бесстрашны!

 

Когда видишь в ближнем недостатки и страсти, молись об нем, молись о каждом, даже о враге своем. Если видишь брата гордого и строптивого, горделиво с тобою или с другими обращающегося, молись об нем, чтобы Бог просветил его ум и согрел его сердце огнем благодати Своея. Говори: Господи! Научи раба Твоего сего, в диавольскую гордость впадшего, кротости и смирению и прожени от сердца его мрак и бремя сатанинской гордыни! Если видишь злобного, молись: Господи! Блага сотвори раба Твоего сего благостию Твоею! Если сребролюбивого и жадного, говори: Сокровище наше нетленное и Богатство неистощимое! Даруй рабу Твоему сему, сотворенному по образу и по подобию Твоему (Быт. 1, 26) [19], познать лесть богатства и яко вся земная суета, сень и соние [20], яко трава дние всякаго человека (Пс. 102, 15) или яко паучина (Ср.: Пс. 38, 12), и яко Ты едино богатство, покой и радость наша! Когда видишь завистливого, молись: Господи! Просвети ум и сердце раба Твоего сего к познанию великих, бесчисленных и неисследимых даров Твоих, ихже прият от неизчетных щедрот Твоих: во ослеплении бо страсти своея забы". Тебе и дары Твоя богатые и нища себе быти вмени; богат сый благами Твоими и сего ради зрит прелестне на благая рабов Твоих, имиже, о пренеизчетная Благостыня, ущедряеши всех, коегождо противу силы его и по намерению воли Твоея. Отыми, Всеблагий Владыко, покрывало диаволе от очию сердца раба Твоего и даруй ему сердечное сокрушение и слезы покаяния и благодарения, да не возрадуется враг о нем, заживо уловленном от пего в свою его волю (Ср.: 2 Тим. 2, 26), и да не отторгнет его от руки Твоея. Когда видишь пьяного, говори сердцем: Господи! Призри милостивно на раба Твоего, прельщенного лестию чрева и плотского веселия; даруй ему позиати сладость воздержания и поста и проистекающих от него плодов духа. Когда видишь страстного к брашнам и блаженство свое в них поставляющего, говори: Господи! Сладчайшее Брашно наше, никогдаже гиблющее, но пребывающее в живот вечный! (Ср.: Ин. 6, 27.) Очисти раба Твоего сего от скверны чревообъядения, всего — плоть сотворившегося и чуждого духа Твоего и даруй ему познати сладость Твоего Животворящего духовного Братина, еже есть Плоть и Кровь Твоя, и святое, живое и действенное Слово Твое. — Так или подобным образом молись о всех согрешающих и не дерзай никого презирать за грех его или мстить ему: ибо этим увеличились бы только язвы согрешающих, и исправляй советами, угрозами и наказаниями, которые служили бы средством к прекращению или удержанию зла в границах умеренности.

 

Глубоко верно слово Апостола: мы ум Христов имамы (1 Кор. 2, 16). Чем больше я утверждаюсь в Спасителе — тем яснее делается ум мой, тем небеснее мой <ум> становится Христовым умом.

 

На стену: сами себе, друг друга, и весь живот наш со всеми случаями и обстоятельствами Христу Богу предадим [21].

 

Всяческая и во всех Христос (Кол. 3, 11).

 

Делиться с другими дарами Божиими — необходимо.

 

Всеми движениями твоего сердца, всеми мыслями, словами и поступками да руководит кротость.

 

Неделя о вдове Наинской [22]. Грехми умерщвленную мою душу воскреси. [23]

 

Святое дело (например молитву) свято и делать надо, достойно его, а не с небрежением, не как–либо: ибо проклят всяк творяй дело Господне с небрежением (Ср.: Иер. 48, 10).

 

Ведый, от Кого научился еси.

 

Будь душою всегда соединен со Спасителем, как тело чрез ноздри, уста и легкие соединяется с воздухом. Иначе бесплотный злодей, соединяясь с твоим сердцем, будет мучить тебя. Иисусе, дыхание мое, не остави мене.

 

+ Не примирившись с тем, кто имеет нечто на тя (Ср.: Мф. 5, 23), не молись Господу, не искушай Его, чтоб жестоко не пострадать за то от врага.

 

Молящиеся! Приготовьтесь к искушениям, которые Господь будет попускать для испытания искренности и твердости вашей молитвы и вашей преданности к Богу. [24]

 

Иисус — теплота любимая сердца моего [25]. Итак, во мне Иисус, когда есть теплота любимая в сердце; Он — со мною и тогда, когда ее нет во мне.

 

+ Вселитися Христу верою в сердца ваша (Еф. 3, 17). Видишь, Христос поселяется в сердце. К нему (верующему) приидем и обитель у него сотворим (Ср.: Ин. 14, 23).

 

С тех пор, как согрешил первый человек, люди до того омрачены грехом в самом средоточии своего существа (в сердце), что не имеют весьма часто сознания и чувства вездеприсутствия Божия и думают, что четыре стены и потолок закрывают их от Того, Кто все наполняет, Кто зрит и того, кто таится в сокровенном месте. Еда утаится кто в сокровенных, Аз не узрю ли его? Еда небо и землю не Аз наполняю? (Иер. 23, 24.) Наг есмь, и скрыхся! (Быт. 3, 10.) Ан — нет!

 

Евреев жалили в пустыне змеи в наказание за то, что они добровольно допускали жалить себя духовному змею. Оттого Господь повелел повесить на крест медного змия (См.: Чис. 21, 9), в показание, что Господь на Кресте победит и сотрет главу змия (Ср.: 11с. 73, 13). — Совлек начала и власти, изведе их в позор дерзновением, изобличив их в Себе! (Кол. 2, 15.) Воззрение на повешенного змия исцеляло от ужаления обыкновенными змеями; воззрение очами веры на Распятого исцеляет от ужаления духовными змиями.

 

Душа моя в Боге, как рыба в воде или птица в воздухе — со всех сторон во всякое время окружена Им; Им живет, Им движется (Ср.: Деян. 17, 28), в Нем покоится, в Нем имеет простор свой.

 

Мысль моя (светла или мрачна), помыслы, осуждающие или оправдывающие, сердце мое (покойное и радостное или скорбное и стесненное), организация тела моего, организация миров и земли, нами обитаемой, со всем, что на ней и около ней, — говорит неумолкно о непрестанном присутствии во мне и со мною Творца моего и вашего. Да бежит от меня всегда далече темная и глупая мысль, что покинул меня Бог мой, что Он не всегда со мною.

 

Да помнит всегда душа моя, что Бог Слово, вместе со Отцем и Духом в каждое мгновение носит все миры словом силы Своея (Евр. 1, 3), в том числе и мой малый мир — душу и тело, и каждое мгновение знает не только число моих власов, но и число и качество моих мыслей и движений сердечных, так как все пред Его яснейшими очами есть и совершается.

 

Да ведает душа моя, что так как все из Бога произошло и в Боге существует, то по тому самому Господь Бог совершеннейшим образом во всякое мгновение знает о существовании и качестве каждого существа, и что Он в каждое мгновение поддерживает данными от Него именно законами природы существование его. И мы, написавши какую–либо книгу, знаем о всем ее расположении и составе, о всех мыслях, в ней помещенных, и когда другие высказывают нам мысль, особенно — план нашей книги, мы говорим, что это наш план, наша мысль. Как же у Господа отнять все — знание всех миров, всех тварей, всех вещей в мире с их качествами и состояниями? Не книга ли они Божия? — Итак, душа моя, благоговей к Творцу твоему каждое мгновение твоей жизни и ведай, что Он во всякое мгновение знает всю тебя, что Он поддерживает и живит тебя и все необходимое к бытию и благосостоянию твоему подает тебе! Како же пребыло бы что, аще бы Ты не изволил ecu? (Прем. 11, 26.).

 

Иногда молитва бывает легка и благопоспешна по благодати Божией, а иногда чрезвычайно трудна, с крайнею скорбию и тяжестию, когда Господь испытывает нашу веру и терпение.

 

Благодарение Господу, возвеселившему меня неизреченно причащением Святых Таин Своих 10 октября 1860 г. (Ранняя — прошенная [26] обедня.) Накануне я сильно бедствовал внутренно весь день. Дивное дело: когда погрязаешь во глубине скорбей и не видишь им исхода и конца, тогда–то благодать Божия и является на помощь нам.

 

Как лишенные благодати, мы чувствуем необыкновенную тяжесть и скорбь в теле и душе, и тяжесть одного увеличивает тяжесть другой, так, окропленные росою благодати [27], мы чувствуем себя легко, легко и по душе и по телу, и благодать сердечная делает как бы незаметными скорби тела.

 

Вам дадеся во Христе, не точию еже в Него веровати, но и еже по Нем страдати (Ср.: Флп. 1, 29). Радуйся же, возлюбленный, когда скорби сердечные гнетут твой дух, когда злой дух томит тебя притоком мрачных мыслей и одно другого мрачнейших чувств и движений сердца, когда он вливает в твое сердце яд сомнения, неверия, хулы, ропота. Борись крепко: вот часы, в которые искушается твоя вера, преданность и любовь к Богу и после которых ты должен выйти победителем. Дорожи этими часами: скорби, удачно в то время перенесенные, низведут на тебя после новые милости Божии, новые силы к преуспеянию в вере и добродетели. — То обстоятельство, что скорби постигают нас после доброго какого–либо дела, показывает, что они — особенная к нам милость Божия.

 

Когда будете приступать к причащению Святых Таин: да будет внимание ваше приковано к Святой Чаше и к тому, что в ней; ни на одно мгновение не отрывайте своей мысли от Тела и Крови Христовых; во Христе да будут утверждены в это время и мысли и сердца ваши. Если же нет — горе вам: враг поспешит всеять в ваше сердце яд своей лжи.

 

В мале скорби наказание Твое нам. Господь недолго оставляет нас в лютых скорбях.

 

Дивное дело! Когда омрачает душу нашу какая–либо страсть, мы теряем веру и чувство вездеприсутствия Божия!

 

Как мы бываем благодарны доктору, когда он нас лечит усердно и особенно когда вылечит нас от болезни! Но идет ли в какое–либо сравнение с земным и телесным врачом Врач Небесный, Господь наш Иисус Христос — Врач вместе и душевный и телесный? Сколько раз Он исцелял и исцеляет нас от душевных недугов, иногда в один день и даже час! Только помолись от сердца, с усердною верою: и исцеление готово. А как мы благодарны такому Преблагому, Премудрому и Всемогущему Врачу? — Земному врачу сыплем и слова признательности и деньги; а Небесному ничего — потому что Он ничего не берет? — Но Он ищет нашей любви к Нему, нашего сердечного обращения, нашей признательности к Нему; Он даже принимает от нас и деньги в лице нищих.

 

Как крайне нечистый сердцем, я всю жизнь должен глубоко смиряться во всякое время, везде и пред всеми.

 

Когда зайдешь в храм, вспомни, что в нем всегда очи и сердце Господа и самое пречистое Тело и пречистая Кровь Его, исполненные Его Божеством (в Нем обитает вся полнота Божества телесне) (Ср.: Кол. 2, 9), — и стой и молись с верою, благоговением и страхом.

 

Паки и паки от Господа милость великую получил сегодня (14 июня): связанного, палимого духом злобы и скупости, Он разрешил меня и мир подал мне, падшему. Обращайтесь, согрешающие братия, скоро, неленостно, с живым упованием к Спасителю — и Он будет всегда спасать вас.

 

Да будет для меня выше всего, выше всех моих выгод, выше и дороже моей жизни заповедь моего Спасителя. Так должен христианин располагать сердце свое, когда предстоит ему случай — исполнить заповедь Христа Спасителя.

 

О Тайнах: Мне и минута ужасна без веры в Твое Тело и Кровь. Ратуя за веру в Тайны, я ратую за мир души моей.

 

Если я неискренно буду просить Господа о неосужденном причащении [28], и тогда Он наказывает меня.

 

Когда преткнешься в церкви на словах, нимало не смущайся, но оставайся покоен.

 

О грубых лицах поселян. Эти грубые черты лица, эта чернота лица, чернота и грубость рук — отпечатки тяжких, ежедневных трудов, иногда на палящем зное солнца. Эта тусклость очей — следы часто проливаемых слез о бедности своего положения. О, сколь предпочтительнее для меня эти грубые, черные лица простых поселян — нежных, белых лиц и эти грубые черные руки их — нежных и белых рук жителей городских, привыкших проводить время больше в праздности и рассеянности или в легких, сравнительно с сельскими, трудах.

 

Из действия в нашем сердце двух противоположных сил, из коих одна крепко противится другой и насильно, коварно вторгается в наше сердце, всегда убивая его, а другая целомудренно оскорбляется всякою нечистотою и тихо удаляется от малейшей сердечной нечистоты (а когда в нас действует, тогда умиряет, услаждает, оживляет и радует наше сердце), то есть двух личных противоположных сил — легко убедиться, что несомненно существуют и диавол, как всегдашний человекоубийца (Ср.: Ин. 8, 44)у, и Христос, как всегдашний Жизнодавец и Спаситель. Один — мрак и смерть; Другой — Свет и Жизнь.

 

Потому, Боголюбец, если ты иногда замечаешь в уме и сердце крайний мрак, скорбь, тоску и тесноту, и неверие как силу, крепко противящуюся вере Божией, тогда знай, что в тебе сила, враждебная Христу, — диавол. Так, эта сила, темная и убивающая, прокравшись в наше сердце чрез какой–либо грех сердца, часто не дает призывать Христа и святых и скрывает их за мглою неверия. Для чего? — Для того, чтобы терзать человека, потому что вера спасает нас от его козней. Но этим–то она и доказывает, что есть противная ей, державная сила Христа — Бога, к которой она не допускает нас чрез мерзость неверия и которая посредством нашей веры сокрушает ее и саму ее содержит узами мрака для будущего суда. Потому тогда–то и нужно употребить все усилия, чтобы с верою призывать Христа Спасителя.

 

Я — ничто пред моею матерью.

 

Слава имени Твоему, Господи, великому, сильному и грозному, бесов прогоняющему и исцеляющему сердца наши от лютых мучений страстей!

 

Слава и Кресту Твоему Честному, именем Твоим изображаемому! Он также силен и грозен именем Твоим (17 июля 1860 г. Опыт).

 

Милость, оказанная брату, вменяется нам в заслугу любви и будет вознаграждена. Ни одна жертва, принесенная на алтарь любви, не будет забыта Богом, Который есть Любовь (Ср.: 1 Ин. 4, 8, 16). Потому всякий усердствуй, таге или иначе, в любви к брату, снисходя ему в его слабостях, да и Бог, видя твою любовь, хотя в малой мере оказываемую, возлюбит тебя много и простит тебе твои слабости.

 

Того, кто надоедает твоему ветхому, плотскому, греховному страстному человеку, ты люби всегда, как себя, — он бич, исправитель твой по Божией благодати; да притом, если только ты любишь любящих тя, кая тебе благодать (награда) есть? И мытари и язычницы тожде творят (Ср.: Лк. 6, 32, 33). — Твое любомудрие, как христианского священника, должно всегда стоять несравненно выше. Ты не должен быть самолюбив и из–за любви к себе презирать, оставлять без исполнения заповедь Христову, но ставить ее всегда выше себя, выше самой жизни своей.

 

По благодати Божией часто одно слово, скрытое в сердце, укрепляет его, делает его непреклонным на зло и освобождает его таким образом от внутренней тесноты и томления. Так на молитве, так и в жизни. Скрых в <сердце моем> словеса. [29] (Пс. 118, 11.).

 

О стяжании каждым христианином навыка — поспешно обращаться к Богу с прошением обо всем (как немощь — к Источнику всякой силы и всякого блага), просите… с благодарепием… (Ср.: Флп. 4, 6), о всем благодарите (1 Фес. 5, 18) и с славословием, по подобию Ангелов, взывающих выну: Аллилуиа!

 

Если хочешь, чтобы Бог внимал твоей молитве, внимай ей прежде сам с верою, говори ее в сердце.

 

Сон. Один не имеющий, не стоющий доверия у своих братий крестьянин или мещанин просил меня как лицо, которое почтенно и заслуживает доверия, выпросить для него в долг 2000 рублей. Я стал просить, и мне до слова дал деньги сапожник Андреев, только не все сполна, а меньше: потому что он видел невозможность уплатить со стороны того человека, на имя которого я просил и которого взял на свою ответственность. Что этот сон значит? Значит, что если люди по доверию к нам исполняют наши просьбы за других, тем больше Господь Бог. — А я просил с вечера о болящей Екатерине (Лебедевой).

 

Всякий грех, страсть, порок, нечистая мысль, нечистое желание существуют под условием целою царства злых духов как смрадного океана зла. Паши грехи — потоки из этого умственного, смрадного, мертвого моря. — Отчего образовалось Мертвое море на месте погибших беззаконных городов Содома и Гоморры? — В показание того, что жители этих городов еще при жизни были мертвым духовным морем.

 

Необходимо каждое мгновение внимать своему сердцу. В противном случае невозможно нравственное усовершенствование: умные или духовные тати будут часто окрадывать духовное достояние души.

 

Мать, будучи бедна, воспитала нас, скорбела и болела сердцем об нас, радовалась нашему благополучию и нашему прибытию в ее дом. Кто перечислит благодеяния родителей? — Картина благодеяний родительских, живописуйся всегда предо мною!

 

Если идешь к кому–либо по какому делу или в гости — иди с духом смирения и любви, но отнюдь не с духом неприязни и гордости. В первом случае тебя встретят с лицом веселым, в последнем — неблагорасположением. В нюже меру мери те, возмерится вам (Мф. 7, 2; Мк. 4, 24). Души чуют друг друга. Тверди, идучи к другому, в сердце заповедь Божию: возлюбиши искренняго твоего яко сам себе (Ср.: Мф. 22, 39).

 

Сребролюбцы, как тати, чрезвычайно боятся, как бы не узнали и не сказали другие, что они богаты, и точно они тати, потому что похищают дары Божии у бедных. Они обижаются и раздражаются, когда напомнишь им о полноте их денежного кошеля.

 

Ты, раб Божий, когда враг будет смущать тебя заботами об излишних издержках в дому, говори ему: не хочу об этом и думать, как о мелочи. Вся дума моя — Бог, душа моя, мое спасение и других.

 

Страсти находят на душу и помрачают ее быстро, как скоробегущие облака — солнце; но проходят нескоро и трудно. Сказываются смущением души, и всякий грех сказывается смущением. Мир — Господень дар, и он принадлежит добродетели. Мир вам (Лк. 24, 36; Ин. 20, 19). О мире больше всего заботься: мир плодотвори для жизни семейной и общественной, он необходим для всех занятий. Смущенный делает не то, что надо, или ничего не может делать.

 

Направи ноги нашя на путь мирен (Ср.: Лк. 1, 79).

 

Едино тело есмы мнози: ecu бо от единаго хлеба причащаемся (1 Кор. 10, 17). Вот какой характер отношений должен быть у нас к другим — характер единства во всем.

 

Умирающий Пушкин говорил: смешно же, чтоб этот вздор меня пересилил (разумея тоску сердечную и боль всего тела)… не хочу. — Так я должен говорить, когда на меня напирает какая–либо страсть.

 

+ Господи, благослови!

 

Ни для кого из приходящих не щадить ничего. — Этого требует спокойствие мое, благо мое, достойное прохождение священного звания; этого требует Бог как дела богоугодного. — Все предлоги прочь. Не обращать внимания на снедомое; представлять, что все это — дары Божии, общие для всех, что ты только приставник.

 

Некоторые способны молиться только за другими, другие и за другими не способны молиться и предаются непонятному равнодушию и холодности на молитве: чужда их сердцу, незнакома, далека молитва искренняя.

 

Михаил Измайлович Гаг–н<?> с покойною твердостию, постоянством молитвы взирал к Богу и ни на кого не обращал внимания, будучи во время чтения молитв (сам читал) выше всех и повелевая всем. Странно, что один чиновник, стоявший сзади его и плюнувший во время молитвы на пол, выслушал с уважением его выговор и стал покойно впереди. Вот какое величие и какая повелительность духа в твердых верою людях!

 

Имей всегда в виду закон постепенного (gradualis [30]) действия законов природы и помни, что язык твой подчинен тому же закону: не надо при выговоре торопиться. Мысль, как чадо духа, — быстра, бегла, мгновенна; но язык, как плоть, — косен, неповоротлив: надо помнить его немощь.

 

Не иди на всех парах там, где тесно от других судов: разобьешься и пойдешь ко дну и потопишь тех, которые были с тобою на судне (Церковь). — Тихонько, не торопясь.

 

Господь мой неистощим в дарах Своих: говори бесу скупости.

 

Кронштадт — город мзды неправедной, город пьянства, разврата, разбоя, картежной игры, город всех увеселений бесовских (управляющий, губернатор, секретарь Думы, стряпчий, архитектор, губернатор — не говоря о других)…

 

Бессильный, мертвый денежный капитал! Обладающий тобою все почитает себя бедным, все боится обнищать и все желает и ищет больше и больше; он даже прямо называет себя иногда бедным! О, бездушное сребро, о, глупая страсть! Как вы сами доказываете свою безжизненность для сердца человеческого, <…> [31] каменную тяжесть.

 

Во славу Трех Странников, явившихся Аврааму (См.: Быт. 18), принимай трех братьев — родных братьев, заметь это: как и Три Лица Пресвятой Троицы совершенно родственны и, находясь друг в друге, принадлежат друг другу.

 

Собственными очами видел я прославленных нетлением и чудесами новгородских чудотворцев, святителей, преподобных и Христа ради юродивых, которые спаслись в исповедуемой мною вере — чрез молитвы и Таинства нашей Церкви; сам лобызал их скверными моими устами.

 

Помни, что малейшая привязанность к тленным благам есть лютая болезнь твоего сердца: и уймешься.

 

Совершенно предайся Господу во всех обстоятельствах твоей жизни, даже в посещении тебя гостями: они посещают тебя по допущению или по воле Промысла и траты твои на них Господь непременно вознаградит втрое больше. — Опыты на мне и на других, явно замеченные!

 

Когда грех лезет в душу негою, удовольствием, скрепи сердце твое чистою любовию к Богу. Почему сердцем любим?

 

Благодатпию утверждагпи сердца (Евр. 13, 9).

 

Молитвами утренними и вечерними строится в благообразное здание и возводится к совершенству, скрепляется вся жизнь христианина. Сюда также относится и общественное Богослужение. Но надобно только, чтобы эти молитвы домашние, это хождение в храм Божий были искренни, разумны.

 

Презирати плоть, преходит бо. [32] Самую плоть свою, не только вещественные блага. Душа моя! Научись презирать вещество и уважать дух и его духовные потребности. — Восприими свое природное достоинство, свою власть над веществом.

 

Господи! Даруй мне относительно вещественных благ ходить в простоте сердца, не обращая на них усиленного внимания.

 

Господи! Даруй мне иметь должное уважение ко всякому человеку, посещающему часто дом мой; иметь доверенность к совести каждого.

 

Хлеб наш насущный даждь нам днесь (Мф. 6, 11). Это прошение значит то, что мы не должны заботиться до пристрастия о средствах к жизни, и если дал Бог на нынешний день эти средства, то благодарить Его и впредь надеяться на Него, на Его Промысл; не скупиться, не трястись, как говорится, над всем, особенно когда приходят гости или нищие и странные, но с душевным расположением и в простоте сердца принимать их, угощать их или подавать им милостыню. Основание на это: Бог не оставлял меня во все предыдущее время средствами к жизни, по с избытком подавал их; не оставит, следовательно, и на будущее время.

 

В шуринах ты должен видеть любезные черты любимой твоей жены, как бы ее саму.

 

Чтобы тебе искренно любить всякого человека, обрати внимание на то, как Господь любил всякого: Он обнищал для нас, душу Свою положил за нас и — Телом и Кровию Своею питает.

 

Слава Тебе, благопослушливый Владыко! Воззвал я к Тебе, и Ты услышал меня и в скорби распространил мя ecu (Пс. 4, 2) и возвеселитися с гостями моими даровал еси о имени Твоем за трапезою даров Твоих. Августа 28 дня 1860 г. Пастельсы<?> и Мария Казимировна.

 

Гордись, питая тленною пищею тела бессмертных душ человеческих. Скупость — диавольская глупость.

 

Горе вам, насыщенный ныне: яко взалчете (Лк. 6, 25). Питай других усердно от трапезы своей. Это уничтожит лишнее насыщение твое благами земли и преклонит в день оный на милость Владыку!

 

Взаим дайте, ничесоже чающе (Лк. 6, 35). Питай других, давай им деньги, не ожидая воздаяния.

 

Не вы бо будете глаголющии, но Дух Отца вашего глаголяй в вас (Мф. 10, 20). Апостолы говорили и все написали Духом Святым. Иоанн Златоуст и другие учители — тоже.

 

Господь везде (везде сый и вся исполняяй [33]) и, призываемый от сердца, скоро приходит на помощь. Он везде в природе: нет места, где бы Он не был; растения, животные, оживляемые Им на каждом шагу; Он действует во всех законах природы. Он и в иконах, и в силе Креста, и в пречистых Тайнах Тела и Крови Своей, и во всех Таинствах; Дух Его дышит в священных чтениях и песнопениях Церкви: Он жизнь всего — Господь.

 

После вчерашнего диавольского пламени, воспаленного жалением денег на 3 р. извозчику, я думаю, можно совершенно бросить всякое сожаление о потере, какая бы она ни была.

 

Господь каждый день и всю жизнь туне, единственно по благости Своей питает и всячески милует нас, недостойных; а мы, грешные, злонравные, боимся, истинно боимся, обоянные сатаною, даром напитать братию свою несколько дней сряду! — Безумие непонятное! Еще — вот что удивительнее — Господь ежедневно питает меня дивною, несказанно великою и драгоценною пищею Плоти Своей, а я жалею обыкновенной малоценной, всюду находящейся и ногами попираемой тленной пищи — для братии моей, для приема их несколько дней сряду. — Судите меня, что я такое: что я за чудовище? Жалею и каюсь, болею и жалею; жалею, болею и каюсь. Какая–то тьма страшная, болезненная покрывает иногда меня, и я нахожусь в неисходной глупости; молюсь Господу — избавить меня от этого безотрадного положения и вследствие самой искренней молитвы избавляюсь от него, выхожу на свет Божий и тогда вижу всю безрассудность сердечной страсти; познаю, из–за какой глупости сердце скорбело и болело. — Господи! Ты — бесконечно благ и щедр; мы — бесконечно злы и скупы по временам. Добродетели наши — мелки, ничтожны, минутны!

 

Величайшее дарование Божие, в коем мы более всего нуждаемся и которое получаем весьма часто от Бога вследствие нашей молитвы, есть сердечный мир, как говорит Спаситель: приидите ко Мне ecu труждающиися и обремененнии, и Аз упокою вы (Мф. 11, 28). И радуйтесь, и считайте себя богатыми, имеющими все, когда получили мир.

 

Всякий да помятует постоянно, что он Божий душою и телом и во всех нуждах душевных и телесных зависит во всякое мгновение своего бытия от Бога; а потому к Нему да обращается всякий раз, когда чувствует в чем–либо нужду (душевную и телесную), когда, например, стесняется его бытие душевное или телесное, то есть когда поражают его скорби (болезни душевные) или страсти, болезни (телесные), когда ему угрожают стихии своим непостоянством (огонь, вода, воздух, буря), также когда он предпринимает что–либо делать (да помнит он тогда единого Содетеля, все из небытия создавшего и тварям Своим даровавшего разнообразные силы — делать многие и различные дела).

 

Когда входишь в храм, говори: поклоняюся Тебе, Господу Богу моему, живущему во храме сем.

 

Да будет воля Твоя (Мф. 6, 10). Сколько мы подвергаемся часто беспокойству и бесполезным хлопотам, чтобы исполнилась наша воля, хотя исполнение ее, по всей вероятности, не приносит нам душевной и вечной пользы, а только вещественную, временную.

 

Безотрадно, неинтересно молиться, если не надеяться на получение просимого. — Но многие приступают с лукавым сердцем, вовсе не желая того, чего они просят устами, а по принятой привычке выговаривая заученные слова, которые только воздух бьют напрасно.

 

Радуйся, когда тебя с семейством притесняют: это верный знак, что ты на тесном пути, вводящем в живот (Ср.: Мф. 7, 14)у.

 

Бесплотный враг прост по природе: оттого он и силен в нападении. Надо отражать его так же просто, то есть простым, верующим сердцем, о имени Господа Иисуса Христа. Диавол мгновением мысли входит в наше сердце, подобным мгновением — отрицательным, то есть словом, выражающим вдруг противоположную им внушенной мысли, — выгонять его.

 

Бог долго попускает врагу искушать и теснить нас во время молитвы, чтобы сделать ее искреннее и тверже, и наконец дарует нам благодать — молиться с миром, нералвлекаемо.

 

У тех, которые всегда искренно молятся Богу, лицо просвещается светом Божиим и имеет необыкновенную приятность и привлекательность.

 

Отнюдь не давать причастия тем, кои не говорят ничего или отвращаются по сатанинскому упорству.

 

Сам по себе человек беден обилием благих и светлых мыслей, они приходят ему отвне: помолись Господу, и они налетят, как крастели [34], и наполнят в бесчисленном множестве главу твою.

 

Одебеле бо сердце людий сих (Ис. 6, 10)у. Мы привыкли ото приписывать только иудеям, но эти слова вполне идут и к нам; равно как и слова: ушима тяжко слышаиш, и очи свои смежиша (Ис. 6, 10) (то есть духовные уши и очи).

 

Сон. Я видел мост над широкою черною пучиною реки; не очень широкий, но гладкий, покатый, скользкий и с разными необыкновенными крутизнами. Многие шли по нему, и одни переходили на другую сторону реки, а другие — крайне затруднялись и были угрожаемы опасностию низвергнуться в реку; я лежком пополз, но едва не свернулся в реку, да и другие сзади мне препятствовали, по причине тесноты множества людей, свободно переправиться. Я едва не висел уж телом над пучиною; сердце уже замирало; наконец каким–то счастливым случаем я попал на узенький мост, где было весьма мало идущих, и здесь я беспрепятственно и быстро перелетел почти чрез единственную доску, составлявшую мост: очевидная опасность и боязнь утонуть в бездне придали мне силы. — Узкий мост — узкий путь к Царствию Небесному.

 

Духа не имуще, и суть телесни (Ср.: Иуд. 1, 19). Много есть и ныне таких.

 

Чудесно Господь мой зачался и родился от Девы; чудодействовал как Бог на земле и как чудодействующий Бог воскрес из мертвых и вознесся на небеса; призывается нами как Бог и человек и, как вездесущий Владыка всего, является на помощь к нам; чудесно предлагается и ныне в пищу и питие действием Бого–Отеческого Духа.

 

Оставите детей приходити ко Мне и не браните им: тацех бо есть Царствие Божие (Мк. 10, 14). По отношению к твоим прихожанам это значит: оставь их приходить в церковь за Его образом и в крестном ходе брать Его в дом для освящения их дома и не огорчайся на них, когда они за это не вознаграждают должным образом: тем более, что ты не знаешь, кто сколько может дать; и усердие во всяком случае к Спасителю похвально, и нужно об этом радоваться. Кто берет из церкви на дом какой–либо образ, тот как бы дитя простое: он видит в образе верою то Лице, Которое написано на иконе, и верует получить великую благодать от Него. Премудрые века сего считают юродством — брать образа из церкви и носить их на дом.

 

У греха длинный и тяжелый хвост.

 

Когда согрешишь и грех будет внутренно теснить и жечь тебя, прославляй тогда правду Божию и говори: слава Тебе, Боже, Праведный Наказателю мой; буди за все слава Тебе — слава и за наказания Твои мне, грешному; слава Тебе, яко не оставлявши мя во гресех жити, но, наказуя сердце мое стрелами огненными, жпсши грехи мои от сердца моего.

 

Причастился я сегодня с верою: и грехи мои како воск растаяли [35] от Святых Таин.

 

Иван Михайлович Никольский<?> замечательная личность из духовного звания: его глубокое благочестие, совершенное беспристрастие к земным вещам, искренняя любовь к людям, кротость и необыкновенное смирение; обидевшим его был от него один всегда ответ: спаси тебя Господи! Около детей ходил и занимался ими как мать, с великою нежностию, постоянством и молитвою.

 

Проси как сильно нуждающийся.

 

Смерть в нас действует, а живот в вас (2 Кор.

 

3, 12).

 

Великое благодеяние Божие, когда рождается и обыкновенный человек. Но бесконечно велико благодеяние Божие, когда рождается будущая Матерь Сына Божия. Родилась наша Заступница усердная пред Богом. Чрез Нее бысть Господь сил с нами, и Сына Божия познали\ [36]* чрез Нее и сподобились пречистого Тела и Крови Его. Замечайте: весь ряд чудес благости и милосердия Божия к нам, какие принесла и приносит христианская вера, начался с дня рождения Божией Матери. Все духовные блага веры, какие получаем теперь, получаем чрез Ее посредство. О! Несказанно великое благодеяние Божие в рождестве Божией Матери. Мир христианский всех веков! Ты свидетель непрерывных Ее благодеяний! Славь Ее немолчно. — Ты и славишь Ее в лице Церкви.

 

Явися Сия небо и храм Божества. [37] Но и вы есте церкви Бога жива… (2 Кор. 6, 16.) Обязанности ваши, предназначение ваше. (Тобою бысть Господь сил с нами [38] и сподобились пречистого Тела и Крови Его.) Перечислите все благодеяния, оказанные Ею в разные времена православным.

 

Лови врага невидимого во взорах других и не огорчайся на сделавшихся на мгновение его орудиями: ко всем удобно приражается лукавый.

 

Познай же ты, наконец, великое достоинство и назначение своего духа и прилепляйся всем сердцем к Господу — Бесконечному, Живоначальному Духу, а плоть и все плотское презирай как тление, как прах, как ничто или как болезнь, как скорбь, как оковы души.

 

Посмотрите в писания мужей духовных, святых и приметьте, как дух их стремится в бесконечность; их писания некоторым образом суть изображение бесконечного Духа — бесконечной премудрости, благости, святости и всемогущества Божия. Посмотрите, как беспределен полет их духа.

 

Не иматъ Дух Мой пребывати в человецех сих во век, зане суть плоть (Быт. 6, 3). Плоть — все, прилепляющиеся к богатству, удовольствию и к славе мира.

 

Мне же прилеплятися Богови благо есть (Пс. 72, 28). Христианин до такой степени должен прилепляться к Богу и пренебрегать всем вещественным (чувственным), что если бы Бог и всего достояния лишил его, он не должен скорбеть, но говорить: Господь мой — мое единственное сокровище, моя жизнь, мой покой, мое блаженство, мое богатство. Он — Творец не только всякой плоти, всякого вещества, но и всех духов, которые в свою очередь, как образ и подобие Творца (Ср.: Быт. 1, 26), сами обладают даром творчества (Ангелы творят себе на время плоть; люди — творят многое). Он взял мое достояние, но Он же может и опять дать его, как Иову, как весьма многим другим — и притом с избытком. Для Него ничтожно вещество — дорог для Него Богоподобный дух [39]; вещество утраченное Он может возвратить с избытком, а духа, если самовольно потеряем его, не возвратит.

 

Матерь Божия стоит на высочайшей степени уподобления Богу, и потому называется Пресвятая и Пречистая.

 

Молясь с верными в церкви или обращаясь с ними в общежитии, представляй, что ты произошел от Одного с ними Отца Небесного, что они настоящие братия твои по Богу, особенно во Христе Иисусе, соделавшимся Братом нашим по человечеству; что у них одни с тобою потребности души и тела, что они совершенно одно с тобою, что, значит, их нужно любить точно как себя (Ср.: Мф. 22, 39), желать им того же, чего желаешь себе, делать то же, что — себе, поступать с ними так, как хочешь, чтобы они поступали с тобою (Ср.: Мф. 7, 12).

 

Кто стремится с Божиею помощию отрешаться от привязанности к земным благам, тот получает со временем от Господа благодать равнодушия и к земной жизни, которая есть величайшее из земных благ, и желает жить для того разве, чтобы в тленном теле угодить больше Господу да посеять больше семян добрых дел для обильнейшей жатвы в будущем веке. На тело свое он смотрит как на такую тленную вещь в видимой природе, которая весь век свой носит в себе семя тления, ежедневно умирает, постоянно внушая нам мысль о своей смертности, пока наконец окончательно не умрет. Он не лелеет его, не удовлетворяет его похотей, зная, что эти похоти — скверна для разумной и бессмертной души его; что тело есть опасный домашний враг, который в случае оплошности души готов погубить ее небесную красоту и жизнь.

 

8 сентября, 12 часов. Слава Владычице, избавившей сердце мое от врага — тирана, не дававшего мне спать. Он прогнан. — И я уснул крепко и сладко.

 

Основание молитвы. Стремление образа к Первообразу, как подобного к Подобному.

 

Во время молитвы имей мысль, что ты — приставиик драгоценнейшего молитвенного достояния Церкви, притом приставник нечистый, недостойный, что твое дело — с благоговением, открыв сердце, напоять душу свою этими чистыми струями молитвенного слова, но не мудрствовать об них по–своему. — Замечательно: сегодня я усумнился, конечно, потому, что подстрекал лукавый, — насчет одного оборота в одной молитве, именно: Един имаши власть оставляти грехи молитвами Пречистых Твоея Матере и всех святых [40] — и посрамился в своем мудровании: враг сразил меня, запял, возмутивши меня на общественной молитве. В чем же ложна моя мысль была? — Я думал: Как? — Бог имеет власть оставлять грехи по молитвам Своей Пречистой Матери и святых, а не Сам — независимо? И без молитв других имеет власть. — Конечно, Один имеет власть, но чтобы почтить высокие добродетели святых — особенно Своей Пречистой Матери, — которые суть Его друзья, до последних сил угождавшие Ему в земной жизни, Он принимает и их молитвенное предстательство о нас, недостойных, о нас, которые часто должны заградить уста свои по причине великих и частых своих грехопадений. Вспомните Моисея, предстательствовавшего за народ еврейский и исходатайствовавшего ему жизнь у раздраженного Господа (См.: Чис. 14, 11–20). Кто не скажет, что и без Моисея мог бы Господь пощадить народ Свой — дарованием ему продолжения его бытия; но тогда Господь был бы, так сказать, неправосуден, даровавши им, недостойным жизни, жизнь, тогда как Сам же определил их умертвить; а когда стал предстательствовать Моисей — человек праведный, кроткий и смиренный, тогда взоры правосудного Бога упокоились на праведнике, на его любви к Богу и к народу своему, и ради его заслуг Господь помиловал недостойных, ради праведника помиловал неправедных. Так и ныне, по молитвам Своей Пречистой Матери Он милует нас, которые сами по себе за великие и частые грехи и беззакония и недостойны были бы Его милости. Аще станут Самуил и Илия предо Мною, несть душа Моя к ним (Ср.: Иер. 15, 1), говорил Господь Иеремии о иудеях. Из этого видно, что Господь принимает ходатайство святых за недобрых людей, когда грехи этих последних не превышают меры Божия долготерпения.

 

Задачею моею будет научить вас молиться. Как этого достигнуть? — Показав недостатки бывающей молитвы, недостатки, коих причиною сами молящиеся, и потом показав, как нужно, о чем и когда молиться. — Духом и истиною (Ср.: Ин. 4, 23, 24)у, а не телесно и ложно; о том, о чем Господь указал и Церковь учит ежедневно и в нарочитые дни (в праздники, во дни Таинств, в пост) — всегда, потому что всегда грешим (надо просить прощения грехов), всегда пользуемся милостями Божиими (нужно благодарить), всегда видим пред глазами славные дела Божии, невольно взывающие на славословие (нужно всегда славословить). Но как дух бодр, а плоть немощна (Ср.: Мф. 26, 41) и персть есмы (Пс. 102, 14), то по крайней мере в известные сроки утром и вечером, пред обедом и после, пред ужином и после. Прежде всего скажем о великом достоинстве, цели и пользе молитвы (о наименованиях ее); о участии сердца, о местонахождении его (люди ищут удовольствий сердцу в играх, забавах, в пище, питии, в почестях); свидетельстве Священного Писания о важности сердца: сердце чисто (Пс. 50, 12)у; о вере — в чем она состоит относительно молитвы; о храме как особом месте молитвы: очи и сердце Господа в храме; о клети внутренной, сердечной.

 

В виду всяких благ земных — да будет сердечное благо твое един Христос; в виду богатства, почестей, удовольствий — да будет твое богатство, твое удовольствие, твоя величайшая честь — Христос; пред Христом да будут ничтожны все земные блага; да не подвижится сердце твое вожделевать что–либо больше Христа; да не привязывается к чему–либо тленному и на одно мгновение; да не оскорбится Христос — Сокровище нашего сердца, Царь и Господь его.

 

Бедным давай не думая о том, что оскудеешь: дающий не оскудевает. Не высчитывай скупым и лукавым сердцем суммы, им подаваемой; иначе лукавый остановит тебя в добром деле, представив множество раздаваемых денег. Давай, как говорится, завязавши глаза.

 

Господи! Ты Скудельник мой, Художник мой!

 

Господи! Ты без конца щедр ко мне. Воистину и я должен быть щедр к братии моей. Любящий Отца сын должен подражать Отцу и Его же дарами быть щедрым для других.

 

Молясь, не нужно забывать, что злой дух коварствует над нами особенно во время благочестивых занятий: он развлекает наши мысли земными житейскими предметами, он посевает сомнения, он хулит, лукавит в нас.

 

Рассудок — слуга сердца.

 

Вчера, озабоченный покупкою книг, я крушился, смущался духом, но пришедши в церковь и прилепившись сердцем к Богу, и вперивши в Него ум и сердце — я успокоился и возвеселился. Воистину не в стяжаниях жизнь наша, а в Боге. — 11 сентября 1860 года. Утро.

 

Если мы, грешные, молимся и умоляем Господа за себя и за других; ежели, живя на земле, святые молятся за других и испрашивают им у Бога нужное: то тем более — когда святые переселятся в вечность и будут лицем к лицу с Богом. — В силу великой, ходатайственной Жертвы Сына Божия имеют силу ходатайства по благодати Господа Иисуса и молитвы святых, особенно Пречистой Матери Его. — Это воздаяние от Господа заслугам святых.

 

Что такое человек как не образ Божий (Ср.: Быт. 1, 27)у, художнически вделанный в землю? Потому что тело человеческое — земля (Ср.: Быт. 2, 7; 3, 19). Не дивись же, что в вещественных образах является Бог и даже говорит устами образа: ибо вся возможна суть у Бога (Мк. 10, 27). Когда нужно было, Он и чрез ослицу проговорил человеческим голосом (См.: Чис. 22, 28 30).

 

Господь, зная немощь нашей природы, помраченной и отягченной грехом, трудно возвышающейся к Богу верою, благоволил снизойти к нам 40 подобия нашему существу, до принятия зрака рабия (Флп. 2, 7), плоти человеческой: такова любовь. По так как Ему нельзя было вечно оставаться в человеческом теле на земле, а нужно было, по планам домостроительства, вознестись с ним на небо, то для немощи всех будущих родов человеческих и для напоминания им о Своей вечной к ним любви, о Своих страданиях и смерти Он пресуществляет Духом Святым простой хлеб в Тело Свое и простое вино в Кровь Свою и в это Тело и в эту Кровь весь вселяется Духом Своим — так что в видах хлеба и вина всецело находится Сам Жизнодавец Христос — Господь. О любовь неизреченная, поистине Божеская! Свою бесконечную премудрость, Свое бесконечное всемогущество Господь употребил всецело на наше спасение! Наша немощь не только верою видит Господа, но и ощущает Его языком, особенно сердцем и всею душою. — Слава Господу, толико возлюбившему нас!

 

То же и об образах. [41]

 

Нужно такое настроение веры иметь во время молитвы, чтобы и на одну минуту не было в сердце тайного сомнения или тайной мысли, будто Бог нас не слушает, но чтоб во все продолжение молитвы душа представляла себе Бога пред собою и беседовала с Ним как с Царем.

 

Как к Богу, так и к человеку будь постоянен в почитании и любви: потому что человек есть образ Его.

 

Есть мир духовный; существуют души усопших людей; видят и слышат они нас: и вот тому очевидное доказательство. Одна женщина, которой муж был болен и лежал в клинике — в 600 верстах от нее, — она в один вечер видела, какие были у него посетители, что он делал, слышала, какие слова он говорил. — Не так ли видят нас святые, не так ли слышат они наши молитвы?

 

Не приидох разорити закон, или пророки, но исполнити (Ср.: Мф. 5, 17). Как Исполнителю Закона и Пророков, Спасителю являются из духовного мира (по человечеству Спасителя) Моисей — представитель Закона, и Илия — Пророков, и утешают Его в предстоящих страданиях. Так и ты, человек, старайся быть исполнителем Закона и Пророков, и тебе явятся деятельными помощниками святые Божии.

 

Люди недоумевают и, сказать правду, многие не верят той чести, которая обещана праве дникам в будущей жизни: потому что сатана унизил человечество в его собственных глазах. Но действительна такая почесть и ее должно надеяться: человек — образ Божий, для того–то и воплотился Сын Божий, чтобы восстановить Свой образ. В Священном Писании развита эта мысль. Раскрыть се прихожанам. — Помоги Бог!

 

По тому одному не должно привязываться ни к чему земному, что из–за этой привязанности теряется дерзновение пред Богом — Жизнодавцем, Упокоителем, Радованием, Блаженством нашим. — Опыт.

 

Привязанность сердца к земному — мерзость Господу. Страдает сердце от этой привязанности. Но прилепление сердца ко Господу — жертва благоухающая Господу, и блаженно сердце от этого прилепления. Не естественно сердцу человека, которое есть дух, прилепляться к земному: как сочетать плоть и дух? Один — вечен, другая — временна; один — бесконечен, другая — конечна; как полюсы — так дух и тело противоположны.

 

Что спите? Воставше молитеся, да не внидете в напасть. (Лк. 22, 46.) Братия! Что вы беспечно спите сном греховным? Воставше молите ся, да не внидете в напасть.

 

Умерщвляю тело мое и порабощаю, да не како иным проповедуя, сам неключимь буду (1 Кор. 9, 27). Вот твой девиз. Ты должен зарубить эти слова на память и в руководство себе на стене.

 

О молитве. Ты, возлюбленный, небольшой знаток духовных дел, и особенно молитвы: о чесом бо помолишься, не веси сам собою (Ср.: Рим. 8, 26), а святые Божии, духовные человеки, большие знатоки этих дел, дела молитвы, — наитствованные Духом Божиим, они видели, о чем нужно молиться, и составили молитвы, приспособленные к духовным потребностям христианина, составили прекрасно. Но они выработали эти молитвы трудами подвижнической своей жизни, не просто: их молитвы — плод скорбей и борьбы с самими собою и с невидимыми и видимыми врагами спасения. Потому надобно глубоко ценить их произведения как произведения испытанных в горниле искушений и бед душ, подобно злату просиявших, как чистых храмов Духа Святого, благоволившего обитать в их чистых душах и телах.

 

Свое постоянное вездеприсутствие, Богоправление, правосудие и милость Господь являет в том, что за движения сердца греховные наказывает духовною смертию, а за движения сердца к истинному, доброму и прекрасному — награждает преизбытком жизни; или когда кающихся нас милует и проливает утешение в сердце. — Все это доказывает присутствие Божественного Духа Его в нас — грешных. Бог наш Бог еже спасати: и Господня, Господня исходища смертная (Пс. 67, 21). Дух, идеже хощет, дышет, и глас Его слышиши (Ин. 3, 8).

 

Бог есть весь Око, или Зрение — ???? (???????) [42]. Вода прозрачна, воздух прозрачнее, свет еще прозрачнее (чем тоньше и легче вещество, тем оно прозрачнее); дух сотворенный еще прозрачнее и сам видит. Несозданный, Творческий Дух — есть весь Свет, и тьмы в Нем несть ни единыя (1 Ин. 1, 5), и все видит, все пронизает.

 

Сердце мое живет и может жить только Спасителем — Христом. А сердце — душа моя.

 

На стену: Ты же, егда молишися, вниди в клеть твою и, затворив двери твоя, помолися Отцу твоему, Иже в тайне: и Отец твой, видяй в тайне, воздаст тебе яве (Мф. 6, 6).

 

Не побежден бывай от зла, но побеждай благим злое (Рим. 12, 21). Апостол говорит с уверенностию, что в добре есть достаточная сила к побеждению зла. Только будь неизменно добр: и победишь злобу другого. Бывали случаи в христианстве, что убийцы были угощаемы тем, кого они хотели убить и который знал о их намерении — убить его.

 

Тебя Бог наказал сегодня, когда ты давал молитву родильнице, за то, что ты помыслил зло о брате.

 

Мстительный! Скажи отселе Господу: Господи! Отселе желаю ни на кого не злобиться и не сердиться, но молиться за обидящих: спаси их Господи! Господи! Отпусти им: не ведят бо что творят (Лк. 23, 34).

 

Если не ты зол, а другие на тебя — нечего тебе и возмущаться, а надо быть покойным: зло не твое; но если ты зол, а не другие — надо скорее исправляться покаянием.

 

Священнику. Долг священника — молиться о всех. Священнику неизвинительно много раз предаваться движениям самолюбия и своекорыстия — он должен быть самоотвержен: да от вержется себе (Мф. 16, 24), говорит Спаситель, — то есть для исполнения воли Спасителя да отвержется от своей плотской воли.

 

В молитве терпите, бодрствующе в ней со благодарением (Кол. 4, 2).

 

Во время беседы с гостями твоими за твоею трапезою будь внимателен к себе и смотри, чтобы враг не бросил в сердце искры пренебрежения и ненависти к ним — ради жаления материального твоего достояния! Какая мерзость эта скупость! Как она роняет скупого в глазах его собственных и других, и как она недостойно заставляет смотреть на других, нам подобных.

 

С лакомою пищею, особенно обильною, сердце делается расслабленным для духовных подвигов, особенно для молитвы, становится дебело, отолстевает. Внемлите, говорит Господь, да не когда отягчают сердца ваша объядением и пиянством (Лк. 21, 34); значит, по противоположению, сердца бывают легки, духовны, когда человек постится. — Действительно, опыт говорит об этом. Как плодовито бывает богатыми и возвышенными созерцаниями и чувствами от поста сердце наше! Обратите внимание на слова постников–проповедников: они — дух и сила и оттого именно, что проповедники чрез пост и молитву сами превратились, так сказать, в дух! А прочтите слова людей, занятых житейскими заботами, не соблюдающих строго поста: их слова — плотяны, малосильны, как плоть.

 

Аще во благих точию покаряемся Господу: какая нам благодать есть, но аще во злых: тогда достойни есмы благодати, яко подвиг сотворившии (Ср.: Иов, 2, 10).

 

По той мере, как ты начинаешь молиться духом и истиною пред святою иконою, например Спасителя, по той мере к иконе привлекается дух Того, Кто изображен на иконе, так что если вера твоя в присутствие Лица, написанного на иконе, дошла до того, что ты видишь как бы живым то Лице — то Оно, действительно, благодатию Своею бывает всегда тут. Чудотворные иконы — говорившие, источавшие слезы, кровь и пр. От того чудотворные иконы смотрят необыкновенно живо и выразительно. Что невозможно для Бога, Который может оживотворить камень и образовать из него человека (Ср.: Мф. 3, 9)? — Так же чудесно может сделать это с живописным образом. В Тайнах бывает же Он весь. Вся возможна верующему (Мк. 9, 23), и к верующему чудесно снисходит Вышний. Соединяется же Он с знамением Креста Животворящего и чудодействует.

 

Так и живописен и точен, говорят иногда о каком–либо портрете, что только не говорит. Если человек так умеет искусством своим оживлять холстину, или доску, или бумагу — то что же невозможного для Бога, почему не вдохнуть Ему и жизни в образ, почему не дать ему способности и проговорить, в случае если Ему это будет угодно? Только не говорит: ты все сделал, дай же докончить Господу; и Он заставит ее говорить.

 

Как на молитве враг побуждает торопиться и предаваться нетерпению, так и в училище при обучении мальчиков противустоит<?>.

 

В Животворящих Тайнах — самое тесное, очевидное и осязательное соприкосновение верующих с их Господом. — О, сколь велика любовь и милость к нам Господа!

 

Ты пользуешься тем, что Бог мне дал и я для тебя приготовила воспитанием. Ты пользуешься плодами трудов моих, и как же не благодаришь меня, как усердно не молишься обо мне? — Голос маминьки [43] из–за могилы!

 

Слышит тебя Спаситель на молитве. Доказательства. Всякий раз, когда ты чувствовал себя легко на молитве, когда спадало с тебя бремя греховное — это касался твоего сердца Сам Спаситель; Его это: приидите ко Мне ecu труждающиися и обремененнии, и Аз упокою вы. Иго Мое благо, бремя Мое легко (Мф. 11, 28, 30); Он исполнял Свое обещание тебе; всякий раз, когда на молитве, при взирании на образ Спасителя, текли у тебя слезы умиления, когда радость неземная обнимала твое сердце — тогда касался твоего сердца Спаситель; тогда Он приходил к тебе и творил обитель в твоем сердце со Отцем и Святым Духом (Ср.: Ин, 14, 23). Блаже ни плачущии: яко тии утешатся (Мф. 5, 4; Лк. 6, 21) (то есть Спасителем: Он отирает всяку слезу от очей (Ср.: Откр. 7, 17; 21, 4)). Царство Божие — правда и мир и радость о Дусе Святе (Рим. 14, 17)у. Видишь, если мир и радость у тебя на душе, то в тебе Царство Божие; в тебе — Сам Трисиятельный Господь Бог [44].

 

А как святые слышат наши молитвы? 1) Они в Боге, а Бог всеведущ. 2) Они — духи, а чистые духи далеко и много видят; чистое сердце, мы и здесь знаем, чрезвычайно дальнозорко и яснозорко, как невещественный дух; Елисей. 3) Ангелы–хранители наши и святые, без сомнения, имеют сообщение между собою; так праведного Лазаря Ангелы несли на лоно Авраамле (Ср.: Лк. 16, 22).

 

Не молиться крайне опасно: сердце портится, зарастает дикою травою беззаконий, плевелами диавольскими (См.: Мф.13, 25)у больше и больше, и нечем ему очищаться: благодатный огнь молитвы не проникает в сердце, и Дух Святой не привлекается молитвою веры. Хотя по милости Своей Бог и действует на сердце грешника разными обстоятельствами, но невнимательному к своему сердцу человеку легко пропустить их без внимания. Чтобы ввергнуть человека во всякое зло, у диавола верное средство — отвлечь того человека от молитвы.

 

Если хочешь быть рабом Божиим и подражателем Богу, не торопись ни в чем; закон действий Божиих — постепенность, медленность: и за то — дивная твердость! Диавол тороплив, потому что не имеет в себе покоя и поспешностью склоняет ко всякому греху; потому что в поспешности нет премудрости.

 

Я мыслю: я люблю — я образ Божий; я — бог. Я мыслю: этого довольно, чтобы верить, что Бог всегда со мною.

 

На се послан есмь (Лк. 4, 43). Я проповедую; служу; совершаю требы: я на это послан; я обязан в этом жить и время в этом проводить. То — мой долг, то — мое звание. Тяготиться этим когда–либо — сохрани меня, Господи!

 

Отселе будеши человеки ловя (Лк. 5, 10). Человек, странное дело, — предмет ловли. Апостолы — ловцы человеков в невод веры и жизни вечной. Почему же так? — Потому что есть ловец противоположный — диавол с клевретами своими, он ловит неверием — в вечную погибель. А как человек свободен, то привлекать его на ту или другую сторону можно свободно, представляя ему привлекательную истину духовной жизни или обольстительную ложь чувственности. Христос и Апостолы так и делают; диавол делает свое — раскидывает обольстительные виды чувственности: увеселения, бесстыдные и скверные лица женские; пищу, питье; наряды и прочее, прочее. И в этой жизни взору духовного наблюдателя легко различить блаженных пленников Христа и несчастных пленников диавола. Одни с радостию приметаются во дворех дому Бога своего (Ср.: Пс. 83, 11) — другие с радостию идут в сатанинские увеселения и отвращаются Церкви; одни сочетались Христу — другие диаволу. Его способы уловления: гневом, завистию, скупостию, ненавистию. Диавол так тесно соединяется с душою человека для погибели его, что человек и не замечает того: все страсти, все греховные наклонности приписы вает одному себе и даже отвергает бытие злых духов, вопреки Священному Писанию, где ясно говорится об них. И это делают люди плотские, которые едва ли начинали жить духовною жизнию — они хвалятся знанием того, чего вовсе не знают, и оспаривают это у людей знающих — у людей, ведущих духовную жизнь и брань с бесами. А бесы так тесно соединяются с человеком, что делаются одно с человеком: человек мыслит и желает и делает иногда то, чего мыслит, желает и делает диавол, тогда как, напротив, христианин, прилепляющийся к Богу, делается один дух с Господом (1 Кор. 6, 17) и мыслит, желает, делает то, что в нем мыслит, согласно с ним, желает, делает Господь. Не доволни есмы помыслити… (2 Кор. 3, 5.) Живу не ктому аз, но живет… Христос (Гал. 2, 20). Бог есть действуяй в нас и еже хотети и еже деяти о благоволении (Флп. 2, 13). А в людях века сего — сатана есть действуяй и еже хотети…

 

Диавол — приметные следы оказывает в младенцах некрещеных: лишь поднесешь крестное знамение, он тотчас дико устремляет глаза, блуждает странно, раскрывает рот, плачет от действия сокрытого в сердце диавола, не терпящего крестного знамения и принужденного выйти от страшного для него знамения Креста.

 

Господь знает движение каждого атома в природе: все с Его ведома делается… Поэтому не ропщите вы на погоду, на болезни вашего тела. Вы должны везде видеть мание своего Создателя — и за все благодарить и прославлять Его.

 

С чего зачинается человек во утробе матерней? С сердца. В семени мужском заключается в миниатюре весь человек, но только в возможности (potentia [45]). Мать под сердцем своим и сердцем своим согревает, оживляет и питает зародыш будущего человека чрез плотяную трубочку, идущую от ее сердца к семени зародыша и тесно с ним связанную. После сердца начинают образовываться все члены: но в этом семени, в этом зародыше — в самом сердце его гнездится уже лукавый и нечистый дух, который привился чрез грех сердцу первого человека и от него преемственно переходит ко всем чрез семя мужское. Развивается человек — растет в сердце его и сила зла, которое, как и душа, нуждается для приведения себя в действие в вещественных орудиях тела, и чем развитее эти орудия, тем большую силу и удобство получает оно для своего пагубного проявления.

 

Посмотрите на свежее яйцо — на желток его, который заключает в себе существеннейшие части будущего птенца. Как кокош [46] выводит из него птенцов своих? Всякий знает, что чрез насиживание, то есть что это значит? То есть — он сообщает жизненную теплоту свою, если можно сказать, душу свою яичному желтку чрез находящийся вверху его узел.

 

Пуп у человека находится против самого места, где сердце духовное [47].

 

Возникнут от диаволския сети, живи уловле ни от него в свою его волю (2 Тим. 2, 26). Видишь, многие изловлены в диавольскую сеть и находятся в его воле.

 

Там, где нужно возвышаться мыслями и сердцем, враг силится запутать нас мелочами материальной жизни.

 

Се, мы оставихом вся и вслед Тебе идохом (Мф. 19, 27; Мк. 10, 28). — На стену.

 

Оставить сердцем все вещественные блага и не иметь к ним пристрастия — крайне необходимо. Жестокая теснота сердца и всего человека, происходящая от малейшей привязанности к ним, громко вопиет об этой необходимости: добросовестное прохождение своих обязанностей также неизбежно того требует; нельзя с помраченным от страстей рассудком и стесненным сердцем исправлять хорошо никакого дела. — Боже, помози! Сило, благое иго, легкое бремя сердца моего, Христе, помози ми.

 

Будь аки ничтоже имый, чтоб быть вся содержащим по Апостолу (См.: 2 Кор. 6, 10).

 

Да будет всякое довольство в доме моем. Да преизливаются точила моя (Ср.: Притч. 3, 10), якоже у Господа на земле Его, исполненной всяких даров в преизобилии.

 

С каждым человеком обращайся так прямодушно и искренно, как с Самим Сердцеведцем — Богом. Глаголите кииждо истину ко искреннему, зане есмы друг другу удове (Еф. 4, 25).

 

Чем больше упадает человек в чувственность, тем более он делается маловером, пока наконец сделается невером.

 

О Нем бо живем и движемся и есмы (Деян. 17, 27) каждое мгновение жизни. На стену.

 

Мое дело — закидывать усердно с молитвою веры сеть учения — в церкви или в школе, а просвещать умы и сердца людей — дело Господа.

 

Без сомнения закидывай мрежу молитвы — и извлечешь ею оставление грехов и мир душе своей.

 

Без сомнения закидывай уду Креста: и этою малою удицею — левиафана злого вытащишь из глубины сердечной на брег.

 

Священнику. Все и везде совершает нами Господь: и мы, очевидно, только Его орудия. А Он, Милосердый, Всесильный — везде.

 

+ Радость бывает на небеси о единем гретни це кающемся (Лк. 15, 10). Смотрите, как внутренние расположения наши явны миру небожителей, как они участливо взирают с высоты небесной на дела нашей веры! О! Они все видят! Видят, как я молюсь, видят, что думаю, чувствую, желаю, намереваюсь, предпринимаю, делаю; как обращаюсь с другими; на какие хожу удовольствия; что особенно люблю; к чему пристрастен — все видят, и на основании своего всезнания обо мне разлучат нас некогда друг от друга — добрых от злых. Изыдут, сказано, Ангели, и разлучат праведных от грешников (Ср.: Мф. 13, 49).

 

Когда внутри тебя шепчет злой дух сомнения и этим сомнением давит тебе сердце, скажи ему: не вем тя, пришлеца, с коей ты стороны, вемь же, яко убийца еси искони: убиваеши бо мене и ныне сомнением; не буди убо мне веру яти тебе — убийце, но яко темного и неизвестного пришельца презираю тебя и от всего сердца моего верую истиннейшим и живым словесем Жизнодавца и Спаса моего. Егоже вем, откуду есть, — верую Апостолам Его духоносным и всей святей Православно–Кафоличестей Церкви, наставляемой Духом Святым и присно управляемой невидимо Самим Господом Иисусом Христом. Отъиди от Мене, сатано (Ср: Мф. 4, 10; 16, 23; Лк. 4, 8), огненная змия!

 

Молитва, между прочим, должна быть бодрая, а не расслабленная и ленивая.

 

Якоже избыточествуют страдания или труды Христовы (ради Христа) в нас, тако Христом избыточествует и утешение наше. — Опыт.

 

Дух Божий ношашеся верху воды (бездны) (Быт. 1, 2). И ныне Он покрывает мир, как орел птенцы своя (Ср.: Втор. 32, 11).

 

Судя по тому, что весьма многие избегают молитвы, нужно думать, что она для них трудна, их сердцу, не вмещается ни в мыслях, ни в сердце.

 

Хорошо молиться мне о людях, когда я причащусь достойно: тогда Отец и Сын и Святой Дух, Бог мой во мне, и я имею великое пред Ним дерзновение. Царь тогда во мне, как в обители: проси чего хочешь. К нему приидем и обител у него сотворим (Ср.: Ин. 14, 23). Елика хощете, просите, и будет вам (Ср.: Ин. 15, 7).

 

Люди стыдятся сознаться, но должны сознаться, что они не веруют в высокое достоинство и предназначение свое, что они — бесценный образ Божий, прелюбезный Богу, которому предуготовано и обещано бесконечное, великое блаженство на небесах — в единении с Богом. Как бедняк не верит, что он может сделаться богачом и весьма знатным человеком, так многие христиане не веруют, что они будут обладать богатством будущих благ и будут спосаждены на небесных во Христе (Еф. 2, 6) туне. Мы дивимся, как без особенных заслуг с нашей стороны ожидают нас такая великая честь и слава, такое богатство благ. Мы самолюбивы, корыстолюбивы, скупы и не понимаем, как может существовать такая бесконечная любовь, такой Прещедрый и Бескорыстный Отец; нам все еще как будто не верится, что Бог тако возлюби мир, яко и Сына Своего Едино роднаго дал есть, да всяк веруяй в Онь <не погибнет> (Ин. 3, 16).

 

На стену: Камо пойду от Духа Твоего? (Пс. 138, 7.).

 

Не весте ли, яко храм Божий есте, и Дух Божий живет в вас? (1 Кор. 3, 16.) Видите, Бог всегда с нами. И как Ему не быть с нами, когда мы — Его дыхание? Ангелы и очищающие себя от всякой скверны плоти и духа [48] христиане — угодные, самые приличные храмы Его.

 

Бог с нами всегда: потому что мы сей час умираем внутренно, когда Он отвергает нас от лица Своего и отнимает от нас Духа Своего Святого (Ср.: Пс. 50, 13). Мы зовем тогда в пустыне сердца своего, и нас никто не слышит: в нас бывает противник Богу и нам; и когда мы взываем сердцем к Богу, он противится этому и сильнее мучит нас. — О! Тогда мы познаем, что без Бога мы пропали, одну минуту тяжело жить без Него.

 

Если жена имеет причины подозревать меня в неискренности любви к ней — то Бог ли не будет испытывать меня в искренности любви к Нему? Сердцеведцу ли не посещать меня искушениями, чтобы испытать мое сердце — любит оно Его или нет. А не глубоко, не основательно оно в любви. Господи! Ты веси сие!

 

Жизнь души моей, Жизнь сердца моего; Душа души моей, Сердце сердца моего — Христе.

 

Господи! Даруй мне быть Христофором [49] или Игнатием Богоносцем!

 

Если при мне постоянно злой дух, то не тем ли более — постоянно при мне добрый Ангел, мой Ангел–хранитель? Ужели злоба сильнее благости?

 

Живая вода души моей, Христе, не остави меня. Источниче жизни моей! Не покинь меня (Ср.: Иер. 2, 13).

 

Теплота молитвенная в сердце свидетельствует о том, что в тебе есть Дух Святой, Которым мы молимся и священно научаемся молитве истинной.

 

Всякая добрая мысль предполагает в нас доброе высшее начало, священно научающее нашу душу. Это очевидно из того, что в нас часто как будто скрывается куда–то всякое добро и мы тщетно усиливаемся вместить в сердце то, что прежде было как бы его достоянием — потому что в сердце бывает почти одно зло. Как истинны слова Апостола: что имаши, егоже неси приял (1 Кор. 4, 7) (всякой светлой, доброй мысли, всех естественных даров)? Аще же и приял ecu, что хвалишися яко не приемь? (1 Кор. 4, 7.).

 

Мы замечаем в себе борьбу веры с неверием, доброй силы с злою, а в свете церковности — с духом мира. То же самое видим и в целых обществах. [50] Там по духу различите вы явно две противоположные стороны — сторону света и сторону тьмы, добра и зла, церковности, религиозности — и светскости и безверия. Знаете отчего это? От борьбы двух противоположных сил: силы Божией и силы диавольской. Господь действует в покорных Себе сынах, а диавол — в сынех противления духа (иже ныне действует в сынех…) (Еф. 2, 2). Обязанность отсюда каждого. Да и я чувствую в себе нередко борьбу двух противоположных сил. — Когда я стану на молитву, то иногда злая сила давит мучительно и погружает мое сердце, чтобы оно не могло возноситься к Богу.

 

Пресветлому Божеству люди молятся в каком–то сердечном тумане, редко светло.

 

Для чего Господь часто преподавал мир, говоря: мир вам? (Лк. 24, 36.) Для того, чтобы ты знал, что когда у тебя на сердце мир во время ли молитвы, после ли ее или после исповедания грехов твоих и причащения животворящих Таин, тогда с тобою Господь. Господь с тобою преискренне в Тайнах: ухватись за Чашу, как за ноги Его, и моли Его о всем, что нужно.

 

Если усумнишься когда–либо в Боге или в догмате Пресвятой Троицы, вспомни краткое церковное славословие: Слава Отцу и Сыну и Святому Духу всегда ныне и присно и во веки веков — и подумай, что ты значишь с людьми всех веков, из коих бесчисленное множество великих и богосветлых умов, которые все сердечно, единодушно воссылали славу Триединому Богу.

 

Так как Творец и Бог наш един — то Он все сближает и объединяет, и для верующей души нет ничего отдаленного, чего не мог бы Он верою приблизить. Хочешь беседовать, не говорю с Богом, Который везде, а с вышними премирными Силами — Херувимами, Серафимами, Престолами, Господствами, Властями, Силами, Началами, Архангелами и Ангелами? Можешь. Они будут тебя, по молитве твоей, наставлять, просвещать, укреплять в вере. Или — со святыми преставльшимися? Можешь. Они с тобою по первому всесердечному призыву, особенно Пресвятая Дева Богородица, Пребыстрая Заступница наша. Та неизреченно совокупившаго небесным Христе земная, и едину Церковь совершивши Ангелом и человеком, непрестанно величаем. [51] Глава — Христос у Ангелов и человеков. Что же не близко нам при такой Главе? И как близок к нам Сам Глава, чтобы всегда слышать нас? — И опытом уверяемся, что слышит; как и святые слышат.

 

Господь имеет полное уважение к созданной Им природе и ее законам как произведению Своей Бесконечной, Совершеннейшей Премудрости. Посему и волю Свою совершает обыкновенно чрез посредство природы и ее законов, например, когда наказывает людей или благословляет их. Чудес потому не требуй от Него без крайней нужды.

 

Господь имеет высокое уважение, особенно к делам рук Своих, одаренным разумом и свободною волею, то есть к Ангелам и святым человекам, и чрез них, как чрез достойные орудия, действует к нашему освящению и спасению. Посему не говори: я обращаюсь всегда прямо к одному Богу с моими нуждами, с моею молитвою. Иногда тебе надобно обратиться и к святым Его орудиям или органам. Сам Господь не хочет, чтобы оставались праздными в деле нашего спасения святые храмы Его благодати, Его Божественного Духа.

 

Как птенцы под крылами кокоша, так весь мир — под крылом Господа: все Ангельские Соборы, все человеки, все неразумные животные, все вещественные миры. Всех и все Он просвещает -— одних умным, других вещественным светом, всех согревает — одних духовною, других вещественною теплотою, и как кокош слышит пискания и вздохи находящихся под ним птенцов, так Господь слышит и наши тайные вздохи, наши молитвы, наши славословия, видит все наши нужды. Покрый нас кровом крилу Твоею! [52]

 

Пристрастное помышление о чем–либо житейском во время Богослужения особенно, как и во всякое другое время — возмущает, затмевает и стесняет мое сердце. — Опыт.

 

Благодаришь ли ты ежедневно и горячо Господа Бога? Тебе дарованы в христианской вере величайшие, бесконечного достоинства блага. Господь ежедневно чрез Церковь и непосредственное Свое воздействие на твое сердце устрояет обращение и спасение души твоей; для тебя ежедневно приносится бескровная жертва на алтарях христианских храмов и готова для преподания тебе — для обновления твоего растленного естества, для соединения твоего с Источником живота, для утверждения тебя в надежде жизни вечной. Для тебя все духовные блага — в Богослужении и Таинствах; для тебя все дары природы; для тебя всходит солнце; тебе светят луна и звезды; для тебя веют благорастворенные ветры; для тебя дожди ранние и поздние; для тебя моря, озера, реки подставляют хребет свой или доставляют тебе свои сокровища и катят тебя из края в край; тебе служит сила паров; тебе помогает огненный ток; тебя —для твоего удовольствия — принимает в верхнее недро свое и воздух, если уж ты не доволен парением мысли твоей в бесконечность! Для тебя земля одевается роскошною зеленью и покрывается плодами. Тебе отдают недра земли злато и сребро. Благодаришь ли ты Единого бесконечно великого всех Благодетеля и Творца? Благодари, возлюбленный, непременно благодари, ежедневно, каждый час, непрестанно благодари и помни, что все это — залоги, задатки будущих, бесконечно высших благ. Такова к нам любовь Творца! И когда же? Тогда, как мы — постоянные преступники Его святой воли, Его животворящих повелений. Судите же после этого — не должны ли мы погрузиться в вечный огонь (Мф. 25, 41 )у по исходе нашем из этой жизни — за то, что, каждое мгновение жизни своей быв бесконечно облагодетельствованы своим Творцом, мы не только Его не благодарили, бо еще все время жизни своей прогнев ляли Его, нарушали все Его заповеди? — Истинно!

 

Ты, человек, существо, свободно падшее, растленное грехом, — вот где сильнейшее побуждение для обращения твоего к Богу, для молитвы непрестанной. Ты получаешь ежеминутно величайшие милости от Бога — побуждение к благодарению; видишь дела всемогущества, премудрости и благости Божией — побуждение к славословию.

 

О, как ты маловереп, христианин!

 

Вот величайшая странность и несообразность. Мы верим весьма часто пришлым, незнаемым людям и не доверяем великим святым Божиим, Церкви Божией, Самому Богу. Что это? Это — диавольские козни. Твердо держись собора Богомудрых отцов, или Святой Церкви Божией: она есть столп и утверждение истины (1 Тим. 3, 15).

 

И во мне Господь постоянно являет Свое творчество — все и везде Он у меня творит: и в душе и в теле; как же я сомневаюсь иногда, что Он не творит всего вне меня; как усомневаюсь, что Он не творит чудес вне меня, когда Он есть Бог чудес? Воистину человек — ложь (Ср.: Пс. 115, 2).

 

Держись Церкви и всего чина ее, всего, что содержит она: она верно руководит ко спасению; спасла миллионы во Царство Небесное, спасет и тебя.

 

Ничто, кажется, так мало не ценит и так легко не забывает человек, как духовные, неоцененные дары Божии, в вере святой подаваемые. Взгляните — убедитесь.

 

Если голос у тебя хорош, чист, звонок — не услаждайся внутренно собою, но признай это Божиим даром и принеси его в сердце — в жертву Богу.

 

Воскормителю мой, Воспитателю мой, Возлелеятелю мой, Триединый Боже, помилуй мя!

 

28 сентября. Чудного мира и упокоения сердечного удостоил меня Господь по причастии Святых Таин Своих — за веру мою. Накануне наказал Он меня чрез бесплотного палача за маловерие. А ныне за понесенную скорбь утешил меня.

 

Кто пустил в ход кровь тела твоего и движет эти внутренние реки твои? Кто без твоих трудов и даже ведома твоего устроил тебе глаза, слух, язык, обоняние, столь тебе необходимые? — Благодаришь ли ты Премудрого, Всеблагого Благодетеля за то, что Он подарил тебе твое прекрасное, премудро, всемогуще устроенное тело? — Благодаришь ли ты Его еще за чистые, величайшие наслаждения ума и сердца, за их стройную, услаждающую земную жизнь твою, деятельность? — Благодари.

 

Сожалеющим о краткости службы. Свари (вмести) в сердце то, что поют и читают. Когда вместишь и сваришь хорошо это, тогда требуй большего; а если нет — нечего желать большего и беспокойно говорить всем, что служба коротка и много опускается. Немощь людей заставляет нас сокращать службу. Богослужение поистине есть пища. Сердце — желудок; немощь христиан не может выносить, переваривать продолжительного Богослужения. У монахов — этот духовный желудок крепче: он укреплен постоянным Богомыслием и молитвою.

 

Бойся есть много, когда мало или вовсе не делаешь дела. Это — тунеядство и самоубийство. Но не сомневайся покушать много, когда много трудишься. Это нужно для подкрепления твоих сил.

 

Что за глупость ума и сердца — извинять свое сомнение и маловерие тем, что я не вижу предмета веры? Потому ли не верю, что не вижу? Я воздуха не вижу. Но он есть в комнате. Души своей не вижу, но тем не менее она есть. Так и Господа не вижу, но Он есть и со мною и во мне и на всяком месте. — Доколе сердце и ум мой будут столь грубы, что будут руководствоваться только чувствами грубыми, земными, тленными, оставляя в пренебрежении невидимое око души бессмертной, вечной? Блажени чистии сердцем: яко тии Бога узрят (Мф. 5, 8). Очисти сердце — и победишь чувства и возможешь верою. Вот где секрет веры несомненной!

 

Воз деяние рук много способствует живости и искренности молитвы. Смотрите, как Божия Матерь и святые Божии пишутся: они пишутся или с воздетыми обеими руками, или с одною. От человека с воздетыми молитвенно руками бежат демоны.

 

Когда станешь на молитву и почувствуешь себя тяжелым и не в состоянии совершить молитвенное правило: не верь и себе, но преодолей себя — и выполнишь его охотно.

 

Любовь к Богу человек являет особенно славно тогда, когда он не малодушествует во внезапных скорбях и болезнях, а благодарит и прославляет за них Господа.

 

Кто искренно славит Божию Матерь и святых, тот по закону Правды Божией будет иметь участие в их славе в будущем веке. Потому блаженны песнословцы Богородицы к святых: они венцов славы непременно сподобятся [53]; кто искренно приносит Богородице ангельское приветствие: радуйся — тот будет сам вечно радоваться.

 

Зародыши смерти таятся в каждом живом организме человека: только двинь их Творец к средоточию жизни — и верная смерть.

 

Чем вернее и сильнее средство, соединяющее нас с Богом, тем больше направляет против него разрушительных действий противник Божий и наш, который употребляет для этого все: и расположенное к лени тело наше, и слабости души, ее привязанность к земным благам и заботам, сомнение, так близкое всем, маловерие, неверие, скверные, лукавые и хульные помышления [54], тяжесть сердечную, помрачение мысли — все направлено бывает у невнимательных действием врага к тому, чтобы запнуть на молитве — на этой лествице, возводящей нас к Богу. Оттого весьма мало молитвенников искренних, усердных; оттого весьма редко и говеют, каются и причащаются христиане и, может быть, наполовину не говели бы, если бы закон гражданский не повелевал ежегодно быть всем у исповеди и Святого Причастия. Испытавшие знают все это.

 

Веруяй в Мя, якоже рече Писание, реки от чре ва его истекут воды живы (Ин. 7, 38), то есть Живого Слова. Да, Господь, чрез веру почивающий в моем сердце, есть действительно Источник живой воды (Ср.: Иер. 2, 13). — Опыт.

 

Приидоша реки, и возвеяша ветри, и… опрошася храмине той (Мф. 7, 27). И в собственном смысле и в переносном можно принимать. В собственном: когда сгущаются дождевые облака в воздухе и, гонимые ветром, опираются на наше тело, тогда бывает нам тяжело и душе и телу. В переносном — разумеются искушения врага.

 

Если б мальчик, хорошо известный, преподавал нам истину Божию, и тогда мы должны были бы слушать его со смирением, со вниманием и с глубоким уважением. Все люди, вещающие истину, не более как герольды Божии. Но смотрите, что бывает: если молодой человек, хорошо нам знакомый, говорит истину, мы часто пренебрегаем его словами и лишаем уважения истину — из–за того, что она в его устах.

 

+ Возлюбленные братья! В нынешнем Евангелии читана весьма нравоучительная притча Спасителя — о талантах (См.: Мф. 25, 14–30). Приклоните с благоговением ваш слух и послушайте ее толкование. Господь Иисус Христос, сказавши, что всякий из нас должен бодрствовать душою для молитвы и добрых дел, потому что никто из нас не знает ни дня, ни часа, в который Он придет за нашею душою, продолжает далее так: ибо Он поступит, как человек, который, отправляясь в чужую страну, призвал рабов своих и поручил им имение свое. И одному дал он пять талантов (вес серебра), другому — два, иному — один, каждому по его силе, и тотчас отправился. Получивший пять талантов пошел употребил их в дело и приобрел другие пять талантов. Так же точно и получивший два таланта приобрел другие два. Получивший же один талант пошел раскопал землю и скрыл серебро господина своего. По долгом времени приходит господин рабов тех и требует у них отчета…

 

Господин, поручивший рабам свое имение, есть Иисус Христос. Рабы — это мы. Душа наша с ее способностями, с ее силами, тело наше с его здоровьем и крепостию, все, что имеем мы, кроме греха, — есть имение Господа.

 

Весь народ искаше прикасатися Ему: яко сила от Него исхождаше и изцеляше вся (Лк. 6, 19). История текста. — И теперь, как видно из настоящего собрания, народ ищет прикасатися Спасителю в Его Тайнах. Но все ли добровольно? Не по нужде ли одни, не по привычке ли другие? С живою ли верою? С простым ли сердцем? Не гнездится ли в сердцах христиан, желающих приступить к Тайнам, маловерие, лукавство; не с холодным ли равнодушием приступают? Понимают ли, как следует, к чему приступают; имеют ли намерение — крепко охранять принятую Святыню доброю жизнию? — Будьте внимательны, братия, вы один раз в году приступаете к величайшему, животворнейшему Таинству; сосредоточьте все ваши душевные силы к достойному принятию в свое сердце Христа Спасителя. Вот здесь в этой Чаше — Он Сам, и от Него для всех, достойно причащающихся, сила исходит в сердце и исцеляет всех — все грехи, омывает все скверны сердечные, обновляет растленное грехом сердце каждого. [56]

 

Единство законов ума и сердца у всех людей, единство стремлений сердца к Невидимому Богу доказывает разительнейшим образом происхождение их от Единого Всесовершенного Духа Бога и от единой четы первых человеков. Все люди как один человек. И вот где основание — любить всех как себя.

 

Бог как древо, а люди как листья. Древо стоит твердо и непоколеблемо, а листья опадают каждую осень. Аз еемь лоза (Ин. 15, 5).

 

Есть Господь на месте сем, аз же не ведех (Быт. 28, 16).

 

Вем твоя дела (Откр. 2, 2).

 

Душа моя тому живет (Пс. 21, 30).

 

Теплота сердца — знак присутствия благодати Святого Духа.

 

Понеже умолил Мя ecu (Мф. 18, 32). Всеправедный позволяет умаливать Себя — преклоняется на нашу молитву как <на> подвиг.

 

Якоже Аз, Отче, в Тебе, и Ты во Мне, да и тии в Нас едино будут (Ср.: Ин. 17, 21) (чрез Причащение). Вот величайшее Таинство христианской веры, вот конечная цель ее, вот торжество ее!

 

Покров Пресвятой Богородицы. Молясь Божией Матери или святым, вы иногда думаете: слышит ли вас Небесная Царица. Вот пример, что Она слышит и является на месте молитвы. Общая молитва особенно преклоняет Ее на милость и подвигает к заступлению: житие Константина. Но и на частные сердечные молитвы нисходит: Сергий Радонежский. Где пламенная молитва — там небо и там Бог с небесными Силами и со святыми Своими. Пример: Покров Богородицы, явившийся в храме с небесными Силами и со святыми. — Призывайте же, православные, несомненно Владычицу всех. Она везде слышит.

 

Наше дело по готовым правилам спокойно действовать, а Бог все как бы играя, манием Своим совершает. Так человек бросает в подругу свою семя свое, как земледелец семя в землю, и семя прозябает и растет, якоже не весть он (Мк. 4, 26, 27); егда же прозябнет и плод сотворит, абие Господь природы посылает серп, яко наста жатва (Ср.: Мк. 4, 29). Человек, как всякий знает, нисколько не участвует в развитии и образовании семени в женщине, как и в самом рождении, все творит без нас Господь манием Своим. Так и при совершении таинств священник читает молитвы, совершает известные видимые действия, а остальное — невидимое, главное совершает Сам Господь манием Своим неотложно. Например, в Крещении священник читает готовые молитвы, совершает действия заклинания, крещения, миропомазания, постриже ния, а Господь творит все, о чем священник молится, — прогоняет из младенца бесов, дарует ему другое, духовное рождение, утверждение в православной вере и избавление от лукавого и всех начинаний его. Важное лицо — священник, особенно достойный священник. Я, грешный, не достоин этого высокого сана.

 

Это же надобно сказать о величайшем Таинстве Тела и Крови Христовой. Священник по готовым молитвам молится и совершает известные действия, а Господь, как бы потешаясь Своим всемогуществом и Своею безмерною любовию, самым обыкновенным для Него образом творит из хлеба и вина Свое Пречистое Животворящее Тело и Свою Божественную Животворящую Кровь во очищение грехов наших и в преискреннее приобщение с нами, которых Он столько возлюбил. — Слово Его — самое дело. Реме, и быша: повеле, и создашася (Пс. 32, 9).

 

Корнилие! Молитвы твоя и милостыни твоя взыдоша на память пред Бога… И ныне поели во Иоппию мужей и призови Петра… Той речет тебе глаголы, в нихже спасешися ты и весь дом твой (Деян. 10, 3–6). Корнилий творил милостыню, и Бог сотворил с ним милость; Корнилий подавал милостыню вещественную, Бог послал ему милость духовную; Корнилий — временную, Бог — вечную; Корнилий многим подавал милостыню, за то весь дом его и спас Господь: спасешися ты и весь дом твой (Деян. 10, 6). Какое сокровище — милостыня! Какую богатую милость привлекает она от Господа! Ей, блажени милостивии: яко тии помиловали будут (Мф. 5, 7). — Аминь. Ты подаешь милостыню, а Бог готовит тебе помилование вечное. Кто же не устремится с усердием на дела милости? — Милостию приобретайте от Бога милость.

 

Еда не может рука Господня спасти? Или отвратил есть Господь слух Свой, еже не помиловати? (Ср.: Ис. 59, 1.) — Всегда Господь всесилен. Зачем же ты малодушествуешь? Терпи мужественно. Господь предает тебя диаволу и оставляет тебя тебе самому для того, чтобы ты познал свою духовную нищету без благодати Божией, без которой ты не можешь исполнить даже самой легкой, естественной обязанности по Писанию: любить своих родителей (См.: Исх. 20, 12, Мф. 15, 4). Научись же прибегать во всем к милосердию Божию и будь всегда уверен, что без Него нет у тебя силы душевной, а весь ты — одна немощь и страдание, нет мысли светлой и святой, нет чувства доброго, нет воли на добро и ты делаешься мертвецом духовным. Познай величие Божие и свое ничтожество. Берегись тени гордости. Будь смиренномудр.

 

Христианин с ужасом иногда замечает, как зло в сердце его растет и увеличивается в исполинских размерах, как душа его потопляется рекою зла, и молится: избави, Господи, душу мою от совозрастающих ей зол и лютых восприятий; спаси мя ради единой милости Твоей, да где умножится грех, преизобилует благодать Твоя (Ср.: Рим. 5, 20). Но и в эти лютые дни не надо отчаиваться в милости Божией. Враг, как видно, устремляется иногда на нас со всею силою по Божию попущению для вразумления нашей гордости и чтобы испытать — не впадем ли мы в отчаяние. — Боже Мой! Боже Мой! Векую Мя ecu оставил? (Мф. 27, 46.)

 

+ Господи! Даруй мне отселе положити начало благое всех добродетелей.

 

Беспристрастие к благам земным: любовь.

 

+ (Июня 8 дня 1860 года.)

 

Сей род (диавольский) не исходит, токмо молитвою и постом (Мф. 17, 21; Мк. 9, 29); верно же, надо поститься, чтобы он не гнездился в наших внутренностях. — Помнить, что такое — мир Ангельский? Игра Божественной благости и премудрости и Божественного неприступного преизбыточествующего Света.

 

Что такое мир вещественный? — Игра Божественной премудрости, всемогущества и благости. Бог веселящеся вселенную сотворив (Ср.: Притч. 8, 31), говорит премудрый Соломон.

 

Если во время молитвы оскудевает вера твоя и сердце твое становится бессильно: не усиливайся собственными силами добыть ее — это гордость духа, но смиренно склони главу свою пред Триипостасным Богом и моли Его смиренно призреть на твое недостоинство, чтобы Он даровал тебе великое сокровище веры. Всяк бо дар совершен свыше есть (Иак. 1, 17). И вера также.

 

Иго Мое благо (Мф. 11, 30) — то есть сердцу человеческому присутствие Мое бывает благо; значит, когда чувствуешь в сердце зло, то это — иго диавола; и бремя Мое легко есть (Мф. 11, 30) -— то есть сердцу человеческому от Меня легко; значит, когда сердцу тяясело от стремительного приступа к нему зла, то это — бремя диавола. — Разумей, еже глаголю.

 

Став на молитву, правь хорошенько кораблем души своей, чтобы управить ее к тихому и премирному пристанищу — Богу; ладию сердца поставь прямо и твердо; поставь кормчего — разум и наблюдай, чтоб он был совершенно невозмутим и зорок; затем распростри ветрила своего мысленного корабля, то есть сердца, — веру, надежду и любовь — и таким образом в мире сердца, при свете разума шествуй к Богу на трех ветрилах, быстро возносящих душу к Богу.

 

Когда я вспомню о тех благах, которые уготовил Бог любящим Его (Ср.: 1 Кор. 2, 9) в будущем веке, то что значат все коварства невидимого врага над нашими душами и телами, которыми он старается запнуть нас на пути к спасению?

 

Священнику. Священнику нужно всячески избегать уныния после недостойного причащения (от усумнения). Уныние само по себе есть хула на Духа Святого, и, кроме того, оно не имеет никакого основания в самом грехе священника: для греха врачевство — искреннее покаяние, а не уныние; а уныние — дело злого духа.

 

Сотворю вы ловца человеком (Мф. 4, 19). Хорошие ловцы — Апостолы Христовы. Всю вселенную уловили в свой невод. Правда, Апостолам стоила эта ловля многих трудов и даже голов их, но было за что потрудиться, было за что и головы положить: они собирали плод не в этот привременный живот, а в вечный живот, да и сами, презрев жизнь свою в этой жизни, сохранили ее в животе вечном; жняй мзду приемлет и собирает плод в живот вечный (Ин. 4, 36) — иенавидяй душу свою в мире сем в животе вечном сохранит ю (Ср.: Ин. 12, 25), говорит Господь наш Иисус Христос. Да, чудные ловцы! Чудная ловля! Вечный Ловец уловил земных ловцов в Свою блаженную вечность; а призванные Им ловцы уловили туда же братию свою — человеков, исхитивши их из уст мысленнаго волка [57] — диавола, погубляющего нерадивых в бездне своей. За то вечная слава и ловцам и уловленным! Вечный покой тем и другим. — Но ведь и мы, братия, попали в апостольский невод. Что же будет нам? Не отменно ли все мы будем в Царстве Небесном? — Под большим сомнением. Так сказать надобно, что добрые и благочестивые христиане будут приняты в Царство Небесное, а злые будут извержены вон — во тьму кромешную. На каком это основании я говорю: на основании слов Самого Спасителя, а Его слово все равно что самое — дело. Вот что Он говорит: подобно есть Царствие Небесное неводу вверже ну в море и от всякаго рода собравшу, иже егда исполнися, извлекоша и на край, и седше избраша Ообрыя в сосуды, а злыя извергоша вон. Тако будет в скончание века: изыдупг Ангели, и отлучат злыя от среды праведных, и ввергут их в пещь огненную: ту будет плачь и скрежет зубом (Мф. 13, 47–50). Видите, братия, что ожидает весьма многих из нас: выбросят вон из апостольского или церковного невода и ввергнут в пещь огненную. — Итак, никто не хвались, что ты крещеный человек, что ты содержишь христианскую православную веру: что в том, если у тебя сердце развращенное, скверное, всякой мерзости исполненное и ты не заботишься об исправлении его; что в том, что ты православный христианин, когда нет у тебя дел христианских, когда ты в церковь редко ходишь, а и когда придешь, стоишь рассеянно, когда ты на исповедь иногда несколько лет сряду не ходишь, Святых Христовых Таин не приобщаешься, которые смыли бы разом всю нечистоту твоего сердца, если бы ты как должно исповедался и достойно их приобщился? — Смотри: под большим сомнением спасение твое; вернее, несомненнее, что ты брошен будешь в пещь огненную, и это непременно последует, если не исправишься. — Братия! Дай Бог, чтоб из апостольского невода всем нам прямо перейти в Царство Небесное, в жизнь вечную. Аминь. (В неделю 2–ю по всех святых. Можно и в день святого апостола Андрея Первозванного. — 30 ноября.)

 

Священнику. К совершению Богослужения и таинств приступай всегда с твердою верою и совершенным спокойствием как к делу самому обыкновенному, самому верному, самому благоплодному для души твоей и тех, кои отверстым сердцем слушают Богослужение или принимают таинства. Будь всегда тверд и ровен в служении Неизменяемому. Помни, что вера наша тверже и непоколебимее самого мира, и удобее небу и земли прейти, нежели йоте единей или черте единей погибнути от закона (Ср.: Лк. 16, 17). Йота едина, или черта едина не прейдет от закона, дондеже вся будут (исполнится) (Мф. 5, 18).

 

Малодушие, колебание в священнике — глупость и унижение духа: разве он не Всемогущему, а бессильному Богу служит, что иногда весь обессиливает духом при служении Ему, колеблясь прелестным диавольским (от диавола наводимым) сомнением? Разве Бог его — изменчивое, а не Неизменяемое Существо, что священник Его так часто изменяется при служении Ему и принимает на себя, так сказать, тысячи цветов, то есть душевных расположений и состояний? Надо иметь дух ровный, крепкий и мужественный, все побеждающий о имени всесильного Бога. — Отчего ты малодушествуешь, скажи мне? Согрешил ты? Скорбь и теснота (Рим. 2, 9)у у тебя на сердце? Но для Господа Бога самое обыкновенное дело — прощать наши грехи. Только помолись о том от сердца. Величие ли и необычайность Страшной Жертвы, совершителем Которой ты, слабый, грешный и ничтожный, поставлен от Бога, — пугает тебя и приводит в недоумение? — Стой твердо, не бойся: разве это одно Бог всесильный творит чрез нашу немощь? — Для Него — самое обыкновенное дело питать нас Плотию и Кровию Своею, хотя лукавый враг и внушает недоверчивость к истиннейшим словам Господа Иисуса как к чему–то необыкновенному; как самое обыкновенное дело — давать крещаемым пакибытие чрез крещение водою и Духом, разрешать от грехов в таинстве покаяния и прочее. Пора давно тебе раздвинуть горизонт своего духовного зрения и на дела, совершаемые Богом, смотреть Божиими очами, а не человеческими. И что препятствует тому? Ты постоянно вкушаешь сам плоды невидимых, чудесных дел Божиих! — Как приближенные царя смотрят на предпринимаемые и совершаемые им важные государственные дела? С доверенностию, что он как могущественный царь, имеющий в своей власти огромные материальные средства и многочисленную силу народа, предпринимаемое дело легко совершит. — Не тем ли больше Всемогущий Царь, Творец всего видимого и невидимого?

 

Испытавшие на себе многократно спасение Божие часто не иначе называют Бога, как Богом спасения своего, и говорят: Боже, Боже спасения моего (Пс. 50, 16), или Бог спасении наших, Бог спасати (Ср.: Пс. 67, 20–21). Так говори чаще и ты сердцем и устами. Этим ты и славу Богу воздашь за неисчетные Его спасения души твоей.

 

Возрадуемся о спасении твоем, и во имя Господа Бога нашего возвеличимся (Пс. 19, 6). Так невольно часто я радуюсь о спасении Бога и величаюсь, хвалюсь именем Господа Бога моего — Спасителя моего.

 

Чтобы тебе с дерзновением и великою верою призывать Святого Утешителя Духа, посмотри мысленными очами на святых Божиих человеков: смотри, какой благой и кроткий Дух наполнял <их>, но вместе величественный и строгий, какими щедрыми дарами Своими Он обитал в них. — Молись: щедроты Его готовы по достоянию излиться и на тебя.

 

Приимите, ядите: сие есть Тело Мое, еже за вы ломимое во оставление грехов. Пийте от Нея ecu: сия есть Кровь Моя… изливаема во оставление грехов (Ср.: Мф. 26, 26–28; Мк. 14, 22–24). Если пречистые Тайны оставляют мне грехи, значит, верно и то, что в них Тело и Кровь Спасителя. Если верно следствие, то и причина. Животворящие Тайны, действительно, очищают грехи мои, покоят, оживляют мою душу. Если я скажу, что не очищают, не покоят, не оживляют, то я буду подобен диаволу, ложь. Но я громогласно должен сказать и говорю, что они покоят, оживляют. А Сам Господь говорит, что Дух есть, Иже оживляет (Ин. 6, 63).

 

Покой, Господи, усопшия праотцы, отцы и братию нашу, [58] как Ты покоишь нас после достойного причащения Святых Таин Твоих; согрей, оживи их любовию Твоею, ослабу даруй им, легкое иго Твое возложи на них.

 

+ О молитве. Что делает усердная общественная молитва? Примеры Апостольской Церкви. Из житий святых.

 

Грешники! Молитесь с надеждою: яко у Господа милость, и многое у Него избавление: и Той избавит нас, нового Израиля, от всех беззаконий наших (Пс. 129, 6).

 

О Троице. За Таинство Пресвятой Троицы ручается Сам Христос — Истина.

 

Мать моя — простая и кроткая агница. — Смотря на нее, простую, необразованную, бедную, незнатную — прославляй немолчно от полноты благодарного сердца Человеколюбца Господа, удивившего на тебе великую милость Свою [59], и чти высоко родительницу свою.

 

О молитве. Крайне нужно опасаться душевного смятения во время молитвы.

 

Жертва. Крайне мудро или лучше — с совершенною верою и простотою, с полным усердием нужно приносить жертву Всеблагому и Всесовершенному, какая бы она ни была. За неумение, за неблагоискусство наше враг тотчас приразится к нам и будет мучить душу разжженными своими стрелами.

 

Господь просвещение лица моего (Ср.: Пс. 26, 1), говорит Давид. Точно, Он и внешний вид лица моего просвещает или делает светлым. А без Него, когда то есть нет Его в моем сердце, мрачен вид лица моего.

 

Священнику. Когда позовут тебя причащать или соборовать трудно больного, удержи дух свой от маловерия и смущения и укрепи его в вере несомненной: мы изменчивы, а Бог всегда один и тот лее. Так и при всех таинствах веди себя спокойно, с верою.

 

Едине и единственный Покой и Жизне моя, Спасе, во всякое мгновение жизни — слава Тебе. Аминь. 7 мая 1860 года.

 

Жизнодавче! Даруй мне сердечно благодарить Тебя всегда и за материальные средства жизни! Благостыня! Даруй мне и во всех вещественных благах видеть дары Твоей беспредельной благости. Господи! Даруй мне из вещественных даров Твоей благости делать щедро дела благости и милости! — Милость моя! Да не забудусь я, обремененный благим и легким бременем Твоих милостей.

 

Когда изображаешь знамение Креста на себе или на другом ком, или на другом чем — будь всегда мысленно, в сердце своем ниже его и благоговей пред ним, как пред силою Божиею, которая и тебя самого хранит и дает свою дивную и великую силу твоим слабым силам и прогоняет из души твоей или других сопротивные враждебные силы и освящает всякого, кто с верою изображает или кто с верою принимает его от священника.

 

Видишь ты, как сердишься и злишься: можешь ли ты осуждать других в том, что они сердятся и злятся? Смотри, как диавол вертит тобою, зная твое малодушие.

 

Когда молишься о ниспослании тебе Святого Духа и о вселении Его в тебя, тогда имей совершенное твердое упование, что ты просишь у Господа самого обыкновенного у христиан дара Господня, как насущный хлеб и вода, не смущайся от величия Духа Господня, Животворящего, дышущего, идеже хощет (Ср.: Ин. 3, 8), и веруй от всего сердца, что Он придет и вселится в тебя ради того, что ты — член Христов, искупленный Его Кровию и освященный принятием в сердце свое пречистых Таин Его Тела и Крови. Не весте ли, яко храм Божий есте, и Дух Божий живет в вас? (1 Кор. 3, 16.)

 

Когда ты изображаешь на себе знамение Креста Господня, тогда ты как бы повторяешь воспоминательно Его распятие за тебя, Его страдания и смерть, изображаешь главный акт Его искупительных действий; и если делаешь это с живою верою, тогда великое освящение доставляешь душе своей и свободу от диавольских действий на душу твою, равно как свободу от всех страстей — доставляешь мир и чудную, легкую христианскую свободу душе своей. — Опыт.

 

Когда молишься Господу о даровании тебе небесного блаженного воскресения и Небесного Царствия со святыми, молись об этом так же, как о самом обыкновенном для Господа деле, хотя для тебя оно и несказанно велико и хотя ты сам и не заслуживаешь его: Небесное Царство уготовано избранным давно — от сложения мира (Ср.: Мф. 25, 34), и оно, так сказать, ожидает своих насельников и обитателей. — Оно — дело благости возлюбившего нас до Креста и смерти Владыки нашего Господа Иисуса Христа и стяжавшего нам вечное царство на небесах пречистою Своею Кровию. Недостойны его мы, но достоин его бесконечно Господь наш, Богочеловек Христос Иисус. Он–т? и совводит нас с Собою, как Глава Свои члены. Так велико и тесно Его общение с Церковию, что Он с нею как бы единая плоть. Тайна сия велика есть: аз же глаголю во Христа и во Церковь (Еф. 5, 32).

 

Священнику. Когда служишь какую–либо священную службу, имей смиренное настроение мыслей и сердца и будь мысленно ниже всех чтений, молитв, славословий и священных действий, совершаемых в храме или в частном доме. Почему? Потому что слова чтения или молитв, славословий и священных действий принадлежат по началу своему или 1) Самому Господу Иисусу Христу, или 2) Его Апостолу, или 3) святым и великим отцам Церкви, которым ты недостоин отвязать ремень сапог их (Ср.: Мк. 1, 7). Никогда не дерзай мысленно равняться с ними, тем больше — мысленно стоять выше их и таким образом осквернять себя диавольскою гордостию, которая всегда убивает нашу душу — ведомо или неведомо для нас. Научись смиренно ходить пред Господом и стяжешь драгоценный покой сердца.

 

Пред всеми людьми будь также как можно смиреннее: никого не почитай малым и ничтожным, хотя бы, по мнению народа, он был самый последний в обществе. Ко всем будь ласков, кроток, почтителен. Смиряй себя пред всеми, и пред всеми вознесет тебя Господь. Всяк бо возносяйся сми рится, и смиряяй себе вознесется (Лк. 18, 14).

 

Как мы смотрим на того человека, который говорит с нами и не обращает на нас по небрежности внимания своего? У нас не лежит, как говорится, к нему сердце, и, как он не обращает на нас внимания, так и мы не считаем долгом с полным вниманием выслушивать его и с благорасположенностию к нему исполнять его просьбы. Так рассуждайте и о человеке, молящемся Богу. Когда он молится Богу небрежно и не обращает внимания на Его присутствие, тогда и Бог, оскорбляемый невниманием и неблагодарностию его, не приклоняет уха Своего к молитве его (Ср.: Пс. 85, 1) и не исполняет прошения его: потому что он недостоин такой милости Божией.

 

О молитве. Веровати подобает приходящему к Богу, яко есть (Евр. 11, 6). Кто приступает молиться Богу, тот должен однажды навсегда крепко–накрепко утвердить веру в Бога, что Он действительно есть. — Показать из Священного Писания, из церковных молитв, из опытов молящихся, что Бог есть. Бог наш — творяй чудеса (Пс. 76, 14–15) [60]; Он сказал громогласно в людях силу Свою. Как сказал? Различным образом. — Проследить вкоротке чудеса Ветхого Завета, Нового Завета. Как скоро Он отвечал на молитву Захарии, Богочеловека Иисуса Христа, Апостолов, Корнилия. В Ветхом Завете — молитвы Авраама, Исаака, Иакова, Давида (псалмы его), матери Самуила, самого Самуила, родителей Сампсона, Соломона (премудрость), Сираха, Иова.

 

Без Мене не можете творити ничесоже (Ин. 15, 5). Помни эти слова Господа и без Него не почитай себя нигде безопасным, ни в какую минуту. Приучись выну [61] зреть ко Господу (подобно Давиду), который говорит: очи мои выну ко Господу, яко Той исторгнет от сети нозе мои (Пс. 24, 15). Старайся не быть один без Господа ни на одну минуту, но всегда с Ним: и тогда будет для тебя великая безопасность.

 

О, как много вреда делает привязанность к богатству! Препятствует мне любить Бога и ближнего и душу мою стесняет и убивает! — Господи! Помилуй мя и избави мя от лести богатства. Лесть богатства и силу Слова Божия подавляет в сердце! Вон какой громадный вред от него!

 

Ты священник: тебе больше всех надобно мудрствовать о горнем. Что же ты не мудрствуешь гор няя? (Ср.: Кол. 3, 2.) Приучай ум свой ежедневно обращаться к горнему, жить в горнем, созерцать горнее и питаться горним. Попирай земное при помощи Господа Иисуса Христа, влекущего всех нас в горнее Крестом Своим и спасительными Своими Таинствами.

 

Когда всезлобный враг — диавол но Божию попущению не дает и не даст тебе заснуть всю ночь, смущая и стесняя дух твой, то не раздражайся этим, хотя и очень досадно — не спать, когда время спать, когда хочется спать и когда все спят. В допущении бессонницы скрывается милость Божия твоей душе: Бог предает тебя диаволу на измождение плоти, да дух спасется (Ср.: 1 Кор. 5, 5). Заметь, что бессонница случается преимущественно, если не исключительно, тогда, когда плоть твоя была особенно упитана днем или когда ты оставался день без дела, по крайней мере, без серьезного, требующего трудов и усилий дела; когда ты не утомился продолжительною прогулкою, словом, когда плоть твоя не потрудилась достаточно днем. И что было бы, если бы не измождать ее бессонницей? — В ней быстро выросли бы семена зла и ввергли бы душу в великие грехи. Плоть, обильно и разнообразно питаемая и угождаемая, сильнее и сильнее воюет против спасения души, сильнейшие ставит препятствия к добродетели, крепчает в страстях своих. Итак, благодари Господа, когда Он предает на измождение сатане и между прочим бессоннице плоть твою. Это делает Он для того — да дух твой спасется в день Господа нашего Иисуса Христа (Ср.: 1 Кор. 5, 5); да ослабит Он плоть, начинающую брать или уже взявшую перевес над духом. Ты сам знаешь, что накануне нынешней ночи (9 июня) днем, когда ты сытно и изысканно пообедал на поминках, почувствовал потом в сердце действие сильной страсти, и она долго и особенно назойливо мучила тебя так, что была нужда поизмождать лукавую многопопечительную плоть. — Ей, так! И так благодарение и слава Тебе, Всеблагий Строителю спасения моего! — Аминь.

 

Будет ли на дереве или на стебле цветочном цвет без теплоты и влаги? — Не будет. Произрастит ли человек цвет добродетелей без росы благодати Божией, без теплоты веры и любви, подаваемой Духом Святым? — Нет. — Что растение без солнца и дождя, то душа человеческая без Солнца правды (Мал. 4, 1) — Христа и росы благодати — Духа Божия.

 

Юноши благочестивыя, пещи огненней приобщившаяся, шумящ дух росный невредимы сохрани. [62] — Так Дух Божий и всех изымает нас от огня страстей.

 

Для чего нередко и умного, образованного, навыкшего говорить и писать хорошо человека поражает необыкновенная тупость ума и невозможность смыслить и связать дельно несколько мыслей, или отчего часто ничто и в голову не идет и ты остаешься пуст, бессмыслен? — Все это для того, чтобы вразумить нашу ученую, кичливую гордость в том, что мы не имеем ничего своего, ни даже мысли хорошей, а — все Божие. Что имаши, егоже неси приял? (1 Кор. 4, 7.) И без Его помощи и благословения не можем, в области веры особенно, и помыслити что доброе от себе, яко от себе, но доволство, но способность наша от Бога (Ср.: 2 Кор. 3, 5). Если пошлет Господь светлую мысль— примем, разовьем ее. Нет — останемся ни с чем. Вдохновение. Как его желают и светские писатели!

 

Что иное — настоящая книга моя, как не Божие дарование. Комуждо нас дадеся благодать по мере дарования Христова (Еф. 4, 7).

 

Священнику. Ты по опыту знаешь, что един Господь может управлять сердцем твоим ко всякому духовному благу, — потому, когда идешь служить, молись Господу: управи, Господи, сердце мое к незазорному, благоплодному служению Тебе. Аминь.

 

Молиться нужно чистым сердцем: к нечистому сердцу молитва не привьется, как огонь к сырому Дереву.

 

Как Господь праведен в воздаянии святым Своим. При жизни своей они постоянно Его призывали в помощь, прославляли, благодарение Ему приносили; за то после смерти Господь, прославляющий славящих Его, сделал то, что их призывают в помощь, их славят. За то, что они при жизни изощрили свое духовное око в молитвах, после смерти они учат других изощрять свои духовные очи.

 

Замечай: во всех видах нерасположения к людям действует диавольская злоба. А ты всячески крепись в любви ко всякому человеку без всякого разбору.

 

В воскресенье (июня 12) два раза получил я чудесное спасение от Господа — с небеси: утром, идучи к обедни (я был очередной), когда сердце мое связалось и омрачилось движением злобы, и вечером, идучи от вечерни, когда сердце мое было также устрелено стрелою злобы до вечерни. Так я многогрешен и так часто я падаю в один и тот же грех! Но и признаюсь, что не коснею, трепещу коснеть в злобе, и, по милости Божией, крепко связывает и мучит она меня так, что я обессиливаю от ней и делаюсь не способным ни к чему. А потому тотчас же раскаиваюсь и молю Господа возвести душу мою от ада преисподняго (Пс. 85, 13). — Как же я получил спасение от Господа? — В первом случае так: идучи к обедни, я с верою возвел очи свои на небо — на восток и от всего сердца сказал: Спасе! Беззаконие мое аз знаю, и грех мой предо мною есть (Пс. 50, 5): спаси мя! От Тебя единого — спасение мое; Ты единственный Спаситель мой. — И Он тотчас же спас меня, возложив на душу мою благое иго Свое и легкое бремя Свое, снявши злое иго диавола и тяжкое бремя его с сердца моего. — В другой раз также воззрел я на небо и с верою сердечною произнес внятно себе: Спасе! Спаси мя [63] Ты — самое верное и надежное спасение мое. — И опять простер Он десницу свою, и очистил сердце мое, и мышцею Своею заступил меня! Слава Спасителю моему, мне же, многогрешному, — стыдение лица!

 

В незнатности и бедности моей маминьки — честь и слава моя: потому что в этом вижу я, как многомилостив и щедр ко мне Господь, какие великие благодеяния явил Он мне, недостойному, сделав меня и образованным и сведущим в Тайнах Его, знатным и исполненным всяких даров Его! Слава благости и щедротам Бога моего! Хвалюсь незнатною и бедною родительницею моею!

 

Видя всегда дикие увеселения в нашем городе [Кронштадте], не знаю, что мне об нем подумать: люди в здравом уме дозволяют и делают дела, которые простительны только умалишенным. Какой–то иностранец, не знаю откуда взявшийся, преспокойно расположился на главной площади и обольщает неразумных своими отвратительными представлениями, и это в пост, когда особенно нетерпимы по нашему православному обыкновению такие бесовские зрелища. — Православные братия! Окажите совершенное презрение этому обманщику, вовлекающему вас в греховное дело, не ходите к нему, не давайте ему вашего сребра, которое вы можете употребить на пользу души своей — на какое–либо доброе дело. Помните, что для всех нас близок день Господень, в который мы должны будем дать отчет во всяком деле и слове. Займемся все делами благочестия. Доколе нам проводить время в праздности и рассеянности? — Умеющие читать занимайтесь чтением Святого Евангелия, которое доступно ныне по цене своей всякому, даже бедному человеку. Бросьте языческие зрелища, полюбите храмы Божии и службу Божию. Иначе не миновать нам гнева Божия, который уже и начал проявляться.

 

Согрешил: поддался чувству самолюбия… О! Еще есть во мне гордость! Еще я возмущаюсь и скорблю, когда кто гордо обходится со мною.

 

Господи! Державно останавливающий во мне потоки зла, готового потопить меня, и совершенно иссушающий их, — слава Тебе, благодарение Тебе! Взирал я к Тебе, когда зло поглощало меня — и Ты избавил меня! (13 июня I860 г.) Что, если бы не помощь Твоя? О, тогда бы я был жертвою злобных сил, губительных сил! Радуюсь о спасении Твоем! Сегодня несколько раз я получил дивное спасение от Господа. — Живый на небесех! Слава Тебе!

 

Когда я обладаю верою и правотою сердца пред Господом, тогда я — как богач великий и дух мой веселится о таком богатстве своем, не надмеваюсь им нимало, но когда я потеряю веру сердечную и правоту сердца, тогда я — бедняк жалкий и дух мой скорбит и сетует о своей нищете, как о великом бедствии.

 

Заметь, что когда диавол внутренно поджигает тебя к раздражительности и злобе — тогда твой долг крепиться в кротости, терпении и незлобии сердца: то искушает тебя Господь и хочет показать тебе самому, есть ли у тебя эти добродетели. А они необходимы для христианина, особенно для священника.

 

Бывают иногда сильные приражения к сердцу духа злобы или духа убивающей скупости даже после самого причащения. Не нужно отчаиваться при нахлынутии зла: оно попускается Богом для борьбы и укрепления борьбою наших нравственных сил. Пройдет. Но надо Бога молить, чтоб выдержать натиск злого духа, который бывает особенно силен — врасплох, при неготовности нашей и тогда, когда мы не хотели бы того — при нарочитых людях. — Опыт. Верно.

 

Молись Богу, чтобы Он сподобил тебя принести больше жертв любви ближним, будут ли то жертвы вещественные или духовные. — Бог всегда посылает дары Свои любящему и усердно подающему.

 

Все прелесть, кроме веры, надежды и любви, то есть все, что приражается к сердцу постороннее, есть прелесть и не есть жизнь сердца, а смерть его.

 

При встрече со всяким человеком, который к тебе придет, или к которому ты придешь, или с которым случайно где–либо встретишься, да будет первая мысль твоя — мысль о том, что он брат твой или сестра во Христе твоя, и первое чувство твое — чувство сердечного к нему или к ней уважения, да не будет око твое лукаво (Ср.: Лк. 11, 34) при взгляде на ближнего твоего, не приспособляй его мысленно к своим самолюбивым взглядам; да не меряет оно его с головы до ног, да не смотрит лукаво ни на его звание и положение в свете, ни на его богатство или бедность, ни на один его член, хотя бы и был в котором из них недостаток некоторый; равно да не взирает лукавыми, пожирающими взглядами на красоту и симметрию всех членов или на особенную красоту некоторых из них: да отдается всегда прежде всего и больше всего уважение достоинству человека, его душе бессмертной, созданной по образу и подобию Божию, искупленной пречистою Кровию Сына Божия.

 

Когда преткнешься в церкви, нимало не смущайся, но оставайся покоен.

 

Страсть стесняет, жжет, мучит, убивает душу: по этому одному в самом начале ее разумей, что она — прелесть диавола и истины нет в ней, жизни — также, и от всего сердца разом отвергни ее. К чему в недрах держать огонь, к чему за пазухой лелеять змею?

 

Ты так часто нуждаешься в милости Божией, чтобы Бог прощал тебе грехи, и по молитве всегда незаслуженно получаешь эту милость. Люби же делать больше милостей и другим, хотя бы они и не заслуживали. Этого требует твоя польза, твое вечное благо. Это — прямой долг твой во всю жизнь твою. — Блажени милостивии: яко тии помилованы будут (Мф. 5, 7). Особенно расточай на милости то, от чего ты сам страдаешь, что приносит вред душе твоей, что усиливает плоть над духом, что возжигает и питает твои страсти, то есть деньги, пищу и питье. Сеяй в плоть… а сели в дух… (Гал. 6, 8).

 

Смотри, говорит святой Василий Великий, и Сам Бог наш… сострадательно милосердовал об алчущих, ибо говорит: милосердую о народе сем (Мф. 15, 32). Посему и на последнем Суде, где Господь призывает к Себе праведных, первое место занимает щедрый. Питатель других первенствует между удостоенными почестей, уделявший хлеб призывается прежде всех, услужливый и благоподательный преимущественно пред другими праведниками вводится в жизнь. А необщительный и скупой прежде других грешников предается огню (Мф. 25, 34–42). Беседа 8–я во время голода и засухи [64].

 

Достойно и праведно [65] любить Бога Духа больше всего, а потом соотв<етствующую> Ему духовную природу человека, по образу Его сотворенную, — как самого себя, как свою душу и все вещественные блага ставить ни во что, когда оказывается нужным послужить брату, принесть ему жертву любви. Потому целию и верхом моих желаний и стремлений в отношении к брату должны быть — любовь и щедрость.

 

Исполняй заповеди Божии несомненно, несмотря на мечтательные подстрекания врага к нарушению их.

 

Все смущения касательно вещественных благ — прелесть, мечтание диавола, мыльные пузыри.

 

Есть люди, которые не хотят молиться пред иконою, которая не отличается художественностию или написана не соответственно понятиям этих людей о лице изображенном. Это — люди гордые и лицеприятные, которые из мира переносят вкусы свои в храм Божий или в молитвенницы своих домов и смотрят только на изящество и красоту лица там, где вся слава лица внутрь. Зато и тяжко их сердцу бывает иногда терпеть борьбу между требованием растленного светского сердца и его вкуса и надлежащим благоговением к святыне. — Надо смирить свой гордый дух и, не взирая на видимое неизящество или некоторый недостаток пошиба священной кисти в чертах лица, молиться внутреннему. Духом и истиною достоит клапятися (Ин. 4, 24). Люди мира сего привыкли видеть и обожать в свете красоту и изящество форм: то же хотят видеть и чтить и в храме. Лицемерие!

 

Когда молишься за живых или умерших, твердо веруй в благодать, данную тебе от Бога, — молиться за них, и представляй в лице своем молящуюся Церковь Христову, которой Сладчайший Жених и Глава Иисус Христос, Сын Божий милостиво принимает от ней все молитвы, как молитвы Своей возлюбленной невесты, с которой Он обручился на бесконечные веки кровию крестных страданий и крестной смерти (Ср.: Еф. 5, 23–27). — Без веры в данную тебе свыше благодать — молиться за живых и умерших — ты будешь недостойный, бездушный молитвенник.

 

Будущего воскресения тел ожидай как самого обыкновенного события. Род наш и в начале был создан бессмертным и, если бы не оказал преслушания Начальнику жизни (Ср.: Деян. 3, 15)у [66] и не внес семян смерти в свою душу и тело в начале, то был бы бессмертен и по душе и по телу. Но ныне по благодати искупления путь к бессмертию и вечной славе пролегает чрез долину смертную, за которой несомненно блещет несказанный свет бессмертия вечного.

 

Ты просишь Меня, чтобы Я утвердил тебя в любви Моей. Вот тебе Мой ответ и совет: размышляй сердцем чаще о том, что Я сделал и делаю для тебя, — и тогда любовь твоя будет возрастать и крепчать и наконец как смерть будет крепка (Ср.: Песн. 8, 6).

 

Господи! Отселе хочу решительно быть щедрым. Доселе я не оскудевал ни в чем, по благости Твоей, хотя враг всегда пугал меня оскудением — не оскудею и впредь, напротив, с избытком все буду иметь. Помози, Господи, быть мне благостным и щедрым. Аминь.

 

Умерщвляю тело мое и порабощаю, да не како, иным проповедуя, сам неключимь буду (1 Кор. 9, 27). Смотри, как необходимо священнику изнурять и порабощать свою грешную, лукавую плоть! Иначе она сделает его самого неключимым в жизни и проповедничестве! Пресыщение и пьянство — прочь от священника! Изнеженность — дальше бежи от него! Умерщвляй свое страстное тело и подчиняй его духу! Утомляйся в делах Божиих и радуйся о том. Благодари Бога, когда много треб и службы: тогда–то да торжествует дух твой об измождении делом Божиим грехолюбивой плоти.

 

Как незначительно то, что остаются неизменными виды хлеба и вина в причащении — в сравнении с тем, что производят эти виды, преложенные в Тело и Кровь Христову, — в душе моей! Виды для меня ничего не значат. Плоть не пользует ничтоже (Ин. 6, 63). Тайны преисполняют меня жизнию. Аз приидох, да живот имут и лишше имут (Ин. 10, 10).

 

Тогда как диавол распростирает свои сети для преданных удовольствиям мира и протягивает в лице своих клевретов — людей руку для принятия сребра из рук их на балаганные удовольствия, — Господь милосердый посылает Свою меньшую братию к щедротам христиан и в лице их является просящим Себе их милости; вы видите, братия, постоянно нищих или смиренных послушников смиренных обителей, униженно испрашивающих у вас посильной жертвы Господу. Внимайте: отдавши ваше сребро для получения удовольствий света, далеко не очень скромных, вы отдаете их диаволу, который обратит их, рано или позде, в средство — погубить вашу душу и после смерти вашей представит их вам в доказательство вашей беззаботности о спасении души своей и вашей привязанности к миру; а отдавая ваше сребро в руки меньшей братии Христовой, вы отдаете его Самому Христу, Который запишет вас за то в Книге жизни и представит вашу милостыню на Страшном Суде пред лице всех — для того, чтобы объявить вам помилование от вечного за грехи осуждения на суде Своем. — Ей, аминь! Итак, пользуйтесь временем и случаями! Придет и время, когда захотели бы оказать милость меньшей братии Христовой, но это будет невозможно, купля прекратится, и вы явитесь в срамной наготе души своей пред лицом бесчисленного множества христиан, одетых в одеяние брачное.

 

Священнику. Когда позовут тебя давать молитву жене–родильнице в доме бедняка, не позволяй себе ни на минуту тяготиться мыслию о предстоящем деле, но с охотою и спешно иди, куда зовут; пришедши же в дом и видя везде бедность, не позволяй себе лукавых и презрительных мыслей касательно жилища и обстановки и касательно лиц, в них живущих, но да будет для тебя жилище бедного, как и палаты богатого, и лица бедные, как и богатые или — что я говорю? — да будут в мыслях твоих хилсина бедняка, как и сам он с семейством, выше, почтеннее палат богача и его самого. Вспомни, что Господь наш Иисус Христос нашего ради спасения в вертепе родился и в яслях возлег и во всю жизнь Свою не имел где главы подклонити (Мф. 8, 20). Да будут твои взгляды на вещи и суждения об них отличны от взглядов и суждений света; да будет твой взгляд нелицеприятный, святой, Божий. Так и всегда смотри на бедняка прихожанина и его хижину. Не па лица зряще имейте веру Господа нашего Иисуса Христа (Иак, 2, 1).

 

4, Священнику твердо полагаться на успех своей молитвы, как пророки — на свою (Иеремия), а для этого всеми мерами заботиться о чистоте сердца: потому что только чистым сердцем приносимая молитва сильна пред Богом.

 

5, Во время молитвы с твердою верою различать нашептываемую диаволом ложь и клеветы на святыню Божию от самой истины и быть твердым во Богопреданной вере.

 

6, В сердце держать слова: вседержавен, всеблаг и всесилен Господь, и очи Его сматряют на всяцем месте (Ср.: Притч. 15, 3), — значит, исполнит молитву.

 

7, Верно и нелицемерно служить Вседержителю и во всем повиноваться Ему и людям — овцам пажити Его (Ср.: Пс. 78, 13), служить не щадя живота своего до последней капли крови, быть кротким ко всем, незлобивым.

 

Молитвы с таким сердцем надо читать, как бы они были составлены самим молящимся человеком в крайней нужде.

 

4 Что такое молитва? Каковы бывают наши молитвы? Какова должна быть молитва? Образец молитвы. Как совершать вечерние молитвы? Утренние? Как готовиться к таинствам — покаянию и причащению?

 

Содержание молитв ко причащению. Благодарение. Содержание его.

 

Живущие на земле праведники ужо как бы слышат празднующих глас непрестанный, в вечности раздающийся, и предощущают бесконечную сладость зреть неизреченную доброту лица Господня. (Утренняя молитва 5.)

 

Благоустроенная молитва вся должна идти от сердца, а не так, чтобы иные слова были от сердца, а иные — нет: вся она должна быть непрерывным пламенем.

 

Как сладостно от всего сердца исповедовать Богу в молитве согрешения свои и чувствовать сердцем, как Господь принимает тебя, заблуждающегося человека, в любовь Свою!

 

Не увлекаться унынием сердца, бывающим во время молитвы: оно от диавола. Уповать на Благого и Щедрого.

 

По настоящему порядку вещей обращение к Богу должно бы быть естественно и легко, как обращение древесного листа или цветка к солнцу. Но на опыте видим противное. Обращение к Богу составляет поначалу что–то неестественное и трудное. Только после великих трудов самоочищения оно обращается в дело естественное и легкое.

 

Священнику. Что, кажется, сладостнее служения Богу–Отцу щедрот и Богу всякия утехи (Ср.: 2 Кор. 1, 3)? Если бы и вся жизнь проходила в служении Ему, то надо было бы только благодарить Бога. Но на деле выходит не так: человек неохотно обращается в деле Божием и скоро им наскучивает, особенно если бывает несколько различных служб и треб сряду. — Чтоб этого не было с тобою, будь готов на дело Божие во всякое время и почитай за счастие проводить время в служении Богу. Во всякое время будь готов без ропота, кротко, спокойно и с удовольствием служить ближним и не говори в себе, что это дело следовало бы отложить до другого времени, не клади возглавий своей лености. Когда позовут, тогда и время твоей службы. Ты — слуга Божий. А слуга должен быть всегда готов на дело по первому призыву. Так, не бойся за множество дела Божия, а радуйся, что Господь дает тебе случай провести с Ним долгое время, и молись, чтобы достойно совершать его. Трепещи совершать дело Божие недостойно, с неохотою, с небрежением (Ср.: Иер. 48, 10), тем более с глумлением. — Мститель Господь таким служителям Своим. (После крещения в церкви вслед за Литургией. 14 июня.)

 

Не щади нимало тела своего в служении Богу, особенно — сердца своего, не щади укорять себя за всякое греховное движение сердца; не косней в путях сердечного нечестия.

 

Еще в этой жизни бывает умирание (от духа убивающего) и чудесное воскресение (от Божественного Духа) души и тела грешника. Это — показание будущего воскресения. Душу мою, умерщвленную грехами, воскреси, зовущую: ал лилуиа. [67]

 

В нравственной моей жизни я решительно ни одного шагу не могу сделать без Спасителя. Вот что говорит мне постоянный, ежедневный опыт, вот что постоянно вижу я внутренним зрением. Как я немощен, нравственно ничтожен!

 

Где бы ты и какой бы образ Божией Матери с Предвечным Младенцем ни увидел — прославь всем сердцем человеколюбное воплощение Сына Божия нашего ради спасения и восплещи от радости рукою. — Приидите руками восплещим, от Нея рождшагося Бога славим. [68]

 

Блага, доставляемые христианскою верою, так велики, что превосходят всякое понятие и ожидание, — потому–то завистник и исконный враг рода человеческого старается всячески сделать христиан нечувствительными к ним, помрачая их умы или отвлекая их от памятования о благах веры, привязывая их всецело к благам видимым, чувственным, сковывая их леностию и внушая им сомнение и неверие. На несказанном величии благ основываются весьма многие клеветы врага на Господа. А ты, раб Божий, говори ему: что для меня и тебя сверхъестественно и необыкновенно, то для Господа моего — самое обыкновенное дело Его благости бесконечной и могущества беспредельного. Все Он, как беспредельная Любовь, сделал из любви ко мне, чтобы спасти меня во Царствие Свое Небесное; Сына Своего Единородного не пощадил для меня, а с Ним и все мне отдал; Телом и Кровию Его питает меня; Духом Святым, как губу [69], напояет меня и дарует предвкушать на земле сладость Царствия Небесного; живит, покоит, услаждает, увеселяет меня с лицем Своим.

 

Когда враг будет в мыслях твоих отрицать в Пресвятой Троице Отца, что нелепо, то ты скажи ему: из Него всяко отечество на небесех и на земли именуется (Еф. 3, 15); из Него Сын и Дух Святый; из Него и Тем и в Нем всяческая (Ср.: Рим. 11, 36).

 

Когда твоей трапезы будет вкушать человек, которого ты почитаешь недостойным ее, тогда вспомни, что ты сам недостойно пользуешься дарами Божиими, и еще помяни, что Отец Небес — ный солнце Свое сияет на злыя и благия и дождит на праведныя и неправедныя (Мф. 5, 45). Так и ты сияй своею благостию и щедротами на добрых и недобрых, дожди своим достоянием на приятелей и врагов. Тем самым, что враги пользуются от твоего достояния, ты одерживаешь над ними блистательную победу. Благотвори им всегда и побеждай благим злое (Рим. 12, 21).

 

Как от трапезы Господней — земли, по благости и щедротам Господним, питаются все земнородные и земля не оскудевает в произведениях своих от ежеминутного их потребления, а из ничего производит Божиим мановением каждое лето новые дары благости Господней, — так от трапезы моей, по подражанию Господу, Коего образ я ношу на себе, должны питаться все, ко мне приходящие сродницы и знаемые или нуждающиеся; и как земная трапеза не оскудевает от того, что столь многочисленные роды существ питаются от ней, так, по благодати Господней, не оскудеет никогда и моя трапеза, и Господь из ничего будет всегда творить для меня обильные дары. Даруй же мне, Господи, быть истинно благим и щедрым, ибо ничто так не прилично священнику, как благость и щедроты.

 

Священнику. В хозяйстве своем во всем положись на жену — Богом данную помощницу, а сам шед возвещай Царствие Божие (Лк. 9, 60).

 

Я думаю, вы замечали, как бывает мирен и приятен сон после сердечной вечерней молитвы? Вы ложитесь на постель с необыкновенною внутреннею легкостию и спокойствием всех душевных сил, как праведник, оправданный многомилостивым, щедрым Богом. Утром вы встаете так же легко, легко, с благими мыслями и чувствами. — Это, братия, образ блаженного перехода вашей души по вечере вашей жизни в вечность, когда вы, быв напутствованы Святыми Таинствами, в мире с Богом, с людьми и с своею совестию, заснете вечным сном. Вашей душе будет покойно и легко, легко на всю бесконечную вечность, и вы с торжествующим духом встретите утро общего воскресения, после которого вступите в обладание уготованного вам от сложения мира Царствия Небеснаго (Ср.: Мф. 25, 34).

 

Не нужно оскорбляться на тех, которые смеются над нами и презирают нас или идут нам наперекор во время действия нашей страсти. Страсть заслуживает того, пусть она бичуется и в нас, и со стороны других. Это Божие нам благодеяние; если же ты не терпишь насмешек над своею страстию или противодействий ей, то значит — болезнь души твоей очень велика и неисцельна и что ты очень горд и самолюбив. — Переломи себя и смирись до земли; если хочешь быть исцеленным от недуга своего, и насмешки других над собою принимай как врачевство, как полынь, которая горечью выгоняет гнилость страсти.

 

Светилник телу есть око (Мф. 6, 22; Лк. 11, 34), то есть светильник душе или сердцу есть разум. Разум должен быть путеводною звездою для сердечных движений и проливать в сердце свет веры и естественных познаний; движения святые, добродетельные он должен поддерживать и питать размышлением, а движения греховные, страстные, сейчас отсекать, как гибельные для души и противные Богу — Законодателю. Потому–то и совесть называется практическим умом.

 

Священнику. Слова Евангелия и Апостольских посланий, как дух а живот (Ср.: Ин. 6, 63), должно читать с жизнию, с сочувствием, чтоб вся душа читающего была в них. То же сказать надо и о псалмах и других священных чтениях. То же и о всех службах и таинствах.

 

Бог в Ветхом Завете благоволил чаще именоваться Господом Саваофом, то есть Господом Сил: потому что все действующие силы — невидимые и видимые — от Него, а именно: умные и по образу Его сотворенные (Ангелы и люди) и все силы одушевленные, но неразумные (животные всех классов) и все неодушевленные (силы природы). Все силы действуют Богом, равно как и человек, рассматриваемый как личная сила. Бодрствует ли, спит ли, ходит ли, лежит или другое что делает — все делает занятою от Бога силою. Мыслит ли, чувствует ли, созерцает ли — все делает силою и светом Бога сил и Бога разумов. Преуспевает ли в добре — преуспевает Божиею силою. Господь Бог мой сила моя, и Той учинит нозе мои на совершение (Авв. 3, 19). Господь Бог — Сила всякой сотворенной силы. Всякое физическое и нравственное бессилие человека есть оставление Его силою Божиею.

 

№. Если с крестным знамением соединяется сила Божия великая, то что удивительного, если с видами хлеба и вина соединяется преискренне, претворяя их в Тело и Кровь Свою, Господь Иисус Христос? — Испытываем то, испытываем и это, осязаем внутренностями нашими. Дивна дела Твоя, Господи! (Ср.: Откр. 15, З.)у [70] Неверие сердца всегда оказывается ложным и прежде всего в том, что возмущает, помрачает и стесняет мучительным образом душу и тело, и потом — при надлежащем, благонамеренном размышлении. Вера сердца всегда истинна: <во–первых> тем, что оживляет, покоит чрез прощение грехов; во–вторых — по размышлении, хотя бы то самом поверхностном.

 

Казалось бы, невелик грех — неверие сердца или усумнение, но если… рассмотреть ближе, то выходит, что оно и очень важный грех. Неверие есть упорство сердца признать за действительную очевидную истину и отвержение всемогущей державы Божией, которую неверное сердце ограничивает. — Не остановленное в самом начале, неверие может разлиться на весь круг истин веры и заразить всю сферу человеческого познания.

 

Смотря на комнатные цветы летом, я удивляюсь, как они без всякого постороннего деятеля образуются так прекрасно, великолепно и роскошно, и думаю: ведь прозябание всех растений возможно под одним условием — под условием везде присущего Божия Промысла. Сам Господь говорит, что цветы ежегодно Бог одевает так прекрасно и роскошно, как и Соломон не одевался во всей славе своей (Ср.: Мф. 6, 29). Так Господь мой смотрит за моими цветочками, блюдет законы их образования и возрастания. — С любовию целую вас, цветочки, дела рук Невидимого Бога моего, невидимо вас возращающего и хранящего. Но из чего эти прекрасные цветочки? — Из грубой земли и воды: вся честь Художнику, Его силе и премудрости, потому что из грубого вещества творит такие дивные вещи, которыми все восхищаются. Теперь обрати внимание на себя: ты — прекрасный цвет — также из грубой земли, ты — земля и пепел (Быт. 18, 27)у; и что ты такой прекрасный по душе и по телу — за это честь Художнику твоему — Богу, Его бесконечной премудрости и силе. Ставь себя чаще на очную ставку с цветком, сравнивай себя с ним и воздавай славу Премудрому Творцу, Который из одной и той же земли сотворил и тебя и цветы в горшках твоих. О леандры! Леандры! Как вы прекрасны! О Творец! Творец! О Верховный Художник всех вещей! Сколь Ты должен быть прекрасен? Но где Ты? Я не вижу Тебя лицем к лицу, а вижу только Тебя в делах Твоих, якоже зерцалом в гадании (1 Кор. 13, 12), да ощущаю ежедневно благость Твою в сердце моем. Дай нам узреть неизреченную доброту лица Твоего. [71]

 

Радуйся, когда к тебе приходят другие, кто бы они ни были. Вот что повелевает мне вера и здравый смысл. — Стой за это. Июня 18. I860.

 

У Амоса пророка сказано: Аз удержах дождь от вас прежде триех месяцев жатвы, и надождю на един град, а на един град не надождю; и часть едина надождится, и часть, на нюже не надождю, изеохнет. Амос. (Ам. 4, 7). Знайте же, братия, Кто дождит. Не природа же неразумная случайно на одно место дождит, а на другое — нет; не от природы же неразумной зависит то, что долгое время не бывает дождей или долгое время идут дожди, — нет: а от Господа природы. Слепые естествоиспытатели все приписывают природе. — Верховный Разум правит всеми силами и явлениями природы.

 

Что за прелесть диавольская? Когда посторонние, не свои, особенно кои поважнее, что говорят и делают — ничего, а когда свои — злобишься и показываешь нетерпение? Что за чудовищность моего сердца? Что за гордость непонятная? Понимаю: когда говорит или делает что простота и смирение, тогда восстает в лице моем ненавистник простоты и смирения, столь любезных Богу, и чрез меня выражает свою злобу и нетерпение против людей добрых, простых и смиренных.

 

Маминька — неприкосновенная святыня моя, к которой не должен прикасаться ни один неправедный помысел, ни одно неприязненное чувство. Чти матерь (Ср.: Мф. 15, 4; Исх. 20, 12) — вот характер всех моих отношений к ней: почтение в мыслях и в сердце, в словах и делах. Как к Богу, так и к матери имей почтение безусловное, мало того — благоговение всесердечное.

 

Когда среди домашней или общественной молитвы уязвит и обессилит тебя неверие во что–либо, не смущайся этим и не унывай от того, но самое бессилие и болезнь сердца твоего да послужат для тебя сильным обличением неверия в его безосновательности и крайней лжи. Только вера есть сила Божия: и с верою человек слабый делает чудеса силы (как мученики), как и всякий на себе испытал, потому что он тогда соединяется с Богом Сил, а неверие — чистое отрицание силы, ничтожество, ложь, призрак. Вера потому и сильна, что она от Бога Сил; неверие потому и бессильно в нравственном отношении, что оно от диавола, который есть нравственная немощь, бессилие. Вспомни, что от одного изображения Креста Господня, сделанного с верою, бессилие и болезнь неверия исчезают, как дым: потому что Крест после того, как распялся на нем Господь Сил, стал также силою Божиею. И Крест есть точно и для тебя сила Божия, сильнейшая тебя: потому что тебе придает силы, избавляет тебя от твоего внутреннего бессилия. Не косней же в неверии и происходящем от него бессилии на молитве, но тотчас возвратись к вере, введи ее в сердце — и с нею придет к тебе сила ее.

 

+ №. Церковные моления как образец наших молений. (У Господа просим все духовных благ — помилуй нас, Боже… Миром Господу помолимся [72].)

 

Когда враг будет смущать дух твой жалением для приходящих пищи тленной, скажи ему: я вкушаю туне Животворящую Пищу — Нетленные Тело и Кровь Христовы для будущей нетленной жизни и тленной пищи не жалею, но вменяю ее в гной и помет, во что она действительно и обращается.

 

Да не входит в сердце смрад привязанности к житейскому во время Божественной службы и да не помрачает и не подавляет души твоей. Дай ей насладиться Господеви (Ср.: Пс. 36, 4).

 

Человек, преданный любостяжанию, поставляет живот свой в обладании и наслаждении богатством и таким образом богатство почитает как бы богом своим, дающим ему жизнь, — вместо единого Истинного Бога, дающаго всем живот и дыхание и вся обилно в наслаждение (1 Тим. 6, 17). Потому сильно прогневляет он Бога, Который един есть жизнь наша. Блюдитеся от лихоимства, сказал Господь, яко не внегда избыточествовати кому живот его есть от имения его (Ср.: Лк. 12, 15).

 

Плоть — все те, которые привязаны сердцем к богатству, и Дух Божий не будет пребывать в них.

 

Священнику. Священники Господни! Достойно служите Богу. Бог есть Источник благости, благотворящий достойно Ему служащим. Что веси, о иерею, аще Господь за достойное служение Ему сделает тебя непреклонным или по крайней мере неудобно преклонным ко злу, как сделал Ангелов непреклонных на горшая [73] (Канон Ангелу–хранителю.)

 

Моисей видел в купине яко пламень огнь Божества (См.: Исх. 3, 2) — а священник созерцает Божественное Тело и Кровь Господа Иисуса, Духом Его оживотворенные на престоле, и огнем являются внутри его пречистые Тайны, приятно оживляющим, покоющим, веселящим, по достойном принятии, — и попаляющим, подавляющим, убивающим силы духа и тела, по недостойном принятии их.

 

В Святых Тайнах всегда является сердцу Агнец Божий, вземляй грехи мира (Ин. 1, 29). Верен–преверен Господь Своему святому слову.

 

Учись у <…> [74] ставить ни во что то, что ты во много ставишь.

 

Дивна дела! У иного в душе вмещается бездна знаний, а иной едва–едва что–либо знает; иной — свет, а другой — тьма. Отсюда обязанность для обладающих познаниями — учить и просвещать незнающих, темных.

 

Если хочешь хорошо писать проповеди — непременно горячо кайся в своих грехопадениях. И будешь прекрасный, одушевленный, сильный проповедник. — Опыт. Также старайся всеми мерами хранить чистоту сердца.

 

Как легко для Господа расторгнуть греховную сеть, которою опутал и связал кого–либо сатана! Минута глубоко сердечного сокрушения и слез, минута всецелой преданности Христу Богу себя самого и жизни своей с ее грехами и беззакониями — и сеть расторгнута, и мы избавлены: душа наша яко птица избавися от сети ловящих: сеть сокрушися, и мы избавлен и быхом (Пс. 123, 7), — поет Давид. Потому какими бы грехами кто ни был связан, не отчаивайся, по ищи сокрушения и слез. Чтобы легко пришло к тебе сердечное сокрушение и слезы, призови от всего сердца на помощь усердную Заступницу всех христиан — Царицу Богородицу, и ты увидишь, как Она поможет тебе легко избавиться душетленных сетей губителя человеков. — С опыта.

 

О христиане! Не обходите в молитвах своих Божию Матерь — наше Высокое, Чистейшее, Неоцененное Сокровище, Подательницу Божественной благости: вы много, много будете терять, если не будете смиренно и усердно призывать Ее. Мы, за премногия грехи нашя, не имамы часто дерзновения пред Богом, а Она всегда имеет это дерзновение, как Матерь Его; и много может моление Матернее ко благосердию Владыки [75]. Многие испытали это на себе.

 

Диавол понемногу, исподволь искореняет в человеках веру и всякую добродетель и насаждает вместо их так же исподволь неверие и пороки. Сегодня, положим, успел лукавый поколебать в ком–либо веру в один какой–нибудь предмет, и человек не противостал ему всеми силами за истину; это слабоверие уже осталось в сердце, и диавол день ото дня будет усиливать его, пока наконец не доведет его до неверия; то же сказать надо и о добродетелях. Если сегодня человек изменил несколько одной добродетели, завтра изменит ей больше, послезавтра еще больше и так далее; потом изменит другой, третьей и так далее, и так далее — и вместо добродетелей, смотришь, насадятся в сердце корни пороков, станут расти быстро, быстро и будут все больше и больше заглушать остающиеся семена и ростки добра. — Так люди доходят до величайших пороков, делаются наглыми в неправде, ожесточенными и — отчаянными в своем спасении: потому что диавол о том только и старается, чтобы клевретов своих довести до отчаяния, которое ввергает грешника в совершенную погибель. Вот пример, как вера в Святые Тайны исчезла постепенно в человеке–священнике, который не поддержал ее падающую вначале. Он дошел до такого безумия и гордости, до такого неверия, что дерзал нетрезвый в пья<ном виде>… [76]

 

NB. То самое обстоятельство, что для плодотворного, успокоительного причащения Святых Таин требуется от меня искреннее покаяние во грехах и совершенная чистота сердца, — громогласно свидетельствует, что в Святых Тайнах Сам Пречистый Господь, Который не терпит ни малейшего пятна греховного на душе моей. — От плод Его ты должен познать Его (Ср.: Мф. 7, 16, 20). Если святыня от тебя требуется и ты сам это испытал бесчисленное множество раз: то — знак, что Всесвятый Сам входит в тебя, Которому ты должен уготовать путь, правы творить стези Его (Ис. 40, 3; Мф. 3, 3). По подготовляемой чистоте в доме узнай Имеющего прийти и поселиться в нем Пречистого Господина дому.

 

В оньже аще день снесте от пего, смертию умрете (Быт. 2, 17); то есть в тот самый час, в ту самую минуту, как только сделаете грех, умрете душевною смертию. — Так, это определение Божие доселе исполняется на всех. Потому всякую душевную смерть, всякую злую тоску и скорбь сердца почитай следствием греха и, чтобы избавиться от них, молись и кайся, припоминай свои грехи, признай себя окаянным и бедным, и нищим, и слепым, и нагим духовно.

 

Всегда я раскаивался в недостойном принятии Святых Таин — и Бог прощал меня.

 

Враг всячески старается парализировать душу во время молитвы.

 

Господь Иисус Христос — моя Благость и Живот. Ergo… [77]

 

Кто любит горячо другого, тот желает насытиться самой плоти любимого, для того все любезно в любимом. А кто не любит, тот избегает лицезрения с нелюбимым, для того все немило в нелюбимом: и лицо, и голос, и приемы, и походка, все.

 

От сердца, говорит Спаситель, исходят, между прочим, убийства (Мф. 15, 19). Так, если вы слышите, что кто–либо наложил на себя руки или другого убил, то знайте, что убийство первоначально было питаемо и зрело в сердце в первом случае — от чрезмерных скорбей и сердечной тоскливости или неудовлетворения чем–либо, в последнем — от зависти, или ненависти, или сребролюбия, или ревности. Только вера и доброе воспитание — в страхе Божием спасает от этих ужасных минут, в которые диавол, по попущению Божию, овладевает нами за наши грехи. Потому горе не имеющим сердечной веры в сердце! Они не возмогут противитися в день лют и вся содеявше стати (Еф. 6, 13), но падут падением ужасным.

 

Когда ты достойно, с внутренним свидетельством, причастишься животворящих Таин, тогда не думай о себе иначе, как так, что живет в тебе тогда Христос, как сказал Апостол: живу не ктому аз, но живет во мне Христос (Гал. 2, 20). И Сам Господь сказал: ядый Мою плоть и пияй Мою Кровь во Мне пребывает, и Аз в нем (Ин. 6, 56). Равно будь совершенно убежден, что и Дух Святой в тебе пребывает тогда, как сказал Спаситель апостолам… Дух истины, Егоже мир не может прияти, яко не поз на Его: вы же весте Его, яко в вас пребывает и в вас будет (Ин. 14, 17), ас Сыном и Духом Святым, как Вина Их, нераздельная всегда от Них — и Бог Отец. К нему приидем и обитель у него сотворим (Ср.: Ин. 14, 23).

 

Бесконечное могущество и бесконечная премудрость, явленные Богом в устройстве видимого мира и каждой особи его, в частности. — Бесконечное могущество видно в бесконечном разнообразии, в котором является вещество: кто постигнет это изумляющее разнообразие? Вся тварь видимая сочинена из четырех стихий, но посмотрите, как Всемогущий Творец умножил произведения из этих четырех стихий! Как послушно вещество воле Творца! Бесконечная премудрость видна в удивительной целесообразности всех вещей, в правильности и изяществе форм, в служении общей пользе целого творения. В каждой былинке, в каждом цветке можно и должно видеть особенное целое сочинение, которое равно возвещает славу Творца премудрого и всемогущего, как солнце и звезды. И как бесконечно много этих сочинений и каждое из них бесконечно, непостижимо премудро (доселе никто не мог сделать ни одной былинки), — то Творец, конечно, так же бесконечно премудр.

 

(+ В бесконечном разнообразии вещества Господь показал нам, что Он творит из него, что Ему угодно: бесконечное разнообразие камней, растений всех родов и видов, животных тел всяких форм. Яко возвеличишася дела Твоя, Господи! Вся пре мудростию сотворил ecu! (Пс. 103, 24.)

 

Как слышат меня на молитве Пресвятая Богородица и святые? Они в Боге и един дух с Ним, а Бог — везде. Кроме того, я член Церкви немощной земной, а Она и они — члены Церкви благородные — небесной; Глава у всех нас один —Христос — Бог вездесущий. [78] Особенно Владычица и святые приклоняют милостиво слух к тем, которые достойно причащаются и часто Святых Таин. — <…> [79]

 

На мыслях, имеющих свойство страсти, отнюдь не останавливаться.

 

Господь мой есть Творец и Начальник всякой жизни и красоты. Какая же красота прельстит меня при Его красоте?

 

И она была молода и красива, но на меня молодость и красоту свою положила. (О матери.)

 

Кашель в маминьке — немощь старости.

 

Если, враже мой, ты смущаешь меня грубостию одежды моей матери — я сам оденусь в рубище нечистое, чтоб оно напоминало всегда о нечистотах души моей пред Богом и людьми; и я разбросаю свои волосы на главе, чтобы они были вывескою беспорядка моих мыслей.

 

Как предполагал, так и сделалось — искусил! Вот и жми после этого руку. Вперед отнюдь не жать. А то из–за невинного по–видимому пожатия руки своей родственной девицы диавол окрадет твое целомудрие ночью. Тьфу ты, гадость какая! Ах ты уличный разбойник и грабитель! Мало огненных убийственных стрел! Боже! Очисти мя, грешнаго! [80] На день великого постника, большего всех рожденных женами (Ср.: Мф. 11, 11), осквернил меня. Бойся холодного бесчувствия в этой скверне: диавол умеет и это сделать. Оскверненный во сне по действию его бывает, как столб, бесчувствен, тогда как ему следовало бы плакать. Избави Бог от этого бесчувствия, тем более — от услаждения искушением и от самооправдания, или даже, что бывает также, от признания пользы его для телесного здоровья. Тогда богопротивный человек сделается еще более богопротивным от несознания своего греха, нечистота его останется на нем, и к одной нечистоте присоединится другая — бесчувствие и гордость. — Изучай врага.

 

Диавольское порождение (например, ложь, сомнение, неверие, страсти) вторгается в душу соответственным своему родителю образом, то есть оно всегда убивает душу. Поэтому легко узнать его козни. Не может древо зло плоды добры твори ти (Мф. 7, 18). Главное, что надо наблюдать при его кознях, — это отнюдь не малодушествовать, не останавливаться, то есть нимало не стоять на чувствах и мыслях злобных, убийственных, но, вменив их в ничто, заниматься мыслями противоположными. Не предаваться чувствительности и раздражительности, но твердым терпением отражать ядовитые прилоги.

 

Тление твоей сигары или папиросы изображает весьма хорошо тление твоего сердца в огне страстей: как тлеет твоя сигара во рту у тебя, так тлеет твое сердце в огне разных страстей. И как страсти — постоянная и великая насмешка диавола над бедными людьми, так курение табаку есть новая насмешка его над ними. Это — вывеска внутреннего огня страстей.

 

Окаменелый! Научись сочувствовав людям, особенно близким, в горести души их.

 

Долго я не знал во всей ясности, как необходимо укрепление нашей души от Духа Святого. А теперь Многомилостивый дал мне узнать, как оно необходимо. Да, оно необходимо каждую минуту нашего бытия, как дыхание, необходимо на молитве и во всей нашей жизни: без укрепления Его душа наша постоянно склонна ко всякому греху и, значит, к смерти духовной: она расслабевает, совершенно обессиливает от входящего в сердце зла и немощна становится для добра; без укрепления от Духа Святого чувствуешь, как сердце низмывается от различного зла и готово ежеминутно потонуть в бездне его. Тут–то надобно, чтобы сердце наше стояло на камне. А камень этот — Дух Святой. Он–т? укрепляет его силы, и если человек молится, Он укрепляет сердце его в вере и надежде на получение просимого; Он–т? воспламеняет душу его любовию к Богу; Он–т? навевает на душу мысли светлые, благие, укрепляющие ум и сердце; если он [человек] совершает различные дела, Он укрепляет сердце его сознанием важности и необходимости труда его и терпением несокрушимым, которое все трудности преодолевает; при обращении с людьми разных состояний и обоих полов Он вдыхает в него уважение к лицу человека, который есть равно образ Божий, кто бы он ни был, искупленный Кровию Христа Бога, и отвлекает его сердце и внимание от его, иногда очень неблаговидной, внешности тела и одежды, его грубости в слове и обращении; Он–т? соединяет всех нас любовию, как чад Отца Небесного, и во Иисусе Христе учит нас молиться: Отче наш, Иже ecu на небесех…

 

Милость Божия ко мне так велика, что я как бы не верю, что Бог поставил меня на такую высоту, и эта недоверчивость проглядывает во многих моих поступках, во многих даже священнодействиях и в словах. Не бойся: будь уверен, все с тобою бывающее и существующее есть истина! Веруй! Болша сих узриши (Ин. 1, 50) — Самого Царя Христа и Его Небесное Царствие. Земное — только подготовка к созерцанию будущего.

 

Моя мать — живая свидетельница моего ничтожества.

 

Какое великое благо родители доставляют детям! Нет больше благ, доставляемых ими. Но заметь, что люди иногда сильно вооружаются против величайших благодетелей неблагодарностию и даже злобою; чем больше благодетель, тем сильнее вооружаются облагодетельствованные. Очевидно, что нужно сильно ему противиться и не слушать благовидных его подстреканий. — Так, было делом сатаны то, что Величайший Благодетель человечества Господь Иисус Христос был доведен до заплеваний, заушений и позорной крестной смерти, хотя и служили ему свободными орудиями первосвященники, старейшины, книжники и народ. Так, мы видим много примеров, что благодетели принуждены жаловаться на облагодетельствованных, что эти последние неблагодарны и злы пред ними. — Много на свете неблагодарных и злонравных в отношении к своим благодетелям. Ядыи со Мною хлебы Моя воздвиже на Мя пяту свою (Ср.: Ин. 13, 18).

 

Когда целуешь руку матери, вспомни, что она на этих руках носила тебя. Ах! Как почтенны и любезны должны быть для тебя эти руки! Вспомни также, что эти руки питали тебя.

 

До сих пор я видел постоянные опыты попечения Божия обо мне: Господь не только не оставлял меня ни в чем, а напротив, все подавал мне с избытком; кроме того, попечение Его обнаруживается постоянно в том, что Он по молитве моей избавляет меня от всех скорбей моих, как вернейший Спаситель. Будет [81] и впредь со мною и будет все мне подавать. Всю печаль вашу возверзите Нань, яко Той печется о вас (1 Пет. 5, 7). Печется, печется, печется.

 

Люди любят общество; птицы любят общество; животные — общество, рыбы — общество. Что же я–то? Ближний должен быть святынею для меня, неприкосновенною для моей злобы, ненависти или зависти, корысти или нечистых пожеланий моего сердца. Читай как бы написанным на челе каждого: святыня и любовь Господня. Приятным долгом поставляй каждого любить, как себя. Когда в сердце твое западет скупость и злоба, вспомни тогда о бесконечной благости к нам Божией и о щедротах Его и хотя в малом пределе покажи и ты от всего сердца благость свою и щедроты свои. Когда приглашаешь кого–либо к себе, приглашай всегда от всего сердца, ласково. Твой долг — быть искренно ласковым ко всем. Благоволят или нет прийти к тебе приглашенные — это их дело. Помни, что и в делах житейской приязни Бог есть действуяй в людях и еже хотети и еже деяти им (Ср.: Флп. 2, 13).

 

Бог наказал меня внутренними бичами в продолжение целой ночи за то, что я по скупости и какой–то злобе не хотел принять на ночлег одной девушки, коей родственники жили недалеко от нас. Диавол мучал меня целую ночь жестоко.

 

Лесть бесовская, действующая в уме и сердце человека; пространство ее — вся жизнь; все дела, все отношения наши к Богу, к людям и к вещам заражены этой лестию. Разоблачение ее; постоянство, величие, трудность этого дела; неизбежные уязвления от злобы диавола, который тем больше свирепеет, чем больше разоблачают его лесть, и пользуется всеми, и малейшими, предлогами (греховными движениями мысли и сердца), чтобы войти в человека, овладеть его сердцем и тиранить его. Лесть богатства по преимуществу, лесть славы и отличий: человек не славный и не отличный ищет всеми силами и средствами отличий. Лесть вожделения или лесть прелюбодейная. Лесть пищи и пития: ядию в тление пал человек люте [82] по обольщению диавола. Лесть одежды: о одежд и что печетеся (Мф. 6, 28)? Подразделения лести — до бесконечности: что ни вещь, то лесть. Лесть всех страстей: злобы, ненависти, зависти, скупости и сребролюбия. Чувство отвращения к жизни, тоска, скука. Средство избавиться от лести — молитва, сердечное размышление о непостоянстве всего земного и вещественного и о постоянстве пребываемости всего невидимого. Не смотряющим нам видимых, но невидимых: видимая бо временна, невидимая же вечна (2 Кор. 4, 18). Еще средство для предохранения себя от лести диавольской (обмана) — носить как бы начертанными в сердце слова: лесть бесовская.

 

Прежде эта лесть была идолопоклонство, ныне — сребролюбие. Лесть в молитве: приближаются Мне людие сии усты своими, говорит Господь, а сердце их далече от Мене (Мф. 15, 8); лесть в отношении к людям: устне льстивыя в сердцы, и в сердцы глаголаиш злая (Пс. 11, 3); иже не у льсти языком своим (Пс. 14, 3)… лесть к вещам: лесть богатства и прочее. Кто попрал лесть бесовскую, тот истинно, от всего сердца молится Богу и совершает пред Ним все дела: духом и истиною достоит кланятися (Ин. 4, 24), говорит Господь.

 

Недаром Он сказал: истиною достоит. Кланяются Богу весьма многие неистинно, ex officio [83], по должности, по привычке, формально, без содержания. Кто попрал лесть, тот искренно обращается со всеми и от сердца делает все другим; тот все вменяет земное в уметы, как апостол Павел, да Христа едииаго приобрящет (Ср.: Флп. 3, 8), потому что препятствует привязанность к земным благам иметь Христа в сердце. Смотри о лести змеиной в Каноннике во многих местах.

 

Господи! Спаси мя, многоглавого и многовидного зверя.

 

Блажен блюдыи ризы своя (Откр. 16, 15). Господи! Сохрани ризы мои.

 

При обращении с своею мамипькою имей в мысли всегда следующее: она выше меня всегда, несмотря на ее крайнюю простоту, необразованность и грубость. Она — мой царь, мой господин.

 

Злоба сердца, при окружающей пас отовсюду бесконечной благости Божией и человеческой, есть величайшая хула на Духа Святого, Который есть Дух Благий.

 

Бесконечная Благость — Бог. Все — орудия Его благости, и прежде всего родители, потом — жена, далее — парь, начальники и все люди.

 

Кто родитель наш: отец и мать земные или — Бог? — Бог. Родители только орудия, коими Он произвел нас на свет. Сыны родих и возвысих (Ис. 1, 2), говорит Бог. Когда перевозя )· вас на судне из одного места в другое — кто перевозит вас: пароход или содержатель парохода? — Содержатель, а пароход — орудие, не больше. Так из бездны небытия в бездну бытия перевез вас Творец чрез родителей, как чрез машину какую.

 

Когда сердце твое порывается к злобе на кого–либо, ниспустись тогда мысленно в сердце и скажи в сердце: бесконечная благость Божия покрывает нас всегда, ныне и присно; все, по отношению ко мне, — только орудия благости Господней. Отчего же еще живет во мне злоба? Отъиди от меня, адское исчадие: ты уродуешь меня, ты делаешь из меня чудовище жизни.

 

Когда ты не терпишь в другом слез сострадания и любви, тогда в тебе бес, чуждый всякой любви и сострадания.

 

О чем я молюсь нередко за службою Божественной? — Чтоб было меньше пьяниц, прелюбодеев, воров, обманщиков, соблазнителей. Чтоб Бог дал преспеяние христианской жизни и просвещенный разум.

 

В день тезоименитства Государя Императора. [84] Вчера (29 августа) мы вспоминали празднественно Усекновение главы и нисшествие во ад для проповеди сущим во аде о Боге, являемся плотию, — Иоанна Предтечи Господня, больше коего, по свидетельству Самого Спасителя, не восставало ни одного человека между рожденными от жен (Ср. Мф. 11, 11); а ныне торжественно празднуем день тезоименитства благочестивого Государя нашего, больше коего в гражданском мире в настоящее время также нет, потому что он есть глава всего обширного и могущественного в свете государства, отец миллионов православных и неправославных, правоверных и неправоверных подданных. Но, как ни велик был на земле еще живой Предтеча, а меньший в Царстве Небесном был больше его, по свидетельству Самого же Господа; так и о тезоименитом ныне Государе следует сказать, что меньший в Царствии Небесном больше его: 12–летний отрок, сын простого поселянина, праведный Артемий Веркольский или такой же отрок Иаков Божовицкий — больше его; соименный царствующему Государю святой благоверный Князь Александр Невский — также болий его. А это располагает нас говорить о небесном величии и славе святых Божиих, которая вечна и повсеместна, о едином истинном величии веры, добродетели и святости и о преходящем величии и славе мира сего: всяка слава человеча яко цвет травный (1 Пет. 1, 24). Но мы не опасаемся, что величие и слава православного Государя нашего есть только величие и слава мира сего — величие и слава преходящая, потому что ныне царствующий Государь православной христианской державы есть первый сын и покровитель Церкви, зиждущий благо христиан. Испросим же молитвою у Господа, чтобы величие и слава его не прешли с его земною жизнью, но последовали за ним и в вечность, чтобы Господь укрепил христианскую душу его в царственных добродетелях и на Страшном и праведном испытании всех человеков дал ему с дерзновением сказать о своих бывших подданных: се, аз и дети, яже ми дал есть Бог (Ис. 8, 18). Помолимся и благоверному Князю Александру, чтобы он молитвенным предстательством своим у Царя царей (Дан. 2, 47) укреплял его в тяжелом подвиге народоправления и в подвигах веры и добродетели.

 

Как, идя по улице, невозможно предохранить себя от того, чтобы не дул на тебя ветер, так невозможно человеку уберечься от того, чтобы не приражался к нему диавол ветрами помыслов и страстных потрясений сердца.

 

Святых больше всего одолевает дух уныния, как видно из молитв и стихов канонов.

 

Человек иногда бывает погружен в бездну зла и запутывается в нем, как в безысходном лабиринте. Не надо унывать и коснеть, а с верою и со слезами помолиться — и душа возникнет на свет Божий.

 

Слава чудотворному образу Спасителя моего (что в киоте моей), дивная со мной сотворившего, — из челюстей адского зверя, люто меня терзавшего, исхитившему.

 

Величаю спасения Царева! (Ср.: Пс. 17, 51.) Душе моя! Величай спасающего тебя — Христа Жизнодавца [85]. Несомненно и со дерзновением обращайся к Нему в молитве — к Его пречистому образу. Июля 1 дня 1860 года.

 

Самое обыкновенное естественное и общечеловеческое дело — почитать, любить и беречь своих родителей.

 

Я должен всячески почитать и беречь свое бесценное сокровище — мать.

 

Видение. Остров<?> с великим спокойствием, без малейшего вида гнушения обрезывал болезненные наросты у больного на задней части. Это урок моему гнушению.

 

Как в пречистых животворящих досточтимых, страшных Христовых Тайнах [86] соблазнял меня лукавый скромным видом простого хлеба и вина (земли, попираемой ногами), так и относительно родительницы моей он соблазняет меня скромным, простым видом ее, простыми, необразованными словами и манерами ее. Но как те сами в себе всегда досточтимые Тайны, так и мать моя — всегда досточтимая мать моя; как под простыми, смиренными видами хлеба и вина — Господь Животворящий, так и в простом, грубом теле и необразованном слове — дух матери моей.

 

Оставь мать твою в ее совершенной простоте и безыскусственности в слове и манерах: под этою внешнею грубостию и безыскусственностию скрывается простое, доброе, искренно сочувствующее сердце. Взор ее — взор благости; слово ее — слово сердца.

 

Нет на земле большего благодетеля, кроме матери. Соответственно благодеяниям — почтение.

 

Не за красоту лица, не за образование, не за ум, не за доброе сердце и даже не за душевные добродетели — кротость, смирение, простоту уважаю и люблю я мать свою, а потому единственно, что она — мать моя, и ради заповеди Божией.

 

Некоторые еще прежде молитвы боятся молитвы, как какой–то тяжести, стесняющей и убивающей душу, и когда станут на молитву, расслабевают духом и торопятся — только как бы скорее избавиться от ней. Это — как в общественной, так и в домашней молитве. Что это за молитва? Где же ее свобода? Где ее доброхотство? — Ни от скорби, ни от нужды…

 

Христианская вера не терпит лицеприятия. Не зриши на лице человеком (Мф. 22, 16), говорили Христу даже враги. Не на лица зряще имейте веру (Иак. 2, 1), говорит Апостол. Все как один человек.

 

Кротость, спокойствие, ревность, твердость в убеждениях — вот девиз поведения!

 

Как прежде вооружал меня враг на братьев [87], на отца [88], так ныне на мать. О лукавец! Смотри же, берегись, чтоб ни одна мысль презрения и ненависти не затаилась в твоем сердце против нее за простоту и грубость ее слов и манер. Да не окрадает тебя постоянно враг и да не посмевается над твоим малодушием жестоко. Доколе тебе и ему? — Тебе давать ему случай торжествовать над тобою, а ему смеяться над тобою? Как он всегда жестоко смеялся над тобою? Полно же!

 

Сын Божий, будучи Бог, не убоялся снизойти до зрака рабия (Ср.: Флп. 2, 7) (заметь, вникни — Бог и раб) и крайней нищеты, чтобы я не боялся смиряться до самой крайней степени. Он претерпел даже крест и смерть, о срамоте нерадив, чтобы я ради Его смирения крайнего и ради собственного спасения и других пренебрегал всякою срамотою: Он умывал ноги ученикам (См.: Ин. 13, 115), чтобы и я не стыдился по гордости умыть ноги всякому, то есть чтобы я не чуждался и последнего христианина (ноги) и делал ему все, что для него нужно. О! Как мы горды и как мы мало заботимся о смирении! Смирение наше высоко, боязливо, мы так и боимся, чтобы не уронить себя в глазах других: мнительно, мелко, несовершенно наше смирение. Враг внутренно часто побеждает нас помыслами гордости тогда, как мы думаем и хотим смиряться. Смирение наше должно быть крайне чистое, без всякой мнительности и колебания, решительно не допускающее никаких ограничений. Мы имеем великий пример — уничижение Себя Сына Божия, и нам стыдно не смиряться до последних пределов. Ибо кто мы, как не земля а пепел, и гной.

 

Чти — Бог повелевает (См.: Мф. 15, 4; Исх. 20, 12); мой разум и совесть к тому меня побуждают. За Божию волю умри — умри для своего разума, если он идет против ней.

 

Вспомни, как лукавый водил тебя за нос и мучил из–за не по вкусу написанной иконы Богоматери; ненависть, отвращение внушал как будто к неправильно написанным ликам Божией Матери и Предвечного Младенца — и молиться не давал, пока ты не победил его; так и теперь водит за нос твою гордую душу — из–за образа простого, грубого твоей матери и не дает тебе должным образом чтить ее! Трудно ли смирению христианскому победить его о имени Христове? Ведь и при свете здравого разума легко убедиться, что мать должно почитать выше всего на свете.

 

Христианин — подвижник! Ревнуй о наградах Господа, уготованных от Него победителям, и не ослабевай в борьбе со врагами невидимыми. Побеждали наследит вся (Откр. 21, 7).

 

Люби, как себя, ближнего — Закон Царский.

 

Когда мы молимся по чужим молитвам, Господь смотрит на то, есть ли в нас свое желание того, о чем просим, есть ли доля нашей благодарности, нашего славословия.

 

Ни во что ставь в маминьке и во всяком человеке все плотское и цени исключительно его душу, его ум и сердце.

 

Вообразите, что вы видите Неприступный Свет (Ср.: 1 Тим. 6, 16), от Которого произошли свет солнца, месяца и звезд; что вы видите Ту Бесконечную Любовь, Которая послала в мир Сына Своего Единородного, да спасется Им мир от мучений вечных (Ср.: Ин. 3, 16); что вы видите Ту Начальную Красоту, от Которой всякое разнообразие и красота в мире — разнообразие и красота растений, камней, раковин, рыб, птиц, животных, всякой человеческой красоты. Вообразите, что вы видите Любящего, Сияющего неприступным светом совершенств Своих, Творца неба и земли. Что вы тогда почувствуете? — А ведь вера христианская всех нас подготовляет к этому видению.

 

Заметка о растениях. В растениях очевидны:

 

1) Премудрый Ум, проглядывающий во всех частях растения; 2) Сила, оживляющая, скрепляющая и содержащая в надлежащих отношениях все части растения и 3) всемогущество, с которым Бесконечная Премудрость видоизменяет само по себе безобразное вещество, с такою легкостию заставляя служить<?> его бесконечным намерениям и целям Своим. Яко возвеличишася дела Твоя, Господи! (Пс. 103, 24.) Яко удивися разум Твой от мене! (Пс. 138, 6.)

 

Как в отдаленном расстоянии находящиеся предметы на земле, хоть они и большие, но если не отражается в них солнце, издалека не видны вовсе, а если отражается солнце, то бывают видимы всеми и издалека, даже и те, которые малые, — так и между людьми. Те, в которых не отражается Своими совершенствами вечное Солнце правды (Мал. 4, 2) — Бог, бывают заметны только на близком расстоянии для весьма немногих; а если отражается в них Солнце правды — тогда всеми бывают видимы издалека, все прославляют их, люди всех мест и времен. И одни из них (святые) сияют как солнце, другие как луна, иные как звезды (Ср.: 1 Кор. 15, 41).

 

Если каждое лето по необходимому какому–то закону Бог одевает такое бесчисленное множество разнообразных дерев, трав и цветов, то оденет и меня по тому же закону, не забудет, если не буду празден… Если ежедневно питается у Него такое бесчисленное множество тварей и все они сыты, то буду напитан и я, не буду забыт. Зачем же излишние заботы о пище и одежде? Промысл печется обо мне. Видел и вижу.

 

Рассматривая тварей Божиих и видя бесконечное множество их, я вижу себя превознесенным над всеми сонмами их образом и подобием Божиим, разумом и свободою, способностию рассматривать умом моим всех их и удивляться в них премудрому и всеблагому Творцу. О! Как возблагоговею я пред Творцом моим! О! Как почтенны должны быть для меня виновники моего бытия — отец мой и мать моя! Они дали мне бытие во времени — для времени и вечности; ввели меня по воле Бога, создавшего меня во утробе матери, — в великолепный чертог мира для того, чтобы в определенное время Творец ввел меня в чертог небесный!

 

Священнику. Тут без меня дело делается, гут меня не спрашивают. Да, без меня творит Господь дела всемогущества Своего или чудеса Свои, как и сотворил меня без меня. Так на молитве, так и в таинствах.

 

Государство или какое–либо общество есть тело. Как в теле все члены вместе и каждый порознь поставлены на своем месте Богом, так и в теле общественном каждый поставлен на его месте Богом; также и собственные дела каждого бывают причиною того или другого места.

 

Соединись со Мною и оставь тленное земле, чтобы в соединении со Мною наслаждаться тебе бесконечными благами.

 

Что мать для детей, что добрая жена для мужа — то Ангел–хранитель для человека–христианина в духовной жизни.

 

Труды брата не должны быть оставляемы без благодарности, чтобы и твои дела Бог не оставил без награды.

 

Таинства — тело и душа, обряды — тело и душа, слово — тело и душа, молитва — тело и душа — все в параллели с телом и душою человека. Как же некоторые хотят, чтобы не было обрядов, или форм таинств, или внешнего Богослужения? — Они отнимают тело у человека.

 

Господи! Некпижныя мудрости паучивый, рыбари богословцы показавьш, [89] Душе дарований, Душе, Иже егда, вселишися в кого, твориши того глаголати величия Божия и всего претворяешь, возращаешь, восперяешь, устрояешь горе, прииди и вселися в мя, очисти сердце мое от всякая скверны [90] и глаголи усты моими, якоже во апостолех Христовых; научи мя, по словесем Христовым, яже подобает ми рещи людем (Ср.: Еф. б, 20; Кол. 4, 4), собирающимся в храм сей и в нем предстоящим и молящимся. Благоволи, Господи, мною, недостойным рабом Твоим, научити их, о чесом и како молитися подобает (Ср.: Рим. 8, 26).

 

О посте. Предупреждаем вас, что в пост встретят вас особенно внутренние и внешние искушения, может быть очень для вас тяжкие: не смущайтесь этим. Враги невидимые бывают особенно злобны против нас, когда видят нас на пути веры и благочестия, и стараются ставить нам препятствия разными искушениями. Не воздыхайте о мясах.

 

Это — мерзость Господу. Никтоже возложь руку свою на рало (Лк. 9, 62)… Никто, с удовольствием часто помышляющий о скоромных блюдах во время поста, не получит от него пользы.

 

Проповеднику. Как ты, проповедуя любовь, сам питаешь ненависть; проповедуя смирение, сам гордишься? Врачу, изцелися сам (Лк. 4, 23). Уча других известным добродетелям, будь проникнут прежде ими сам, да не лишшее осуждение приимеши от Бога (Ср.: Мф. 23, 14; Мк. 12, 40). Научая ииаго, себе ли не учииги? (Рим. 2, 21.)

 

О Христе несть мужеский, пол, ни женский (Гал. 3, 26, 28): но всяческая и во всех Христос (Кол. 3, 11). — Смотри, как почтен каждый человек–христианин, без различия: во всех Христос. Значит, надо всех почитать и любить ради живущего Христа.

 

С удовольствием причитай себя к нищим и незнатным мира сего, ихже избра Бог богаты в вере и наследники Царствия Своего (Ср.: Иак. 2, 5).

 

Молитва. Благоустроенная молитва — та, которая сопровождается добрыми делами. Что Мя зовете… и не творите, яже глаголю? (Лк. 6, 46.)

 

Всякий видит, что свет льется на землю с неба, ибо солнце, месяц, звезды светят нам с небесного круга. Это указывает нам на то, что и Несозданиый, Умный Свет, Господь Бог наш — обитает преимущественно на небесах и от Него нисходит к нам всякий свет, и вещественный и духовный, свет ума и сердца. Бе Свет истинный. Иже просвещает всякаго человека грядущаго в мир (Ин. 1, 9).

 

В беседах о молитве изъяснить содержание Литургии, особенно главную часть ее; также в общих чертах вечерню и утреню; как вести себя при таинствах, коих они бывают зрителями.

 

Когда придет тебе на сердце во время молитвы сомнение в чем–нибудь, тотчас же приими сердечное благодарение Господу за то, что Он благоволил открыть тебе ту истину, в которой ты сомневаешься, — и сомнение пройдет.

 

Слава Тебе, Господи, — бесконечное Прощение долгов наших и Упокоение сердца нашего от тяжестей их.

 

Бог есть Любовь (1 Ин. 4, 8, 16). Все мысли, чувства и расположения сердца, клонящиеся к разрушению любви и к насаждению вражды, — от диавола. Напиши это на сердце своем и всячески держись любви. —Держитеся любве (1 Кор. 14, 1).

 

Когда будут наводнять часто дом твой гости, принимай это за посещение Божие и радуйся, что Бог не войною, не пожаром, не чрез неприятелей лишает тебя твоих благ (а ведь с другими это нередко бывает), а чрез твоих же знакомых, и что ты имеешь случай показать здесь свою любовь к ним и к Богу. Бог может требовать от нас Себе жертвы, когда хочет. Приноси же Ему с радостию жертву гостеприимства. — Не войною, не пожаром, не татями, не засухою и гладом хлеба, не болезнями испытывает тебя Бог, а самым легким испытанием. Как бы Сам Он приходит к тебе в лице гостей (всякий человек образ Его, а христианин — член Его, от плоти и крови Его) и хочет видеть, как ты пользуешься дарами Его благости — с пристрастием или нет, и как ты успеваешь в любви, как ценишь рабов Его, с радушием или без радушия, как лукавый раб, чуждый любви, принимаешь их. Внимай себе. Всякому человеку–христианину выпадают на долю разные искушения. — Приемлите друг друга, якоже и Иисус Христос прият вас во славу Божию (Рим. 15, 7).

 

При взаимном общении друг с другом часто диавол показывает в ложном, неблагоприятном, отвратительном виде какую–либо сторону человека или какую–либо часть его тела и возбуждает этим в сердце неопытного сердечное отвращение и ненависть к тому человеку. А ты, минуя всякую внешность, ничего не желай видеть в другом, как брата, за которого Христос умер, сонаследника будущего блаженного Царства — как говорит о себе святой апостол Петр: иже и хотящей славе явитися общник (1 Пет. 5, 1). Всех почитайте, братство возлюбите (1 Пет. 2, 17).

 

Внимай: что противно плотскому, ветхому, греховному человеку — то ты и делай, иди всю жизнь наперекор ему. Это — цель твоей жизни и вместе — твоя слава о Христе Иисусе. Иже Христовы суть, плоть распяша со страстьми и похотъми (Гал. 5, 24). Утверди еще в сердце эту истину: одно стоит всей нашей ненависти — это грех или порок, а к людям исключительно питай любовь. Ясен закон Царский: возлюбиши ближняго твоего якоже себе (Лк. 10, 27).

 

Молиться должно всегда тихо, спокойно, с сердечною твердостию, при светильнике ума и сердца (молитва — свет, не тьма), твердо ведая, что ни величие грехов, ни грехов множество не превышает долготерпения Бога нашего и Его крайнего человеколюбия.

 

Бог мой — Зиждитель мой, а я — сосуд, Им созданный, сделавшийся непотребным по своим грехам.

 

Когда увидишь нищих и будешь по обычаю подавать им милостыню, да нескуден будет дар твоего сердца Господу: помяни тогда, как щедро Господь подает тебе незаслуженно с твоей стороны дары Свои, и если подал милостыню скудную, укори себя и впредь исправься от своей скупости. — Сеяй скудостию, скудостию и пожнет: а сеяй о благословении (щедро), о благословении и пожнет (2 Кор. 9, 6).

 

Когда мы находимся в страсти, тогда мы чужды света очию (Ср.: Пс. 37, 11) сердца нашего; тогда глубокая тьма покрывает душу нашу; неплодна тогда душа наша всяким светом: ни мысли, ни чувства доброго, проникнутого верою. Отсюда разумеем, что всякий свет души — от Бога, просвещающего всякаго человека грядущаго в мир (Ср.: Ин. 1, 9) [91].

 

В области веры весьма важно одно слово сердечного утверждения или отрицания, даже одна мысль, одно чувство согласия или несогласия с чем–либо. Что кажется преступного в случае опасности и только на случай опасности сказать: не знаю я Этого Человека (Христа), — но это было преступное отречение от Христа Спасителя и для очищения своего требовало горьких слез (См.: Мф. 26, 69–75) и троекратного восстановления в веру и апостольство (См.: Ин. 21, 15–17).

 

+ Вот и не могу я сказать Тебе, Господи: искусил мя ecu, и не обретеся во мне неправда (Пс. 16, 3). Ах! Неправда, неправда моя — великая: я возроптал на Тя, под ударами Твоими, имя Твое Святое и достопокланяемое похулил; дерзнул сказать, что Ты — не бережешь меня, оставил меня. Благостыня! Как Ты можешь меня оставить, забыть? Еда забудет жена помиловати изчадия чрева своего? Аще и забудет сих жена, но Аз не забуду тебе, глаголет Господь (Ис. 49, 15). А я, поистине безумный, дерзнул это сказать. Ты оставляешь только ненадолго и после с великою милостию паки приемлешь. — Истина.

 

Если неразумные овцы по инстинкту чуют, каков у них пастух, тем более словесные, разумные овцы имеют чутье, и самое тонкое, каков у них пастырь! Не обманешь их. — Пастыри! Осторожнее ведите себя в глазах овец своих: они вас понимают.

 

Пойми, чего домогается диавол, всевая всеми возможными хитростями и усилиями в сердце твое неверие пречистым Тайнам: он хочет убить тебя и временно и вечно. Дым ли тебя смущает? Диавольские козни — не более значат, как дым: дыхание Духа Святого развевает его. Боже! Утверди веру мою!

 

Царь — подобие Бога. Держава царя — над всем его царством; держава Бога — над всем миром; как царь, хотя живет в столице, а имя его обносится и почитается во всем царстве, так и Бог, хотя преимущественно обитает на небесах — в нечной славе, являясь ближайшим духам, но присущ и нам благодатию Своею, и имя Его славно по всей земле.

 

Молясь, держите сердце в руках своих, будьте владетелями его. Ах! Часто меня враг гонит из моего собственного жилища и овладевает им и не дает мне быть в нем хозяином. Когда он найдет во мне какое зло, тогда входит в мое сердце, как господин, и тиранит меня.

 

Когда во время молитвы овладеет твоим сердцем уныние и тоскливость — знай, что это происходит от диавола, всячески старающегося запять тебя в молитве. Крепись и мужайся и памятию о Боге прогоняй убийственные ощущения.

 

Замечайте: если не в мыслях, то в сердце враг часто усиливается хулить имя Вседержавного Бога. В чем сердечная хула на Бога? — Сомнение, неверие, уныние, нетерпение Божиих наказаний и ронот, все страсти. Неверием в истину и благость Божию он изрыгает хулу на истину, благость и всемогущество Бога, унынием — также на Его благость и прочее, вообще посредством страстей человеческих хулит всеблагий Промысл и истинность Божию.

 

Грех есть истое духовное прелюбодейство души человеческой с диаволом: человек подставляет ему сердце свое [92], и враг, соединяясь с душою, изливает [93] свое семя в сердце человека — яд греха (душа наша должна быть чистою невестою Иисуса Христа и Духа Святого). Очень болезненно это соединение и это излияние диавольского семени в сердце человека: как огонь адский диавол палит и как бремя тяжкое гнетет душу человеческую, соединяясь с нею и изливая в нее семя свое. Душа моя! Помни, что ты должна быть невестою чистою Духа Святого. (Сон — два черных таракана: один большой — образ души человеческой, и другой маленький — образ духа злого, так как он представляется вползающим в наше сердце. Невидимые дела — весьма похожи на видимые.) Страшись греха как внутреннего прелюбодеяния с врагом Божиим. От всего сердца верь сказанному.

 

Разумей, что такое смрад диавольский.

 

Утверди ты в уме и сердце твоем ту истину, что Невидимое играет первую, главную роль во всем мире — во всех существах, и когда Невидимое оставляет известное существо, это последнее теряет жизнь и разрушается, так что видимое в существах составляет без Невидимого одну массу земли. — Я и все люди живем Невидимым Началом.

 

Говори врагу, поражающему душу в страшные минуты мрачным и убийственным неверием: я теперь не могу представить ясных доказательств сердцу, почему это истинно, — но знаю, что после этих минут мрака твоего я представлю сердцу самые ясные, осязательные доказательства истины; как при действии страстей я не могу увериться сердечно, почему страсть нелепа и не должна владеть мною, но после страсти я совершенно ясно иижу сердцем, что страсть — нелепа и смешна.

 

Священнику. Некоторые священники, причащая из Святой Чаши народ, показывают свою злобную горячность и раздражительность. Этим они дают знать о себе, что в сердце их нет кроткого и смиренного Иисуса, что они причастились недостойно, без веры. — Сохрани Бог!

 

Ныне у нас праздник. Благовещение, или радостное известие о воплощении Сына Божия, принесенное с неба Архангелом Гавриилом Деве Марии, а чрез Нее и всем людям. Долго, долго ждала земля с неба этого известия, с лишком 5000 лет; наконец дождалась. Вот с неба слетел предстоящий пред Богом Архангел Гавриил — в Назарет к Деве Марии.

 

Священнику. Когда перед Литургией сердце твое раздражается от всякой безделицы, или когда во время самой Литургии на сердце твоем бывает тяжело, или пред самым причащением сердце твое будут раздражать малейшие неисправности в клире или в служителях, или оно будет боязливо от неверия, — знай, что это работа диавола, и не обращай на нее внимания, а крепись верою и будь покоен.

 

Служа искренно Господу, заблаговременно знай, что диавол в мыслях твоих и в сердце твоем будет клеветать на Него, и заблаговременно приготовься отражать разом без смущения и малодушия все его клеветы. Малодушие и малодушное смущение сердца твоего при клеветах диавола недостойно тебя и изобличило бы только слабость твоей веры. Внимай: у Всесовершенного он силится мысленно отнять Его всесовершенство. Наступай на самую голову аспида и василиска и попирай смело льва и змия (Ср.: Пс. 90, 13).

 

Людей покрывает тьма неведения о Боге, о себе самих и о врагах своего спасения, которые потому легко окрадывают мысленный дом души нашей, его мысленное богатство.

 

Уготованию сердца их внят ухо Твое (Пс. 9, 39). Слышишь, кому Бог внимает? — Тем, у коих готово во время молитвы сердце, кои приготовили как должно сердце свое для великого дела — беседы с Богом. Готово сердце мое, готово, Боже (Пс. 56, 8). А что бывает обыкновенно у нас, молельщиков? — Не готово сердце: язык молится, а сердце далече от Бога, часто занято какими–нибудь суетными предметами или по крайней мере спит на молитве.

 

Отец твой Небесный, видяй в тайне совершаемые тобою для угождения Ему дела твои, постоянно воздает тебе за то яве (Ср.: Мф. 6, 4) — всю жизнь, каждый день воздает. Надобно только иметь очи — видеть. Слова Спаса моего — вечная истина. Слава Тебе, Господи, Отче щедрот и Боже всякия утехи! (Ср.: 2 Кор. 1,3.)

 

Кто любит душевного и телесного убийцу? — А деньги убивают того, кто сердцем привязывается к ним, убивают душевно и телесно. Итак, надо расточать их на благодеяния и на нужды свои и домашних.

 

Помни заповедь Господню: не противитися злу (Мф. 5, 39) (то есть лично тебя касающемуся, твоих земных интересов); напротив, побеждай благим злое. (Рим. 12, 21); у взимающаго ти срачицу и ризу не возбрани (Ср.: Мф. 5, 40); если тому, кому дал ты вещественную благодарность, кажется она мала и за то он враждует на тебя, — дай больше и попроси извинения, что мало дал.

 

+ Священнику. Смотри — Крещение — Божие дело: когда совершаешь его, будь внутренно велик и высок и не унижай Божия дела ни пред каким лицом. Не постыдись дела Божия, чтоб не посрамил тебя Бог.

 

Большинство людей крепчайшим мудрованием мудрствует о земном, а когда приходится мудрствовать о небесном (См.: Кол. 3, 2), то куда пропадает вся крепость — мудрование их слабо, как паутина, и мудрствуют они неохотно.

 

Не насыщай чрева своего вдоволь приятною пищею: с услаждением ею входит в сердце греховное расслабление, усиливается плоть над духом и на молитве, смотри, пожалуй, не справишься с своим сердцем — уйдет из рук твоих, поспешишь, без сердечного внимания помолишься — и не Бога, а диавола введешь в него (а он не даст тебе покоя ночью, назло тебе, на огорчение тебе. Пока не выплачешь греха своего — небрежности на молитве, не заснешь, несмотря на твои усилия). [94]

 

Диавол всеми мерами старается омрачить сердечное око, чтобы оно не зрело Бога, а без сердечного зрения Бога — душе смерть. При находах диавольских всячески старайся раздвинуть горизонт своего зрения сердечного — старайся узреть Бога в делах Его милости к нам постоянной и бесконечной.

 

Когда молишься о других людях, пусть они будут близки твоему сердцу, как ты сам близок себе; да будут они как один ты.

 

Молясь, нужно быть благодарным Господу и за то, что Он сподобляет нас, грешных и злонравных, отверзать для собеседования с Ним скверные и нечистые уста наши [95] и слушает наши молитвы: ибо и это есть дело величайшей благости — Творцу всяческих, Благодателю принимать прошения, благодарение и славословие от преступных и неблагодарных Своих тварей.

 

Веди часто намеренно брань с сердцем своим и говори ему: о сердце мрачное, сердце злое, когда я совершенно прогоню нечистый мрак твой, уничтожу злобу твою? — Ибо действительно сердце всегда враг нам по своему сатанинскому мраку и злобе. Отжени всякий мрак от сердец наших. [96]

 

Благодарность к Богу на сердце твоем пусть курится постоянно, как огнь на жертвеннике ветхозаветной скинии. Каждый день, час и минуту — благодари, как каждый же день, час, минуту и мгновение благотворит тебе Господь.

 

Если теперь грех лишает меня ночного покоя и, как червь лютый, сердце мое сосет, то как велико будет несчастие мое после смерти, когда все должны отходить и весьма многие отойдут на вечный покой, а я буду вечно мучиться? Воспряни заблаговременно. — Червь не умирает, и огнь не угасает (Мк. 9, 44, 46, 48). [97]

 

Когда адский червь сосет твое сердце грешное — не малодушествуй тогда и не предавайся нетерпению, бросаясь, как умопомешанный, во все стороны, но будь тверд духом и терпи наказание за грех, отдаваясь в волю Божию и говоря: буди святая воля Твоя, Господи. Я достоин за грехи мои вечного осуждения и муки, только не даруй мне искуситися паче (1 Кор. 10, 13) и укрепи меня в перенесении этих временных адских мучений, которые Ты попустил мне терпеть, не хотя подвергнуть меня вечным; наказав же меня, помилуй паки по велицей милости Твоей (Пс. 50, 1).

 

Будь сколько можно благ и щедр — и тогда увидишь, сколько возможно вместить человеку, благость и щедрость Божию к тебе и ко всему роду человеческому и ко всякой твари…

 

Жалею я о неверующей братии моей, ведь и я сам часть братии моей: она — другой я.

 

+ Не останавливай маминьку свою в простоте ее — в ее простых словах и поступках: пусть у ней все будет натурально, а не принужденно, не изысканно; пусть она будет для тебя уроком смирения: именно помни всегда, из какого ты низкого рода, необразованного и грубого, чтобы таким образом тебе постоянно быть благодарным Великому Благодетелю — Богу, вызвавшему тебя из ничтожества.

 

Старайся всеми мерами стяжать удобонреклонность и удобоподвижность более к добру всякого рода — к добрым мыслям, желаниям, намерениям, словам и поступкам, чем к злу разного рода — к мыслям мрачным, дышащим неудовольствием на всех и на все, страстным движениям сердца, горьким словам и поступкам нетерпения и нелюбви. Поражай зло в себе во всех его видах.

 

Когда хочешь молиться и заметишь, что в сердце нет у тебя мира, — тотчас же водвори в нем тишину и спокойствие и тогда молись в тишине Божественной. Дух Святой не может обитать в сердце, в котором нет мира.

 

Ты должен уподобляться молодому ягненку (по кротости и незлобию), весело прыгающему около своей матери. Так будь прост, безыскусствен.

 

Будь самостоятелен, свободен: не завись ни от каких внешних предметов или беспорядков, то есть не приходи от них в смущение и страсть. Храни свободу и мир духа своего.

 

Господи! Ты един — полнота и довольство моего сердца. С Тобою — что ми есть на небеси; и от Тебе что восхотех на земли? Изчезе сердце мое и плоть моя, наполненные Тобою, Боже сердца моего, и часть моя, Боже, во век (Пс. 72, 25–26). О блаженство мое, по причащении в среду Страстной недели 29 марта! Как я был блажен! Спокойствие небесное, обитай чаще в моем сердце!

 

Стой во входе сердца своего и бодро отражай лжеца — врага, всегда клевещущего на святыню [I всячески усиливающегося посредством неверия сердечного убить твое сердце; стой на мысленной страже и говори постоянно: смрад диавольский. Это бьет гордого денницу и прогоняет его, как дым. Так же надо, чтобы на сердце твоем было как бы начертано и всегда ясно зримо следующее слово: благодарность — то есть благодарность за все духовные дары Божии, которыми ты пользуешься в Богослужении, в Таинствах и вообще — в молитве.

 

Сердце играет такую важную роль в жизни человека, что сквозь сердце на все смотрит человек в мире: каково сердце, таков и взгляд: нечистое сердце —нечистый и взгляд на все; гордое — гордо и смотрит на все, свысока; кроткое и смиренное — кротко и смиренно со всеми обращается, на все смотрит с благодарным удивлением, всем пользуется с признательностию.

 

Отнюдь не связывай себя каким–либо даже мысленным грехом пред общественным Богослужением, чтобы враг не лишил сердца твоего веры и дерзновения пред Богом и духа молитвенного, чтобы не пришлось с болезнью и стенанием сердца умолять Бога только о своих грехах — вместо того, чтобы свободным сердцем молиться о грехах всех людей и о своих вместе. Когда диавол свяжет сердце, тогда не только о других, но и о себе не можешь молиться всем сердцем. Потому что диавол омрачает, ожесточает душу и не дает обратиться ей к Богу всем сердцем, низлагая все ее усилия к искреннему обращению, возбуждая нетерпение, раздражительность, хулу. Но не надо унывать и отчаиваться, а идти напролом к Богу, с верою и надеждою на Его милосердие.

 

Духовный василиск часто вползает в мое сердце и ядовитым дыханием и жалом своим мучит и убивает мою душу, связывая и омрачая все силы ее. — Это я вижу ясно, как солнце.

 

Постоянство Твое, Господи, изумляет ум мой.

 

На мне — на душе моей явил Ты Свою неизменяемость и присно являешь.

 

Замечательно, что когда я во грехе и враг во мне и мучит меня, тогда он отражается и на лице моем: оно мрачно и уныло, и люди, с которыми я имею сношение, не имеют ко мне прежнего уважения и не так, как прежде, смотрят на меня: они сейчас видят неблагообразие лица моего от внутреннего безобразия души, омраченной диаволом; они чуют во мне злого духа; напротив, когда я стою во благодати Божией, — ощущают во мне благоухание Духа Божия; и лицо мое для них приятно по причине света, спокойствия, кротости и смирения, которые душа отражает в лице.

 

Когда говорится внутреннему человеку (Ср.: 2 Кор. 4, 16) [98]: востани, спяй, и воскресни от мертвых (Еф. 5, 14), тогда разумеется действительный сон, весьма похожий на обыкновенный телесный сон; так же, когда говорится: душе моя, востани, что спиши, — разумеется действительный сон души, а не говорится только иносказательно. Когда спит тело, оно расслабевает отвсюду и становится нечувствительным: так и душа, спящая греховным сном, расслабевает в своих силах и бывает нечувствительна ко всему, что касается веры, надежды и любви. Говори ей, например, что Сын Божий сошел для тебя на землю и стал Человеком, чтобы спасти тебя от вечной смерти, толкуй ей о спасительном учении Его, о чудесах Его, о страданиях Его, о смерти крестной, о воскресении и вознесении на небо, о втором пришествии Его — она не вмещает этого, не чувствует величия благодеяний Божиих, спит, совершенно спит для веры, надежды и любви. Не страшится она Судии Праведного, будущих мучений, червя неусыпающего, огня неугасающего (Ср.: Мк. 9, 44, 46, 48). Спит — не слышит, не видит, не чувствует. Замечательно, что и сон телесный начинается от сердца: сердце засыпает прежде всего, потом и тело. У спящего очи закрыты и не видят, уши не слышат, и у души, спящей греховным сном, тоже, а душа всегда должна зреть сердечными очами, даже во время сна, по писанному: аз сплю, а сердце мое бдит (Песн. 5, 2).

 

Всякий, кто принимается исправлять других, должен помнить, как Господь долготерпеливо исправлял его самого и продолжает исправлять всю жизнь, чтобы без меры не раздражаться на согрешающих и не наказывать их беспощадно, а с кротостию и любовию.

 

Подвижнику нередко придется проклясть себя, свое сердце, которое часто всеми силами противится собственному благу и не возносится искренно к Богу. Окаянен аз человек, скажет он, кто мя избавит от тела смерти сея (Рим. 7, 24). Не еже бо хощу доброе, творю, но еже не хощу злое, сие содеваю (Рим. 7, 19).

 

Радуюсь и благодарю Бога, что зло во мне всегда и неизбежно наказывается. Того оно и стоит. Слава Всесвятому и Всеправедному Владыке живота моего. [99] — Это вернейший залог вечных мучений, уготованных нераскаянным грешникам. Радуюсь и благодарю также Бога, что всякое добро мысленное или делом совершенное внутренно по крайней мере всегда награждается. — Это вернейший залог будущего блаженства нескончаемого.

 

Молиться тебе — полдела, потому что, чего ты хочешь получить в молитве, Бог несравненно больше тебя самого желает того тебе. Молись же с верою и надеждою. Надо так молиться, чтобы Господь мог сказать о нас, молящихся: се, воистинну Израилтянин, в немже льсти несть (Ин. 1, 47); се, истинный поклонник, кланяющийся Отцу духом и истиною (Ср.: Ин. 4, 23). А как молиться духом и истиною? Надо гореть духом на молитве и искренно говорить слова молитвы. Положим, что ты молишься так: да исправится молитва мояяко кадило пред Тобою (Пс. 140, 2). Желаешь ли ты, действительно, искренно, чтобы молитву твою Господь исправил, как легкое и быстрое восхождение кадильного фимиама (чтобы молитва твоя восходила легко)?

 

Если луна от солнца просвещается, будучи сама темна, то не просветятся ли, яко солнце, праведники в Царствии Отца их (Ср.: Мф. 13, 43) Небесного — от неприступного Его света (1 Тим. 6, 15)? Ангелы — светолитием вечно сияют и суть вторые светы [100] по Боге — от того, что предстоят всегда Божию престолу и отонудными светло стъмиоблиставаются. [101]

 

Зная, как всезлобен диавол и как являет на тебе, в сердце твоем злость свою, паля его нещадно, всемерно бегай всякого вида злобы, ни даже из–за самых по–видимому справедливых причин. Будь совершенно незлобив. Господи, помози! Только диаволу свойственно злобиться на всех; а рабу Христову — должно быть ко всем благим.

 

Не откладывать покаяния со дня на день: бесплотный враг все силы свои употребляет на то, чтобы воспрепятствовать истинному покаянию и свести человека во ад. — Опыт. Я до последней недели отложил говение, и пред покаянием враг связал мои душевные силы.

 

Не давай и на одно мгновение останавливаться в сердце своем какому–либо греховному (страстному) движению. За мгновение придется заплатить многими часами мучений. [102]

 

Вообрази в сердце Христа — и тебе будет очень хорошо в жизни, и чаще воображай Его (написуй Его) духовно в сердце твоем, как Мир, очищение грехов и сладость духовную, как Радость, как Кротость, как Свет духовный, как Любовь, как Истину. Но избави тебя Бог, чтобы в сердце твоем вообразился диавол — чрез разные страсти: чрез злобу, чрез зависть, скупость и другие страсти, также — чрез ложь, чрез сомнение, неверие, боязливость и уныние сердца. А диавол именно воображается чрез эти страсти и сердечные возмущения. — Потому всячески держись веры, любви, мира, беспристрастия к земному.

 

Преходящее преходить и должно, по непременному вечному закону. Но хорошо преходящим приобретать любовь Непреходящего, Вечного (то есть Бога или души человеческой). Разумей, яже глаголю (2 Тим. 2, 7).

 

Господь мой не имел, где главы подклонити (Ср.: Мф. 8, 20), и презирал земное, ничего не имевши и живши от подаяний других. А я что? — Иди за Христом. Крест Его влечет тебя на небо.

 

+ Смиренномудрие — когда все выше меня и я ниже всего, даже своих собственных сил и способностей, пред которыми я благоговею как пред даром Божиим.

 

Тесть мой, свояченицы и свояки — орудия Божией ко мне благости. Всячески их береги.

 

Проси у Бога и не размышляй в сердце своем, как тебя Бог услышит или как подаст тебе тот или другой дар. Совершенно доверься Его Промыслу, Он знает. Много труда мы берем на себя ненужными размышлениями. Нужно быть простыми, доверчивыми, как дети. Иной не размыслит в сердце своем, но веру иметь будет.

 

Духовный змий вползает в сердце во время молитвы — от того, что мы не соединимся с Богом крепкою верою, самою искреннею молитвою. Ощущаешь тогда, что так и отводит твое сердце нраг от живой, искренней веры в Бога, не допуская соединиться с Ним.

 

Недостойное принятие животворящих Таин производит великое опустошение в душе человека. Оно лишает ее всех добродетелей или даров Духа Святого — веры, надежды и любви, кротости и смирения, мира, радости, долготерпения, воздержания, расстраивает все силы — душевные и телесные так, что человек является немощен и душою и телом. Как при достойном причащении Христос входит в сердце человека и приносит с собою все означенные добродетели и мир и спокойствие всех душевных сил, так после недостойного Он выходит из сердца его, а за Ним, как тень на телом, выходят все добродетели из сердца человеческого, все дары благодати Божией, и дом душевный остается пуст, по написанному: се, оставляется вам дом ваш пуст (Лк. 13, 35), и в этот праздный дом входит с наглостию и яростию великою сатана и приносит с собою всякое зло — адский мрак, помрачающий сердечные очи и не допускающий ничего видеть в духовном и Божественном, или безверие, уныние, нетерпение, склонность к вражде со всеми, ропот, хулу на Бога, расстройство душевных сил, все страсти, особенно — жгучую привязанность к земному и преимущественно ко стяжаниям, которыми сердце начинает питаться, как какой–либо нечистый червь, и сверх всего — палящий нещадно внутренности адский вселютейший огонь, который распаляет до крайности внутренности человека — так, что внутренний жар объемлет и голову, которая бывает как в огне, особенно лицо, которое сильно оттого багровеет и от внутренней тесноты, жара и крайних страданий внутренних опадает и имеет весьма болезненное, страдальческое выражение; вообще — весь человек делается жалким существом. Страшно и странно смотреть на него; не дай Бог, когда это несчастие бывает с ним пред великими праздниками или в самые великие праздники: тогда общая радость представляет разительнейший контраст между церковным собранием и тем человеком, который, пришедши в жалком своем положении в церковь, стоит, потупив взор в землю, не смея возвести глаз на святые иконы и на людей, обличаемый своею совестию, уныл, мрачен, полный внутренних мучений. — Он молится — и молитва его не слышится; призывает на помощь имя Господне — Господь не отзывается, прибегает к силе Креста Животворящего — она оставляет его, к ходатайству Божией Матери и святых — они не слушают его. Так человек наказывается за недостойное принятие Святых Таин: и поделом, потому что уничижил Тайну Божию — великую и спасительную Тайну Тела и Крови Сына Божия, которою освящался и оживотворялся многократно, уничижил после того, как вкусил и видел [103] много раз, что в них существенно находится сам Христос. — Это взято с опыта.

 

Не мытьем, так катаньем, по пословице, не горечью, так сладостью — всем диавол склоняет нас ко греху и ввергает во грех. Ловко сегодня лукавый раскинул соблазнительный вид, и именно вид родственного мне женского лица, на которое я с удовольствием смотрел днем, не имея, впрочем, никаких нечистых мыслей, и этим соблазнительным видом диавол ясно изобличил себя, свои постоянные козни надо мною; ясно показал мне, что мучительский огонь, разливавшийся во внутренностях моих в пятницу, субботу и святое воскресение, было его дело. Это ясно, как день. Этот огонь злобы, тесноты, уныния оставил меня, когда я ездил со Крестом: Господи, помилуй меня!

 

Хотя сладострастие и приятно для плоти нашей и приятность сладострастия разливается по всему телу — так, что нет ни малейшего желания в душе помолиться Господу об отъятии этого греха, но надо возбудить это желание, надо произвести в себе покаянные чувства. Кто знает, не виноваты ли мы были бы на самом деле наяву, если бы мы увидели такой соблазнительный вид, который только один диавол может представить? Наяву мы обыкновенно не видим соблазнительных видов: в это время все прикрыто благовидностию и приличием: значит, нет и случаев к соблазну. Но будь такие виды — едва ли бы мы не пали. Потому нужно слезно умолять Господа по пробуждении, чтобы Он очистил грех осквернения, происшедший от соблазнителя ночью, и стараться впредь не смотреть днем с услаждением на женское лицо.

 

Посмотри — добрые люди как живут: получают по рублю в день и сироток воспитывают, и все–таки все сыты и одеты и гостеприимны. Учись у них. Потому еще что братья твои — одна кровь с твоею женою: ничего не жалей для них. Бог пошлет тебе за них всегда.

 

Во внутренностях наших есть мысленное гнездо, где обитает Христос или поселяется диавол. Это — сердце. Диавол часто гонит нас самих из этого гнезда и поселяется сам: и тогда бывает нам очень худо. Святые апостолы называли это гнездо храмом Божиим или храмом Духа Святого; Спаситель — домом (дом пометен и украшен) (Мф. 12, 44). Се, стою при дверех и толку (Откр. 3, 20).

 

Если какая–либо страсть в характере своем имеет необыкновенную жгучесть, сильную тяжесть и тесноту и злобу, — то знак, что в нас сильно действует диавол. Добровольные страсти человека имеют большею частию в характере своем услаждение, а недобровольные — не имеют его; напротив, невольно, неохотно служат воле сатаны, понуждающего к ним мучениями, как некогда понуждал он мучеников к отречению от Христа различными мучениями. Стой твердо, несмотря на его внутренние мучения, и ты будешь мученик. Например, если он понуждает тебя к злобе — стой крепко за благость сердца своего, и ты будешь мученик за Христа, Который есть Самая Благость; также когда побуждает к скупости — стой твердо за щедрость, и ты будешь мученик Бога, Который есть Бог щедрот; когда к гордости — стой за смирение, и ты будешь мученик Того, Кто сказал о Себе: научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем (Мф. 11, 29); когда к неверию — стой за веру, и ты будешь опять мучеником Христа, Который повелевает иметь нам веру Божию. Стойте в вере, мужайтеся, утверждайтеся (I Кор. 16, 13), — говорит Апостол. Тот человек может назваться благим, щедрым, смиренным, истинно верующим, который всегда верен своим добродетелям, несмотря ни на какие препятствия, ннешние и внутренние, который всегда мужественно борется с ними и преодолевает их с Божиею иомощию. Если ты щедр — то будь щедрым всегда; если будешь иногда скуп — ты уже не щедр; также если ты сегодня добр, а завтра почему–либо :юл — ты уже не добр. То же следует сказать и о всех добродетелях. Щедрость, так щедрость, благость, так благость, вера, так вера — надо, чтобы они всегда имели в нашем сердце свой облик. Мысленный тать часто усиливается окрадывать нашу душу от добродетелей ее: не поддавайся ему, облецысь во вся оружия Божия, да возможеши противитися в день лют (Ср.: Еф. 6, 11, 13); а бывают нередко лютые, нарочитые дни, избираемые диаволом для нападения на нас; они ничем не уступают бомбардированию какого–либо города, даже гораздо более превосходят его по меткости, продолжительности и жгучести огненных бомб, пускаемых врагом невидимым в мысленный град души нашей. — Всегда твердо помни, что добродетели в сердце нашем не насадятся и страсти не искоренятся без усердной молитвы о том к Богу, без молитвы о предстательстве Божией Матери, Ангела–хранителя, Предтечи и святых, которых ты, многогрешный, никак не должен обходить своею молитвою как лиц, получивших от Бога благодать молиться за нас.

 

Помни, что мать твоя, жена твоя, тесть твой — орудия благости Божией бесконечной к тебе, имей их по преизлиха в любви. (1 Фес. 5, 13) за дело их. Виждь в них как бы Самого Бога Благодетеля. Нелюбовь к ним, неблагодарность есть нелюбовь, неблагодарность к Самому Богу. Отец и мать — наместники Божией благости на земле.

 

Диавол изображается с рогами — потому, что он бодет внутренности наши, когда вселится в нас.

 

Согрешил я пред Тобою, Господи: осудил людей Твоих в неверствии; за то сам стражду от упорного диавольского неверия сердца. — Господи, помилуй и иаки даруй мне веру живую.

 

Странное дело, что диавол держит нас в плену своем самыми мучениями своими: тать приходит всегда для того, чтобы окрасть, убить и погубить нашу душу (Ср.: Ин. 10, 10). От плод его всегда я познаю его (Ср.: Мф. 7, 20). И что же за нужда предаваться<?> убийце? Зачем прилепляться сердцем к тому, что убивает по многочисленным опытам? К чему попадать в сеть, знавши ее?

 

+ Если ты несколько раз посрамил врага, победив его с помощию Божиею в том, в чем он прежде всегда усиливался поражать и поражал тебя, и если ты еще сделал значительную милостыню — то бойся самого сильного нападения его на тебя и не пренебрегай никакими малейшими движениями греха в сердце: иначе он привьется к ним и по злобе и зависти употребит все усилия отплатить тебе за поражение самым жестоким образом; особенно он свирепеет на нас пред великими праздниками, чтобы лишить нас духовной радости в эти великие дни и повергнуть в великую скорбь и печаль. Но, зная зависть диавола и его наглое, безграничное коварство и злобу, не нужно унывать в наносимых от него скорбях и думать, что Господь по грехам нашим вконец отвратил лице Свое от нас. Помучает нас диавол, да и отойдет. — Опыт.

 

Когда духовный скорпион мгновенно усекнет в твое сердце своею клеветою на Бога и на Его истину, то есть когда дхнет в него неверием, — не возмущайся этим нимало, но оставайся совершенно покоен, зная твердо, что это его коварство. Если же смутишься, то унизишь величие духа своего, коего недостойно неверие, и Бога оскорбишь, Который есть вечная Истина и Который всегда верен пребывает (Ср.: 1 Кор. 1, 9), всегда Один и Тот же, хотя мы и неверны и изменчивы. Бог истинен, всяк же человек ложь (Пс. 115, 2).

 

Когда молишься с верою, искренно, всем сердцем, тогда на душе чувствуешь всегда великое спокойствие, леготу [104], как будто бы вовсе не было у тебя внутренностей, и какую–то пресладкую негу сердца. Совсем иное чувствуешь при молитве не всесердечной, лишенной искренности или истины. Происходит ли это от нашего нерадения или от отягощения желудка пищею (когда мы напрасно призываем к себе веру живую): тогда нет сладкого спокойства на сердце — оно для нас бывает тогда как внутреннее тяжкое бремя, под которым изнемогает иногда дух наш, болезненно занывая. Вера — сила, жизнь сердца; неверие — немощь и самая смерть его. —Опыт.

 

Что для человека как гражданина — царь и низшие гражданские власти, то для человека–христианина — Бог, Пречистая Матерь Божия, Ангелы и святые.

 

Слава Тебе, Господи, слава Тебе! На память и во славу Бога в Троице. — Утром в четвертый день Пасхи в 5 часов я видел Боголепное низшествие Духа Божия на престол храма: Всесвятый Дух низшел в виде голубя весь в дивном, ослепляющем сиянии. В церкви был народ. Ожидали перенесения мощей святого апостола Андрея Первозванного, которые почивали пред алтарем у правой стены церкви; собралось духовенство, двинули, подняли, понесли, — и Всесвятый Дух показался летающим над престолом храма в сиянии неизреченном. Все горели желанием видеть Его, и все страшились своего недостоинства и, повергшись ниц на землю, смиренными сердцами молили Его — не скрыться от них мгновенно, и Дух Божий, как бы снисходя сильному желанию сердец верующих зреть славу Его, остановился над престолом и почил на нем, а сияние от славы Его приятно поражало зрение взирающих на престол. [105] Были и такие, которые, падши ниц, как бы мучимые злыми духами, громко вопили, устрашенные ли таким Боголепным видением по причине своего недостоинства или по другой причине. В таком приятном видении я проснулся — звонили к утрени. Весело и бодро я поднялся, оделся, умылся и отправился в храм Божий; пришедши туда, я, по обычаю, поклонился престолу Божию и думал видеть на нем сияние Божественного Духа, но ого не было. Блаженны посещающие Богослужение Светлой седмицы. Дух Божий — Всеблагий, Бсесвятый, Животворящий, Всемощный, особенным обилием благодати почивает в это время на святом престоле: на воскресшем Жизнодавце Христе.

 

Есть люди завистливые и презорливые к умственным произведениям других: они встречают недоверчивостию и презрением едва не всякое, вновь выходящее сочинение, внутренно спрашивая автора книги: от Назарета может ли что добро быти? (Ин. 1, 46.) Такие люди сами себя поставляют умственно выше всех и мечтают, что они в самом деле всех превосходят умом своим. Между тем что же сами–т? они произвели? Или — ничего, или — что–нибудь очень посредственное. Самая зависть и глупая гордость их ясно обличает их посредственность, их злохудожную душу, в которую не внидепг премудрость! (Ср.: Прем. 1, 4.) Вместо того чтобы радоваться появлению в свет всякого доброго и полезного умственного труда, презорливые и завистливые люди готовы уничтожить всех авторов доброго и полезного и на местах их поставить свои имена! Душе всеблагий, великодаровитый, нелицеприятный! Не Тебя ли оскорбляют такие люди, ругаясь над Твоими щедрыми разделениями даров Твоих по Твоей Божественной власти, так как во всех благонамеренных авторах действует един и тойжде Дух Божий, разделяя властию дары Свои коемуждо якоже хощет! (Ср.: 1 Кор. 12, 11.) Так Тебя! Чем же Ты воздашь и воздаешь этим завистникам? — Тем, что они лишатся и того, что и мнятся имети (Ср.: Мф. 25, 29; Лk. 8, 18); тем, что они не будут участвовать в дарах Твоих и сами никогда не произведут ничего истинно доброго и полезного. Поделом!

 

Есть еще много людей, злорадников, которые, слыша о бедствии и несчастии или смерти своих знакомых, или вовсе незнакомых, также товарищей, даже родных, особенно отличавшихся богатством, знатностию, ученостию или другим чем, — радуются внутренно, слыша о их болезни или о смерти, как будто бы эти последние были их враги и притеснители, хотя ничего худого эти последние не причиняли первым. Сохрани, Господи, всякого от этого диавольского злорадства: оно чудовищно в человеке и поставляет его наряду с бесами, радующимися погибели человеческой. — Иногда радуются внутренно, что такой–то умер вовсе не по–христиански, как язычник, и злобно отсылают его прямо в вечный огонь. Как много людей такого рода! Только прислушивайтесь, хоть изредка, к речам людским, к их судам и пересудам. Язва диавольская!

 

Понимаю теперь, почему прободен был правый бок Спасителя: он прободен был за развращенное, злобное, привязанное к земле сердце мое, находящееся в правом боку нашем и уязвляемое часто лукавым, исконным убийцею. Понимаю и то, почему из правого уха моего и из правого боку моего истекает зловонная золотушная материя: она должна напоминать мне постоянно о больном, нечистом и зловонном сердце моем и служить, вместе с тем, наказанием за нечистоту его. — Слава правде Твоей, Господи!

 

С того времени, как Господь пострадал на Кресте, ему [Кресту] присуща стала Божественная, Животворящая сила. Только представь живо, что было на Кресте, и с верою в Распятого изобрази на себе знамение Креста — и увидишь, что оно сделает. Впрочем, чудеса Крест делает только на тех, которые живут, как повелел Распятый, которые распинают собственную плоть свою со страстьми и похотьми (Ср.: Гал. 5, 24) и идут крестным путем. А те, которые не творят, еже глаголет Господь, живут в страстях, те не могут похвалиться силою Креста, разве когда искренно каются в своих грехах и всеми силами стараются не возвращаться на прежние грехи, потому что в противном случае Божественная сила Честиаго и Животворящаго Креста оставит их [106].

 

Когда диавол, поселившись в твоем сердце из–за какой–либо страсти, будет препятствовать тебе молиться сердечно и низлагать все твои усилия к искренней молитве, паля и отревая тебя внутренно от Бога, не предавайся тогда отчаянию и нетерпению, но напряги все силы к тому, чтобы сознать тебе сердечно свой грех пред Богом, вздохни и прослезись об нем: тогда злобный дух оставит тебя и молитва твоя пойдет, как кадильный фимиам, горе. Что сделать? Господь праведен, при Своей благости Он попускает диаволу мучить нас за каждое греховное движение сердца, чтобы не допустить нас до больших падений и не ввергнуть в вечные муки.

 

Когда увлекает тебя страсть вражды к брату, представь, как любит нас Бог; когда гордость — представь, как Господь нас ради обнища богат Сын (2 Кор. 8, 9), и как Он был кроток и смирен сердцем (Мф. 11, 29); когда скупость — представь яснее, как щедр к тебе Господь, как рука Его никогда не сокращается на дары тебе (дары Господни — река, а твои даяния другим — небольшая струя). Страсти слепы; когда увлекает тебя какая–либо страсть, старайся всеми мерами, призвав Бога в помощь, не смежить сердечных очей и видеть предметы в их истинном виде; страсти показывают нам вещи в ложном виде, притом преувеличенном донельзя, в страсти муха кажется слоном. Скупому обыкновенно представляются расходы в страшном размере, а приходов, которые по Божией милости далеко превышают расходы, как бы не видит и не знает.

 

Гордый денница часто камнем лежит в правом боку нашем, и тогда от сердца нашего, как от гранита, отражаются или отскакивают назад все добрые мысли и чувства, все молитвенные слова. Если крайним смирением и слезами выгонишь его, то вдруг станет так легко, легко.

 

Надо бы, чтобы во все течение жизни нашей было как бы начертанным на сердце нашем великое слово — смирение — для того, чтобы оно всегда светило нам в жизни, как светящий и вместе согревающий сердце факел, и чтоб мы помнили всегда, кто мы, как мы низки и ничтожны и с какою благодарностию Богу должны пользоваться всеми дарами Божиими — вещественными и духовными! С этим вместе будет удобно всегда прогоняема нечистая, убивающая душу мгла диавольской гордости, застилающая умственный горизонт нашей души постоянно и возрастающая с каждым днем.

 

Часто слова Священного Писания, слова молитв, церковных чтений и пений, их сила не вмещаются в нашем сердце по причине плотской его узкости, тесноты, нечистоты; плоть не вмещает в себе дара веры. Чтобы душа наша вместила в себе этот величайший дар небесный, надо одуховить сердце своею молитвою и постом. Спаситель сказал иудеям: слово Мое не вмещается в вы (Ин. 8, 37). Это часто бывает и с нами. Итак, да ведает всякий, кто испытывает на себе это неприятное явление, что оно происходит от мутности, нечистоты нашего сердца. Так солнце не отражается в черной тине или грязи.

 

У человека сердце свихнуто с своего места диавольскою силою и сильно заражено дыханием диавола; надо, чтобы Сам Господь направил, очистил его; для этого — Святые Таинства, и в особенности — величайшая Тайна Тела и Крови Владычних. Но и направленное, и очищенное, оно часто снова свихивается и оскверняется. Это потому, что человек имеет от рождения своего наследственно испорченную волю, для исправления которой нужен продолжительный навык действования по одному и тому же закону. К этому клонятся все скорби сердечные, болезни, искушения многоразличные от злых духов. Нечистое сердце может быть исправлено не иначе, как многими скорбями, и потому Апостол говорит: многими скорбьми подобает нам внити в Царствие Божие (Деян. 14, 22). Так, сильно замаранное платье, окуная в горячую воду, сильно трут и мнут, чтобы со всех его точек стереть приставшую грязь; так врачи употребляют иногда прижигания и вырезывания больных мест —чтобы предотвратить гниение тела и болезни его.

 

В Теле и Крови Господа невидимо воображается Христос.

 

Неверие сердца Господь всегда попускает к утверждению веры, слабеющей в моем сердце.

 

Познася има в преломлении хлеба (Лк. 24, 35). И ныне Господь познается нам как Бог в преломлении хлеба, то есть когда мы вкушаем достойно, с верою непостыдною [107] Его животворящих Таин.

 

Доселе я попирал, окаянный, Кровь Господа моего, недостойно причащаясь.

 

Святыня, даруй покаятися истинно и приимати всегда достойно.

 

Жизнь христиан осязательно доказывает, что они или вовсе не молятся, или молятся, но не истинно (не искренно, не всем сердцем); верно слово, что если бы все молились истинно, тогда порочных людей было бы несравненно меньше и пороки не были бы так грубы. Тогда многое множество святых было бы на земле и Царство Божие было бы в мире.

 

Иерее Божий! Тебя недостойно излишнее попечение о житейском [108], особенно пристрастие сердца к земным благам. Тебя Господь тысячу раз вразумлял в этом и наказывал тебя, а ты все не вразумляешься. Оттого мучения твои будут все больше и больше возрастать каждый раз, когда сердце твое с пристрастием будет желать земного.

 

Примечай Промысл Божий и в посещении тебя гостями: они приходят ни реже, ни чаще, как столько, сколько нужно для испытания твоей добродетели гостеприимства и для испытания, насколько ты иривязан к земному.

 

Не забудь, что гости — во всем подобные люди, с такою же, как твоя, совестию и в них образ Божий. В них — другой ты. Если нужно будет по множеству посетителей умножить хлебы, Бог умножит их (См.: Мф. 14, 15–21).

 

Пусть и поедает брат мой мое достояние, но не отнимает у меня последнего куска хлеба. А если бы и отнял? И тогда, ради Христа, сколь сладостно было бы потерпеть!

 

Ходят часто в мое жилище и беспокоят меня, но не лишают меня его; не совлекают с меня одежд моих, не разделяют их на части и не мечут жребия (Ср.: Мф. 27, 35). О! Как я мало терплю или вовсе не терплю ради Христа! Как я мало преуспеваю в любни! (Помни — ризы твоя молие поядоша (Иак. 5, 2) — в наказание тебе.) Помни, яко любовь первый долг наш.

 

Кто Бог велий, яко Бог наш? Ты ecu Бог, творяй чудеса: сказал ecu в людех силу Твою (Пс. 76,14–15).

 

Молящимся: Аз рех: бози есте, и сынове Вышняго ecu (Пс. 81, 6). Вы — боги с Богом разглагольствуете, сродное с сродным.

 

Грех ожесточает и заражает сердце гордостию, обнажает его от веры, надежды и любви. Надо расторгнуть эту прелесть диавольскую и пробиться сквозь нее к Богу, отбросив ожесточение и гордость и восприяв веру, надежду и любовь.

 

Святые Тайны Тела и Крови — пробный камень нашего сердца, его простоты. Тут сейчас виден человек, каков он — прост или лукав, верен или неверен. (Благодарю Господа, что Он не предал меня ныне ругателю Своего величия, убийце сатане.)

 

Я — немощь безграничная; сила в существо мое приходит отвне, именно от Господа, Который и говорит: сила Моя в немощи совершается (2 Кор. 12, 9). И так буду я, немощнейший, возводить очи мои в горы, отнюдуже приидет помощь моя (Ср.: Пс. 120, 1).

 

Сила наша — душа наша невидимая; в животных — также невидимая душа их; в растениях — также сила их, жизнь их невидима; весь вещественный мир существует и движется невидимою силою (законами природы). В горних селениях есть небесные Силы, чистые, чуждые всякой вещественности. Все — небесное и земное, горнее и дольнее — приводится ко Единой Всемогущей Силе, производящей всякую силу — на небе и на земле. И так всякая сила да хвалит Единую в Трех Лицах Силу — Отца и Сына и Святого Духа. А земнородные да восхваляют Ее по преимуществу все связующею силою любви и всюду распространяющею жизнь и блаженство силою любви.

 

Если тебе неприятно видеть у себя в доме нелюбимого тобою человека, то вспомни, каково видеть Богу в великом дому Своем тебя, не любящего в ближнем Самого Бога.

 

Вижу, вижу, Спасе мой, светлый чертог Твой, на небе уготованный праведным, но одежды чистоты не имеет душа моя; просвети одеяние ея и спаси мя. [109] Одежда моя — неправда и нечестие, как написано: одеяшася неправдою и нечестием своим (Пс. 72, 6) (страстями). А какова была одежда души Спасителя, Который есть всегдашний верховный Образец наш? Смотрите на преображение — вот какой свет всегда был в душе Господа, из какого света излилось Его учение, жизнь и чудеса. Он говорил: веруйте во свет (Ин. 12, 36) — потому что <Сам> был вечный Свет и на земле всегда носил в душе Свой неизреченный свет, видимо показанный на Фаворе.

 

Не малодушествуй при находах страстей и их продолжении; не бойся этого внутреннего червя или этого палящего огня. Это — прелесть диавола, мучениями склоняющего ко греху, как и пред причащением бывает, когда мы занимаемся внутреннею скорбию и теснотою, также производимыми в душе нашей от него. Не обращай внимания на ядовитые прилоги диавола в страстях, как и на прилоги пред причащением, а молись Господу, чтобы Он утвердил тебя в добродетели.

 

Читая молитвы, также Слово Божие и писания Богомудрые святых отец, и пользуясь какими бы то ни было другими дарами Господними, говори в сердце: я должен всегда благодарно пользоваться этими дарами Божиими и не зазнаваться от их обилия и постоянства.

 

Если не будешь распинать плоть свою со страстьми и похотьми (Гал, 5, 24), то знамение Креста Животворящего не только не избавит тебя от огня страстей, но будет еще более палить тебя — в наказание тебе. Тогда только оно поможет тебе, когда ты твердо решишься не следовать им.

 

Слава милосердому Господу! Прочитавши внутренно от всего сердца 50–й псалом, я получил разрешение от внутренних оков, которыми оковал меня грех скупости, и вышел духом на свободу. Силен псалом 50–й к преклонению Бога на милость.

 

Святой Давид — один из наилучших учителей молитвы. Его мы примем в образец и руководство — его веру и упование.

 

Всяк от вас, иже не отречется всего своего имения, не может быти Мои ученик (Лк. 14, 33). — Итак, чтоб быть тебе учеником Христа, откажись сердечно от всего своего имения и нимало не привязывай к нему сердца своего; пользуйся им совершенно беспристрастно. Помози, Господи! — Лк. 14, 33.

 

Исправите путь Господень (мысленный, сердечный), правы творите стези Его (Ср.: Ис. 40, 3; Мф. 3, 3) (прямота, нелукавость сердца).

 

Пришедши в церковь к Богослужению, всякое житейское попечение отложи [110], оставь его за порогом; перед Царем Духовным душа должна отложить всякую плотяность, то есть всякое плотское мудрование (Ср.: Рим. 8, 6)у: ибо никто из связавшихся плотскими похотъми и страстьми не достоин приходити или приближитися к Царю славы [111]; весь в небесное и вечное погрузись.

 

Знай, что когда в сердце твоем беспокоят тебя сомнения, неверие, гордость, скупость, зависть, ненависть и другие страсти, тогда умный дом души твоей полон бесов; скорее плачь о грехах своих пред Владыкою, чтобы Он благоволил манием Своим изгнать их из твоего сердца. Искренняя, то есть истинная, от всего сердца, молитва ко Христу избавляет меня всегда от невидимых разбойников и от всех скорбей моих.

 

Не пецытеся душею вашею, что ясте, или что пиете: ни телом вашим, во что облечетесм. Не душа ли болши есть пищи, и тело одежди? (Мф. 6, 25.) Особенно не пецысь о том священник. В самом служении Богу ты всегда найдешь верное и достаточное пропитание. Довольствуй всех и все. Будь гостеприимен.

 

Когда сердце твое холодно, не нуждается в Боге и молитве и не чувствует грехов своих, не медли углубиться в него и открой там множество грехов, скрываемых самолюбием и гордостию, и тогда плачь об них.

 

В век милость Его (Пс. 135, 1–26). Ты пользуешься каждую минуту милостями Божиими, и веселят тебя эти милости. Но вспомни и представь, что в такое множество прошедших веков беспрерывно лились на людей милости Господни и веселили род человеческий — и во все будущие века также будут литься. Видишь, как в век милость Его на нас! Если хочешь, разбери подробно самые милости, которым, впрочем, нет конца — и тогда пред тобою откроется истая бездна великих милостей Божиих к людям, явленных во все века.

 

Отдавай должную честь каждому святому призыванием святого, коего память совершается в известный день.

 

Грешник, каждый раз когда согрешит, оскорбляет сильно любвеобильного Господа, хотящего в нас жить и между тем изгоняемого смрадом грехов.

 

Этот друг много мне добра делает, как бы мне чем–либо не оскорбить его, + чем бы мне воздать ему?

 

Мир сердца до совершения греха, скорбь сердечная по совершении его, опять мир тотчас по принесении искреннего раскаяния — говорят яснее дня, что Бог всегда с нами и постоянно испытует наши сердца и утробы (Ср.: Пс. 7, 10).

 

Когда я прост, мне хорошо: я тогда Божий, и Бог прост.

 

Будем учиться искусству переводить в душу свою душевные качества и расположения святых, в составленных ими молитвах выраженные и как бы отпечатленные.

 

Огонь горит и палит внутри, а Владычица погашает. — Опыт.

 

Как огню свойственно жечь, так греху свойственно палить душу огнем. Здесь грех всякий наказывается в сердце, исходище его, а добро награждается тоже в сердце.

 

Без Спасителя — мука, смерть духовная. Истина аксиоматическая.

 

Чтобы человек не зазнался с Богом, нужно держать его всегда в чувстве своей нищеты и бедности, беспомощности со стороны мира.

 

В нас различные способности. В Боге — это Лица. [112]

 

Естество души нашей невидимая злобная сила иногда насилует, убивает. Это несомненно. Нужен Избавитель тоже Невидимый.

 

Бог — не человек: не обманешь Его притворным раскаянием; надо из глубины души, от всего сердца, истинно раскаяться.

 

Совершенно не верь своей плоти, возненавидь, распни ее: всегда лжива, всегда в погибель ввергает.

 

Да отвержется себе… (Мф. 16, 24), то есть сердца своего злого, нудящего ко злу.

 

Люди чрез зрение сообщаются душами своими; душа в зрении как в зеркале. — Опыт.

 

Аще любве не имам, ничтоже есмъ (1 Кор. 13, 2) (девиз священника). Ни единому же ничимже должни бывайте, точию еже любити друг друга (Рим. 13, 8). От чиста <сердца друг друга любите> прилежно (1 Пет. 1, 22).

 

Много жил греховных идет от нашего сердца, и они–то самые подручные средства диавола — действовать на нас; чем чище сердце, тем бессильнее диавол. Греховные жилы: гордость, ненависть, скупость, зависть, раздражительность, вообще пристрастие к земле. Признаки диавольского в нас нахождения: тяжесть сердечная, неохота к молитве и поклонению, отсутствие смирения, раздражительность.

 

Непочитающие святых, как почтут Бога? Малый начинает с малого и постепенно доходит до великого. Это — закон естественный. (О почитании святых.)

 

Вера твоя спасе тя (Мф. 9, 22). Так, не дела, но вера спасает нас. Мы это испытываем на каждом шагу.

 

Чем сильнее диавол отревает тебя от Бога, тем более усиливайся быть с Ним.

 

По недостатку смирения враг низлагает. Что такое смирение? Смирение — глубокое чувство ничтожества своего и глубокое чувство благодеяний Божиих многоразличных; глубокое чувство грехов своих и усердное самоосуждение — или сознание своей духовной нищеты и постоянное взирание к Богу и ожидание от Него всего доброго и полезного; смирение — умягчение и нежность сердца, смирение — частые слезы о грехах, смирение — исчезновение в Боге; вообще смирение — вера живая, надежда непоколебимая и любовь нелицемерная. Еще смирение — безропотное терпение скорбей, болезней и несчастий, смирение — поставление себя ниже всех.

 

Отчего приятно мыслить об истинном, добром и прекрасном? Оттого, что тогда с нами Источник их — Бог: Он прикасается тогда к нашей душе.

 

Близ ти есть Христос — в сердце твоем; не надо ходить за Ним далеко. Сердце твое — доказательство, порука в том. (Это же о Тайнах.)

 

Ожидает ли твоей веры дневное светило, чтобы взойти на горизонт неба? — Без тебя, без веры твоей, силою Вышнего совершает оно пути свои и восходит ежедневно над головою твоею. Так точно духовное Солнце — Христос Бог, не дожидаясь твоей веры, ежедневно в Своих пречистых Тайнах восходит на престол Свой и истинно воображается в Тайнах Тела и Крови Своей. Ожидает ли твоего мановения или твоей веры царство животных, чтобы расти и множиться? Ожидает ли твоей веры царство растений, чтобы с наступлением весны совершать свое произрастание?

 

Смотрите на искушения Спасителя в пустыне (См.: Мф. 4, 1–11) и знайте, чем искушает диавол человечество.

 

Радуйся, когда приражается диавол к твоему сердцу какою–либо страстию (например, злобою): потому что тогда ты имеешь случай показать свою любовь ко Христу и к брату, быть мучеником за Него; можешь торжествовать о имени Господни над сильным врагом — диаволом и получить венец доброты от руки Господни (Прем. 5, 16).

 

Внимай: диавол наводит на сердце твое боязнь и за будущих визитеров. Потому, когда случится им прийти, ты вдруг возмущаешься.

 

Необходима сердечная вера в бытие мира духов: тогда искрения будет вера и в бытие Бога духов и всякия плоти (Ср.: Чис. 16, 22) и в существование по смерти душ человеческих.

 

Паки благодарственная восписую Владычице [113] за избавление от скорби и тесноты сердечной: я воззвал с твердою верою к образу Ее Казанскому — и получил просимое.

 

Чтобы тебе наглядно представить вездесущие и всеведение Божие и то, как Он слышит везде наши молитвы, вообрази, что Бог весь есть Лице, весь Зрение, весь Слух, весь Ум, Премудрость и на мир — дела рук Своих — Он зрит как на муравейник, а на все существа в нем как на муравьев, снующих пред нашими глазами на муравейнике.

 

+ После усердной, слезной молитвы враг всегда оскверняет меня сладострастием, раскидывая соблазнительные виды и представляя случаи к сладострастным действиям, но остается, впрочем, полная свобода для моей воли. Ни ограждение ложа Крестом, ни засыпание с молитвою не помогут, если днем расслабил свою душу хотя несколько сладострастным взглядом. И к чему все усилия врага? — К тому, чтобы я опечаливал всегда Благодетеля моего — Господа, для Которого мерзость — сладострастие.

 

Есть Бог, верный в Своих словах, заповедях и обетованиях, на Которого чрез меня диавол нападает, — вот что утверждают с несомненностию все козни сатаны; потому что чрез них он всячески усиливается склонять меня к нарушению святых Его заповедей, хочет затмить своею ложью неложные Его обетования. Будь ты проклят со всеми своими пакостями (Ср.: 2 Кор. 12, 7).

 

О покаянии. Чем я прогневал моего Господа? — Лукавством сердечным, сомнением, неверием, всеми страстями, ночным сладострастием и дневным. Кий грех не сотворих? Кое зло не вообразих в душе моей? [114]

 

Диавольское коварство часто режет мне сердце во время и после причащения животворящих Таин, то есть жгучее неверие, всеваемое им. Победишь — и нет рези.

 

Мрак ума и сердца, смущение и боязнь и боль сердца пред причащением и во время причащения -— ясные признаки козней диавольских в нашей душе. В неверии сердца в Святые Тайны скрывается всегда убийца диавол, убивающий душу, а в вере сердечной — всегда жизнь, или Христос, пробавляющий жизнь нашей души. — Опыт.

 

Питай в себе следующее убеждение: за мои грехи я недостоин иметь достояния в Царстве Твоем, Господи! Все служит Тебе в Царстве Твоем и должно служить, как Творцу и Господу, а я часто и весьма часто преступаю законы Твои, разрушаю чудное согласие между Твоими тварями своими страстями, потому я недостоин быть у Тебя членом Твоего Царства.

 

Семя Аврамле есмы (Ин. 8, 33); значит, люди — семя родителей.

 

Ко всем являй лицо веселое, приятное и ласковое.

 

Ты незаслуженно пользуешься милостями Божиими; допусти, чтобы и твоими милостями пользовались другие незаслуженно. — Хотя этим заслужи милости Божии.

 

В неделю о мироносицах. Как хорошо служить Господу! Ты сделаешь посильные и добрые дела — и о тебе будет говорить в память о тебе вся земля. Это задаток еще чего? — Наград будущих. (…На погребение Мя сотвори: …речено будет в память ея) (Ср.: Мф. 26, 12, 13). Не на одной мироносице это исполнилось, а и на всех других, и именно по нарочитому устроению Промысла. — Вы принесите, братия, ко Господу, как миро, слезы о грехах своих, как и та евангельская мироносица, и из глубины воздыхания милостыню и другие добрые дела, какие кто может; и хотя ваша жертва не будет прославлена по всей земле, но будет непременно вспомянута Владыкою в день общего всем воздаяния — на Страшном Суде. Господь ничего не забудет, что сделано для Него из любви и усердия к Нему и из любви к ближнему. Да поможет вам Бог. Мария Египетская принесла слезы, как миро — и ублажается и прославляется. Слез твоих течеиьми… [115]

 

Будь гостеприимен. Что если второе пришествие скоро совершится и застанет тебя негостеприимным, скупым? Во всяком случае, может быть очень близок час Жениха, в который Он придет за душою твоею (См.: Мф. 25, 1—13). Бди и успевай всеми мерами — оружиями десными и шуими — в любви.

 

Марфо, Марфо, печешися и молвиши о мнозе, едино же есть на потребу (Лк. 10, 41–42). Воспитатели и наставники, а с вами вместе и воспитываемые! Воистину вы печетесь и молвите в своих школах о мнозе, а едино на потребу, и этим вы пренебрегаете.

 

Чтоб поддержать жар духа (молитвенного) и не стеснять свободы духа, обременяемого постоянным чтением одних и тех же молитв, и иметь время слышать службу, не надо каждую утреню читать канона и молитв ко причащению, а довольно с усердием прочитать две–три<?> самых сильных молитвы. Ужели мы, священники, думаем, что во многоглаголании только будем услышаны? (Говорится о городских священниках, имеющих ежедневную службу.) — Нет. Не буди тако. Даже одна краткая молитва, вздох, слеза сердечного сокрушения о грехах — и для Господа довольно с нас. Можно еще разнообразить свою молитву: читать другие последования, редко читаемые, чтобы возбуждать ими дух молитвенный. — А то не оскорбительное ли для Господа пустословие бывают наши одинаковые молитвы? Всегда ли слабый, немощный в вере и добродетели дух наш может войти в дух святых отцев, составивших молитвы, и стоять на высоте их созерцания? Не пародией ли на их внутреннюю молитву бывает наша немощная, больше устная, чем сердечная, больше принужденная, чем свободная, молитва?

 

На молитве всячески нужно остерегаться того состояния души, на которое выразил в Апокалипсисе негодование Свое Сам Господь: вем твоя дела (и твою, можно сказать, молитву), яко ни студен ecu ни тепл, о дабы, студен был ecu или горящь. Тако, понеже тепл ecu, и ни студен, изблевати тя от уст Моих имам… Не веси (не чувствуешь), яко ты ecu окаянен и беден, и нищь и слеп и наг (Откр. 3, 15–17). Да не обуяет соль (Ср.: Мф. 5, 13; Лк. 14, 34).

 

Сребролюбие питается и усиливается случаями (пример Иуды); равно и другие страсти (зависть — пример Каина, Саула, братьев Иосифовых) (См.: Быт. 4; 1 Цар. 18–23; Быт. 37) растут вместе со временем. Потому надо заблаговременно вырывать их из сердца с корнем.

 

Нарекание людей века сего на людей благочестивых, что они мрачны и грубы, — отразить тем оправданием, что на них непрерывно нападают злобные бесы. Что, если бы поставить осуждающих на место осуждаемых?

 

Диавол закрывает от нас состояние души нашей, не дает видеть грехов и всех мерзостей души нашей.

 

Когда я причащаюсь достойно, у меня лицо сияет спокойствием и радостию, как лицо праведника, — вот действие во мне животворящих Таин. Далее я как бы невольно воспеваю в сердце своем благость и милость ко мне Божию; ко всем я ласков, всех люблю.

 

Когда идешь служить Литургию, справься предварительно: владеешь ли ты своим сердцем, можешь ли ты свободно обращать его в молитве? Не овладел ли им враг? Худо, если владеет, поселившись в нем; если не выгонишь его, то верно недостойно совершишь Литургию и причастишься животворящих Таин в суд и муку себе. — Все меры употребляет враг, чтобы запять священника в Литургии и в принятии Святых Таин.

 

В нюже меру мерите, возмерится вам (Мф. 7, 2; Мк. 4, 24). Если ты не веруешь сердцем во всемогущество Божие в тайно действии, то ты сам непременно изнеможешь неверующим сердцем; мало того: непременно будешь мучиться, терзаться.

 

Помни, что Тело и Кровь — Моя Тайна, всегда живая и животворящая; не дерзай исследовать, но приемли их верою и благодарною любовию. Не слушай врага, нудящего тебя исследовать Мою Тайну. Это — оскорбление Моей истинности, святости и благости. Вкусил ты и видел, яко благ (Ср.: Пс. 33, 9) Я в Тайнах — и довольно для уверения твоего. Помни: Я — Бог Таин. Покажи мне свою сыновнюю доверенность: не слушай наущений врага.

 

Синод и епископы — великие люди у Бога, и высокое их назначение, они право правят слово истины Христовой (Ср.: 2 Тим. 2, 15). Ах! Что было бы с христианами, если бы не было епископов? Мы влаялись бы всяким ветром учения во лжи человечестей (как лютеране и раскольники) (Ср.: Еф. 4, 14). Посмотрите на раскольников, что они без этих правителей истины? — Овцы заблуждшие, запутавшиеся во лжи человечестей. Только тень слова истины осталась у них; а дело, сущность — ложь.

 

Когда душа занята диавольскими прилогами, тогда она уже не чиста пред Богом, хоть и борется с бесплотными врагами; ибо как можно обойтись без греха тому, кто допустил в сердце свое прилог диавола? Если бы не было в нас поползновения ко греху, диавол не мог бы коснуться нас; мы начинаем грех сердечным движением к нему — диавол продолжает, усиливает, раздувает его. Потому надо осуждать себя пред Богом и вменять себя мерзким, когда в сердце приложничает диавол.

 

Кто ни за что почитает оскорбить человека, тот ни за что почитает оскорбить и Бога, и всякий грех ему кажется ничтожным. Об этом свидетельствует ежедневный опыт. А ведь человек–то — образ Божий; оскорбление его переходит и на Самого Бога.

 

Есть моль для одежды, есть и для сердца человеческого. Это — грех.

 

Сердечные склонности и расположения, добродетели и пороки передаются детям. Так, Божия Матерь родилась от укрепившихся скорбями в вере и благочестии родителей. Дети в полах получают от родителей своих природу и душу и тело; только степень способностей Господь увеличивает или уменьшает. Раститеся и множитеся (Быт. 1, 28) — то есть вы, люди (и душа и тело). Сотворил есть от единыя крове весь язык человечь (Деян. 17, 26). Делимости опасаться тут нечего. Един и тот же Дух Божий действует по всей вселенной и в Ангелах, разделяя дары Свои властию коемуждо якоже хощет (1 Кор. 12, 11), а Сам не разделяется.

 

От чего неохота к духовному чтению? От нечистого сердца. Сродное сродного ищет. Скажите мне ваши сны — и я узнаю вашу жизнь, ваши нравы, ваши добродетели и ваши страсти.

 

Кровоточивая женщина, прикоснувшись только к краю одежды Спасителя, получила исцеление (См.: Мф. 9, 20–22), а я, все Тело Его воспринимая с верою, всегда получаю отпущение грехов, исцеление души и тела. Блудница (См.: Дк. 7, 38), удержавши пречистеи нозе Его, понесла разрешение грехов [116], и я, удерживая Его в сердце верою непостыдною [117], также всегда получаю разрешение грехов, свидетельствуемое миром совести.

 

Сегодня мы празднуем День рождения Благоверной Государыни Императрицы Александры Феодоровны. Итак, и великие, венчанные особы мира сего происходят из ничтожества по слову Того, Кто от не сущих из небытия все привел в бытие [118]? Да, из ничтожества. Вот мудрейший из царей Соломон прямо говорит, что он общее со всеми получил начало (См.: Прем. 7, 5–6). Итак, во дни своих рождений по преимуществу должна смириться пред Богом всякая высота человеческая и благодарно прославить единого, великого, всемогущего, всеблагого, Единого Сущего Виновника всякого бытия. Вси языцы яко никтоже (Ис. 40, 17) пред Ним, тем более — отдельный человек, кто бы он ни был. Размыслим, чем должны мы освящать дни своих рождений?

 

Святой апостол Христов — учитель языков Павел свидетельствует, что, кроме внешних, оп терпел нападение еже по вся дни (от диавола) (2 Кор. 11, 28).

 

Смущением, боязнию, глупою недоверчивостию к себе при чтении молитв обманывал ты меня, искуситель, и обманываешь; в страстях всегда прельщаешь жгучею раздражительностию сердца и пристрастием, мраком и теснотою; обманываешь также, наглый, и при причащении Святых Таин. Я тебя испытал, понял, узнал. При всем этом болезненное неверие сердца, тобою производимое, всегда вызывало только более искреннюю, твердую, разумную, сознательную веру ко всегдашнему посрамлению тебя. Доколе же ты будешь приступать ко мне со своими бесовскими прелестями? О, когда ты будешь помрачать и смущать мой ум и сердце пред Святыми Тайнами, я вспомню тогда, как ты действовал на меня прежде при Богослужении, когда я читал в слух народа молитвы, как ты омрачал и возмущал мое сердце; вспомню, как ты действуешь в страстях. Ты всегда действовал мраком и обманом, которые после рассеивались как дым, и я видел ясно, какое неразумие было с моей стороны, что я счел твой мрак и твои планы за что–то важное.

 

Часто читая одни и те же продолжительные молитвы, научаешься лицемерить пред Владыкою, как древние фарисеи, на долзе молитвы творившие (Ср.: Мф. 23, 14; Мк. 12, 40) (фарисеи — лицемеры), потому что чем больше слов, тем больше возможности не от сердца, притворно говорить — ко многому взысканию словес расходится ум, как говорится в Уставе (святая Четыредесятница). Меньше, да от сердца — лучше. Разбойника спасли несколько искренних слов (См.: Лк. 23, 42), мытаря — тоже (См.: Лк. 18, 13). Всегда надо помнить, что молиться надо духом и истиною; молиться языком или телом без души, притворно — богопротивно.

 

Что такое — человек? Земля, оживотворенная Божиим Духом. Вдуну в лице его (состава земляного) дыхание жизни (Быт. 2, 7). Дух Божий преложил тогда землю в тело и кровь, дав ему душу; так хлеб и вино Евхаристии прелагаются Духом же Божиим в Тело и Кровь Господа Богочеловека, и Дух Его в них. Сие есть Тело Мое (Мф. 26, 26); сия есть Кровь Моя (Мф. 26, 28)! Глаголы, яже глаголах вам, дух суть и живот суть (Ин. 6, 63).

 

Не закосневай в сердечном смущении и боязливости, происходящих от неверия сердца во Христа, но, вменив их за обольщение диавольское, за призрак, за ничто, вообрази живою верою в сердце Христа: и увидишь, как сердечное смущение и боязнь рассеются, подобно дыму, как обольщение исчезнет и водворится мир и спокойствие. От плод в сердце познавай (Ср.: Мф. 7, 20) Христа и диавола: Христос — жизнь для сердца, покой, свет, радость; диавол — смерть, томление, уныние.

 

Езекия в болезни обратился к стене (См.: 4 Цар. 20, 2) — и был услышан Богом в скорби души своей. Этот пример для тебя записан на память во священной книге, чтобы ты с полною уверенностию молился в стенах дома своего, что Бог услышит и тебя и исполнит желание твоего сердца.

 

Везде нужно преодолевать себя — даже в житейских делах и обстоятельствах, не говоря о вере, — преодолеешь себя, и легко будет.

 

Тысячу раз, много тысяч раз Господь избавлял и постоянно избавляет нас от грехов и скорбей — по вере нашей, и все–таки мы не уповаем на Него живо, как должно, отчего? — Диавол препятствует, омрачая и стесняя сердце. Ну, тут–то крепиться упованием, ни во что вменять козни лукавого. Близ Господь всем призывающим. Его, призывающим Его во истине (Пс. 144, 18).

 

Чтобы молиться тебе Богу плодотворно, с живою верою и упованием, представь, пришедши в церковь или ставши дома на молитву, самого чадолюбивого, всесильного, премудрого, всеблагого, кроткого, щедрого, милостивого Отца, Который без числа много дарствовал уже тебе и готов всегда все нужное тебе даровать, только бы ты просил Его в простоте и искренности сердца, с верою несомненною.

 

Печешися и молвиши (в молитве) о мнозе (многословишь), едино же есть на потребу (Лк. 10, 41–42)— сердечная вера, теплота чувства, духом горяще (Рим. 12, 11)— вздох и слеза о грехах. — С продолжительными и однообразными молитвами бывает то же, что с множеством принятой в желудок пищи: пища отягощает желудок и не переваривается в нем; так и молитва однообразная и продолжительная не обращается в жизнь души, в питательные соки для ней и только тяжестию ложится на сердце.

 

Не любящий братию не поймет, не ощутит сердцем преспеющий разум любви Христовой к людям, не примет достойно Его пречистого Тела и Крови; не дастся сердцу его злому живая вера в Тайны, и в суд и в осуждение он будет вкушать себе, если не исправится от злобы.

 

Помни последствия или плоды неверия сердечного в Тайны и последствия или плоды веры сердечной в них. Слава торжествующей всегда над непостоянством и ложью сердца моего истине Тела и Крови Христовой! Если всем сердцем признаю я лживость своего сердца — после принятия с неверием Святых Христовых Таин, тогда мука сердца проходит и настает спокойствие.

 

Земля, мы видим, олшвотворена и производит бесчисленное множество разнообразных растений на всем континенте. Сколько разнообразнейших тел растений ткется на ней! А ведь что она? Все мы видим, что она, земля, — чернозем, ил, песок, глина и прочее. Так, для Господа ничего не значит оживотворить глыбу земли. Так, Он из посоха творит живого змея (См.: Исх. 4, 2–3); так, Он сухой жезл произращает в одну ночь (См.: Чис. 17, 8); так, Он от камения может воздвигнути чада Аврааму (Мф. 3,9). Если посох делается телом змея, то хлеб и вино также несомненно делаются Телом и Кровию Спасителя. Там не было особенной воды или вина, чтобы она стала кровию змея: из одного жезла все, а здесь — и вино есть для Крови.

 

Нетерпеливый человек есть вместе и непостоянный во всем человек, потому что постоянство необходимо предполагает терпение; постоянный человек, как и непостоянный, непременно встречает в жизни много случаев и обстоятельств, в которых требуется терпение; — и он терпит, тогда как непостоянный — не терпит, раздражается, выходит из себя. Нужно учиться терпению и быть терпеливым, избегая малейшего нетерпения; потому что и малейшее нетерпение есть уже неисполнение, противление заповеди Спасителя: в терпении вашем с тяж и те душы вашя (Лк. 21, 19) — и обнаруживает гордость и злобу человека. У нетерпеливого, посмотрите: каждый шаг — нетерпение, каждое слово, каждое дело; нетерпеливый большею частию ходит скоро, говорит скоро, делает все скоро, даже ест и пьет скоро.

 

Если ты молишься неискренно, не от сердца, или говоришь с другими, обращаешься неискренно (иное на языке, иное на сердце), то ты уже сын лжи, исконного человекоубийцы — диавола, в нем же истины несть, который есть ложь и отец лжи (Ср.: Ин. 8, 44). Потому и говорит Спаси тель: истиною достоит кланятися (Ин. 4, 24); Апостол говорит: истинствующе в любви (Еф. 4, 15), то есть истинно надо любить всех; еще другой Апостол говорит: не любите словом ниже языком, но делом и истиною (Ср.: 1 Ин. 3, 18).

 

+ В существе Тела и Крови Христовой — спасать от грехов, покоить, услаждать сердце: только поверь от всего сердца, что в Тайнах — Тело и Кровь твоего Спасителя, не испытуй, не лукавь, не совопросничай — и ощутишь в сердце Христа, как Он есть. Сомнение всегда убивает душу, вера всегда животворит. Обетования Божия касательно Таин, как и всего — ей и Аминь; и в Нем Самом есть это утвердительное ей, то есть в Его существе — истина; не нужны доказательства внешние, прииди и виждь (Ср.: Откр. 6, 1, 3, 5, 7); вкуси и виждь, яко благ Господь (Ср.: Пс. 33, 9). Мгновение сомнения — и диавол в нас; мгновение живой веры — и Господь в нас: так что одно мгновение — смерть и за этим одним мгновением опять — жизнь. Так, Господь истинен! Так, диавол лжив! Так, Господь всегда дарует жизнь, диавол всегда приносит смерть.

 

Господи! Даруй мне познать мое окаянство, бедность, нищету, слепоту и наготу духовную. Даруй мне от всего сердца говорить Тебе часто: Господи! Я окаянен и беден, и нищь и слеп и наг (Откр. 3, 17). Да не ослепляет меня самолюбие и гордость.

 

Как трудно рождает сердце наше веру! Оно страдает, как больная родами, и производит ее на свет часто не иначе, как с болезнию и слезами! О бедность! О окаянство! О слепота наша! Тамо болезни яко рождающия (Пс. 47, 7). Недаром это уподобление приводится в Священном Писании.

 

Многие тайно желают, чтобы Вседержавный Господь был именно здесь — витал с нами; но Его держава и Царство велики: Его — небеса и Его есть земля (Ср.: Пс. 88, 12): Ему надо быть и строить везде. Слава вседержавству Твоему, Господи!

 

Небесную красоту души будущей Царицы — Богородицы, преукрашенной всякими добродетелями, святой пророк и царь Давид видел под образом Царицы, в ризы позлащенныя одеянной и преукрашенной (Ср.: Пс. 44, 10).

 

Потрясаешь, так сказать, молитвою веры существо Божие, потрясаешь и органы Духа Божия — Ангелов и святых: и они отзываются на твой глас веры.

 

Не дадите места диаволу (Ср.: Еф. 4, 27): когда он понуждает делать зло, делай скорее противоположное тому злу добро — спеши, не медли добрым делом. [119]

 

Что за легота, что за спокойствие и тишина на сердце после усердной, искренней, слезной молитвы — когда грехи выплаканы! Как сон ровен и покоен! Так, безгрешность есть для меня всякое благо: духовное и телесное! Но грех — зло для меня и духовное и телесное: я болен и душою и телом, когда я грешен и грехов своих не очищаю на молитве всесердечным раскаянием — тяжело у меня на сердце, как гора; нет у меня спокойствия сердечного ни днем, ни ночью! И сон мой прерывается от тесноты и скорби сердца!

 

Господь Бог так истинен и свят, что и от нас требует подобной Ему святости и истины. Например, на молитве Он явно всегда требует от нас внутренно, чтобы мысль и сердце наше непременно обращались в тех пределах, какие полагают слова или содержание, сущность молитв, чтоб каждое слово было как бы из существа нашего, как бы оно было собственно наше и чтобы никак не уклонялись мысли и сердце наше во время молитвы к посторонним предметам, хотя бы они были и непредосудительные, и даже святые; то есть хочет, чтоб мы были совершенно искренни, просты, истинны. Это всегда мы испытываем внутренно! Так, так — так, а не так — ты ложь и Я не благоволю к тебе.

 

Нелюбовь, вражда или ненависть не должны быть и известны между христианами даже по имени. Разве может быть нелюбовь между христианами! Везде ты видишь любовь, везде обоняешь благоухание любви. Бог наш — Бог любви; Царство Его -— Царство любви; из любви к нам Он не пощадил для нас Сына Своего Единородною и на смерть отдал Его за нас (Ср.: Рим. 8, 32). И ты — выражай везде любовь, дома — на домашних (они запечатлены в крещении и миропомазании крестом любви и носят крест, вкушают с тобою в церкви Вечери любви). В церкви — везде символы любви (Кресты, крестное знамение, святые, угодившие любовию к Богу и ближним) и Самая Воплощенная Любовь. На небе и на земле — везде любовь. Она беспредельна, как беспределен Бог. Она покоит и услаждает сердце, как Бог, тогда как вражда убивает душу и тело. Еще ли ты будешь не любить, когда везде ты слышишь проповедь о любви, когда только человекоубийца диавол не есть любовь, а вражда вечная?

 

Сатана! Своею ложью ты служишь только истине Господней! Как? — Ты сам знаешь. Несмотря па то, ты так опротивел мне своею мрачностию, ложью и злобою, что, если бы мне попущено было погибнуть с тобою навеки в безднах вечного огня, я порадовался бы и этому, тому, то есть, что злоба твоя и во мне потерпела бы достойное наказание. Так велика твоя злоба!

 

Когда во время причащения враг омрачает твои ум и сердце неверием в Святые Тайны, тогда воззри на солнце и скажи себе: если вещественное солнце всегда сияет, то духовное Солнце — Христос Бог мой тем более постоянно сияет в истине и правде Своей.

 

Когда другие будут вкушать твою пищу, вспомни тогда, что Господь ниспослал нам в пищу Сына Своего Единородного; чего же ты пощадишь для других ради этой Животворящей Пищи? Молись так Богу при находе страсти скупости: Боже, Боже наш! Небесный Хлеб — пищу всему миру Господа нашего и Бога Иисуса Христа пославый, Спаса и Избавителя и Благодетеля, благословяща и освещающа нас, — Сам благослови и укрепи мене не щадити никоегоже брашна людем Твоим, Кровию Твоею искупленным и напоенным, да щедростию моею прославлю Твои неизглаголанные щедроты к нам, Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

 

++ Когда будешь иметь беседы о молитве, изъясни утренние и вечерние молитвы и молитвы ко причащению.

 

Сердечная вера необходима человеку потому, что светоч ума нашего очень ограниченный, не много вмещает в себя света умного; а Господь Бог есть Беспредельный Свет, и мир — есть бездна Его всемогущества и премудрости, тогда как в нас только ничтожная, так сказать, капля Его силы и мудрости: потому что столько, а не больше вместить их могли в своем бренном уме. Помни это.

 

Безбожнику — для постепенности в познании Бога. Земля — тверда и косна, хотя и она движется около солнца весьма скоро; вода — жидка и быстра, и потому говорят — быстрое течение; воздух еще жиже и быстрее, и потому он движется, например, в ветрах очень скоро; наконец, свет еще тоньше и быстрее, и в одну секунду он проходит невероятное количество пространства. Если же свет так тонок и проходит огромное пространство в самую ничтожную крату времени, то каков должен быть сотворенный дух и как он должен быть легок и быстр; наконец, каков должен быть Несотворенный Дух — Сам Господь, как Он неизмерим? — Если свет в секунду распространяется с такою ужасающею быстротою, то как распространяется быстро в сотворенных, разумных духах Свет Несотворенный — Источник всякого света и всего сотворенного? Наконец, как объемлет все Свои создания, все бездны миров — Свет, все сотворивший? Слава Тебе, Невещественный, Несозданный Свете, просвещающий всякаго человека грядущаго в мир (Ср.: Ин. 1, 9).

 

Если ты сильно желаешь, чтобы все говорили о тебе только хорошо, то ты — честолюбив.

 

Если ты требуешь от других благодарности за милость свою, то ты — горд.

 

Если ты не терпишь гостей, значит, ты — скуп.

 

Если ты ищешь приветствия от других, то ты — горд. Приветствуй прежде всего сам, не дожидаясь, чтоб другие прежде тебя это сделали.

 

Не останавливайся ни на минуту на черной мысли и не отогревай ее в сердце своем, иначе она расплодится — и помрачится весь свет твой, и исходу не увидишь.

 

Всесвятый Дух постоянно оживляет душу мою и укрепляет силы ее. Это я ощущаю весьма ясно после потушения страстей и по побеждении сердечного, расслабляющего душу неверия. Слава Тебе, благодарение Тебе, Всесвятый Душе, Ипостасная Сило Вышняго! Духом владычным утверди мя (Пс. 50, 14).

 

Когда сердце мое усу мнится в том, что Дух Божий есть Ипостасная Сила Божия, укрепляющая меня в вере, надежде и любви, сердце мое тотчас обессиливает, и это осязательное доказательство того, что Дух Божий есть крепость моя; чрез Него–то я твердо верую в Иисуса Христа: ибо никтоже может рещи Господа Иисуса, точию Духом Святым (1 Кор. 12, 3).

 

Слава Тебе, Спасителю, Сило всемогущая; слава Тебе, Спасителю, Сило вездесущая! Слава Тебе, Утробо Преблагосердая! Слава Тебе, Слух, присно отверзающийся на услышание молитвы мене, окаянного, во еже миловати мене и спасати от грех моих [120]! Слава Тебе, Светлейшие Очи, выну [121] на меня зрящие любезне и прозирающии вся моя сокровенности! Слава Тебе, слава Тебе, слава Тебе, Сладчайший Иисусе, Спасе мой!

 

Если Господь так скоро, явно слышит меня, не во храме, — когда я взываю к Нему сердцем, то как скоро Он услышит меня во храме, когда я буду молиться сердцем? — 16 апреля, в субботу вечером по пути в Успенскую церковь [122].

 

<…> [123] незлобивый: я должен любить его. Даруй, Господи!

 

Иисус Христос победил злобу — победи и ты.

 

Как невидимо, но ощутительно сходит в душу Дух Святой — так невидимо же, но действительно и существенно сходит Он и на Святые Тайны.

 

Наши имена означают ограниченность, немощь, зависимость от Бога — Иван, Николай, Александр, Александра, Феодор, Феодора. Означают также и то, что мы — существа скоропреходящие. Потому един Бог носит имя — Сый, то есть — Сущий (См.: Исх. 3, 14). Великое имя! Чудное имя! Вечно благоговеемое от всей умной твари имя! Все — от Сущего и все — к Сущему.

 

В ком бесы живут? В людях свинского нрава, жадных до пищи и пития и живущих нечисто. Что будет с такими людьми? Смотрите: они потонут в бездне вечного огня (в езере огненном) (Ср.: Откр. 20, 15), как упоминаемые в Евангелии свиньи, в коих вошли бесы, устремились в море и перетонули (См.: Мк. 5, 13). Вот куда гонят бесы всех людей, в коих они живут, — в бездну вечного огня. Господь наглядно представил нам эту истину в Евангелии. Христиане! Убойтесь!

 

Объяснить имя: тезоименитство (положение, ????? [124], наречение имени); для чего даются имена людям? — Имя есть собственно принадлежность твари, берется из обстоятельств его рождения и жизни: Моисей, Самуил; оно дается: а) для отличия от других; б) иногда и для выражения свойств человека; так как наречение зависит от произвола человеческого, то часто имя и не соответствует свойствам и жизни лица, и в) для всегдашнего напоминания человеку–христианину, что он предназначен быть членом Небесного Царствия: почему он всю жизнь свою должен иметь целию стремление всеми силами души своей к вечной блаженной жизни.

 

Помни Положившего за нас душу Свою (Ср.: Ин. 10, 11) и, в подражание Ему, не только не жалей для других какой–либо вещи своей, если она полезна, но и себя самого.

 

Ты пощадил воды для свояченицы купаться, и за то наказал тебя диавол. Вперед чтоб не было этого. Господи, помози! Как странник и пришлец, будь всем доволен; а для этого отбрось самолюбие и гордость, которых у тебя много, и будь кроток и незлобив. Господи, помози!

 

Тезоименитство — положение, наречение имени — напоминает о нашем ничтожестве. Прежде зачатия и рождения мы были ничто: родившись, мы не имели имени, кроме имени, которое назначил нам Бог самым рождением, то есть имя — человек; родился человек в мир — говорят о новорожденном — и только; потом служитель Божий после молитв над родившею женою, знаменав Крестом новорожденного, нарекает ему имя, заимствуя его от имени какого–нибудь прославленного Богом святого, — что и называется тезоименитство, и таким образом он как тварь начинает существовать с определенным именем, которым отличается от многих себе подобных.

 

Поприще мне для смирения — необыкновенная простота маминьки.

 

Чти отца и матерь… (Мф. 15, 4) не только внешне, но и внутренно — в мыслях и сердце, не имей ни одной мысли непочтительной или не дышащей любовию.

 

Когда мы бываем отроками, тогда смирение наше выражается в приятном удивлении и в высоком уважении к лицам, высшим нас; у взрослых этого приятного чувства удивления высшими нас или нет, или редко; мы приравниваем себя ко всем, и это происходит в нас от гордости, первоначально всеянной в нас диаволом, который изравнитиея желание нам влож <змий>, Содетелю, яко пленника восхити. Канон Святителю Николаю Чудотворцу [125].

 

Наречение имени. Всякое существо в мире имеет имя, всякая вещь, сделанная человеком, когда она готова, получает имя, и не одно, а несколько, смотря по тому, как ее рассматривают: по форме ли ее или по цели. Так и человек, когда он вполне образовался, получает имена: 1. — человека, 2. — христианина, назначаемые рождшими. <…> [126] (Первое имя есть — человек. Но это имя общее ему со всеми людьми). По имени обыкновенно судят о свойствах и назначении предмета или о том, где должно быть его постоянное место. Когда мы родились, прежде всего называют нас именем человека — родися человек в мир (Ин. 16, 21); это имя на греческом языке означает такое живое существо, которое обращено лицом кверху, то есть человека, существо разумно–свободное; или существо, горняя мудрствующее (Ср.: Кол. 3, 2), как говорит Апостол. Потом служитель Божий, назнаменав новорожденного крестом на челе, устах и персях, подготовляет его тем к принятию имени христианина; затем нарекает ему христианское имя из святых, прославленных Богом на небе, и крещением окончательно усвояет ему имя христианина. По имени, какое носит человек–христианин, обыкновенно следует заключить, что постоянное его место должно быть не здесь — на земле, а на небе: потому что Христос — На чальник нашей веры (Евр. 12, 2) и Глава нам на небе, и Он прямо говорил: идеже есмь Аз, и вы будете (Ср.: Ин. 17, 24); и Апостол заповедует нам: горняя мудрствуйте, идеже есть Христос (Кол. 3, 1, 2); или говорит, что наше житие на небесех есть (Флп. 3, 20). По частному имени, какое мы получаем, также следует заключить, что постоянное наше место — не здесь, а на небе — там, где прославленный святой или святая, коего имя наречено на нас. Как поучительны и назидательны христианские имена. Значит, имя христианин и имя святого, получаемые нами по рождении и крещении, обязывают нас подражать прежде всего Христу: аще кто Мне служит, Мне да последует (Ин. 12, 26), или по крайней мере святому, и помышлять о горней жизни. Иначе имена наши не будут иметь разумного основания или христианского смысла: имя нужно непременно оправдывать делом и жизнию.

 

На молитве нужно иметь три крепких убеждения: а) что Бог есть, б) что Он — всеблаг и в) что Его слух и сердце всегда отверсты к слушанию нас. Лице Господне на праведныя и уши Его в молитву их (Ср.: Пс. 33, 16). Веровати подобает приходящему <к Богу>, яко есть, и взыска ющым Его Мздовоздатель бывает (Евр. 11, 6).

 

Твои духовные дела худы. Надо исправить их. Ты злобишься, бесчестишь<?> сообщества людей. Ты хочешь быть безгрешным и терзаешься за малые грехи, которые от диавола же приходят. Смирись: ты всегда будешь грешен, пока в теле. Имей всегда веру и упование на Бога, да терпи находящее. На диавольское безверие не обращай внимания.

 

Часто секира лежит при корени самого древа (Мф. 3, 10; Лк. 3, 9), то есть при сердце моем, и готова посечь меня: часто я чувствую смерть в самом сердце моем — в самом исходище моей жизни: и это при каждом грехе. Оброцы греха — смерть (Рим. 6, 23), прежде в сердце, а потом уже и в теле.

 

Почему грешнику тесно? Потому что пространство принадлежит Богу, а не греху (не диаволу) и грех святотатственно вторгается в область Божию (в существо человека); оттого ему и тесно; и дотоле он теснит душу нашу, доколе не будет очищен чистосердечным покаянием. Скорбь и теснота на всяку душу человека творящаго злое. Слава же и честь и мир всякому делающему благое (Рим. 2, 9–10). Всякому добру — внутренно просторно, хотя внешне его и теснят люди или князь века сего (1 Кор. 2, 6).

 

Когда ты читаешь молитвы при совершении таинств, то касательно совершения действий, о коих говоришь в молитвах, не заботься — предоставь все Всесильному. [127]

 

Недостойно часто я отверзал уста на молитву и повергал святая псом (Мф. 7, 6) (Святые Тайны, Крест Животворящий, святую воду, просфиры).

 

В честь и славу Господоначальныя Троицы да нарицается на всем имя Отца и Сына и Святого Духа, чрез кропление освященной воды или чрез знамение Честнаго и Животворящего Креста.

 

Сила Животворящаго Креста оставила меня [128] потому, что я осудил целое собрание верующих, или Тело Христово — в неверии, сам будучи невер. Согреших ко Господу. Каюсь от всего сердца!

 

Если я не могу прогнать диавола, то значит, что он имеет во мне основание, пищу для своего пребывания, то есть или гордость, или другую какую страсть.

 

Иисус Христос — всякое для меня благо; диавол — всякое зло. — Опыт.

 

Господь, как искусный Врач, употребляет внутренние прижигания греха посредством диавола. Терпи благодушно.

 

Господь входит в душу миром (мир вам) (Лк. 24, 36), диавол — тяжелым, убивающим душу смущением.

 

Пока ты не перестанешь воевать на страсти, а значит, на диавола, до тех пор диавол не перестанет воевать на тебя, и чем сильнее ты будешь сражаться против них, тем пламеннейшие и многочисленнейшие стрелы будет он бросать в твое сердце.

 

Да служит все Животворящей Любви, да царствует любовь.

 

Каждое из Лиц Пресвятой Пребожественной Троицы сказало в людях общую Им силу Свою: Отец и Сын и Святой Дух.

 

Не унывай, борясь со врагом бесплотным, но прославляй в самой счсорби и тесноте Господа, удостоившего нас такой высокой чести, то есть чтобы за Него терпеть борьбу с коварным змием и за Него уязвляться на всякий час. Ибо если бы ты не стал благочестно жить и усиливаться соединиться с Богом, то враг и не нападал бы на тебя и не мучил бы тебя.

 

Разумей козни лукавого: знает, в чем сила против него, и оттого всеми мерами отклоняет неверием. Значит, тем более нужно усиливать сердце в вере. Наляцай [129]. Какая хитрость в нападениях князя тьмы! Понимаю тебя!

 

+ Слава милосердию Господа и силе Креста Животворящего. Утро 23 апреля.

 

+ Соборы святителей, мучеников, преподобных и всех святых — соберитесь все на обличение меня, маловерного, темного, страстного человека, и озарите меня светом вашим.

 

Мы не завидуем тебе, светозарное солнце. Твой и наш Владыка обещает и нас так же просветить, как ты светишься: праведницы <просветятся> яко солнце… (Мф. 13, 43.) Но в каком свете неприступном живет Несозданный Свет — Бог наш (Ср.: 1 Тим. 6, 16), когда и твой свет так неприступен; каким светом осияваются Ангельские чины, обращающиеся около мысленного Солнца — Бога — о Бозе всегда обращаеми Ангели? [130] Каким светом — все святые? Далее, если солнце наше так светло и, так сказать, зрит всю вселенную, то как светлы очи Господни и как свободно они зрят всю вселенную и прозирают во всех тайных местах, во все сердца и мысли человеческие?

 

Часто я терплю в уме и в сердце и во всем существе моем насилие от диавола: во мне часто бывает мрак диавольский, во мне бывает жгучее неверие — не мое, а диавольское. Не мое, потому что я хочу, усиливаюсь верить, потому что я знаю и по опыту, что вера — моя жизнь, покой мой. Во мне бывает злоба и ненависть диавольская, не моя: потому что я хочу любить и по опыту знаю, что любовь животворна для меня и что если я иногда ненавижу кого-то всегда из–за чего–нибудь пустого, вещественного или даже грешного. Диавол разливает иногда также во мне огонь сребролюбия, зависти, раздражительности и гордости, которые бывают до невероятности чувствительны ко всякой безделице, и я бываю тогда несвободен, связан, не свой, а чужой, то есть подчиненный чуждому владычеству — железному, огненному владычеству духа злобы. Святый Ангеле! Не даждь места лукавому демону обладати <мною> на сильством смертнаго сего телесе! [131] Не оправдываю себя: виноват бываю в страстях и я. Я бываю недовольно всегда внимателен к себе и лесть греха принимаю за что–то истинное.

 

Господи! Даруй мне презирать всякую пищу плотскую и всею душою желать всегда единой нетленной, душесладчайшей пищи Твоего пречистого Тела и Крови, ее одну всегда почитать для себя всем и ее едину любить.

 

Как худо согрешать: и ночью не спишь. А согреших скупостию и нелюбовию! Что это? Господь не пощадил славы Своей, Своего Тела и Крови, а я — чего жалею? А я не хочу любить брата, который меня не ненавидит, не бьет, не бесчестит? Что это? — Господи, помози утвердиться сердцу моему в нестяжании и любви!

 

Скупой подобен ядущему человеку, у коего полон рот и который, однако же, еще с жадностию вырывает кусок изо рта брата своего и кладет в свой рот! Как он отвратителен! А все — ядь! О Адаме, ядию в тление падший люте [132] Доселе чрез ядь твою враг жестоко ругается над нами!

 

Требование Богом совершенства в молитве и жизни — и отвержения того, что в них было несовершенного.

 

Еще ты очень горд, потому что очень раздражителен.

 

Кого окрадывает диавол в молитве, того окрадывает и в жизни — и неискренний богомолец часто падает тяжкими грехами, тогда как искренний избегает их.

 

Корабль, нагруженный товаром, диавол хочет погрузить ненавистию и скупостию.

 

Савле! Савле! Что Мя гониши? (Деян. 9, 4.) Этот глас, ненавистник, Иисус Сладчайший обратил к тебе: ты в брате своем гонишь Иисуса Христа. Остерегись.

 

Ты ненавидишь врага? Ты глуп. Почему? Потому что, когда враг тебя гонит, ты еще сам себя внутренно гонишь. Ибо скажи: не гонение ли, не самое ли жестокое гонение — мучить себя ненавистию к врагу? — Люби врага: и ты будешь премудр. О! Если бы ты знал, какое торжество, какое блаженство — любить врага и делать ему добро! (См.: Мф. 5, 44.) Так Сын Божий, так Бог во Святой Троице восторжествовал и торжествует Своею любовию над неблагодарным и злонравным родом человеческим; так святые Божии торжествовали над врагами своими, любя их и делая им добро. Грешным сущым нам Христос за ны умре (Рим. 5, 8). Аще врази бывше примирихомся Богу смертию Сына Его, множае паче примирившеся Богу спасемся Им от гнева (Ср.: Рим. 5, 10).

 

Взаим дайте, иичесоже. чающе (Лк. 6, 35). Так ты давай братии твоей, гостям твоим снеди, ничесоже от них чающе, не ожидая от них взаимного угощения. Очевидно, Господь располагает нас этими словами к братолюбию и хочет доставить нам, по великому благоутробию Своему, случаи к получению небесных наград. И аще взаим даете, от нихже чаете восприяти, кая вам благодать есть? (Лк. 6, 34.) Не и язычницы ли такожде творят? (Мф. 5, 47.)

 

Когда приступает к сердцу твоему какая–либо страсть, вспомни тогда слова Апостола: иже Христовы суть, плоть распята со страстьми и похотьми (Гал. 5, 24), и, изобразив на чреве своем с верою знамение Креста, произнеси, тоже с живою верою, означенные слова — и страсть отразится. [133]

 

Распять плоть со страстьми и похотьми — не легкое дело, а претрудпое и прескорбное. Не напрасно сказано — распяша. Как распятие на Кресте соединено с великими мучениями душевными и телесными — так и распятие плоти с ее страстями, вкоренившимися глубоко в существо человека и составляющими, так сказать, его существо.

 

Когда мы молимся, то, для поддержания в сердце теплоты благоговения и благодарности пред Богом, надо иметь в сердце мысль: О Нем бо живем и движемся и есмы (Деян. 17, 28).

 

Душа моя! Помни свое небесное достоинство и не возмущайся из–за вещей тленных и ничтожных. Уважай и в других людях небесное их достоинство и из–за чего–либо тленного не дерзай оскорблять или ненавидеть их. Всею силою возлюби духовное и небесное и презирай вещественное, земное. Помни слова своего Спасителя: хлеб наш насущный даждь нам днесь (Мф. 6, 11), — только днесь. Великая мудрость христианская сокрыта в них. Помни и то, как Сам Господь показал в Своей жизни пример беспопечительности о пропитании и довольствовался только добровольными приношениями, говоря: Мое брашно есть, да сотворю волю Пославшаго Мя и совершу дело Его (Ин. 4, 34).

 

Господи! Даруй мне с удовольствием всегда оставлять долги должником моим, как и я часто нуждаюсь в оставлении Тобою моих долгов (Ср.: Мф. 6, 12).

 

Господи! Я хочу прощать всегда, когда оскорбляют только меня, мое самолюбие.

 

Преу крашенная Божественными благолепотам и Владычице, помилуй мя. Преисполненная благости, милосердия, кротости, смирения, Солнце света и чистоты, не оставь меня!

 

Представляя или видя множество земных благ, дарованных от Господа людям, представь, какое бесконечное множество и полнота духовных благ уготованы людям избранным в будущем веке. По настоящим суди о будущих, потому что настоящие — залог будущих. Слава благости и щедротам Твоим, Господи!

 

Возведох очи в горы, отнюдуже приидет помощь моя (Пс. 120, 1) — слова, постоянно оправдывающиеся на самом деле. Верен Господь всем призывающим Его, призывающим Его во истине (Пс. 144, 18).

 

Если не будешь считать деньги наравне с землею и пеплом, то будешь часто болеть внутренно от неумеренной и неблагоразумной траты их и мучить себя.

 

С пристрастием к богатству собирающий богатство подобен человеку, заживо погребающему себя и, тогда как он уже по горло зарылся в землю, говорящему: дайте мне еще земли больше и больше, чтобы мне зарыться совершенно, чтобы мне вовсе не видеть света Божия.

 

Пой чаще: возвеселюся и возрадуюся о Тебе и пою имени Твоему, Вышний (Ср.: Пс. 65, 4).

 

Ни единому же ничимже должни бывайте, точию еже любити друг друга (Рим. 13, 8).

 

Всякому человеку, особенно христианину, нужно помнить, что Бог есть духовный, нравственный Царь и Законодатель, от Которого получают свое начало, силу и значение все земные законодательства, все нравственные правила, и помня это — поверять свою жизнь, свои мысли, желания, намерения, слова, поступки с высочайшею волею Верховного Законодателя, и так как мы по испорченности своей природы и по своей невнимательности часто погрешаем против Него, то в духе сокрушенном и сердце смиренном (Ср.: Пс. 50, 19) постоянно должны сознавать себя повинными пред Ним и часто говорить: Господи, помилуй! — в молитвах особенно надо это помнить.

 

Грешен пред Господом в том, что большую часть жизни моей в страстях иждих и в лености [134]. Пора мне каяться и покаяние продолжить всю жизнь.

 

Всякого человека принимай как Христа или брата Христова, как и должно. Не стыдится братию нарицати их (Евр. 2, 11).

 

Научись ценить любовь человеческую, чтобы научиться ценить любовь Божию. Малый начинает с малого. О мале был ecu верен, над многими тя поставлю (Мф. 25, 21).

 

Когда злословят тебя другие или отвращаются тебя, или холодны в обращении с тобою, говори: я заслужил это, — и старайся исправиться в том, за что, по твоему мнению, другие холодны к тебе.

 

Сердце братнее — не камень: к своим единоутробным естественно стремится, и кто может препятствовать этому стремлению?

 

Никогда ничем не оскорбил меня Константин в 4 года. Довольно говорит это в пользу его доброты.

 

Вот оно, доказательство бытия Божия. Когда я на молитве не помолюсь истинно, от всего сердца, но ложно, притворно, тогда я, неизбежно, лишаюсь сердечного спокойствия и сердечной жизни: я обессиливаю и как бы умираю духом для всякого добра. А когда помолюсь непритворно, от всего сердца, тогда необходимым последствием такой молитвы бывает мир сердца и стремление ко всякому добру.

 

Когда получишь исцеление от какой бы то ни было болезни, воздай благодарение Господу следующим кратким славословием: Слава Тебе, Господи Иисусе Христе, Сыне Единородный Безначального Отца, Едине изцеляяй всякий недуг и всяку язю в людех (Ср.: Мф. 4, 23), яко помиловал мя еси грешного и избавил еси мя от болезни моея, не попустив ей развиться и умертвить меня по грехам моим. Даруй мне отныне, Владыко, силу — твердо творить волю Твою во спасение души моей окаянной и в славу Твою, со Безначальным Твоим Отцем и Единосущным Твоим Духом, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

 

Что такое — сердце чистое? — Кроткое, смиренное, нелукавое, простое, доверчивое, нелживое, неподозрителыюе, незлобивое, доброе, некорыстное, независтливое, непрелюбодейное.

 

Что такое священник? — Олицетворенная вера, надежда и любовь.

 

Что значат оскорбления и обиды нам других? Укушение ничтожного из насекомых. Не ближние наши обижают нас, а мы сами — своим злым нравом обижаем и мучим себя. Все обиды можно переносить с радостию, особенно если несправедливо нас обижают, ибо тогда относится к нам изречение Господне о блаженстве: блажени есте, егда поносят вам… радуйтеся и веселитеся (Мф. 5, 10, 12). А если справедливо, то должно радоваться и этому, как случаю исправить себя, и обиды других принимать в этом случае как благодеяние и как достойное себе воздаяние.

 

Купина горяше огнем, купина же не сгараше (Ср.: Исх. 3, 2). Кто эта купина? Ты. Ты часто горишь внутренним огнем диавольских прилогов, но не сгораешь и не сгоришь, если будешь крепиться верою и упованием.

 

Не скорби, потерявши деньги или другую какую–либо вещь, а скорби, когда как–нибудь потеряешь веру или любовь. Не внегда избыточе ствовати кому живот его есть от имения его (Лк. 12, 15).

 

Недостойны (бесконечно малы) страсти страдания нынешняго времене к славе (в сравнении со славою), хотящей явитися в пас (Рим. 8, 18).

 

Какой многоразличный смысл имеет употребляемое нами крестное знамение! Оно, прежде всего, напоминает нам о том, что Единородный Сын Божий душу Свою за нас положил на Кресте, чтобы искупить нас от греха и вечной смерти, и напоминает каждому из нас об обязанности полагать душу свою по братии своей: аще Он за нас душу Свою положи: и мы должни есмы по братии душы полагати (Ср.: 1 Ин. 3, 16); значит, напоминает о бесконечной любви Божией к нам и о долге нашей любви к Богу и между собою; во–2–х — напоминает нам о ничтожестве всего временного, тленного и о величии благ, уготованных нам на небе любовию Распятого за нас: иду уготовати место вам (Ин. 14, 2); в–3–х — о единстве всех христиан как единого тела Христова, искупленных Крестом, и сонаследников Небесного Царства; в–4–х — о непрестанном благодатном вездеприсутствии распятого за нас Господа и о всемогущей силе, постоянно свидетельствуемых непобедимою, непостижимою Бо жественною силою Честнаго и Животворящаго Креста [135] Господня; и в–5–х— о несомненном исполнении всех обетований Искупителя, заключающихся в Евангелии и относящихся к верующим и неверным и к обитаемой нами земле: постоянно верный и всемогущий ныне, будет таким же и в бесконечные веки.

 

Ни от каких беспорядков или скорбей, примечаемых внутри, не упадай духом и не предавайся унынию — по тому самому, что упадок или уныние духа есть новый беспорядок, и упадать духом в несчастии значит усиливать несчастие собственною волею!

 

Гости ли к тебе частые ходят, а ты к ним не ходишь по какой–либо причине благовидной взаимно угощаться — радуйся этому: потому что если тебе не будет от них воздаяния, тебе воздастся от Отца Небесного во второе пришествие Сына Его; потому принимай их с радостию, как своих благодетелей. [136]

 

Господу Иисусу Христу так стужал народ, что постоянно были приходящии и отходящий к Нему, и ни ясти им бе когда (Мк. 6, 31). Если и тебе постоянно стужают гости — терпи их и беседуй с ними, но больше о духовном.

 

Каждый день много раз да вспоминает каждый, что он живет в Царстве Бога вездесущего, всеблагого, всемогущего, Который каждое мгновение видит всякого и ни на мгновение не оставляет Своим Промыслом не только человека, но и последней птички, последнюю травку.

 

По простоте своей маминька в 50 раз лучше меня и достойнее пред Богом. Смотря на маминьку, подивись Божией благости и всемогуществу, чрез посредство чего даровал бытие тебе Бог, из какой простоты и незнатности, неблагородства ты вышел — и смиряйся, глубоко смиряйся пред Творцем и маминьку глубоко почитай как орудие Божией благости и как любовь твою, как благодетельницу твою.

 

Когда молишься о прощении грехов своих, крепись всегда верою и упованием на милосердие Божие, — готовое всегда прощать наши грехи, — что Бог простит их, по искренней молитве, и всячески бойся, как бы не запало в сердце отчаяние, выражающееся тяжелым унынием сердца и принужденными слезами. Что твои грехи против милосердия Божия, каковы бы они ни были, лишь бы только искренно ты каялся в них? — А бывает часто, что человек молится и внутренно не надеется от сердца, что его грехи будут прощены, считая их как бы выше Божия милосердия. За то и действительно не получает прощения, хотя и источники невольных слез прольет и с скорбным, стесненным сердцем отходит от щедрого Бога. Того ой и достоин. Веруйте, яко приемлете, — говорит Господь, — и будет вам (Мк. 11, 24). Неупование на Бога — хула на Бога.

 

Чистая, с горящим духом молитва достигается, как и все великое, трудами (терпяще в ней со благодарением (Ср.: Кол. 4, 2) и великим терпением. Скорбь соделовает терпение, терпение же искусство… (Рим. 5, 3–4).

 

Во всех рукотворенных храминах есть свет, а свет тот от солнца, не от храмины. Во всех нерукотворенных храминах тел есть свет умный — душа, а свет тот не от ней, а от умного Солнца — Бога, который видим в мире так, как душа в теле. Я замечаю, как всходит и сияет мысленное Солнце — Бог в душе моей, ибо тогда мне бывает легко и тепло и светло, и как удаляется из ней и оставляет ее во мраке и страдании. Как в вещественной природе причина мрака есть удаление или сокрытие солнца, так в духовной природе мрак происходит от удаления мысленного Солнца от души нашей и от покрытия ее тьмою окаяннаго. [137] Как в вещественной природе бывает всегда некоторый остаток света и по захождении солнца но причине несравненной величины его, так и в душе остается некоторый остаток света по удалении духовного Солнца по причине вездесущия Его и по причине сравнительного бессилия князя тьмы, который без Божия попущения не может совершенно омрачить душу. Но надо и того опасаться, чтобы, как сказал Спаситель, тьма нас не объяла (Ин. 1, 5) совершенно.

 

Прибавлю еще опыт к прежним опытам: нет жизни без Тела и Крови Христовых. Аще не пиете Крове Его, живота не имате в себе (Ин. 6, 53). Господи, помилуй! 7 мая 1860 года.

 

Поучение в неделю о Самаряныне из текста: Како Ты Жидовин Сый от мене пити просиши, жены Самаряныни сущей; не прикасаютбося бо Жидове к Самаряном? (Ин. 4,9.) — Господь сильно жаждет нашего спасения. Историческое приложение: Жидовин — Господь Иисус Христос, жена Самарянка — это мы; Господь Иисус Христос ежедневно и ежечасно сидит на источнике нашего грешного, глубокого сердца и утруждся от долгого взирания на беззаконные пути наши, или, как бы долго ходивши по пустыне духовной (глас вопиющаго в пустыни (Ин. 1, 23): пустыня — пустое добрыми делами и верою человечество), жаждет нашего душевного спасения, желая войти в наши иссохшие сердца и напоить их водами благодати Духа Святого {реки от чрева его истекут воды живы) (Ин. 7, 38) и как бы напиться их собственным напоением. Наше спасение – питие для Него. Вы дивитесь, как Он, Бог всемогущий и всеправедный, так сильно желает спасти нас — тварей ничтожных и грешных, которых Он мог бы в одно мгновение сопхнуть с лица земли, и как бы говорите с Самарянкою: како Ты, Жидовин… Узнайте же тайну этой жажды Господа — это любовь неизреченная. (Здесь неполная притча по случаю колодца воды и Самарянки.) Что же Господь отвечает ей? Вслушайтесь: Аще. бы ведала… <и дал бы гпи> воду живу (Ии. 4, Ю), то есть воду веры во Христа, воду благодати Святого Духа, напояющей в жизнь вечную.

 

Поучение в неделю о слепом. Еда и мы слепи есмы (Ин. 9, 40). О слепоте духовной и о том, что, будучи все слепы, не чувствуем этого, а говорим, что видим.

 

Отчего диавол торжествует над нами? Оттого, что мы большею частию при первых приражениях его к нашей душе поддаемся ему, не побеждаем его; а потом уже он берет над нами свою силу.

 

Всесвятый и Всеправедный Господь до точности (йоты) требует исполнения Своих законов; один какой–либо момент мысленный нарушишь в Его законе — и уже ты грешен, нечист, недостоин пред Его очами. Так Он Всесвят! Чтоб и в мысли не было поползновения ко греху.

 

Узкий и тесный путь для благочестивых потому, что князь мира сего (Ин. 12, 31) — диавол теснит их в своей области — мир его область: яко от мира не суть (Ср.: Ин. 17, 16), и великие до чрезмерности оброки берет с них за каждое греховное движение, тогда как с сынов века сего (Лк. 16, 8) берет меньше.

 

Хочешь быть постоянно здоров и покоен? Выплакивай или выстрадывай грехи свои, ежедневно совершаемые, и поверь — будешь всегда здоров и покоен.

 

Почитай маминьку в простоте сердца, отвергая от сердца всякую диавольскую прелесть. Как Господу моему приятно видеть смиренное, простосердечное почтение матери, которая есть наместница Его на земле. Да, она — жизнь моя, начало жизни моей.

 

Благодарственная восписую [138] Пресвятей Госпоже моей Царице Богородице — за избавление от душевной скорби и тесноты. Воззвал я от всего сердца — и помилован Ею, и вдруг миновала моя скорбь и возвратилось пространство сердца.

 

Смерть невольно разлучит со всем стяжанием; чтобы не было болезненно это расставание и не связало свободы души твоей пред смертию, начинай добровольно при жизни презирать его и употреблять на приобретение дружбы людской.

 

Как солнцу свойственно прогонять мрак, так Христу — мрак страстей и бесов.

 

Знаю, Кого прошу — не снова начинать мне веру. — Бесу — сопротивнику.

 

Слышишь? Чтоб из твоих уст не слышно никогда было слово: не люблю.

 

Доколе ты не будешь жить для Христа и христиан, до тех пор не думай успокоиться сердцем своим. Только у Него покой труждающимея и обремененным: Приидите ко Мне ecu труждающиися и обремененнии, и Аз упокою вы (Мф. 11, 28). '

 

Молитва есть непрерывная вера, непрерывное упование получить просимое и непрерывная любовь и благодарность к Богу.

 

С каким бы человеком ты ни встретился, читай как бы ясно начертанные на самом челе его слова: люби и чти.

 

+ Кто главное лице в священной истории? — Бог, сотворивший мир и человека, и Искупитель падшего человека Сын Божий Иисус Христос. Почему и ведется история еврейского народа, из коего произошел Спаситель (Лвраам и так далее).

 

Что бывает с твоим телом, чувствам коего ты так много придаешь значения, по выходе из него души? — Оно тлеет, смердит, обращается в ничто, то есть в землю, в песок. Что бывает с твоим зрением, с твоим слухом — с этими великанами между чувствами твоего тела, на которых так много ты основываешься в познании предметов мира вещественного? — Они становятся часто ничто по выходе души из тела, как всякая земля. — Что же душа наша? Это — дух животворящий для тела, это некоторым образом творец или художник тела, как Животворящий Дух Бога всемогущего есть Творец и Художник (Ср.: Евр. 11, 10) всего. Как же мне не быть духом моим всегда выше тленных чувств моих и <не> отвергать их свидетельство как ложное, когда оно идет против глаголов Всемогущего, Животворящего Бога? — Если от таинственных видов хлеба и вина на святом жертвеннике дух мой оживляется, упокоевается, веселится всегда, когда я с искреннею верою причащаюсь им, не значит ли это, что эти виды — только одни виды и что в них сокрыты Дух и живот (Ср.: Ин. 6, 63) Бога Спасителя? С другой стороны, если от маловерия или неверия в Тайны я всегда мучусь, то это именно оттого, что диавольское лукавство и ложь, встречаясь с Господнею простою истиною, никак не могут соединиться с собою: кое бо общение Христови с велиаром, свету ко тме (Ср.: 2 Кор. 6, 14–15)? Ложь диавольская, гнездясь в моем сердце, мучит меня, не допуская в него Христа.

 

Где Христос, там и Дух, где Крест и, следовательно, Христос, там тоже Дух Божий.

 

Сегодня я совершенно покоен. В правом боку моем легко (не физически, а духовно), значит, в сердце моем обитает покой мой — Христос. Ей, обитай, Господи Иисусе! Мая 10, 1860 г.

 

Бог в мире виден, как душа в теле.

 

Солнце освещает и оживотворяет природу, а Солнце наше праведное Христос всегда освещает омраченную грехами душу нашу, освящает и оживотворяет ее, только бы маловерием мы не оскорбляли Его и каялись в грехах мысли, слова и дела.

 

Во всех храминах, построенных людьми, есть свет, и свет этот от солнца, не от храмины; во всех храминах тел человеческих есть мысленный свет их душ, и свет тот не от них, а от духовного Солнца — Бога; Бог то же для людей и вообще существ разумных, что солнце — для земли и других планет. [139]

 

Я замечаю внутренними очами, как всходит и сияет мысленное Солнце — Бог в душе моей и как удаляется из ней и оставляет се в мраке и страдании. Так Он явен!

 

В совершенной простоте, с совершенным беспристрастием к земному приглашай к трапезе своей тех, кого ты решился пригласить. Помоги, Господи Иисусе!

 

Священнику. Господу Иисусу Христу работаете (Ср.: Кол. 3, 24), — сказал Апостол в своем послании рабам. Если к кому, то особенно к священникам относятся эти слова. Как же священник должен совершать все службы и требы!

 

Если смущение, теснота и адская тяжесть неверия или какой–либо страсти овладеет твоим сердцем и свяжет тебя внутренно, не малодушествуй в этом случае, но вмени это в дым и диавольское мечтание, то есть совершенно пренебреги, возведши сердечные очи ко Господу. Все страсти вращаются около вещественного, тленного, суетного, преходящего, и потому они очевидно прелесть диавольская, чуждая всякой истины. Пе обращай па них нимало внимания, то есть не сочувствуй, и не получишь от них греховного вреда.

 

Научитесм от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем (Мф. 11, 29). Учись всю жизнь и ежедневно кротости и смирению твоего Господа и каждый час входи мысленно в свое сердце и испытывай, есть ли в нем кротость и смирение. Кротость и смирение сладостны для сердца, животворны для него. Чувствуешь ли ты елседневно сладость их? Кротость — это тихость душевная, о которой говорит Апостол: быхом среди вас тиси, якоже доилица греет своя чада (Ср.: 1 Фес. 2, 7); в этом душевном расположении человек никого не раздражает и ничем не раздражается, потому что глубоко почитает во всех достоинство человека и особенно достоинство христианина; смирение — это всегдашнее сознание своего ничтожества и своего долга и старание не быть никогда выше своего звания и пололсения, никогда, как говорится, не выступать из своей колеи, также ревностное старание быть верным своему званию и долгу.

 

Если мы молимся от всего сердца, то есть говорим каждое слово от души, истинно, то ни одно слово не пропадет для нас даром: Человеко–любивейший Владыко с благоволением выслушивает каждое слово и, чего просим, непременно дарует, преимущественно же блага духовного Царства, так как Он есть духовный Царь, Царь правды и мира.

 

Ничем я не могу так угодить Спасителю моему, как любовию к брату. Буду же, с помощию Самого Спасителя моего, любить брата моего как себя. Сия заповедаю вам, да любите друг друга. О сем разумеют ecu, яко Мои ученицы есте, аще любовь имате между собою (Ср.: Ин. 13, 34–35). В каждом брате сияет образ Бога моего, в каждом брате моем — сам Христос, со Отцем и Духом Святым. Не весте, ли, яко телеса ваша храм живущаго в вас Святаго Духа, Егоже имате от Бога (1 Кор. 6, 19).

 

Как животные, получивши болезнь или принявши яд, тотчас по инстинкту ищут себе врачевства в известных растениях или в другом чем, так христианин, уязвленный невидимым змием, как бы по какому инстинкту тотчас должен искать врачевства в Спасителе сердечным устремлением к Нему.

 

Господь Иисус Христос есть воздух для души моей — без Него душа моя никак не может жить, как тело без воздуха.

 

Присутствие Духа Божия в разумных тварях так явно и ощутительно, что и глас Его слышат благочестивые, только не знают, откуда Он приходит и куда уходит (Ср.: Ин. 3, 8).

 

Ни один день, Спасе мой Иисусе, не обходился я без Твоей всесильной помощи, нарочито испрашиваемой мною.

 

Господи Иисусе Христе! Даруй мне помнить постоянно, что без Тебя мне крайне худо, а с Тобою — благо всегда, всегда.

 

Ископа и углуби (Лк. 6, 48), говорит Господь, то есть веру свою (или молитву свою, любовь свою). Ты ископал ли и углубил ли свою веру, надежду и любовь? Смотри: враг, по Божию попущению, часто приходит пробовать, вкопана ли, углублена ли твоя вера, надежда и любовь в сердце; если нет — то ты в опасности: враг поругается над тобою жестоко. Повеют ветры — эти духи противные, придут духовные реки и опрутся на твою душу — и падет слабый дом (Ср.: Лк. 6, 49) твоей поверхностной веры, надежды и любви.

 

Ты духовный человек: не суди по плоти. Помни всегда, что сердце человека — сущность его; а прочее все — вид его, слово его, обращение его — внешность. Н человеке, каков бы он ни был, почти образ Божий.

 

Ты и мать твоя — одно, ты плод ее, происшедший от ней. И в тебе, в твоей душе и в твоем теле доселе много остается такого, что ты получил от нее. Люби же ее чистым сердцем, прилежно. Всегда будь ниже ее в мыслях, в словах и поступках.

 

Смотри, твоя маминька здесь одинокий человек — оказывай ей все возможные ласки и услуги: сделай для ней незаметным, по возможности, разлучение с своими родными и с своею родиною.

 

Любовь не мыслит зла (Ср.: 1 Кор. 13, 5).

 

Ты горд: в спорах хочешь всегда взять верх, и зол: на все сердишься, от всего раздражаешься.

 

Входя в дом свой, говори: покой дух мой, Господи, на месте благословения мне Твоего, и да бежат далече от крова моего все страсти. Лминь.

 

Кто не ценит любви человеческой, тот как оценит и любовь Божию?

 

Кто не верит в любовь человеческую, тот как поверит и Божией любви?

 

Причащаясь Святых Таин, помни, что бывает с тобою, когда причащаешься ты с полною верою — спокойствие невозмутимое целый день; и что бывает, когда не победишь вкрадывающегося и врывающегося в сердце сомнения — тогда ты мучишься целый день и, если не выплачешь своего греха или не раскаешься в нем, — другой и третий; в сердце возникает нудящее стремление ко всем страстям; беды окружат тебя со всех сторон. — Мая 16 дня 1860 года.

 

Лучшее средство причаститься достойно Святых Таин состоит в отложении и умерщвлении всякой злобы сердца и в отложении всякого житейского попечения и в сохранении горящего духа.

 

За что стоит Господь Бог, наказывая в нас каждый грех, каждое греховное движение? — За Свою неизменяемость, за Свое постоянство в правде и святыне. Ведь наша душа — образ Божий; как же Господу терпеть ржавчину греха на Своем образе? — Слава Божией неизменяемости, слава любви Его!

 

Согрешивши и терпя наказание внутри, сожалей не о том, что ты страдаешь, а о том, что прогневал любящего Владыку. Смерть, царствующая после греха внутри, ясно говорит, что ты оставил Источник воды живой (Ср.: Иер. 2, 13), разорвал по своей невнимательности и злонравию связь с Ним.

 

Обильное насыщение чрева делает сердце слабым для веры и одебелевает его.

 

Качества молитвы: свобода, разумность (каждого слова), истинность или искренность, спокойствие (мир) — оттого часто священник напоминает о мире словами: мир всем.

 

Дая законы Моя в мысли их, и на сердцах их напишу их (Евр. 8, 10). Даруй, Господи, пиши их державною Твоею десницею.

 

Почему Савла осиял свет паче солнечного (См.: Деян. 9, 3)? Потому что Свет, осиявший Савла, был несозданный, Причина света сотворенного.

 

Слава тебе, Спасителю, спасение мое бесконечное, спасение мое вернейшее и готовейшее, только бы сердце мое к Тебе было готово (Ср.: Пс. 56, 8). От какой лютой тесноты и скорби — изменившей до крайности лицо мое и лишившей меня возможности обращения и слова с людьми, отчего я едва удерживался от слез — Ты спас меня по молитве моей! Слава Тебе, Спасителю мой, спасаяй меня присно от вселютейшего врага. А я да усиливаюсь крепко вопить ко Господу именно тогда, когда от того отвращает внутренняя темная сила, которая хочет, чтоб я всегда мучился и не находил спасения, которая особенно хочет посрамить меня как священника пред народом. О тесный путь! О день лютый (Ср.: Еф. 6, 13), упоминаемый Апостолом! Сделавши это, я исполнил пророчество Господа: призови Мя в день скорби твоея, и изму тя, и прославиши Мя (Пс. 49, 15). О величие моего Господа!

 

Прислушайтесь к голосу всех святых молитвенников, что он выражает? — Скорбь от нападения страстей, от прилогов диаВольских.

 

+ Некоторые говорят о своей апатии к жизни, даже из порядочных людей. Кто производит эту апатию? — Диавол. Жизнь есть драгоценный дар Божий. Рабы Божии должны высоко ценить оный и дорожить им. Чсловекоубийца~}Щ&ъоп показывает себя всегда достойным себя образом: или жгучее пристрастие к земным благам поселяет, или — отвращение к жизни.

 

Во исповедание, и в велелепоту облеклся ecu (Пс. 103, 1). Дивные слова! Чудно живописуют они величество Божие. Исповедание и красота пред Ним (Пс. 95, 6).

 

К чему ни прикоснется благодать Святого Духа — все освящает (вещи) и сохраняет (животных) святая вода.

 

Чтобы люди всегда имели пред глазами доказательство того, что Господь есть Творец всего, растительное царство в глазах каждого каждую весну возникает, по Его манию, из ничтожества, подобно как люди и животные. Чтобы люди были твердо уверены, что Бог един есть Жизнодавец, Он предает нас духовной смерти и потом, по молитве нашей к Нему, оживотворяет нас. Он постоянно сказывает в тварях силу Свою.

 

Молитва принужденная, продолжительная развивает ханжество, делает неспособным ни к какому занятию, требующему размышления, и делает человека вялым ко всему, даже к исполнению должностей своих. Это должно убедить всех, таким образом молящихся, исправить свою молитву. Молиться должно с охотою, с энергией, не очень долго, от сердца. Ни от скорби, ни от нужды (принужденно) молись Богу, — доброхотна бо дателя любит Бог (2 Кор. 9, 7).

 

Я истинно, самым делом всегда — раб, а Иисус Христос истинно, на самом деле — Господь мой. Согрешаю я пред Ним волею и неволею, всегда каюсь пред Ним и всегда получаю от Него милостивое прощение и смиренное дерзновение пред Ним.

 

Все человечество пред лицем Божиим как один человек — от единым крове весь язык человечь (Деян. 17, 26); одни у всех духовные потребности. Потому и заповедано: возлюби ближняго твоего яко сам себе (Лк. 10, 27). Это все равно, как если бы было сказано: люби свою плоть, люби свою душу. Христос и Церковь так тесно соединены между собою, как муж и жена (Ср.: Еф. 5, 23), а муж и жена — одно тело и душа. Так должны быть соединены единством любви все люди. В любви вкоренени и основани (Еф. 3, 17).

 

Как мы унизили себя, свою природу грехами, но как мы дороги, высоки в очах Божиих: Бог не пощадил для нас Сына Своего и облек Его в плоть нашу, во всю природу нашу — для нашего спасения; уготовал нам от сложения мира вечное Царство; о нашем обращении радуются добрые по существу своему Ангелы, а мы что же? Мы и знать того иногда не хотим и все больше и больше унижаем, губим свою душу разными пороками и житейскими пристрастиями. Жалко, невыразимо жалко смотреть на человека — эту тварь, по образу Божию созданную, особенно на христианина, удостоенного такого высокого призвания, так много почтенного, облагодетельствованного от Бога. Учить и учить надо. Убеждать и убеждать — жить достойно имени христианина.

 

Да яко пророка от зверя морскаго персей Иону, от тли ucxumuвшиu всего Адама всеродна падшаго [140] Род человеческий в лице первых человеков пожран зверем духовным, как Иона китом морским (диавол называется зверем бездны в Апокалипсисе) (Ср.: Откр. 11, 7). Спаситель, чтобы исхитить из челюстей этого духовного зверя род человеческий, Сам чрез смерть сошел во ад, как бы в челюсть этого духовного зверя, и силою Своею, как Бог, вывел оттуда все человечество, ожидавшее Его и приготовленное к принятию Его проповедью Крестителя умерщвленного. Таким образом, содержавшиеся прежде адовыми узами, приняв во аде суд по человеку плотию, после сошествия Христа Спасителя во ад, возведены к жизни по Бозе духом.

 

+ Две силы, противоположные между собою совершенно, влияют на меня: сила добрая и сила злая, сила жизненная и сила смертоносная. Как духовные силы, обе они невидимы. Добрая сила, по свободной и искренней молитве моей, всегда прогоняет силу злую, и сила злая сильна только злом, во мне скрывающимся. — Чтобы не терпеть непрерывных стужений злого духа, надо постоянно иметь в сердце Иисусову молитву: Иисусе, Сыне Божий, помилуй мя. Против невидимого — Невидимый, против крепкого — Крепчайший.

 

Дал нам Господь по благости Своей, незаслуженно с нашей стороны видеть солнце и свет солнечный и наслаждаться им — даст насладиться и Своим неприступным светом (1 Тим. 6, 16). Свет солнечный да будет тебе в том залогом; но особенно Свет тихий святыя славы Отца Небесного [141] — Сын Его Единородный, данный нам, и дух любви, данный в сердца наша.

 

Из Того и Тем и в Нем всяческая (Рим. 11, 36) (и люди). Как же надо любить всех людей, как желать им спасения!

 

Радуйся и гордись, питая тленным хлебом какого бы то ни было человека. Великое счастие наше, что мы образу Самого Бога можем так удобно служить вещественными благами и заслуживать тем Его любовь и благодарность!

 

Укорени в памяти обманы врага: миллион раз он обманывал тебя, и миллион раз ты, размысливши, раскаивался во грехах. Как бы мне научиться не слушать обманов? — О слепота! О бесконечная немощь плоти!

 

Расточать свое имение на гостеприимство — значит приобретать. Филарет Милостивый.

 

Dr Ва… [142]и многие другие.

 

Пасха 1860 года. Propter inaledictionem patri Dominus te poenae dedit. [143]

 

Господи! Даруй мне от Духа Твоего, наполняющего всю вселенную, всех и все оживотворяющего и всем неоскудно дары Свои изливающего.

 

Если не будешь прост сердцем, как мать, не войдешь в Царство Небесное и не будешь иметь мира на сердце, и не избежишь множества грехов.

 

Помни преложение Моисеем воды в кровь (См.: Исх. 4, 9; 7, 17). У нас на святых жертвенниках прелагается вино в Кровь Сына Божия Иисуса Христа, и дела или плоды, Им производимые в нас, свидетельствуют о том.

 

Где говорит Бог, там должна быть только вера безусловная: Истинный не может солгать, и Всемогущему все возможно. Не изнеможет у Бога вся к глагол (Лк. 1, 37). Трепещи зазнаваться с Богом.

 

Если люди, существа слабые, скоропреходящие, смертные, делают так много великих и дивных дел Богодарованными им силами и способностями, если слову одного человека повинуется иногда много миллионов людей, — то чего не сделает Виновник жизни человеческой, что не повинуется Его слову? — Вспомни слова сотника: я, — говорит, — и подвластный человек, но, имея под собою воинов, скажу одному: иди — и идет, и другому: приди — и приходит, и третьему: сделай это — и сделает (Ср.: Мф. 8, 9). Далее: если многие животные одарены искусством делать разные удивительные вещи, которых не сделать и человеку; животные, которых мы попираем ногами, которые так ничтожны и слабы, — то чего не сделает Творец всего, всех щедро одаривший всяческим искусством, всяческими способностями и силами? — Если растения бездушные, днесь сущия и утре в пещь вметаемыя (Ср.: Мф. 6, 30), по Его слову образуются в такие нежные и прекрасные формы, или вещество всякое мы видим совершенно подчиненным Его слову и видоизменяющимся до неизмеримости (до бесконечности) по Его манию (при посредстве только 5 стихий), то кто еще, видя все это, станет требовать залогов Его всемогущества! Диена дела Твоя, Господи! (Откр. 15, 3.) На каждом шагу, в каждое мгновение жизни. Исполнь небо и земля славы премудрости Твоея (Ср.: Ис. 6, 3), славы благости Твоей, славы всемогущества Твоего. — Ты не только Сам премудрый Творец и постоянно являешь Себя премудрым Творцом, но Ты и тварям Твоим даровал творческую способность: и они творят по Твоему слову, данными им силами. — О! в какую велелепоту Ты облеклся! (Ср.: Пс. 103, 1.)

 

Смиренная вера нужна при исполнении заповедей, чтобы без всякого размышления, точно и строго исполнять повеленное заповедями. Много мы грешим и греша страдаем оттого, что где нужно исполнять, там мы размышляем, подстрекаемые своими страстями и врагом бесплотным.

 

Чтобы не раболепствовать ежедневно страстям и диавол у, надо задать себе цель, постоянно иметь ее в виду и стремиться к ней, побеждая именем Господним все препятствия. Какая же это цель? — Небесное Царство, Божественный чертог славы Его, уготованный верующим от сложения мира. Но как цель достигается известными средствами, то необходимо иметь в своем распоряжении и эти средства. Какие же это средства? — Вера, надежда и любовь, особенно же любовь. — Веруй, надейся, люби, особенно — люби, люби, несмотря ни на какие препятствия — Бога больше всего, и всякого ближнего как себя. Нет сил у тебя сохранить в сердце эти бесценные сокровища духа человеческого — припадай чаще к Богу любви; проси, ищи, толцы — пришлешь, обретешь, отверзется (Ср.: Мф. 7, 7): верен Обещавший (Евр. 10, 23). — Ходя, сидя, лежа, собеседуя, занимаясь — во всякое время молись сердцем о даровании веры и любви. — Ты не просил еще как следует, с жаром, с постоянством, не имел твердого намерения стяжать их. Отселе скажи: Се, начах (Пс. 76, 11). Когда на пути к Богу и Его Небесному Царству будешь встречать препятствия, поставляемые диаволом: сомнения и неверие сердца, также сердечную злобу — иногда к лицам, стоющим безусловного почтения и любви — равно и другие страсти — не возмущайся ими, но знай, что они —дым и смрад врага, который пройдет от единого мания Господа Иисуса Христа.

 

Как всесилен Господь Вседержитель и как бессилен, немощен, ничтожен человек со всеми своими замыслами и предприятиями! Вчера мы собрались гулять по заливу на лодке: было тепло; небо ясное; ветерок попутный — самый умеренный; наверное, все рассчитывали быть в Рамбове [144], куда и держали путь, и были уже у самого берега, но пока бились на мели, нашли тучи, засверкала молния, загремел гром, полился дождь проливной, сделалась буря, показавшаяся нам на берегу Рамбова необыкновенным взметом пыли, затмившей Рамбовские леса, и мы, бывши близ берега и уже выбравшись на глубокое место, должны были воротиться назад, не добившись до берега. — Так Господь всесилен, и так бессилен в своих делах человек! Это обстоятельство навело меня на мысль, что есть и было много людей, которые, бывши в виду обетованного отечества небесного, у самого, так сказать, берега, по причине тяжких падений и нераскаянности, не входят в него, но отреваются назад грехами своими. Не этот ли урок и хотел дать мне, многогрешному, Господь мой? Поистине так. Иначе отчего бы Ему не допустить меня до берега, который был так близок к нам и благоухал уже ароматами своих распускающихся лесов и трав? Так, многие христиане, вкусивши дара небесиаго, бывши причастниками Духа Святаго и вкусивши добраго Божия глагола и силы грядущаго века (Ср.: Евр. 6, 4–5), благоухания мира и радости Духа Святого, не удостаиваются по злобе своей нераскаянной войти чрез смерть в благоухающий всеми плодами Духа Святого рай Божий, как бы издали только обонявши его. — Это случилось прообразовательно в Ветхом Завете с евреями, которые, быв у самой обетованной земли и видевши ее и обонявши ее, не могли войти в нее за неверие и злонравие, всем недовольное!

 

О, будь всем доволен, христианин, и за все благодари Бога; не будь неверен и злонравен — иначе не войдешь в обетованное отечество небесное.

 

Дети! Еда что снедпо имате? (Ин. 21, 5.) Люди все — дети, особенно же — христиане — истинные дети Сына Божия. Он сотворил и творит их; родители — только посредники. Да, я чадо Божие. Мать любит меня — то слабая тень любви, какую имеет ко мне Сам Бог. Он дает любовь родителям к детям такую только, какую может вместить ограниченная человеческая природа, скудельный сосуд (Ср.: 2 Кор. 4, 7), — любовь во всей Божественной красоте своей разовьется по спадении тела.

 

Что делает душа с веществом тела, входя в мертвое тело по слову Жизнодавца? — Оживляет и восстановляет его, из безобразной разлагающейся массы земли делает прекрасное, цветущее жизни ю, сдержанное во всех частях тело. Всесилен Дух Животворящий! Сильна и душа в своем теле и над своим телом!

 

Ныне хочу сказать о Боге, оживляющем всех и все.

 

Душа моя каждое мгновение со всех сторон ограждена мысленными законами Вышнего — дая законы Моя в мысли их, и на сердцах их напишу их, и буду им Бог, и тии будут Мне людие (Евр. 8, 10). Законы государственные — только слабое подобие мысленных законов, чрез кои управляет душами нашими Вседержитель. [145]

 

Вера наша — вино доброе, старое, пробованное, дознанное, седмъю печатями запечатанное (семь таинств).

 

Zloba на џатѓь [146] возникает в душе от нечистоты сердечной, от недостатка святой простоты, от гордости. Потому, когда она появляется, сейчас же нужно во смирении сердца просить у Господа помилования и отнюдь не искать причины ее в том лице, к которому возгорелась ненависть.

 

В мнении о себе не завись от других людей, а всегда — от своей совести и от сознания своего. Кто бо весть от человек, яже в тебе, точию дух твой, живущий в тебе? (Ср.: 1 Кор. 2, 11.) Л то бывает так, что ты в присутствии других думаешь: что скажут о тебе другие, если ты скажешь то или другое; или сделаешь то или другое? Худо. Надо иметь свои взгляды на людей и свои убеждения.

 

Non propter factum, пес verbuin, nec manieres [147] должен ты чтить и любить tuammatrem [148], но ради того, что она — мать. Заповедь Господню ты исполняешь: чти матерь (Мф. 15, 4), и для исполнения ее ни на что не должен взирать. Помни, что она была в ранней молодости ??????????? ?????? [149] и оттого она необыкновенно проста во всем. Так и пусть будет. Это Богоугодно. Ты очень не прост и горд: учись у ней, хоть и тяжело и горько это сердцу, — простоте и смирению.

 

Согрешал доселе Господу исканием суетной чести у людей и не замечал этого, и теперь согрешаю. Помилуй, Господи, исправь и очисти, Господи, и научи, Господи, от Тебя Единого славы искати. Слепец духовный, ослепленный глупою гордостию, как ты боишься бесчестия от людей! Но жаждай его, если хочешь спасения от недугов душевных. Вспомни, какое бесчестие понес Господь славы (Ср.: 1 Кор. 2, 8)! Ужели ты, величайший из грешников, будешь искать славы? Не лучше ли бесчестие, которое ты заслужил?

 

Мир имейте и святыню со всеми, ихже кроме никтоже узрит Господа (Евр. 12, 14). Всякий ближний — святыня для нас, как образ Божий.

 

Отчего это мы обиды человеческие помним и на обидящих гневаемся и злобимся, а обиды диавольские, самые злейшие, зловреднейшие и непрерывные, весьма скоро забываем и, хотя бы изобижены были от него тысячу раз в день, все–таки забываем, между тем как одну обиду какого–либо человека долго держим на сердце, иногда не один день? Ото прелесть диавольская! Диавол ловко умеет нас обманывать: обилсая нас, сам он прикрывается всегда нашим же самолюбием, как бы желая угодить нам поначалу посредством движения известной страсти, хотя после всегда убивает, и горько достается нам от него за наше глупое, неразумное самолюбие к себе. Обиды же нам, другими причиненные, он всегда увеличивает в сто раз и представляет их в ложном виде: и опять же прикрывается и здесь нашим самолюбием, как бы ревнуя о нашем благосостоянии, которое другие будто бы думают разрушить своими обидами. Обманщик!

 

Маминьку свою как святую почитай. — И точно, для меня она — предмет священного почтения.

 

Не допустить свой учительский авторитет до падения, уметь поддержать уважение к себе учеников и во все время их учения оставаться их научным идеалом — вот задача всей деятельности учителя! («Воспитание». Журнал наставникам и родителям. № 3, 1860 г.) Еще — иметь при себе всегда список всех учеников и точно выставлять всем свои отметки.

 

К сведению. Бесплотный лукавец прошлою ночью представил мне сладострастное видение (сегодня утром Литургия моя). Так он раскидывает свои сети всегда пред обедней.

 

В обращении с разными людьми нужно установить известный такт и не кривляться на разные манеры, но быть со всяким самостоятельным. Особенно это требуется от священника, который в обращении должен быть идеалом для всех — радушен, прост, но без всякого унижения.

 

В день Святой Троицы приглашай к столу странников, угощай их, служи им в радости и простоте сердца, как Авраам.

 

Сильно любящий обыкновенно желал бы насытиться плоти любимого, как выражается Священное Писание [150]. Потому, если ты любишь своих родителей от сердца, то с удовольствием ищешь случая целовать лицо и руку их; а если не любишь, то без удовольствия целуешь и бегаешь многих случаев — целовать их, а если они прямо представятся, то с неудовольствием исполняешь обыкновенное дело и тут, кроме неискренности любви, показываешь еще и гордость. А что, казалось бы, за тягость — поцеловать лишний раз руку родителей?

 

На очередной неделе меньше кушай, особенно мяса.

 

Неверие в Тайны — смерть, вера — жизнь внутреннего человека. Неверие — немощь, болезнь духа человеческого.

 

Развалившийся стул. Так развалится некогда и мое тело и ничем не лучше будет разбившегося стула: кости будут лежать в земле или на земле, и никто на них не обратит внимания, не скажет: это такого–то кости -— потому что не узнает, чьи они, как не знаем, от какого дерева осколки или обрубки или развалины лежат на земле. Да, я рассыплюсь: земля моя в землю и пойдет (Ср.: Быт. 3, 19). Но дух мой возвратится к Богу, непременно к Богу, как и теперь часто, по естеству, он обращается к Нему и находит в Нем преизбыток покоя и жизни.

 

+ Дерево, утвержденное корнями в земле, живет, растет и приносит плоды. Душа человеческая, утвержденная верою и любовию в Боге, как корнями духовными, также живет, возрастает духовно и приносит плоды добродетелей Богоугодных, коими душа живет и будет жить в будущем веке. Дерево, вырванное из земли с корнем, прекращает жизнь, которую получало от земли чрез корни. Так и душа человеческая, потерявшая веру и любовь в Бога и не пребывающая в Боге, в Котором вся жизнь ее, — умирает духовно. Что для растений — земля; то для души -— Бог.

 

На Синае, где стояли ноги Господа (Ср. Пс. 131, 7), остави надолго след Господь. На духовном Синае — Пречистой Деве — также след всякий духовный свет.

 

Верно слово — мытари и любодейцы варяют мнимых законников и праведников в Царствии Божии (Мф. 21, 31). Какие слезы!

 

+ Смотря на мир Божий, что я вижу? Вижу везде необыкновенную широту, игривость жизни: в царстве животном — между четвероногими, между гадами, насекомыми, птицами, между рыбами. Теперь спрашивается, отчего же теснота и скорбный путь жизни у человека, и особенно у людей, ревнующих о благочестии? Господь разлил везде жизнь, довольство и радость с простором — и все твари, кроме человека, прославляют Творца довольством жизнию и игривою радостию. Отчего же во мне разногласие с общею жизнию? Разве я не творение Того же Творца? Разгадка простая. Нашу жизнь отравляем то мы сами — грехом, а грешность — страшная отрава для души, то — враг бесплотный, особенно он и преимущественно у тех людей, которые подвизаются в благочестии. Жизнь человека — истинного христианина — впереди, в будущем веке: там откроются для него все радости, полное блаженство. А здесь он изгнанник и под наказанием: здесь иногда вся природа вооружается на него за грех, не говоря об исконном враге, который, яко лев рыкая, ходит, иский кого поглотити (1 Пет. 5, 8). Итак, не смущаюсь тем: отчего в мире везде радость и довольство, а во мне часто нет радости, и я смотрю угрюмо на радости и простор Божиих тварей? У меня есть палач за грех: этот палач всегда со мною и бьет меня. Но и для меня настанут радости, только не здесь, а в другом мире.

 

Смотря на мир Божий, я везде вижу необыкновенную щедрость Божию в дарах природы: поверхность земли — это как бы богатейшая трапеза, приготовленная в изобилии и разнообразии самым любящим, благостным и щедрым Хозяином; и мало того, что поверхность земли — недра вод также служат насыщению человека. Что говорить о животных четвероногих и птицах — сколько и здесь щедрости в доставлении пищи и одежды человеку? Щедротам Господним нет числа. Смотрите, чего не доставляет земля летом и осенью? Так, всякий христианин, особенно священник, подражай щедротам Господа, да будет трапеза твоя открыта всякому, как трапеза Господня. Скупой — враг Господа.

 

Слава Человеколюбцу Господу! Сегодня призвал я Его (22 мая, шедши из гавани) в скорби сердца, и Он услышал меня и от скорби моей избавил меня (Ср.: Пс. 33, 7). Дивное дело! Творец небеси и земли приклоняется к сердечным воплям моим, как мать к воплям младенца каждый раз, когда я призову Его. Между тем кто я? — Червяк, ползающий на древесном листочке? Сопхни меня — и меня не стало. Иисусе Сладчайший! Что есть яко помншии меня (Ср.: Пс. 8, 5), яко приклоняешься к моим сердечным воплям? Блаже! Лобызаю Твою избавляющую десницу и пою Твое неизреченное милосердие!

 

Если душа не светла добродетелью, если лицо не светло от внутреннего света, что — в светлой и богатой одежде? Тогда к нам относится слово Спасителя: внеуду убо являетеся красны, внутрь же полни есте хищения и лукавства и всякия неправды (Ср.: Мф. 23, 25, 27).

 

Это слово сказано, говорят, в таком–то духе. Видите, в слове узнается дух человека, и с словом является дух его и сообщается часто другим, с кем он говорит. Так, с Словом Божиим, рожденным от вечности Отцом, исходит Дух Отеческий и подается или сообщается повинующимся Слову Божию.

 

Знай ежеминутно, коего ты духа, и твердо держись Духа Христова. Всячески остерегайся, как бы не закрался в тебя дух диавольский. От плод их всегда легко тебе познавать их (Ср.: Мф. 7, 16). Один сказывается миром, любовию, широтою и легкостию сердечною; другой — смущением, злобою, теснотою и скорбию сердца; Один оживотворяет, другой убивает; Один всегда в истине стоит, другой в истине не стоит и всегда обманывает (Ср.: Ин. 8, 44).

 

Во время молений и пред причащением приливает часто к сердцу смущение и боязнь, необыкновенно сильно стесняющие, подавляющие и убивающие дух. Это происходит от диавол а. Доказательство этому — то, что смущение и боязнь тотчас проходят, когда чрез них случилось то, чего ты боялся, как греха, и вдруг становится на сердце легко. Очевидно, тут действует разумная злая сила, которая, достигши своей цели, удаляется.

 

Нет ничего изменчивее вещества, и оно изменяется в миллионы видов естественным образом, по законам Творца; не говоря о чудесных изменениях, например: огня в росу (См.: Дан. 3, 50), воды в кровь (См.: Исх. 4, 9), воды в вино (См.: Ин. 2, 9), посоха в змия (См.: Исх. 4, 3); даже человек в тысячи видов изменяет иногда вещество. Что же сказать о Боге, создавшем всяческая? Свойство вещества — изменяемость. С духом разумным Господь этого не делает и не хочет делать: свойство духа есть неизменяемость в добре; худо, если он изменяется ко злу. Но совершенствование в добре — долг и цель разумного, сотворенного духа. То — торжество духа над веществом, что дух изменяет его в тысячи видов. Заметьте, например, как этот дух изменяет вещество в растительном царстве, как до бесконечности разнообразны формы растений; и все из одной земли: один свет солнца, один воздух, одна вода, одна земля. А тела животных — как они разнообразны! Итак, свойство вещества — изменяемость; при этом условии и мир сотворен, со всем разнообразием. Слава единому вечно неизменяемому Богу — всесильному Творцу! Если бы вещество было неизменяемо, тогда не был бы Бог всесилен. — Слава духовной природе! Да покоряет она всегда вещественную природу. Проси Бога, чтобы дал тебе неизменяемость в добре.

 

По призывании Святого Духа и по благословению от священника хлеб и вино совершенно прелагаются Духом Святым, Который есть и Дух Сына, в Тело и Кровь Спасителя, так что сущность хлеба и вина состоит вся из духа и жизни, по словам Спасителя: глаголы, яже глаголах вам (о плоти и крови), дух суть и живот суть (Ин. 6, 63).

 

Священнику. Служить, как можно покойнее, то есть чтобы все помыслы были в глубоком мире и спокойствии, без торопливости, без рвения.

 

Человек может не хлебом одним <быть> жив, а и всяким словом, исходящим из уст Божиих! (Ср.: Мф. 4, 4.) А я еще пристрастие имею к земным стяжаниям. И еще за меня пострадал и умер Сын Божий и Плоть и Кровь Свою дарует мне в пищу и питие. О неразумие! О бессмысленность! (Господь пример показал мне в словах и делах: что же я пе следую Его примеру? И ты имей такие же мысли и расположения — какие Он.) [151]

 

Диавол часто водит за нос того, кто сердцем привязан к земным стяжаниям, то есть часто жестоко посмевается над его глуностию.

 

Помни, что сердце твое должно быть занято Одним Христом — истинным твоим покоем.

 

+ Помни также, что связи сердца с миром и его похотию время от времени крепнут все больше и больше. Не пропускай времени к разорванию их. Пропустишь: наготовишь себе бездну труда и изнуришь себя бесполезно.

 

Ужели ты до сих пор не оценил надлежащим образом вещества, каково оно ни было: пища ли, одежда ли, деньги ли, или другое что, служащее тленному телу нашему? — Все это для бессмертного духа нашего — то же, что в числах 0 (нуль), ничего. Впрочем, что я говорю: нуль? Хуже!! Нуль ничего не значит, а это, ничего не знача само по себе для бессмертной души нашей, саму ее убивает, уничтожает! Прельщение! Видимое прельщает потому, что оно видимо, льстит внешним чувствам; а невидимое, несмотря на то, что оно — сущая истина и доставляет истинную жизнь сердцу, не пленяет нас с таким постоянством именно потому, что оно невидимо и приемлется верою или чувствуется сердцем тогда, когда оно бывает способно чувствовать невидимые блага, значит, когда бывает и сравнительно чище. А оно у нас так нечисто! Оттого оно так недостойно и живет! Так, невидимое не обладает так нашим сердцем, как видимое. Но разве дута наша сама не есть также невидима? Разве не она есть движитель и оценщик вещества? Как же ее не привлекают невиди–глые блага, сродные ей? — Испорченность, растление внутреннего нашего человека в начале. Вот где истинная причина, по которой так мало дается людьми цены невидимым благам. Невидимая душа чрез вкушение запрещенной снеди подпала владычеству своей плоти, прельстившейся снедию. И кто не замечает, что и теперь душа наша больше всего терпит из–за яди, которою пал человек люте в тление в начале? (9–я песнь канона Иисусу Сладчайшему.)

 

Мысль наша облекается в слово, и в слове (как бы почивает) виден дух мыслящего субъекта. Приложи это к Богу. Бог Отец открывается чрез Слово. И чрез Слово является словесным существам — людям Дух Отца.

 

На будущее время, когда в праздник Святой Троицы будешь читать на вечерни в слух народа дивные, Божественные молитвы — читай их с особенным благоразумием, смирением и чистосердечием, Исповедание грехов своих в средних молитвах говори особенно с глубочайшим смирением — так, как будто бы ты сам составил его от своего собственного лица и нимало не лицемерь в словах: это мерзость Господу. К совершению Литургии приготовься самым достойным образом. Аминь.

 

Исповедание грехов священника в молитвах положено как дело крайней необходимости и благоугодное Владыке всяческих. В самом деле, каков должен быть священник или архиерей, произносящий пред лицем Господа о народе такие молитвы? Как он должен быть высок по жизни, возвышен в своих мыслях и сердце? Но как и он так же грешен, как все другие, и он не достоин по грехам своим раскрывать уста па молитву о других — живых и мертвых, сам будучи весь во грехах, то непременный его долг — исповедать пред Богом самому от чистого сердца грехи свои, чтобы, преклонив таким образом Владыку на милость своим смирением, потом умолять Его о прощении грехов другим. Так поступили юноши Анания, Азария и Мисаил, приговоренные к сожжению: они исповедали свои грехи и грехи народа, признали себя достойными Божией казни и потом молили Господа быть милостивым неправдам их и народа (См.: Дан. 3, 28–42).

 

Когда приносишь Богу молитву — это словесное служение, имей совершенное уважение к ней, к каждому ее слову; знай, что Виновник всякой молитвы есть Сам Бог, Его Слово и Дух Животворящий, ходатайствующий о нас воздыхании пеизглаголанными (Ср.: Рим. 8, 26); будь твердо уверен, что молитву слышит Господь и исполнит ее, если от всего сердца молишься. Касательно истины всех слов молитвы нимало также не сомневайся. Сам Бог Слово стоит во главе молитвенного слова и управляет им. Само Воплощенное Слово Божие молится твоими устами.

 

Презирая видимое, люби невидимое. Соответственно этому люби в человеке бессмертную душу и не обращай внимания на его тело. Уважай в каждом мысль, чувство или расположение. Для невидимого не щади видимого. [152]

 

Угощая братию, воображай приятные чувства их от твоего угощения и радушия. Старайся упокоить дух всякого, и Господь даст тебе покой и в этой жизни. [153]

 

Прииде Иисус к апостолам дверем затворенным (Ин. 20, 19) — для чего? — Между прочим, для того, чтобы уверить всех нас, что, когда мы молимся в доме своем, Господь от жилища Своего (Ср.: Зах. 2, 13) приходит и в наше жилище дверем затворенным.

 

Когда в чем–либо, касающемся веры, усумнишься, вспомни, что все, во что мы веруем, утверждено верованием и практикою всей Церкви, ныне уже торжествующей на небесах и прославляемой на земле. Значит, сомневаться в чем–либо было бы смешно.

 

Если ты чувствуешь нерасположение или злобу к кому–либо за некрасивое его лицо или за невежество в слове и неделикатность манер, то ты — прелюбодей, гордец и тщеславец без всякого сомнения.

 

Маминька для меня выше и почтеннее всех людей. Так я должен ее и иметь в мыслях и сердце, так и почитать ее везде.

 

Считай себя и людей от полноты убеждения зем лею и пеплом — и тогда не будет для тебя разницы между белыми и смуглыми, между нежными и грубыми, между миловидными и безобразными лицами. Помяни, что все в непродолжительном времени одинаково сделаемся землею.

 

Я — ничтожный, немощный дух — от бесконечного, всемогущего Духа — Бога; дух мой пред Ним как дух насекомого, которого я придавливаю моим пальцем; тело мое как тело червяка. А нечистоты–то, а зла–то сколько в ничтожном духе и в малом теле! Бездна!

 

Старайся неотложно исправляться в том, за что бьет тебя Вседержитель. Исправляясь, впитывай в свое сердце всеми силами веру и любовь, кротость и смирение.

 

Известное лекарство, составленное всегда одинаковым образом, имеет всегда одну и ту же силу, если больной соблюдает условия диеты. Так и животворящие Тайны, сотворяемые всегда одинаковым образом по нарочитому, благоустроенному чину, имеют всегда спасающую, животворящую и очистительную силу, если есть со стороны больного душою условия — вера, признание своей греховности и ненасыщенный желудок.

 

Если тысячи избранных людей–христиан испытали на себе победоносную силу Креста и в удивлении взывали: непобедимая, непостижимая, Божественная сило Честнаго и Животворящаго Креста, не остави нас грешных [154] и если ты, сам испытавши много раз на себе его силу, теперь не испытываешь, хотя и часто употребляешь крестное знамение, то это значит, что ты не умеешь действовать Божиим мечом, а не значит отнюдь, что он не остр, притупился; значит, что нет у тебя живой веры в его силу, значит, ты оскорбил его Божественное достоинство. Необходимое и самое верное следствие! Дитя порезывает само себя бритвой, которою не умеет владеть! — Вспоминай, что делал и ныне делает Крест, и с живою верою изображай на себе спасительное знамение.

 

+ Соединяйся душою своею с Богом посредством сердечной веры — и все сможешь сделать. Борют тебя сильные, невидимые, неусыпающие враги? — Победишь! Враги видимые, внешние? — Победишь. Терзают страсти? — Одолеешь. Подавляют скорби? — Отвратишь. Унываешь духом? — Получишь мужество. Все с верою возможешь победить и самое Царство Небесное получить. Вера — величайшее благо в земной жизни: она соединяет человека с Богом и в Нем делает его сильным и победоносным. Прилепляяйся Господеви един дух есть с Господем (1 Кор. 6, 17).

 

Чтобы воздавать тебе сердечное почтение всякому, высшему тебя, нужно признать себя от сердца хуже его, грешнее и нечище его. Говори: я один нечист, а такой–то сравнительно со мною чист. О почтении чрез целование руки. Ведь я, точно, не чище и хуже всех, хотя самолюбие и скрывает это от меня.

 

Ежедневно и ежечасно носи в себе убеждение, что ты — немощь и что Господь един твоя сила (Ср.: Авв. 3, 19), и говори Господу: Ты — сила немощи моей.

 

Сильно искусил меня в прошедшую ночь сатана–мерзавец! О какое скверное дело! Так ловко он меня поддел: меня, человека слабого во всякой добродетели, как трость, ветром колеблемая (Ср.: Мф. 11, 7), волнуемого удобно всякими страстями и пожеланиями! Искушение последовало вследствие очень близкого обращения с девицами накануне, и еще своими! Дальше держать себя! Сильно опрокинул враг меня! Как очевидно присутствие врага! Но и как явно бытие Бога — во сне и наяву. Враг своими действиями и искушениями, враждебными Богу, возбуждает в нас самую живую веру в бытие Бога, Которому он всячески противится и пред Которым всячески клевещет на нас или оскверняет нас. Мерзость сатанинская в душе после ночного искушения: лукавство сердца, извинение во грехе, нечувствие к нему.

 

Я должен раскаяться в грехах юности, в грехах соблазна. Быв руководителем других (старшим), я подавал пример нетрезвости и других грехов. Грехов юности моея, Владыко, не помяни (Не. 24, 7) и не осуди меня за них.

 

Не молиться как бы шутя, небрежно, то возгораясь, то потухая сердцем, то ослабевая, то опять усиливаясь несколько — но серьезно, всегда с твердостию душевною; не зевая, не глядя в сторону.

 

+ Созерцай постоянно сердечными очами законы Вседержителя, а в них и Самого Законоположника и Судию, неотложно наказывающего всякое греховное движение сердца и милующего и ослабление и свободу душе дарующего после сердечного в нем раскаяния. Это и значит — ходить пред Богом, как говорит Давид: предзрех Господа предо мною выну, яко одесную мене есть, да не подвижуся (Пс. 15, 8).

 

Заметил ли ты, что с достойным принятием Святых Таин входит в душу Тот же Христос, Который сходит в душу и во время сердечной, усердной молитвы? Тот же мир, та же сердечная теплота и легкость?

 

Сегодня причастился Святых Христовых Таин к внутренней своей радости и спокойствию. Господь животворною теплотою, необыкновенно облегчившею внутренности, опочил во мне. Причащаясь, я основывал веру свою на всегдашнем спасении от достойного принятия Таин. Спасают — следовательно, здесь Спаситель. [155] (25 мая 1860 г.)

 

Сегодня причастился также животворно. Обедню старался служить и служил покойно, с твердостию (27 мая). Слова выговаривал отчетливо, твердо, выразительно.

 

Кроткий и смиренный человек ни на кого не злобится.

 

Удержи язык твой от зла (11с. 33, 14); не высказывай языком никакого зла, никакой страсти; пусть она замрет в тебе самом.

 

Признаки присутствия злого духа в человеке: внутренности стеснены необыкновенно, дыхание трудное, голос дрожащий, выражение лица и глаз страдальческое, смутное; деятельность мысли и чувства подавлены; весь человек связан.

 

Когда тебя будет увлекать прелесть страстей, тогда из глубины сердца воззови ко Господу: Истино, озари светом Твоим прелесть страстей, воюющих на душу мою, и прожени мрак их душетленный!

 

Хорошо ежедневно давать себе вечером отчет о том, остался ли ты верен заповеди о любви в минувший день: ибо нет ничего важнее, как успевать день ото дня в любви, и нет ничего недостойнее человека–христианина, как нарушить днем чем–либо заповедь о любви.

 

Дух свой, говорят, передал своим детям, подчиненным или ученикам; или такой–то негодный человек духом своим заразил своих товарищей. Видите, что даже люди могут передавать другим дух свой — добрый или худой. Тем больше это делает Сын Божий, Который дает людям достойным Ипостасного Духа Божия: приими те Дух Свят (Ин. 20, 22). И кто не замечает, что в мире видны два духа: Один — Дух Христов, а другой — дух мира, дух князя века сего, ослепившего разум неверных, дух диавола, — потому–то кто Духа Христова не имать, сей., очевидно, несть Егов (Рим. 8, 9).

 

Твердо благодарить нужно всегда Бога за милостивую помощь Его нам в борьбе со страстями и врагом бесплотным, за то, что Он нас, падающих ежедневно и часто в грехи и беззакония, не оставляет Своею любовию и промышлением и является постоянно, по молитве нашей, Помощником и Заступником. О! Что бы сделал с нами враг, если бы Господь не избавлял нас от него!

 

Благодарю Тя, Господи Иисусе Христе, Боже мой, яко от скверн греховных сердце мое омывасши животворящими Тайнами Твоими, оживотворявши, покоиши, веселиши. Слава Тебе, Благодетелю моему! — Мая 26 дня 1860 г.

 

Претворение Господом хлеба и вина в Тело и Кровь Свою считай таким же обыкновенным, хотя и величайшим до необъятности делом, как ежедневное составление аптекарем лекарства. С величайшим спокойствием и самою твердою уверенностию принимай Тайны. Страшливость и сомнение — непростительная глупость и великий грех. Он сам себя наказывает, именно страхом — там, идеже не бе страх (Пс. 13, 5).

 

Приидоша реки, и опрошася храмине (Мф. 7, 27), то есть реки непроизвольной злобы и опрошася на сердце человека; или реки разных страстей, которые, как быстрая река, подмывают сердце и влекут его ко злу. Это явление часто бывает в душе. Не надо колебаться.

 

Если ты не любишь простоты, то есть простого вида человека и грубой его речи и простых манер, то ты, значит, далеко уклонился от простоты и — горд, и гордыня ослепила твои очи.

 

Маминьке моей подобает от меня абсолютное почтение!

 

Буду любить всех для Христа, моего ежедневного Благодетеля, не взирая ни на что. А для этого буду неуклонно взирать на Христа. Помоги, Боже!

 

Закрываю глаза и уши для всяких недостатков матери и знаю одно, что она — моя мать.

 

Кто избегнет в настоящей жизни диаволъскаго поспешения в нападении на душу? Оно быстро, сильно и стремительно, как дух, как мысль, как мгновение, как блистание молнии (Ср.: Лк. 10, 18) — и горе, великое горе неосторожному, принявшему в свою душу дыхание сопротивника: утеснит, запалит, измучит, сокрушит. Надо иметь, как дыхание, Иисусову молитву на устах: Иисусе, Сыне Божий, помилуй мя. Господи, избави всех от диа вольскаго поспешения. Недаром Великий Макарий молился к Духу Святому: избави мя от диаволь скаго поспешения [156].

 

Бог мой Благ и Человеколюбец — таков должен быть и я. Он питает меня Своим Телом н Кровию — я, по крайней мере, не должен щадить для ближних моих обыкновенной пищи и питья.

 

Пресвятая Владычица Богородица — пучина, бездна благодати, как я — пучина, бездна греха.

 

Служи все службы и совершай таинства с крайним спокойствием. Смущение и боязнь означают уже расстройство душевных сил, а Богу надо служить благоустроенною, мирною душою.

 

Хватай врага бесплотного за с<шую голову: если уж нудит тебя ненавидеть твою маминьку, то он показывается здесь ясно весь и с головой своей.

 

Мир и избыток жизни сердца после причащения есть величайший, неоцененный дар Господа Иисуса Христа, превосходящий все дары, относящиеся к телу и вместе взятые. Без душевного мира при тесноте и мучении сердца человек не может пользоваться никакими благами — ни вещественными, ни духовными: для него тогда не существует наслаждений, происходящих от чувств истины, добра и красоты, потому что подавлено и убито самое средоточие его жизни — сердце, или внутренний человек.

 

Что машина на пароходе или на каком–либо заводе, то сердце у человека, сердце — движитель всего человека, оно движет ум, воображение, все тело.

 

Когда враг поселится в сердце и будет томить, теснить его, тогда нужно с крайним смирением и простотою говорить ему, как бы он стоял по левую твою руку — с такою верою: зачем ты пришел ко мне, такому смиренному и немощному, что для тебя за удовольствие победить меня; а если я побежду тебя? Как гордость твоя будет уранена? Отойди, пока я не победил тебя именем Господним.

 

Мне, многогрешному и смиренному, нужно носить и одежду смирения: светлые и нарядные одежды вносят в душу незаметно гордость и тщеславие и изнеживают и расслабляют душу.

 

Кашель не зло: откашливаешься и ты.

 

Принеси ми от лова твоего, да ям, и да благо словит тя душа моя (Ср.: Быт. 27, 4). Если и теперь льются благословения с уст отца или матери за снеди, доставляемые сыном, или за деньги, им посылаемые: эти благословения действительны. Что же значит, что патриарх благословил сына, приказав ему принести раньше снедь и покушав ее? То, что дети должны питать и покоить родителей во время старости и благословение родительское есть как бы награда им за их любовь к родителям и попечение об них.

 

Слава непостижимой, Божественной силе Чест наго и Животворящаго Креста Господня, не ос тавляющей меня, грешнаго [157]: враг запял было злобою сердце мое и мучил меня, стеснив сердце; но после слов: да сокрушатся под знамением образа Креста Твоего все сопротивные силы, произнесенных с твердою верою, и после изображения крестного знамения на груди и чреве, бесы, как дым, исчезли [158] и стало вдруг легко, легко. Нужна твердая уверенность, что мучения сердцу причиняются именно бесами, и живая уверенность в силе Креста Господа Иисуса, Который всегда присущ нам.

 

По великой любви Своей ко мне Господь питает меня Животворящею Плотию и Кровию Своею. Аще сице возлюбил нас Бог, и мы должни еемы друг друга любити (1 Ин. 4, 11).

 

Весьма тихо и легко бывает на душе после борьбы с какою–либо страстию и по счастливой победе над нею о имени Господни. Это — Божественная тишина; это — благое и легкое иго Христово!

 

Смущение есть начинающееся действо диавола и страсти и расстройство души. Животворящие Тайны оживляют душу, которая сама оживляет тело. — Вот где очевидное доказательство Божественности их, хотя слова Спасителя и не нуждаются в доказательстве, будучи самое дело, как слова Творца.

 

Несмотря ни на что должно любить родителей, хотя бы они имели недостатки, бросающиеся в глаза. Хам проклят и за то, что поглумился над опьяневшим и обнажившимся родителем.

 

Не внегда избыточествовати кому живот его есть от имения его (Лк. 12, 15). Видишь, жизнь наша не зависит от богатства.

 

Господь каждый день мое недостоинство питает, одевает, прощает мне грехи и милует меня всяким образом; даже — что составляет пучину милосердия неизследимую — ежедневно питает меня Плотию и Кровию Своею: как же мне не питать брата моего, хотя бы и не заслуживал он того, ежедневно и притом доброхотно и щедро. Пусть он ходит ко мне — пользоваться моею милостию, как я ежедневно прихожу ко Господу испрашивать Его милости — прощения грехов и неосужденного причащения Его животворящих Таин [159], не говоря о том, что я без прошения пользуюсь ежедневными милостями — здоровья и других благ земных.

 

Диавол усиливается, чтобы я крайне оскорбил благость и щедроты Божии чрез непочтение и нелюбовь к своей матери. А между тем чрез мать мою я удостоен Господом бытия, наслаждения жизнию и делами рук Божиих, служу Господу в сане иерея; чрез тело, полученное от нее, я соединяюсь с Самим Господом в Таинстве Тела и Крови Христовой и имею надежду получить вечные блага. Таких великих даров мне Божиих родительница моя — есть носредница, или проводник! Соответственно всему этому, как должно быть высоко мое почтение к ней и любовь к ней.

 

Священнику. Помни величие своего служения и то, что ты можешь явить к Богу великую любовь и благодарность за Его дары в звании иерея Его и удостоиться величайших наград в Царстве Его. Вся жизнь твоя есть служение Богу, тогда как другие самым званием своим и привычками поставлены так, что жизнию своею служат тленному телу своему, а Богу уделяют из своей жизни — только самую ничтожную часть и то, по причине краткости срока, в который они обращаются к Нему, не успевают сосредоточиться в служении Ему, но блуждают мыслями и желаниями по предметам внешним, земным.

 

Грех — величайший и единственный злодей: он разлучает нас от Бога, Источника жизни, лишает душу мира и всех благ духовных и ввергает ее во всякое зло. Он один — всякая мука наша, вся погибель наша. Избавиться от греха — цель всех наших стремлений и усилий.

 

Мысленная, невидимая душа наша управляется мысленным, невидимым, верховным законодательным Существом — Богом, Его мысленно–сердечными законами. Дая законы Моя в мысли их, и на сердцах их напишу их (Евр. 8, 10).

 

Никакого основания не имеет христианин в сердце иметь какую–либо злобу на кого–либо; злоба, как злоба, есть дело диавола: христианин должен иметь в сердце только любовь; а так как любовь не мыслит зла (Ср.: 1 Кор. 13, 5), то не должно мыслить касательно других никакого зла; например, я не должен думать о других, что он зол, горд и прочее или, если я, например, сделаю ему уважение, то он возгордится, если прощу обиду, то снова изобидит меня, посмеется надо мною. Надобно, чтобы зло не гнездилось в нас ни под каким видом, а злоба обыкновенно слишком многовидна.

 

+ Слава Спасителю Богу моему, избавившему меня от пещи огненной, во внутренностях моих седмерицею разжженной врагом за злобу мою. Преложил, Всесильный, огнь в прохладную росу (Ср.: Дан. 3, 19, 49–50) благодати Своей, после сердечного раскаяния и искренней молитвы о прощении. Я говорил: Спасе, спаси мя. [160] Это было в храме — в Успенской церкви. [161] Слава Тебе, Всеблагий, Чудный, во храме и на всяком месте витаяй и внемляй мольбам нашим, от сердца исходящим. Крайне нужно внимать своему сердцу всегда, но особенно пред Литургией и преимущественно пред Литургией в праздники, когда за Литургией бывает много народу. Враг всеми мерами хочет сразить священника пред многочисленным народом (29 мая 1860 года).

 

Мир есть воплотившаяся премудрость Божия.

 

Когда мы читаем молитвы без намерения молиться, а только как бы из любопытства, тогда, замечали ли вы, как они легко читаются для души и как ясно отпечатлевается в душе свет их! Но когда самым делом станешь на молитву, откуда возьмется нерасположение или неохота, леность сердца, темнота мысли, не вмещающей молитвенного света. Странное дело! Из любопытства читаешь охотно, а когда надобно молиться самым делом, тогда — нет охоты, и надо нудить себя. Таковы для нас все молитвы, все Богослужения, Таинства. Без труда не даются Божии дары! Враг везде запинает!

 

Молитва пред целованием на Литургии:

 

Господи Иисусе Христе, Боже наш! Любви Творче и благих Дателю, даруй нам, рабам Твоим, любити друг друга, якоже Ты нас возлюбил еси, да единою любовию соединени суще, Тебе молимся и хвалу Тебе возсылаем и причастишеся Святых и Пречистых Твоих Таин. Яко Ты еси Любве наша и Тебе славу возсылаем со безначальным Твоим Отцем… (Из Служебника единоверческого.)

 

Как из полного ручья ковш воды, так из нашего достояния милостыня нищим или угощение гостей. Из ручья черпаешь: и вода течет не убавляясь; из имущества своего даешь: а оно от Господа течет непрерывною струей и нет оскудения в нем. У скупых же богачей оно образует стоячее мертвое море, в котором они заживо гибнут своею душою и погибнут по смерти навеки, если не исправятся.

 

Если что–либо жертвуешь в храм Божий, жертвуй с верою и любовию ко Господу, доброхотно, и жертва твоя будет благоприятна Господу храма.

 

Отъиде скорбя: бе бо имея стяжания многа (Мф. 19, 22). Скорбь сердца о лишении стяжания означает болезненную привязанность его к тленному богатству. Л сердце скорбит оттого, что эта привязанность неестественна, что в богатстве нет жизни для сердца — не внегда избыточествова ти кому живот его есть от имения его (Лк. 12, 15), а — смерть для него; что сердце создано не для привязанности к чувственным благам, а для любви к Богу и для привязанности к благам духовным.

 

Велика власть богатства и вообще денег над сердцем человека! Тяжело расставаться скупому со своими рублями! Скорбит его сердце, когда отдает он их. Скажите ему, что богатством своим он может купить небо — он променяет небо на деньги. Господи! Помилуй нас!

 

Вчера, на вечерней молитве, враг коснулся сердца моего ядовитым отрицанием Трех Сияний Единыя Благости; не отразивши тогда же этого приражения всем сердцем, а только в уме сказавши: вем, Емуже веровах и от Негоже научен есмь (Ср.: 2 Тим. 1, 11–12) тайне Триипостасного Божества — я не положил на сердце всей силы этих слов, поленился сделать сердечное усилие — напечатлеть их в сердце, и враг остался в моем сердце. Ночью хочу спать — не дает: смущает и душит. Надо прогнать дерзкого посетителя. Чем же? Тем же, на чем он запнул меня — Трисиятельною Благостию. Так и всегда надо: чем он ранит тебя, тем и ты его рань, потому что он ранит клеветою на известный предмет, а ты всем сердцем признай истину того предмета. Что же я сделал? Я признал всем сердцем истину Трех Светов — в Боге и, со словами: во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь! — перекрестил свое чрево. Больно жегнувши мое чрево, диавол вышел, и я успокоился и всю ночь проспал преспокойно, легко.

 

+ Когда будешь служить молебен пред начатием проповеднических трудов своих, исповедуй пред Источником премудрости, вместе с Апостолом, что не доволъни есмы помыслити что от себе в проповедничестве, яко от себе, но доволство (способность) наше от Бога: Иже и удоволи нас служители быти Новаго Завета, не писмени, но духу (2 Кор. 3, 5–6).

 

Радуюсь сердцем, что Единая Бесконечная Благость — в Трех Сияниях, Как и для тварей благодетельна эта Троичность! Если бы не было Троичности в Лицах, кто бы нас, грешных, искупил от проклятия и вечной смерти; был ли бы тогда с нами Утешитель, Дух истины [162] вовек да наставит нас на всяку истину! Слава Тебе, Трисиятельная Благость! Радуйтесь все, что Благость — в Трех Светах.

 

Утверди, Господи, сердце мое в любви: яко Ты еси Существо и Вина любви. Аминь.

 

Молясь, на сердце нужно положить слова: «Меня слушает Благость».

 

По причине частых, тонких, острых, мгновенных приражений к сердцу духа злобы, на сердце нужно иметь всегда в готовности оружие против него. Это оружие есть слово прелесть (обман). Потому что все приражения его и весь успех их состоит в обмане, искусно прикрытом; часто, впрочем, успех его зависит и от гнездящихся в сердце нашем страстей.

 

Научись великому искусству, или лучше — простоте говорить и делать все искренно, от сердца.

 

С течением времени накопилось во мне много гордости и тщеславия. Вижу я это. Надобно очищать сердце, хотя и болезненно это очищение.

 

Смиряяися вознесется (Лк. 14, 11). Намеренно смиряй себя в глазах людей; говори, что ты от бедных, необразованных и незнатных родителей возведен Господом на такую высоту; имей образцом для подражания маминьку в ее простоте и смирении — и Господь прославит тебя, вознесет.

 

В кротости и смирении внимай своему сердцу непрестанно.

 

В родителях утверждено бытие детей и после их рождения — во всю жизнь. Чти отца твоего и матерь — да долголетен будеши на земли (Исх. 20, 12). Какого же почтения они достойны! И собственное благо каждого обязывает почитать родителей — да благо ти будет. Родители, некоторым образом — боги наши.

 

Диавол привязывает сердца людей к вещам чувственным с самым злобным намерением — убить души их вечно, чтобы они, прилепившись к чувственному, забыли прилепляться к Богу — Источнику жизни, не видели наготы своей души и не украшали ее одеждою благих дел. О! Явится срамота, великая срамота наготы таких людей после их смерти! Да не явится срамота наготы твоея. Совещаю тебе купити от Мене одеяние бело, да облечешися (Откр. 3, 18).

 

Простота, благость и незлобие сердца как не обходимое условие молитвы; пост — необходимое условие успеха молитвы.

 

Parcere cuilibet rei patris causa, qui sororem suam nupto tibi dedit, est maxime Deo maledicere facto, Ejus bonitati [163] щедротам. Если другим я обязан оказывать любовь и щедроты, то тем больше ему.

 

Говоря о молитве, сказать о помыслах скверных, лукавых, хульных [164] и о рассеянности мыслей и игре воображения, сильно увлекающих молящегося, — о тяжести, скуке (от диавола).

 

Не нужно малодушествовать, когда враг влагает в сердце сомнение и вдруг, обессиливая им сердце, жжет его; надо с твердостию, без смущения стоять за истину и всем сердцем умно и быстро отражать клевету.

 

Приступая молиться Царице Богородице, прежде молитвы будь твердо уверен, что ты не уйдешь от Ней, не получивши от Ней милости. Так мыслить и так быть уверенным относительно Ее — достойно и праведно [165]. Она — всемилостивая Матерь Всемилостивого Бога Слова, и о Ее милостях, неисчетно великих и бесчисленных, возглашают все века и все Церкви христианские, и Она, точно, есть бездна благости и щедрот, как говорится об Ней в каноне Одигитрии [166]. Потому приступать к Ней в молитве без такой уверенности было бы неразумно и дерзко, и сомнением оскорблялась бы благость Ее, как оскорбляется благость Божия, когда приступают в молитве к Богу и не надеются получить от Него просимого. Как спешат за милостию к какому–либо высокому или богатому человеку, милости коего все знают, который милость свою доказал многочисленными опытами? Обыкновенно, с самою покойною уверенностию и надеждою — получить от него, чего желают. Так надо и в молитве: не сомневаться, не двоедушничать.

 

Благодарю Тя, Господи, Иисусе Христе, Сыне Бога Живаго, яко даровал еси мне о имени Твоем стати выше козней диавольских и победный покой вкусити душою моею. Даруй мне все дни живота моего побеждати его о имени Твоем и благодарственная выну Тебе восписовати. [167]

 

Надо презирать внутренний огонь, разливаемый диаволом во внутренностях, и мужественно переносить его пламя, впрочем, стараться молитвою веры прогнать врага из сердца. Если огонь бывает на молитве, не возмущаться, но с твердостию продолжать свое дело. Если при беседе с людьми — крепиться терпением и спокойно вести речь. Когда увидит, что на его огонек не обращают внимания, а благодушно терпят, отстанет: он горд, не потерпит, чтоб его поражали мужеством слабые существа — люди. А ведь как зол, проклятый: если я крепился целый день — противостоял ему с успехом, то вечером непременно употребит все старание возжечь во внутренностях моих свой огонь и помучить меня. Приражается обыкновенно мгновенным греховным движением сердца — и, изблевавши в него яд, запаляет его… Нужна крайняя, в каждое мгновение бдительность, особенно тогда, когда идет речь о предметах, около которых вращаются страсти твоего сердца: когда он, как молния (Ср.: Лk. 10, 18), сверкнет в сердце и заронит в нем адский огонь свой. Вся молитва на устах должна быть; все внимание к сердечным движениям…

 

Пред Крестом Господним, особенно когда держишь его в руках, держи себя с крайним благоговением, как пред Самим распятым Господом, и не дерзай расслабевать душою до смеха: этим ты уничижишь страдания Господа за грехи твои. При виде Креста время только молиться и плакать. Имей всегда в памяти бездну грехов своих и всегдашнюю повинность свою пред Божественным Правосудием.

 

Не обленюсь прославлять присно Господа моего и Пречистую Его Матерь Ходатаицу о мне, грешном, пред Сыном Своим. Славлю моего Господа, что Он и днесь избавил меня от лютой скорби моей, за грехи мои посетившей меня.

 

Внегда скорбети ми, возопих ко Господу (Ср.: Пс. 106, 28) покаянными словами (то есть 50–м псалмом) Давида, и услыша мя Бог спасения моего [168]. 19 мая 1860 года.

 

Как мать младенца учит ходить, так Господь учит нас живой вере в Него. Поставит мать младенца, оставит его самому себе, а сама отойдет, потом велит идти к себе младенцу. Младенец плачет без матери, хочет идти к ней, но боится сделать попытку шагнуть, усиливается подойти, делает шаги и падает. Так и христианина Господь учит вере в Него, как ходьбе (вера — духовный путь; так слаба наша вера, так начальна, как младенец, учащийся ходить). Оставляет его Своего номощию и предает диаволу или разным другим бедствиям и скорбям: когда нам нет нужды в спасении, дотоле мы готовы не ходить к Нему, а потом, когда нужна будет крайне помощь избавиться от них, — как бы велит смотреть на Себя (непременно смотри на Него) и идти к Нему за этою помощию. Христианин усиливается это делать, раскрывает сердечные очи (как младенец расставляет ноги), усиливается ими увидеть Господа, но сердце, не наученное лицезрению Божию, боится своей смелости, спотыкается и надает, и падает; враг и прирожденная испорченность греховная закрывают его открывающиеся сердечные очи и отревают его от Господа, и он не может подойти, а Господь близко и готов взять к Себе как бы на руки помощи, только подойди к Нему верою, и когда сделает усилие — совсем увидеть Его сердечными очами веры, и попадет на Него сердечным зрением: тогда Он простирает ему руку помощи, как бы берет на руки и прогоняет его врагов, и чувствует христианин, что попал на руки к Самому Спасителю. — Слава благости и премудрости Твоей, Господи!

 

Так, в насилиях от диавола и во всех скорбях надо живо узреть сердцем как бы пред глазами находящуюся Человеколюбную Утробу Спасителя, смотреть смело в эту Утробу как в неистощимую Сокровищницу благости и щедрот, и молить Его всем сердцем, чтобы Он уделил и нам от этого неиссякающего <источника> благости и помощи духовной — и тотчас просимое будет получено. Главное — вера, или сердечное зрение Господа, и надежда получить от Него, как от Всеблагого, все. (Июня 1 дня I860.)

 

Истинно! С опыта! Этим также учит Господь сознанать свои грехи и беззакония, сознавать свою крайнюю нравственную немощь без Него, сокрушаться сердцем и быть в постоянно молитвенном расположении духа.

 

Веровати твердо подобает приходящему к Богу, яко есть ( Евр. 11, 6), что Он в трех Лицах. Это твердо надобно навсегда в сердце поселить, что Он существует, и существует так, и не иначе. —· Таинство Пресвятой Троицы открыто Сыном Божиим. Надобно всегда только благодарить за это и нимало не ослаблять в сердце веры в Нее.

 

При исповедании грехов на вечерней молитве не ослабевай духом, не льсти языком — так, чтобы язык твой высказывал грехи, а сердце тому не сочувствовало, —но искренно, с горящим духом исповедай их, и если в молитве нет тех грехов, сам прибавь; ты не дитя, чтобы всегда твердить только чужие слова. — К прежним грехам прибавишь новый — притворство, двоедушие пред Богом, если не будешь искренно каяться в сделанных тобой грехах в продолжение дня, а вечерние молитвы для того, между прочим, и положены, чтобы принести Богу покаяние в содеянных днем грехах. Употребляй же во благо души своей великое благодеяние Церкви.

 

Маминька — святыня моя, божество мое, поколику она после Бога — виновница бытия. К руке маминьки подходи как к руке мощей святого, ничем не меньше.

 

Бывая на улице и взирая на небо, созерцай в высотах его Господа Иисуса, откуда явился Он первомученику Стефану (См.: Деян. 7, 55) и Савлу (См.: Деян. 9, 3), и умоляй Его о спасении. Явление Его значило не то, что Он тогда только будто бы открыл небеса и взирал на них из отверстых небес, но то, что Он всегда с небес всех нас видит, все дела наши, слова, мысли и намерения, как и ты многими опытами удостоверился в этом, возводя очи на небо ко Господу и получая от Него чудную и великую помощь, а это значило только, что Он на те случаи открылся, явил Себя в небесах.

 

+ Грешить — еще та важная невыгода, что человек–грешник презирает самого себя и отвращается сообщества человеческого, потому что внутренняя, сердечная теснота и червь сердца делают тяжелым всякое общество, не соответствующее ему по пространству, широте своей жизни. Грешнику тесно в обширном мире Божием. И справедливо: потому что мир — дело Всесвятого и праведного Бога, а грешник, не повинующийся законам Божиим, законам любви и мира, есть изверг Божия творения, которому не место в мире, — вот отчего ему тесно: его преследует Бог, его собственная совесть, преследует все Его творение.

 

Мне отмщение, Аз воздам (Рим. 12, 19). Господь постоянно отмщает нам за грехи наши противу Него и противу людей. Эта скорбь и тес пота и это смущение грешника что иное, как не воздаяние Божие? Ты не почтил, положим, родителей, и Господь тотчас мстит тебе за них: ты это чувствуешь душою — и дотоле мстит, доколе ты не осудишь искренно сам себя в том, за что терпишь внутреннее наказание, и доколе не примешь противного образа мыслей — о чем говорит тебе твоя совесть. Человек! Следи .за путями сердца своего, исправляй свои течения, чтобы они не были кривы и чтобы тебе не быть внутренно всегда утесняемым своими грехами. Особенно искореняй в себе гордость и всеми силами насаждай в сердце смирение: гордость более всего бывает причиною наших грехов. Вспоминай чаще, что ты — земля и пепел.

 

Бог требует совершеннейшего почтения детей к родителям, не нарушаемого ни одною неправедною мыслию, ни одним самолюбивым чувством. Если гнездится в тебе такая мысль и такое чувство, — неизбежно наказание внутреннее; если вырваны с корнем и внедрены в сердце противоположные, — наказание прекращается, восстанавляется в душе мир, тишина, спокойствие, радость и простор сердца. Дивен Ты в душах наших, Вседержитель! [169]— Взято с опыта. Июля 1 дня I860 года. Диавол сильно терзает.

 

+ При помыслах сомнения, неверия, хулы — кто страдает: тот ли предмет, о котором сомневаются, коему не верят, который хулят, или те, которые сомневаются, не верят, хулят? — Эти последние: они боятся тогда страха, идеже не бе страх (Пс. 13, 5), они мучатся своим сомнением, неверием, хулою, а предмет их агонии остается тверд, недвижим и берет над ними очевидный верх тем, что их же заставляет переменить свои мысли об нем для их собственного спокойствия и дотоле не дает им успокоиться, пока они не раскаются в прежних ложных своих мыслях касательно его и не примут мыслей благоприятных, истинных. Потому безрассудно колебаться и возмущаться, тем больше — малодушествовать и унывать духом, когда приходят на молитве или в другое время мысли сомнения, неверия, хулы и другие подобные. Это — все прелесть сатанинская.

 

Иногда бывает во мне враг, и тогда — о! Я чувствую, кое общение свету ко тме, Христови с велиаром; и кая часть верну с неверным! (2 Кор. 6, 14–15.) Нет тогда ничего во мне Христового, нет совершенно Духа Его.

 

Всякая нелюбовь есть гордость, потому только кроткие и смиренные сердцем могут истинно любить.

 

Не в страстях иждивать надо время настоящей жизни, а в постоянном размышлении о бесконечной любви к нам Спасителя, нас ради пострадавшего и вечные обители покоя и радости нам уготовляющего на небесах, и в возможном соответствии с нашей стороны Его любви — чрез возлюбление Бога всем сердцем и ближнего как себя.

 

Враг усиливается не давать нам спокойно, невозмутимо пользоваться премирными дарами веры {молитвы, таинств), всячески нас и возмущает и запинает, обольщая всеми возможными средствами умы и сердца наши — так что одною рукою надо просить милостей Божиих, а другою врагов отгонять.

 

За всякую истину стой твердо, до крови и говори врагу всезлобному: знаю, за что стою, вем, Емуже веровах (2 Тим. 1, 12).

 

Я же свыше премудрость, прежде всех мирна, благопокорлива, несумпеппа, нелицемерна (Ср.: Иак. 3, 17). Разумей: если ты от какого–либо движения сердечного испытываешь тотчас смущение, стеснение духа, то это уже не свыше, а с противоположной стороны — от злого духа. Скорее изменяйся к лучшему, и по мере того, как будешь преуспевать во внутреннем мире, благопокорности Промыслу, неусумняемости, нелицемерности, ты будешь все мудрее и мудрее.

 

Начертать порядок и характер занятий по училищу и строго следовать ему. Посвятить себя совершенно образованию мальчиков; полюбить их, обращаться с ними всегда кротко, ровно, степенно, с приличною важностию.

 

Маминька своею простотою, смирением, незлобием крайне смиряет мою гордость.

 

Не любишь ты бесчестия Христова, не носишь Его поношения в матери своей, в ее простоте и небрежном положении волос. Вспомни, каков был Христос на суде и на кресте, как бесчестен был вид Его, умален паче всех сынов человеческих (Ср.: Ис. 52, 14). Ради такого вида Христова люби всякий смиренный вид человеческий.

 

Почитаю в матери моей виновность бытия моего, любовь материнскую, труды безмерные, для меня в юности подъятые, — ее кротость, смирение, простоту, нежность сердца (слезы о грехах и от сочувствия другим). Все добродетели в ней есть; и твое положение — есть плод ее молитв и награда для ней от Бога.

 

Слушать сердцем льстивые диавольские внушения, возмущаться и терзаться духом и не спать ночи; или заткнуть мысленный слух для его внушений, быть покойным днем и ночью. Что лучше? — Борись и внимай себе со всякою осторожностию.

 

Хоть внешнее небрежно, но внутреннее в порядке и прекрасно — что, собственно, и дорого; а этого для нас и довольно. Но ты ищешь наружности: о лицемер! О враг! О нелепые козни!

 

Страсти обычно возбуждает враг в сердце человека из–за чего–нибудь ничтожного или кажущегося противным самолюбию человека, хоть если смотреть здраво, с христианской точки зрения и даже с точки зрения здравого, философского разума, это вовсе не противно. Всякая страсть потому непременно есть обман или прелесть. Мучения, причиняемые каждою страстию, должны вразумлять подверженных страстям всеми мерами внимать своему сердцу и отражать приступы страстей, лишь только они приразятся.

 

Всяк человек в землю пойдет, отнюдуже и создан бысть (Ср.: Быт. 3, 19). Почто убо гордится земля и пепел (Быт. 18, 27)?

 

Господу угодна молитва теплая, покойная, твердая, сознательная, уверенная.

 

Мало ли какое зло бывает у тебя на душе, но не все, что есть в печи, на стол мечи. Да будет оно одному Богу известно, ведующему все тайное и сокровенное, а людям не показывай всех своих нечистот, не заражай их дыханием сокрытого в тебе зла: затвори печь, пусть дым зла замрет в тебе. Богу поведай печаль свою, что душа твоя полна зла и жизнь твоя близка к аду (Ср.: Пс. 87, 4), а людям являй лицо светлое и ласковое. Что им до твоего безумия? Или же объяви свою болезнь духовнику или другу своему, чтобы они тебя вразумили, наставили, удержали.

 

Помолится Тебе всяк во время благопотребно: обаче в потопе вод многих к Тебе не приближатся (Ср.: Пс. 31, 6) — в потопе вод многих, то есть при сильном находе зла, как и Спаситель говорит: приидоша реки, и опрошася храмине той… и одна падеся: не основана бо бе на камени, а на песке, а другая не падеся: основана бо бе на камени (Ср.: Мф. 7, 25–27). Камень же Христос (1 Кор. 10, 4).

 

Как стать выше ядовитых прилогов диавольских? Говорить твердо в сердце: мечтание, ложь! Потому что прилоги, действительно, всегда начинаются диавольскою клеветою или ложию, принятою в сердце, которую человек принимает за что–то истинное. Но ложь изобличает себя тем именно, что мучит сердце, не давая ему дотоле успокоиться, пока оно пе извергнет яда лжи. Не возмущайся же мыльными пузырями. А что эти мыльные пузыри болезненны, то таково свойство диавола–убийцы.

 

Дело величайшей любви — питать Свое творение Своею Плотию и Кровию. Творческая Премудрость, умыслив от сложения мира питать младенчествующих животных млеком их матерей, умыслила нечто подобное от сложения мира явить и на Себе: Премудрость Ипостасная, Слово Божие и Божий Сын, воплотившись нашего ради спасения [170] соблаговолил Свое пречистое Тело и пречистую Кровь дать в снедь и питие нам, да якоже Он живет Отца ради (Ср.: Ин. 6, 57), и мы, ядущие Его, будем живы Его ради, как младействующие животные и младенец–человек, ядя и пия млеко от тела своих матерей, живут таким образом ими. Он постепенно очищает и делает меня святым, не имущим скверны или порока (Ср.: Еф. 5, 27) посредством частого приятия Своего Тела и Крови и таким образом уготовляет меня в избранный сосуд Духа Святого и в наследники будущих, неизреченных благ Царствия Небесного, уготованнаго любящим Его (Ср.: 1 Кор. 2, 9). — О! Какой совершеннейшей чистоты Он требует от меня для принятия Его пречистых и животворящих Таин. Это известно только Ему да мне, сосуду нечистоты, — подивитесь, возлюбленные, [присутствию] в пречистых Тайнах Любви творческой и узнай' Ср.: Символ веры.

 

те, что только Творец и Жизнодавец мог дать Свое Тело и Кровь в пищу и питие Своей твари и сказать: приимите, ядите: сие есть Тело Мое, и: пиите от пея ecu: сия есть Кровь Моя нового завета (Мк. 14, 22–24). Человек так сказать не может, и на мысль ему не могла прийти никогда мысль — питать подобных себе своею плотию и кровию, потому что он не Творец и, сказав эти слова, сказал бы невозможное, и не Жизнодавец, чтобы от тела и крови его оживотворяться подобным ему людям. То — Божии слова.

 

Христианину, внимательному к себе самому, то есть заботящемуся о угождении Богу и о спасении души своей, Бог часто живо и ясно показывает час смертный, жизнь в том веке, Суд Страшный — и все это так ясно, как бы это сейчас во очию твоею совершилось. Так, приближает Он иногда к душе имеющие быть некогда великие и грозные события, в которые вера наша далеко не так жива, как бы следовало, и о коих так мало мы вспоминаем. Невольно задумаешься тогда о том, что–то с тобою будет тогда, какова будет твоя участь на веки, на вечность.

 

Молясь, надобно жаждать прощения грехов своих, а жаждете ли вы, братия, прощения грехов своих? Желаете ли от всего сердца, чтобы они были вам прощены? Надобно жаждать их прощения; надобно жаждать оправдания заслугами Иисуса Христа, Агнца, взявшего на Себя грехи всего мира (Ср.: Ин. 1, 29). Помните, что грехи вам прощаются Одним Иисусом Христом, Который для того именно и страдал и умер и воскрес, чтобы исходатайствовать Себе у Отца Небесного право — прощать наши грехи вследствие сердечного нашего раскаяния. Если бы не пострадал и не умер за нас Христос, вечно мы оставались бы во грехах и вечно были бы мертвыми по душе, не ожидало бы нас славное воскресение, а воскресение ужасное — для вечных мучений адских. Итак, кайтесь с верою во Христа и надеждою на Его милосердие, говорите Ему: Ты восхотел, Владыко, воплотившись нас ради от Духа Святого и Пресвятой Девы Марии [171], заклан быти яко овча, грех ради человеческих; [172] потому молю Тебя, очисти и мои грехи. Я жажду очищения грехов своих, изсохши сердцем от их адского зноя: а у Тебе очищение есть (Ср.: 1 Ин. 2, 2), и всем неоскудно подаешь Ты это очищение, души всех убеляешь Ты, сердечно просящих у Тебя очищения грехов. Подай и мне это успокоительное, радостное очищение.

 

Без Христа, без сердечной, живой, ясновидящей веры в Него и в животворящие Его Тайны (во время причащения) — смерть душе; как она ни бросайся без Него, а все смерть: страшная, убивающая душу теснота в груди и разрушительный огонь. А со Христом, с сердечною верою в Него и в животворящие Его Тайны — жизнь и блаженство душе: в груди легота и широта, покой и радость на сердце. — Опыт. 8 декабря 1859 года.

 

Продолжение. [173]

 

+ Когда я глубоко, искренно почувствовал сердцем, как я оскорбил Господа, совершивши небрежно таинство крещения и поскупившись пред отцом, когда я пожалел об этом сердцем, мне вдруг стало легко после невыносимого сердечного мучения: Владыка увидел мое искреннее обращение и помиловал меня, хотя вечер, ночь и утро я страдал и по причине малоуспешности молитвы, не проникнутой сердечным раскаянием, не получил прощения и облегчения сердечной скорби моей. Услыша, наконец, Господь глас плача души моей (Ср.: Пс. 6, 9).

 

Если бы не был Господь человеколюбив и долготерпелив, то стал ли бы Он терпеть от нас такие величайшие оскорбления, воплотился ли бы, пострадал ли бы, умер ли бы за тебя, дал ли бы тебе Свои пречистые Тело и Кровь, на которые со страхом и трепетом взирают Ангелы? Стал ли бы избавлять тебя от грехов и от смерти духовной так бесконечно много? Он сказал бы тогда: мучься, если ты так злонравен, Я не избавлю тебя более, избавлявши доселе так много. Но теперь Он всю жизнь терпит от нас бесчисленное множество оскорблений и все ждет от нас обращения на лучшее. Прославь же Его любовь и долготерпение. Вообрази, что было бы без Него, без Его спасения! Ужас и трепет обнимают душу. Но нераскаянных грешников постигнет наконец самым делом гнев Божий в день гнева откровения праведного суда Божия.

 

Нерадивый законоучитель убивает нравственно учеников.

 

У нас есть, кроме телесного, такое зрение, коим мы видим, что у нас в мыслях и на сердце бывает, коим мы видим свои грехи вольные и невольные или дела добрые. У Господа Бога такое зрение тысячами тысяч раз светлее и яснее нашего: и Он видит до последнего движения, незаметного даже для нас, наши мысли и сердца, даже то, что мы вперед по известным обстоятельствам будем мыслить, чувствовать и делать; пред Его лицем душа наша со всеми ее мыслями, желаниями, словами и делами — так, как пред нашими глазами какой–либо предмет, ярко освещенный солнцем, даже несравненно яснее: потому что при солнце мы все же не видим, что внутри предмета, а Господь испытывает наши сердца и утробы (Ср.: Пс. 7, 10); очи Господни тмами тем крат светлейший солнца суть (Сир. 23, 27).

 

Когда обещается чистым сердцем зреть Бога (Ср.: Мф. 5, 8), то этим не новое что–либо обещается: зрение Бога сердцами чистыми предначинается еще здесь.

 

Дивен Господь во очесех наших (Ср.: Пс. 117, 22), особенно в пречистых Своих Тайнах!

 

Когда плоть и диавол склоняют ко греху сладостию греха, тогда представь, что эта сладость совершенно противна, мерзка Человеколюбцу — и Он говорит тебе: если любишь Меня, то соблюди заповедь Мою (Ср.: Ин. 14, 15), возбраняющую тебе делать это зло, на которое ты склоняешься.

 

Я сплю, но и во время сна душа моя живет и оказывает себя существом, постоянно живущим (для которого тело — только дом), совершенно отличным от тела. Тело мое во время сна бывает, как дерево, мертво, а душа моя живет и оживляет, вливает новые силы в бесчувственное тело, и я от жизни пробуждаюсь к новой жизни. Не так ли точно, по смерти, я пробужусь только для новой жизни? Мое тело останется бесчувственным, бездыханным, мертвым, но душа моя будет жива и останется совершенно тою же душой. — Самое осязательное доказательство бессмертия нашей души!

 

Иногда словно змея сердце мне сосет и горькие с уст моих слышатся слова, бываю мрачен и уныл я. Слова недобрые, срывающиеся с моих уст, свидетельствуют, что во мне бывает пакостник, аггел сатанин (2 Кор. 12, 7): сам он оказывает свое присутствие в сердце этими словами.

 

Близ Господь всех призывающих Его во истине (Ср.: Пс. 144, 18). Напряги свое сердце верою да возвысься им к Богу с молитвою в скорби твоей — и помощь твоя готова. — Опыты многократные. +

 

Господь наполняет всякое пространство и всякую минуту времени: и нет мгновения, когда бы Он не бдел над законами Своими — нравственными, конечно (и физическими), когда бы Он не наказывал за всякое противное Ему движение сердца и недобрую мысль или не награждал за благородное движение сердца и добрую мысль.

 

Неверие сердца в священнике пречистым Тайнам, так часто чудные изменения в нем производящим, есть хула на Духа Святого. Диавол всеми мерами старается вовлечь его в этот грех, зная, что нет тяжелее для него этого греха. — Внемлите себе, священницы Господни и все православные христиане, когда причащаетесь Тела и Крови Владыки, верного в словах Своих, которые не имут мимо ити (Ср.: Мф. 24, 35).

 

Зачем ты Меня гонишь (Ср.: Деян. 9, 4), что Я сделал тебе? Кое нашел ты во Мне погрешение? (Ср.: Иер. 2, 5.) Разумей. Христос вселяется в тебя чрез Свои животворящие Тайны, а грехами ты выгоняешь Его. Он обитель у тебя в сердце сотворил (Ср.: Ин. 14, 23) и, будучи Мир, умиряет твое сердце, а ты, неразумный, выгоняешь Его, мирно почивающего в тебе, грехами своими. О злонравие!

 

Катехизис краткий преподавать мальчикам с самого начала.

 

Не препятствуй природе своим наблюдением совершить тайну сна: в тот момент, в который должно было бы совершиться засыпание, одно мгновение напряженной мысли — и сон пропадает на всю ночь. Оттого бессонницы бывают у людей, серьезно мыслящих или преданных страстно чему–нибудь. Вероятно, есть в голове нерв сна, который, если тронуть, то сон мгновенно пропадает, хотя бы сильно хотелось спать. После всю ночь чувствуешь, что в самой верхушке головы есть раздражение нервов, обнаруживаемое легкою болью их. Так природа не любит, чтобы ей препятствовали делать ее дело, которое делает она всегда прекрасно по данным ей от Творца законам. Так она не терпит, чтобы препятствовали человеку и уснуть вечным сном смерти: умирающему нужно дать покой — ему бывает тяжело, когда стуком или разговором или чем другим препятствуют умереть. Тайна смерти совершается тайно, ровно, постепенно.

 

Тот, Кто сотворил звуки и дал различные гласы сотворенным живым существам, чтобы они выражали ими свое внутреннее состояние, а неживые — своими гласами проповедовали вечную силу и премудрость Творца, Сам — конечно не нуждаясь в этом гласе, но слышит каждый глас, каждое движение нашей души, выражаемое и даже не выражаемое никаким звуком. Молись Ему: Ему приятен твой голос, ведь он — Его творение, а из сущих Он ничесогоже гнушается, ниже бо ненавидя что устроил (Ср.: Прем. 11, 25), говорит Премудрый. Но Он внемлет гласу, от сердца происходящему: так как голос имеет это именно назначение, чтобы выражать то, что есть на сердце.

 

+ Где бы я ни был, но лишь возведу сердечное око к Богу в скорби моей — со внутреннею молитвою, Человеколюбец отвечает тотчас же на мою веру и молитву, и скорбь сейчас проходит. Он на всякое время и на всякий, час [174] близ меня. Только не видишь, а живо ощущаешь Его. Тысячу раз я замечал, что по отпадении от Бога сердечною верою непременно следует всегда скорбь, смерть сердца, и верно — широта, спокойствие сердца при живой вере в Него. И все это яснее дня доказывает, что Господь постоянно при мне и все внутреннее мое знает.

 

Какой ходатай или Ангел избавлял нас когда–либо от грехов и скорбей? Никто, кроме Бога.

 

Когда сердце мое открыто Богу верою, тогда мне хорошо, а когда закрыто неверием — худо. Диавол то закрывает.

 

Есть люди, которые ужасно боятся пыли: помилуйте, да разве вы сами — не прах (См.: Быт. 3, 19), чего же вы боитесь пыли так сильно, как чего–то противоестественного? Смиритесь и сознайтесь тогда, как на вас несется пыль и покрывает вас, что вы сами — прах земной, и припомните, что в древности ради смирения пред Господом люди посыпали нарочно головы свои пеплом, даже цари, как царь Ниневии (См.: Ион. 3, 6).

 

Не должно возмущаться лукавством врага, действующего на душу чрез плоть, но смиряться пред Богом и вменять за ничто препятствия, которые он ставит нам, хотя бы, побежденные ими, мы и падали. Без падений в этой жизни нельзя обойтись.

 

Как праздновать праздники? — Мы празднуем или событие (вникнуть в величие события, цель его, плоды его для верующих) или — <воздаем хвалу> лицу какому, например, Господу, Божией Матери, Ангелам и святым (вникнуть в отношение того лица к Богу и человечеству — в благодетельное влияние его на Церковь Божию вообще). Надобно вникнуть в историю события или лица и приближиться к событию или лицу сердцем, впитать их в себя, иначе праздник будет не совершенный, не богоугодный. Праздники должны иметь влияние на нашу жизнь, должны оживлять, возгревать нашу веру (сердца) в будущие блага и питать благочестие и добрые нравы. А они проходят больше с грехом, как и встречаются неразумно, маловерным холодным сердцем, часто вовсе не приготовленным к чувству тех великих благодеяний Божиих, которые Бог даровал чрез известное празднуемое лицо или событие.

 

К Мерилу моей нравственной жизни, измеряющему постоянно достоинства моих мыслей, желаний, слов и дел — обращаю я часто свой умный взор — то награждающему, то наказывающему меня, мое сердце.

 

Неверие сердца и страсти сердца по началу своему — если человек сам не поддается им добровольно — прелесть диавольская: взирая и молясь внутренно ко Господу, легко преодолеть их. Надо говорить при находах: как я прогневляю Тебя, Господи, тем–то и тем (неверием во что–либо или страстию к чему–либо), не хочу этого, не соизволяю врагу. Ты же, Помощниче мой всесильный, помози мне.

 

Злой дух всячески старается изглаждать из нашей памяти мучения сердечные, им причиняемые, и чувство сладостных даров Божиих — чувство прощения грехов, чувство мира и радости ? Дусе Святе; и хочет уверить, мерзкий, что прощение грехов — не от Бога, а так себе — случайно, или как будто грехов и не бывало, а мучение было не от грехов.

 

Подача нищим: деньги, хлеб и одежда на улице не лежат, как для птичек пища и питие. Питание и одеяние их предоставлено твоей добродетели.

 

Отчего живая тварь называется дыханием? — От Духа Божия. Так как начало их жизни есть Дух Животворящий, носившийся некогда верху воды (Ср.: Быт. 1, 2) и вливавший жизнь в первоначальные виды.

 

В храме особенно совершается тайна очищения грехов. Благоговей же к месту, где совершается очищение твоих душевных скверн, где ты примиряешься с Богом, где получаешь истинную жизнь духа. — Сколько раз Господь подавал мне здесь очищение грехов моих, без которого я не мог бы наслаждаться дарами Божиими — величайшим даром жизни, дарами мира и радости и благами вещественными. Слава Тебе, Иисусе, Сыне Божий, Ты — очищение о гресех наших (1 Ин. 4, 10), не о наших же точию, но и о всего мира!

 

+ Когда сподобит нас Господь за внимание наше к себе — какой–либо день сохраниться без греха [175], тогда и сон ночью бывает необыкновенно сладок и покоен, и утром, по пробуждении — такая благодатная тишина и спокойствие на душе, что сердце радуется и всему тебе так легко, легко. Ах, как иго Господних заповедей благо, как бремя Его легко! А грех отравляет и наше бодрственное состояние и сон наш: и во сне его ужасы тревожат дух наш.

 

+ Все разнообразие и красота вещества — существуют на основании сцепляемости тел. Что было бы без ней? (Я подметил закон сцепляемости на одном цветочке: влага липкая в соединении с тончайшими частицами земли, прошедшими чрез растительные сосуды, обращается в мясо цветка.) В веществе везде — законы Духа. Они и направляют вещество к такому или другому концу (цели); они и растят и видоизменяют, они и держат его в бытии.

 

+ Вера говорит мне: твоя жизнь — вера, надежда и любовь; а плоть и диавол говорят: нет, твоя жизнь — богатство мира сего. Слова веры оправдываются всегда самим делом; а слова плоти и диавола на деле всегда оказываются ложными, потому что убивают душу тем самым, в чем обещали прежде жизнь.

 

+ Я не достоин иметь то, чем пользуюсь. Каким чудом Господь даровал мне все это? Это — единственно Его милость. Твоих благодеяний и даров я сподобился, Владыко Господи, туне, яко раб недостойный. Итак, чтобы не остаться мне бесчувственным скотом, притекаю к Тебе усердно, от всего сердца и по силе моей приношу Тебе благодарение за все дары Твои — духовные и вещественные и вопию Тебе от всей души: Слава Тебе, Боже Премудрый! +

 

+ Жажда, голод и сон довольно ласково напоминают нам о тленности нашего естества; а болезни — довольно неласково, и поделом: не вразумляют ласки, так надо употребить угрозу.

 

Благодарю Тебя, Господи, за то, что Ты скапал мне и постоянно сказуешь пути живота (Пс. 15, 11). А то какой я жалкий был бы? Теперь же я знаю, что составляет жизнь, блаженство для меня; знаю, от чего мне надо удаляться, как от смертоносного.

 

Всею душою буду желать и искать единого Христа; все же прочее, что занимало меня прежде в жизни, да будет ниже моих желаний, да будет все житейское только некоторым приложением к Этому величайшему, бесценному Сокровищу, составляющему покой и блаженство души моей; велико ли, мало ли, ничтожно ли будет это приложение, — в первом случае да не прилагается к нему сердце (Ср.: Пс. 61, 11), а в последнем нимало да не опечаливается.

 

Главы — о вере, надежде и любви. Главы — о молитве. Главы нравоучительные. Главы естественные. Наблюдения и опыты духовной жизни. — Разные мысли.

 

Давши слово не раздражаться на жену, держи его. Господи, помози!

 

Наблюдая за своею духовною жизнию, удивляешься — до какой степени сохраняет благодать Божия неприкосновенною нашу свободу. Ничего она не употребляет, кроме увещания: приидите ко Мне ecu труждающиися и обремененнии, и Аз упо кою вы: иго Мое благо, и бремя Мое легко (Мф. 11, 28, 30). Дух злобы также ищет нашего изволения; для этого он употребляет искушения многоразличные: сладость какого–нибудь греха, обещание благоденствия в довольстве чувственными благами, страх и смущение, ослепление и возмущение сердца, в которых человек делается сам не свой и делает в этом состоянии угодное диаволу, огненные стрелы, производящие в душе нетерпение и раздражительность; страсти, также — болезни, разные потери, скорби, уныние. Потому–то Спаситель и сказал: в терпении вашем стяжите душы вашя (Лк. 21, 19), то есть так как диавол, склоняя вашу волю ко греху, будет употреблять для этого многоразличные искушения, в которых требуется терпение и великодушие, то вы должны терпеть всю жизнь (потому что искушения будут во всю жизнь) и в этом терпении должны стяжать свои души. Только претерпевый до конца, спасен будет (Мф. 10, 22). Побеждающему дам сести со Мною на престоле Моем., якоже и Аз победих и седох со Отцем Моим, на престоле Его (Откр. 3, 21).

 

Два величественных памятника. Все видят один раз каждую неделю — два памятника величественных и поучительных, только все присмотрелись к этим памятникам стародавним, и потому мало кто видит в них величие и назидание. Вот первый памятник: Суббота. На нем надпись: мир и человек сотворены всемогуществом, премудростию и благостию Творца Бога из ничего — в шесть дней; в седьмый день Бог почил от дел творения; от сложения мира уготовано от Отца Небесного вечное субботство или вечный покой вечного блаженства людям Божиим. Другой памятник: Воскресенье; на нем надпись: растлевшее грехом человечество воссоздано воплотившимся и вочеловечившимся Сыном Божиим, Который, приняв на Себя, как Агнец Божий непорочный, грехи всего мира (Ср.: Ин. 1, 29), пострадал за них и умер на кресте и в третий день воскрес из мертвых, совоскресив с Собою и все падшее от жизни в смерть человечество, как первенец мертвым (Ср.: 1 Кор. 15, 20). — Смотрят на обыкновенные памятники, читают их надписи и часто нарочито удерживают в памяти знаменательные надписи. Отчего же эти два памятника не пользуются должным вниманием? Как знаменательны эти два памятника? Их надписи? Или они не ясны? Нет: так ясны, что с первого раза видишь, о чем они говорят, о каких делах память передают нам. Если не для всякого ясна и вразумительна первая надпись, написанная еврейским диалектом, зато понятна должна быть всякому надпись последняя, написанная на языке родном: кто не знает Светлого Христова Воскресения? Кто не праздновал его светло и радостно? А празднуя Христово Воскресение, разве мы не свое воскресение в последний день мира празднуем? Разве для Себя Христос воскрес? Какой же смысл был бы иначе в воскресении, если бы оно было для Него одного, а не для нас? Светлый метеор, блеснувший и исчезнувший без всякой цели. — И вот, тогда как каждую неделю Бог показывает нам такие два поучительных праздника, мы проходим мимо их часто без всякой мысли об них, часто без всякого чувства великих благодеяний Божиих к роду человеческому, коих память Господь благоволил увековечить на этих двух памятниках. Как мы неблагодарны и злонравны! Некоторые даже безумно дерзки, осмеливаясь наперекор этим памятникам утверждать, что мир — не Божий мир, называя его каким–то малосмысленным словом природы, что воскресения мертвых несть. Но, аще воскресения мертвых несть, то ни Христос вое та (1 Кор. 15, 12–13). А кто же столько безумен, что может сказать это?

 

Зачатие святой Анны, егда зачат Святую Богородицу [176]. Так, и ублажаемые всеми земнородными, люди сначала бывают ничтожным семенем, зачинаются, как зачинается обыкновенный древесный плод, и постепенно возрастают в плод. А отчего животные зарождаются внутри — во утробе материнской, тогда как плоды древесные — снаружи дерева? — Оттого, что плод животный, будучи внутри, охранен от разных столкновений рождающего существа с другими и от разных неблагоприятных случайностей, а растения стоят неподвижно, и с этой стороны плод их безопасен. — Человек, животные, птицы, рыбы, гады.

 

Третий — частный памятник. День рождения и тезоименитства. — Величественный памятник! Поучительный памятник!

 

Мои мучения — памятники Божия вездеприсутствия и всеведения, равно как покой и радость сердца о Дусе Святе.

 

Молитва должна быть зрением сердца — Бога и себя как есть, а не призраком; молитва — средство прояснить иомеркающее постоянно сердечное зрение — от прилива похотей плотских и диавольского мрака.

 

Христос греет, покоит, нежит и веселит меня, как мать — младенца. Господи! Даруй мне видеть Тя всегда и быть благодарным Тебе.

 

Идеже еста два или трие собрапи во имя Мое, ту есмь посреде их (Мф. 18, 20). Везде, где ты служишь молебен или другую какую требу совершаешь — Господь тут посреди вас, непременно, неотложно. Как же должно осторожно вести себя при всех требах!

 

Будущая жизнь — совершенная чистота постепенно очищаемого ныне сердца, которое закрыто и омрачено грехом и диавольским дыханием и иногда по действию благодати Божией проясняется и зрит Бога, соединяясь с Ним преискренне — в молитве и Таинстве Причащения.

 

Иисус — ежедневная Победа моя невидимых врагов, Иисус — верный и падежный Врач мой лютых ежедневных скорбей сердца, Избавитель готовнейший, было бы только готово сердце мое (Пс. 56, 8) к Нему; Иисус — широта моего сердца, его покой и блаженство. Куда не могу проникнуть я — для прогнания врагов невидимых и для избавления от скорбей, — туда проникает мой Христос и за меня совершает желаемую победу. Также, чего не могу сделать я, при всех моих усилиях — то делает одно изображение Креста Господня, с сердечною верою сделанное на персях и чреве моем. Дивен во мне Господь мой, дивен Его Крест Животворящий: невидимые враги, невидимо и нещадно поражающие душу мою разжженными стрелами, разливающие во мне часто адский пламень, убивающие дух мой скорбию и теснотою, бежат от страшного для них имени Иисуса Христа и знамения Креста: оно палит их, как они палят меня, и за равное Господь воздает им за меня равным. — Вдруг легко бывает на душе моей, и прояснится она, как после туч мрачных и грозных.

 

При образовании юношества о чем надо больше всего стараться? — О том, чтобы стяжать ему просвещенна очеса сердца (Еф. 1, 18). Не замечаете ли, что сердце наше — первый деятель в нашей жизни и во всех почти познаниях наших зрение сердцем известных истин (идея) предшествует умственному познанию? Бывает так при познаниях: сердце видит разом, нераздельно, мгновенно; потом этот единичный акт зрения сердечного передается уму и в уме разлагается на части: являются отделы, предыдущее, последующее, словом — зрение сердца в уме получает анализ свой. Идея принадлежит сердцу, а не уму, — внутреннему человеку, а не внешнему. Поэтому весьма важное дело — просвещенна очеса сердца при всех познаниях, но особенно при познании истин веры и правил нравственности.

 

Паки и паки восписую благодарственная Пресвятой Госпоже моей, Владычице Богородице, <яко> избавлься от злых. [177] Приими от мене, непотребнаго, сквернаго, скверными помыслы, и деянми страстей всего себе непотребна сотворим [178] и по злобе моей диавольским соучастником бывшего, — излияние благодарного сердца моего. Вот оно, Владычице, Твоим ходатайством и заступлением [179] сейчас, мгновенно исцелело от диавольского озлобления, от разжженных стрел его, от тесноты его адской, от неволи его лютой, от работы его несносной и покоится небесным покоем: я уже совсем не тот, чем был за минуту пред сим; я не раб диавола, я не сообщник злобного естества его, дел его человекоубийственных; я — раб Твой, я раб Владыки Бога моего; невидимая рука Твоя осязательно коснулась моего сердца грешного. О счастливая действительность! Прославлю Твое милосердие, Твое пребыстрое заступничество, Милостивая, Благосердая и Благолюбивая Госпоже, Пресвятая Богородице! Недоумею, окаянный, благохвалити Тя по достоянию: но веру мою приими, христиан всех Предстательнице [180] и не лиши меня Твоего благого Владычества в прочее время живота моего. (Декабря 10 дня 1859 года.) — Христиане! Хвалитесь Владычицей, Заступницей нашей, исповедайте славу Ее всем неведущим Ее заступничества. Да будет день сей всегдашним, новым памятником для меня благодеяний Божией Матери! — Тринадцатого декабря 1859 года. — Был он, человекоубийца, во мне, и нет его — он прогнан.

 

Если, как ты испытал многократно, Я скоро слышу и исполняю твои молитвы: то отчего ты всегда не молишься Мне с верою несомненною обо всем? — В церкви и дома, при совершении служб и таинств и на домашней молитве. Ты оскорбляешь Меня маловерием, которое в тебе неизвинительно.

 

Болезнью одного члена часто искупается благосостояние всего тела или важнейших его частей.

 

Когда ты молишься Господу или Владычице Богородице, то будь уверен, что молитва твоя, если она от всего сердца приносится, в один миг бывает слышна у Господа или Божией Матери. Что я говорю? Они видят самое расположение твоего сердца к молитве, прежде чем ты действительно помолишься, и чтобы дать тебе благо, о котором ты молишься, для этого недостает часто только тебя, твоей сердечной веры, искренности твоего желания, глубины твоего смирения, твоего сознания в том, что ты окаянен и беден, и нищь и слеп и наг (Откр. 3, 17).

 

Во время молитвы, когда, несмотря на наши усилия иметь живую веру в Бога, ее нет в нашем сердце, надобно помнить, что диавол всегда, а во время молитвы особенно, старается закрыть, омрачить очи сердца, чтобы оно не видело Бога (вера есть видение сердца невидимого Бога); надо также внутреино сказать Господу: Господи, Тебя закрывает от меня враг, и неразумное сердце мое, покрываемое его мраком, мятется и колеблется: да знаменастся свет лица Твоего на мне, грешнем (Ср.: Пс. 4, 7).

 

Быстрым предстательством Божией Матери и святых доказать бессмертие душ человеческих — и общее воскресение; обширность их деятельности (в теле деятельность их стеснялась: они не могли быть везде и слышать всех, а теперь — везде и всех).

 

Смущение. Девица, встречаясь с любимым ею человеком, смущается; ненавидящий при встрече с ненавидимым — смущается; завистник — смущается, вообще преданный какой–либо страсти непременно смущается внутренно. Отчего? Оттого, что преданный страсти человек соединяется с диаволом, а он чужд всякого мира.

 

Пресвятая Богородице! Опять я должен сегодня благохвалить Тебя. Ты опять и сегодня, по молитве моей, избавила меня, недостойного, от тесноты сердца моего. Слава Тебе!

 

О причащении. Не смотри на виды хлеба и вина, а смотри на жизнь небесную, несомненно от них изливающуюся в сердце твое, если ты не оскорбляешь Таин маловерным усумнением или неверием. Так, не смотри лукаво на виды хлеба и вина, а подивись тому, как эти виды хлеба и вина, преложившиеся в Тело и Кровь Господа, животворно действуют на умерщвленную грехом душу нашу, оживляющую наше тело, как она живится, упокоевается ими. Этому подивись и воздай славу Господу, оживляющему нас, умерщвленных грехом.

 

Сомнение, маловерие, неверие, все страсти и грехи — мерзость диавола. Творяй грех от диавола есть, яко исперва диавол согрешает. Сего ради явися Сын Божий, да разрушит дела диаволя (1 Ин. 3, 8).

 

После причастия спроси себя внутренно: любишь ли ты Спасителя всем сердцем (Ср.: Мф. 22, 37)? Если любишь, если сердце твое говорит Господу: Господи, Ты веси, яко люблю Тя (Ин. 21, 17) — то ты достойно причастился, если нет — недостойно. Если чувствуешь отвращение ко всякому греху, особенно к страстям: ненависти, зависти, гордости, себялюбию, своекорыстию и другим, то — достойно; если нет — недостойно; если живая вера в сердце есть — достойно; если нет — недостойно.

 

Во время умственных занятий, особенно предметами веры, око сердечное очищается, проясняется, светлеет. Хорошо заниматься умственными трудами!

 

Ложишься вечером и думаешь, что встанешь завтра утром; так и ложась в могилу в вечер нашей жизни, будем уверены, что мы встанем в утро общего воскресения (о воскресении).

 

Неизбежность смерти. Смерть постоянно, ежедневно берет из среды нас свои жертвы. Мы видим то мать, оплакивающую свое порождение, то жену, рыдающую по своем муже, отшедшем в путь, из коего нет возвращения, или мужа, лишившегося жены; видим младенцев и дряхлых старух, юношей и крепких духом и телом мужей, дев и жен в объятиях смерти, бездыханных, безгласных, безобразных, бесславных [181]. Как редко можно найти семейство, в котором все члены, начиная с отца и матери, были бы в живых; кого–нибудь да нет из близких сердцу, и одни поемлются невидимою рукою, а другие оставляются (Ср.: Мф. 24, 40–41). Все видим это печальное зрелище, но все почти так привыкли к нему, что оно и не занимает или по крайней мере не трогает нас. Так, придет очередь и нам быть жертвою смерти, и может быть, очень скоро, думаем ли, не думаем ли об ней; а после смерти всех ожидает неизбежный и для многих тяжелый, тяжелый суд. Что же мы проводили жизнь свою в рассеянности, в бездействии? Зачем мы не готовимся ступить как должно, по–христиански, за предел настоящей жизни? Зачем не думаем о Судии Небесном и о страшном престоле Славы (Мф. 19, 28), куда мы непременно все предстанем?

 

Я и здесь упокоеваюсь во Христе и со Христом: как же мне не верить, что после смерти меня ожидает вечное в Нем упокоение после борьбы с врагами земными? Мне и здесь без Христа тяжело, мучительно: как же мне не верить, что тем более будет для меня мучительно без Него там, когда Он окончательно отвергнет меня от лица Своего (Ср.: Пс. 50, 13)? Так, здешнее состояние наших душ предотображает будущее. Будущее будет продолжением настоящего состояния внутреннего, только в измененном виде относительно степени его: для праведников оно обратится в полноту вечной славы, а для грешников — в тяготу вечных мучений.

 

Да внимают себе, своему сердцу, воспитатели и наставники и да укрепляют сердце свое сердечною молитвою во всяком деле своем: их благим намерениям и усилиям противополагает свои козни злобный князь мира сего (Ин. 12, 31) и всячески старается лишить их занятия сердечной теплоты и искренности, посевая в их сердце, как плевелы, леность и неохоту к занятиям; да внимают себе и воспитанники и да прилежат своему делу рано и позде.

 

Когда злой дух тяготит твое сердце, склоняя его к какой–либо страсти, вооружись мужеством и терпением и лиши его тем всякой надежды на дальнейший успех: отстанет, когда увидит твою твердость. Но худо, если будешь малодушествовать: возьмет силу над твоим сердцем. — Опыт.

 

Иной болтливый или иная болтливая в кругу знакомых или родных режет своим языком, как острым мечом, доброе имя ближнего и не замечает, как лукавый окрадывает чрез это его или ее душу. Хранение устом (Пс. 140, 3) — важное дело.

 

Обаянные прелестью диавольскою, люди ругаются над дверью жизни, которою они сами вступили в мир сей по милости Жизнодавца Бога, Который дал законы о браке, и обращают ее в предмет постыдного удовольствия. Где же ум у именующих себя разумными? Как бы не рассудить им, что лица не то, что животные неразумные, что они обязаны свободным повиновением воле Бога — Творца Своего, что жены, которым дал Бог эту дверь, не имеют сами права над ней, как не имели же права сами войти в утробу матери своей и родиться, как не могли создать себя сами с известными органами. Начальник их жизненной двери есть Творец Господь, Жизнь всех, и по Его–то всезиждущей воле после брачного благословения должен быть ввергаем в дверь жизни начаток человека (зачатие). Равно и мужчины [182], заключающие в чреслах своих семя человеческое (Левий во чреслах отчиих бяше) (Евр. 7, 9–10), как не сами сотворили это семя (кто от нас может волос белым или черным сотворити (Ср.: Мф. 5, 36), или приложити возрасту своему лакоть един: ни мала что можем сотворити (Мф. 6, 27), тем более семени человеческого — основания будущего человека, подобного себе). Так не сами же, самопроизвольно и могут расточать это семя, а по указанию и законам Того, Кто вложил в них это семя. — Все, лукаво и нечисто взирающие сердцем на дверь жизни, да ведают, Кто прошел сквозь Девическую дверь жизни затворенную нагой во входе и Плотоносец во исходе [183]. Это — Начальник жизни нашей [184], премудрый Творец человеков — со всеми их органами. Для чего же Он прошел чресла наг и явился во исходе Плотоносцем [185]? Чтобы нас избавить от греховного растления, чтобы в Своей плоти показать нам пример победы над плотию. Горе будет от Него тому, кто ругается бессмысленно и нагло над дверью жизни: он не увидит жизни и приимет погибель — муку вечную от лица Господня. Ни блудники, ни прелюбодее Царства Божия не наследят (Ср.: 1 Кор. 6, 910).

 

К мужу твоему обращение твое (Быт. 3, 16). Бедная женщина! Весь век в нарядах, весь век в срязях [186] — и все, чтобы понравиться мужу. Так муж возобладает ее мыслями и сердцем после того, как она возобладала им при искушении. Поделом! Но и горько иногда платить за это мужу: часто все плоды трудов своих муж полагает на жену.

 

С Господом мне хлеб простой приятен и питие простое сладко.

 

За постоянную молитву Господь сподобляет молящихся Ему умереть на молитве и воспарить душами прямо к Его престолу.

 

Чистии сердцем Бога узрят (Ср.: Мф. 5, 8), и (подразумевается<?>) — в Боге увидят настоящее значение всех сотворенных от Него вещей и в истинном свете — все дела человеческие, все отношения взаимные людей.

 

Вы имеете Лики Спасителя и Божией Матери: веруйте, что в этих Ликах — Сам Господь и Сама Пресвятая Богородица Своею благодатию. Так, много раз получал я пред иконою Спасителя много милостей Его великих — от одного воззрения на Его Пречистый Лик; много сподоблялся я даров небесных от Царицы Ангелов и человеков — пред иконою Ее Казанскою. Молясь пред ними, я молился как бы пред Ними Самими и никогда не посрамлялся. А точно ли Господь Своею благодатию присутствует всегда в Своей иконе, а Владычица — в Своей? Точно — припомним пример из жизнеописания отца Серафима, как он однажды, служа Литургию в диаконском сане, видел во время ее — после слов: «Господи! Спаси благочестивыя» — явившегося Господа в верху храма, Который потом вошел в местный Лик Свой. Припомним, как слава Господня, обитавшая в Иерусалимском храме, оставила его за умножение беззакония в еврейском народе пред самым разорением Иерусалима и слышен был глас: прейдем отселе (Ср.: Ин. 14, 31). И сияние, при этом замеченное в храме, оставило храм, вышедши из него вратами [187]. Итак, молись пред иконами Спасителя и Божией Матери как пред Ними Самими, всматривайся в их величественные, светящиеся небесным спокойствием, кротостию и смирением Лики. Если твое сердце двоедушничает на молитве: вспомни, где и пред Кем ты стоишь. Ты стоишь пред Такими Существами, Которые знают каждое движение сердца твоего, каждую мысль твою; Которые знают совершенно, истинно ли, от сердца ли, так ли, как пред живыми, молишься или ложно, не от сердца, забывши, что ты стоишь пред Богом сердца и пред Матерью Бога сердец, испытующаго сердца и утробы (Ср.: Иер. 11, 20), ведающего и исчисляющего все твои тайные мысли и необнаруженные желания и намерения. Ах, как много значит один взгляд на небесный Лик Господа или Божией Матери, с верою устремленный! Так, со мною был случай (рассказать Рамбовский случай).

 

Сами себе в любви Божией соблюдайте.

 

Враг бесплотный сильно во время молитвы налегает на сердце и угрызает его сомнением и маловерием, чтобы молитва, произносимая без веры, не принесла нам никакой пользы.

 

Еда како даст им Бог покаяние в разум истины, и возникнут от диаволския сети, живи уловлени от него в свою его волю (2 Тим. 2, 25–26). Богопросвещенному взору Апостола люди представляются заживо захваченными в сеть диавольскую. Как эта сеть есть мысленная, духовная, то выражение Апостола значит то, что люди опутаны духовно и так удалены от духовного Света и Источника жизни — Бога, что они не видят ни Его, ни себя в том виде, в каком они есть; не имеют в себе жизни (живота не имате в себе) (Ин. 6, 53) и заживо умерли душою: мысли погибельные, желания и намерения, клонящиеся к погибели, слова и дела — все у них направляется диаволом к их погибели, и он водит их как слепцов, опутав их и зрение, и руки, и ноги их. В сеть диавольскую, как мы видим, уловлены им и пастыри и пасомые — и первым наложил он печать молчания на уста или старается всячески достигнуть этого так, что они не глаголют народу именем Господним, не просвещают его сердечных очей, ослепленных диаволом, или сами живут беспечно, порочно, не радея о своем спасении; а других связал он печалью века сего (Мк. 4, 19), или попечениями о житейском, лестью богатства, жгучею любовию к приобретениям, или расслаблением душевных и телесных сил, не занятых трудами; страстями многоразличными: страстию к выездам, развлечениям, болтливости или страстями ненависти, мщения, зависти, скупости, неблаговидными привычками и наклонностями и всяким видом греха. — Жалко и больно видеть человечество в этой диавольской сети, которой оно и не замечает, — что еще горче (у него опутано все: и сердце, и ум, и вся душевная деятельность, и оно не замечает этих пут), и которую оно, кажется, охотно держит на себе и добровольно влечется в погибель. Нужна усиленная, горячая от любящего сердца молитва пастырей и мирян благочестивых и боголюбезных, чтобы Бог призрел, хотя и не достойны того люди, совершенно Его оставившие, чтобы Он призрел на них с высоты Своея (Ср.: Пс. 101, 20) и послал им пастырей по сердцу Своему, которые зажгли бы их разумом и учением, чтобы движениями Своего праведного гнева вразумил неразумных и обратил их к Себе.

 

Сей род (диавольский) не исходит, токмо молитвою и постом (Мф. 17, 21). Отчего и постом?

 

Оттого, что во плоти нашей, вкусившей некогда убийственного плода преслушания, гнездится этот древний змий–человекоубийца, а плоть усиливается над духом нашим чрез невоздержание ее; пост же ослабляет ее, а вместе с нею — и диавола. Чрез чрево сильно действует диавол на людей, потому что и душа наша во внутренностях (дух прав обнови во утробе моей) (Пс. 50, 12) и что желудок (живот) в физическом отношении, то сердце (душа) — в духовном; как живот, поколику он есть причина жизни физической, находится в самой средине нашего телесного естества, так и соответствующее ему духовное жизненное начало — тоже в средине, откуда оно простирает свои действия на голову и на все другие части тела. Два — два: едино противу единому. Как же должна быть важна заповедь о постах! Егда отнимется от них жених, тогда постятся (Мф. 9, 15). Видите, Сам Господь признал нужным для нашего спасения пост!

 

Опыт показывает, что глухо к учению сердце, отягченное объядением, особенно пиянством; еще глуше оно к молитве, и невольно склоняет оно молящегося к земле, препятствуя возвыситься ему к Богу.

 

Вот, возлюбленные, близок праздник — Рождества Христова. Позаботимся, как бы встретить его по–христиански, духовно. Наперед знаю я, как вы намерены его встречать: вы скоро отправитесь на торжища и будете там пещись и молвить о мнозе — о многоразличных яствах в праздник, а единое на потребу (Ср.: Лк. 10, 41–42), а мысль о том, как бы усладить в предстоящий праздник душу свою брашном духовным, как бы достойнее встретить и проводить праздник — какими мыслями и делами, и в голову редко кому приходит. А ведь брашна–то, возлюбленные, всегда с вами, а праздник Господень не всегда. Позаботимся же о том, как бы нам достойнее встретить, духовно, наступающий праздник; пусть это у нас будет первая и самая главная забота; довольно, если заботам о покупках на праздник уделим несколько часов — пред праздником. Давно уже поем мы: Христос раждается, славите. Христос с иебесе, срящите, то есть встречайте. Христос на земли, возноситеся, и веселием воспойте, людие [188], — и поем для того, чтобы заблаговременно подумать нам о том, для чего Сын Божий сшел с небес на землю; для чего воплотился от Духа Святаго и Марии Девы [189] и стал человеком, не перестав быть Богом. О великой тайне воплощения Сына Божия, о том, для чего эта тайна дана нам и какую великую пользу принесла она нам — бывшим рабам диавол а, греха и смерти. С какими мыслями и чувствами мы должны встретить Его. (А встретить такого великого Гостя надо бы непременно прилично.) Ангелы поют боголепно рожденному Младенцу: слава в вышних Богу, и на земли мир, в человецех благоволение (Лк. 2, 14) — и нас поучают, чему должны мы радоваться в этот праздник, как и за какой дар благодарить Бога. [190]

 

Итак, отрясите с себя суету житейскую, и к празднику явимся с душою, не возмущаемою никакими житейскими заботами, чтобы всей душой отдаться празднику. Для того и постились вы пред праздником, чтобы трезвенною мыслию и бодренным сердцем [191] встретить вам праздник Господень. Иначе к чему же и пост? Для чего же? [192]

 

Сего ради высокий Бог на землю сниде, говорит святая Церковь, да нас на небеса возведет. [193] Запомните же все и углубите в сердцах своих вот эту мысль, что Сын Божий сошел на землю для того, чтобы нас спасти от грехов и смерти вечной и возвести на небо, то есть туда, где вечная жизнь, вечное блаженство. И если Христос сошел к нам для того, чтобы нас возвести на небо, то и мы должны заблаговременно чаще возноситься туда мыслями и сердечными желаниями и отрешаться душами своими постепенно от всего, что привязывает нас к земле — к этой стране изгнания (к этой гостинице), в которой так много искушений, бедствий, болезней, скорбей, где при всей скоротечности земной жизни видишь одни грехи и соблазны и смерть со всеми ее ужасами. (Итак, когда настанет велий день Рождества Христова — вознеситесь к Нему чистыми сердцами, не занятыми ничем земным, выйдите к Нему радостно навстречу и — мыслями и сердцами вознеситесь в селения небесные, в обители Отца Небесного, куда всех пришел переселить с земли Единородный Сын Бога Отца.) Христос раждается, славите. Христос с небесе, срящите. Христос на земли, возноситеся. [194] Некоторым из нас, может быть, в последний раз придется встретить этот праздник.

 

Размышляйте о небесном, желайте небесного, стремитесь к небесному. Итак, прежде чем настанет праздник Рождества Господа и Спаса нашего, приготовьтесь встретить Его Рождество чистыми сердцами, незапятнанными ничем неземным, чтобы Царю Пречистому угоден был ваш праздник, чтобы, когда Он с небес явится, — вы были как невеста уготована мужу своему (Ср.: Откр. 21, 2), как прилично достойная Его величия и святости. Будьте же, когда Христос будет на земле, внимательнее к себе — вот скоро все вознесетесь тогда мыслями и сердцами от земли горе — к Богу. Когда с такими мыслями и с таким расположением сердца встретите праздник Рождества Христова, то встретите его достойно, по–христиански и с пользою для души своей. Аминь.

 

Ныне у нас два праздника: к празднику Рождества Христова присоединяется праздник Воскресения Христова. Отдадим долг — и празднику Рождества и празднику Воскресения Христова. Один — праздник годовой, а другой — недельный. Христос родился для того, чтобы придти к торжеству Воскресения, и родился для нас и воскрес для нас: наш и Рожденный Младенец, наш и Воскресший Христос! (Тот же Христос, и рожденный, равно как Христос же и воскресший!) Такова уж любовь Его к нам: всего Себя отдал нам, только бы живыми вечно нас сделать, только бы ввести нас в обители Отца Небесного.

 

В том и другом празднике, возлюбленные, сокрыто наше собственное торжество: и родился Христос и воскрес для нас, наш и Рожденный Младенец, наш и Воскресший Христос. Такова любовь Бога Спасителя к нам: всего Себя отдал нам, только бы живыми вечно нас сделать, только бы ввести нас в обители Отца Небесного.

 

Жизнь Господа нашего Иисуса Христа с Его рождения до страданий, смерти, воскресения и вознесения на небо есть, возлюбленные, так сказать, зеркало, в котором отражается все то, что бывает и будет с Его последователями, или иначе сказать — вся Его земная жизнь есть изображение нашей жизни. Поэтому Рождество Его есть как бы наше рождение, Воскресение Его — наше воскресение. Какое же для нас торжество в том и другом празднике? Как не торжество? И Рождеством и Воскресением Его мы призваны к жизни вечной, к наследию нетленному, соблюдаемому на небесех нас ради (Ср.: 1 Пет. 1, 4). Без Спасителя, без Его рождения наше рождение было бы на осуждение и муку, наше воскресение — на вечное осуждение. Своим рождением Иисус Христос освятил наше рождение, вознес рог наш (Ср.: 1 Цар. 2, 1) чрез воскресение, обвеселил нас надеждою на наше воскресение. Верою Христос воста от мертвых, начаток умершым бысть (1 Кор. 15, 20).

 

Для чего праздник Рождества Христова мы празднуем однажды в году, а праздник Воскресения 52 раза и один из них — так светло, с такою торжественностию, что свет его как бы затмевает все другие праздники? — Чтобы решить этот вопрос, возьмем, для объяснения его, другой: нужно ли уверять человека несколько раз, что он родился? Не нужно: потому что всякий это знает без уверения. А нужно ли уверять человека много раз, что он воскреснет? Необходимо нужно: потому что как воскресение еще будет и оно у нас только в надежде, то надобно чаще воскрешать, оживлять веру нашу в наше воскресение и надежду на него тем более, чем меньше видим мы пред глазами примеров воскресения; между тем как примеры рождения -— всегда пред глазами. Но год, братия, представляет собою как бы век наш своими годовыми переменами: весною, летом, осенью и зимою. Но родится человек однажды: потому и воспоминание в год бывает также однажды. Оттого мы ежегодно празднуем день своего рождения, как будто бы ежегодно мы рождались и начинали свою жизнь: ежегодно благодарим Господа за то, что Он благоволил даровать нам бытие — в день нашего рождения. [195] Итак, год изображает собою как бы век человеческий. В этот годовой век мы вспоминаем однажды все великие события в жизни Господа нашего Иисуса Христа, и этого одиночного воспоминания достаточно для нас, потому что как всякий верит в свое рождение, то и нет нужды уверять его в том. Л Воскресение Христово <как> именно день действительно Воскресения Его из мертвых также со всею торжественностию празднуем однажды; а Воскресение Христово празднуем один и пятьдесят один раз в год, чтобы чаще уверять людей, что воскресение их несомненно. Потому как раз с меньшею торжественностию, что Христово Рождество есть как бы наше рождество, так и день недельный, Христово Воскресение есть как бы и наше воскресение: воскреснусте со Христом (Кол. 3, 1), то есть вы воскресли вместе со Христом, говорит Апостол.

 

Итак, слава родившемуся нашего ради спасения [196] Господу и слава Ему, воскресшему из гроба и нас с Собою совоскресившего (Ср.: Еф. 2, 6). А вы, возлюбленные, все помните с каждым наступающим воскресением, что вы воскреснете и, воскресши, явитесь на Суд, потому что всем нам явитися подобает пред судищем Христовым, да приимет кийждо, яже с телом содела, или блага, или зла (2 Кор. 5, 10), а потому каждый позаботьтесь устроить жизнь свою так, чтобы на этом Страшном Судилище не посрамиться и не быть отосланным во тьму кромешную (Ср.: Мф. 22, 13). Аминь. И чтобы праздники Рождества и Воскресения Христова не осудили нас в том веке в нашей невнимательности и неуважении к ним. Аминь.

 

Человек дышит и всякое дыхание дышит, и Дух Божий дышит (Ср.: Ин. 3, 8), но Дух Божий дышит и Своим дыханием оживляет (Ин. 6, 63) всех. Счастлив, преблажен тот человек, коему Дух Божий по достоянию дхнет: скоро тогда вземлется он от земных восперяясь, возращаясь, устроямсь горе [197] от Всеоживляющего Духа Святого, Господа Животворящего [198].

 

Борись с бесплотными злодеями: Владыко все видит, и может быть, недалек час, в который Он воззовет тебя к Себе и увенчает тебя за победу. Побеждающему дам сести со Мною на престоле Моем (Откр. 3, 21). Одушевляйся этою мыслию.

 

Как смотреть на познание языков? — Дар языков дан был Святым Духом апостолам для того, чтобы они проповедали всем народам, говорящим на разных языках (См.: Деян, 2, 4), Слово Божие — о покаянии и оставлении грехов во имя Иисуса Христа и о даровании жизни вечной во Христе. Соответственно этому и теперь — сближение человека одной нации с человеком другой и одного народа с другим чрез взаимное познание языков должно главным образом иметь ту цель, чтобы чрез это сближение нация, исповедующая веру истинную, не поврежденную мудрованием человеческим, проповедовала о необходимости исповедовать именно эту веру (или исповедание), а не другую, то есть сближение должно иметь целию — славу Божию и спасение душ человеческих. Для этой цели хорошо обладать познанием языков, но если эта цель совсем выпускается из виду и на место ее поставляются одни цели и отношения житейские, особенно — суетные, вредные вере и отечеству, как и бывает обыкновенно, то познание языков будет для лингвиста мечом, убивающим его собственную душу, бесполезным капиталом, тратою драгоценного времени. Надо помнить, что хотя Дух Снятый егда огненныя языки раздаяше, в соединение всех призвал [199], но в соединение веры и любви; для такого соединения дай Бог, чтобы все приступали со всем усердием к изучению иноземных языков и своими познаниями в них способствовали распространению в мире истины Божией, святой православной веры, успокоительной надежды и оживотворяющей сердца человеческие истинной любви, что и делается у нас в России, потому что благовествуется Евангелие Царствия Божия таким народам, которые прежде не знали Господа, идеже имя Его не призваша (Ср.: Пс. 78, 6). Но если нет этой цели в виду, тогда лучше оставаться при своем родном языке и помнить, почему Господь некогда сошедше смесил языки людей (Ср.: Быт. 11, 7). Смешение это было тогда необходимо для гордых и безрассудных людей. Необходимо оно для многих лингвистов и теперь. Развяжись их язык для беседы с другими нациями, и наделают проказ, и погубят свою душу или отступничеством в другое вероисповедание, или злобною болтливостию в своем родном крае, или принятием обычаев и пороков иноземных. Но всего удивительнее то явление, что в пределах родного отечества язык родной даже в пренебрежении, между тем как в великом почтении языки иностранные. Что это за комедия, что на изучение иностранных языков и при воспитании обращено огромное внимание, а на веру, на Закон Божий — на эту основу человеческого благоденствия земного и залог блаженства вечного — только по вниманию к нему власти самодержавной и низшего начальства обращено внимание, на самом же деле родителями обращается весьма мало внимания? Объюродели; впали в неискусен ум — творити неподобная (Ср.: Рим. 1, 28). Родной язык — дар нам Божий вместе с бытием и после бытия — величайший дар Божий: на нем возносилась первая молитва о нас к Богу, на нем совершено наше духовное возрождение, на нем мы прежде всего слышали Слово Божие, воззвавшее нас из небытия в бытие, слово о воплотившемся для нашего спасения Слове как Сыне Божием, об оставлении грехов во имя Его; на нем мы слышали все Божественные службы, на нем слышим мы совершение всех таинств. И как же после этого пренебрегать родным языком? Как с предпочтением смотреть на другие языки и заниматься ими? Не значит ли это ругаться над дарами Божиими, то есть над языком отечественным, и над неоцененным даром веры православной? Так и ругаются: и индифферентизм или холодное безразличие в вере многих доказывает, что вера православная для них все равно что католицизм или лютеранизм, даже — исламизм. Как пагубно отведать иностранного! Свое–то кажется и ниже всего иностранного. И это не в вере только, а и во всех почти науках и искусствах, как будто все, что наше, от сравнения с иностранным в самом деле становится хуже. Ослепит же окаянный так страшно — неразумных почитателей всего иностранного. О родной язык! О сильный и звучный язык! Звони колоколом на всех любителей языков иноземных, сзывай, зови на защиту свою всех верных сынов отечества и их устами скажи всем любителям иноземного, скажи им, благородный, священный язык: я принес к вам первоначально веру православную и с верою — ваше спасение; я возгремел к вам в спасительном слове Евангелия и в святолепном чине православного Богослужения; я в продолжение почти тысячелетия раздаюсь во всех храмах ваших и приношу на нем в сердца верные волны благодати Божией; я, а не французский, не английский и немецкий языки, был в сердце и на устах всех святых вашей Церкви, прославленных от Бога нетлением и чудесами; мною выражали свою верность и любовь к царю и отечеству все верные сыны отечества; чрез меня слышали клич победоносным вашим воинам, когда взывали к ним о защите отечества или когда они возвращались, увенчанные славою, с поля брани; и чтоб сказать короче: чрез меня стояло и стоит могучее царство Русское; чрез меня переливаются из сердец в сердца величайшие сокровища всех людей — странников к отечеству небесному — вера, надежда и любовь. За что же вы мною пренебрегаете? Какое нашли вы во мне погрешение, легкомысленные чада мои? Не звоню я так нежно и приятно, как звонит язык француза, германца и британца? Но разве вы дети? Разве ваше дело только колокольчики? Разве сущность языка — в нежности и мягкости звона? Язык — орган истины; разве святая истина хуже может выражаться мною, чем на языках иностранных? Но нет: вы ищете не истины. Вы любите суету и ищете лжи (Пс. 4, 3), как говорит Давид. Оттого они (особенно язык французский) и нравятся вам больше, чем свой язык. Не ревную я вас без разума. Изучайте, знайте языки иноземные, но знайте для пользы души своей и отечества; о том я и сокрушаюсь, о том и скорблю, что вы изучаете и знаете их не для того. Смотрите же: я скажу об вас Слову, Которое раздает всем слово чрез Духа Святого, что вы обижаете родное слово, а с родным словом и Слово Божие на родном языке. Вы оставили Слово и не читаете Слова, и говорите: непонятно Божие Слово. А разве языки иностранные сначала были понятны? Разве вдруг, как апостолы, получили вы дар говорить на разных языках? Разве не учились вы им долго? Точно так же, если бы вы захотели изучить язык родной славянорусский, вы узнали бы и его, и ясно было бы вам Божие слово. А теперь что же? Зная в совершенстве языки иностранные, вы не знаете и читать по–церковнославянски и удалились вы сами от глаголов живота вечного (Ин. 6, 68), изрекаемых в Божием Слове. — Мария сидит у ног Господа и слушает слово Его; а Марфа молвит — только о мнозе службе (Лк. 10, 41) — о европейских языках, о разглагольствии пустом и бесполезном на этих языках; пишет письма на этих языках и просит в них новых мод платья, различного снадобья для убранства телесного, различных предметов суетности житейской. — Про ту Марфу больше ничего худого сказать нельзя, а про нашу надо сказать много худого: у нашей Марфы сердце очень растленное, нет у ней заботы о душе своей, а забота все о теле: кумир для нее тело; не знает, как украсить, как почтить свое тело; кланяется ему день, да и ночь почти, а все кажется ей еще, что мало боготворит свое тело. И весь век свой Марфа сидит над телом своим. А век–то такой короткий, смотришь, Марфе дурно и Марфа в отчаянии и бросается во все стороны, а помочь–то нечем, и раздушенная, разряженная Марфа умирает, и, как разломанную куклу, выносят — в могилу. Вот свет! Подумайте: чудные дела! Да как только они делаются.

 

Кто не терпит недобрых отзывов о себе, кто мучится подозрительностию и хочет заставить говорить о себе всех только хорошо, тот очень горд и самолюбив. Если совесть твоя действительно упрекает тебя в чувственной слабости и ты думаешь, что за нее тебя осуждают: терпи, осуждение ты заслужил; смирись и исправься; а если совесть твоя чиста: чего тебе возмущаться? — Господь терпел злословие; а ты — кто, что не хочешь терпеть его? Разве ты не последователь Его? Блажени есте, егда поносят вам (Мф. 5, 11). Горе, егда добре рекут вам ecu человецы (Лк. 6, 26).

 

Почитая святых Божиих, прославляя дни памяти их, мы должны помнить, что и нас ожидает вечное упокоение и слава, если мы будем подражать вере и жизни их.

 

Когда диавол усиливает свои нападения на нас? — Когда надобно нам раскрывать уста на учение и наставление: для этого он поселяется в сердце и силится заглушить в нем всякое доброе чувство, чтобы оно, не будучи в сердце, не могло явиться и на устах. Далее — пред праздниками, особенно пред великими, чтобы лишить нас всяких плодов праздника; в конце благочестивых занятий, например, молитвы — для того, чтобы одним концом дела погубить все предыдущее дело, иногда очень продолжительное. Характер его нападений — неописанная злоба, разрушительная жгучесть, тяжесть и теснота в груди и на сердце, смущение и боязнь, нетерпение и раздражительность в высшей степени, происходящей от внутреннего огня и тесноты; уныние, расслабление души и сильная неохота ко всякому делу, тупик или столбняк, или жгучий поток недобрых мыслей. Что же противопоставлять ему должно нам? — Терпение и веру. Здесь терпение и вера святых (Откр. 13, 10). Не поддаваться ему ни на шаг и питать в душе кротость, смирение, терпение, любовь ко всем, особенно к присным или домашним своим. Надо вести с ним постоянную внутреннюю брань и умудряться в познании его хитростей при нападениях, и всячески лишать его надежды на успех: нападая на нас, он имеет всегда надежду и никогда не отчаивается искусить, зная преклонность нашу ко греху. Потому надо показывать всегда особенную твердость при искушениях и говорить ему, например, так: хотя ты седмерицею разжжешь стрелы свои и двигнешь их в меня, но не поддамся тебе и о имени Господни и Крестом Его Животворящим потушу их и тебя в постыдное бегство обращу.

 

Замечаем, что всегда близок к нам диавол, но еще ближе к нам Господь Бог.

 

Не воздремлет Он, ниже уснет храняй Израиля (Ср.: Пс. 120, 4).

 

+ Если сердце поражено диаволом, я весь поражен, весь бессилен, мертв духовно; если сердце мое напоено благодатию Христовою, если Христос в сердце, всему моему существу легко, благо. Значит, сердце — душа наша. Как же я много должен ценить блага Христовы, блага мира и радости оДусе Святе, изливающиеся в мое сердце.

 

О, как славен во мне Христос Бог мой! Как дивен во мне Дух Животворящий, Дух Отца нашего Небесного!

 

Когда другие так или иначе сильно оскорбляют тебя и ты возмущаешься духом, скажи себе: Иисус Христос, Господь мой, не то претерпел, а гораздо больше. Мое терпение ничтожно, — и молись за врагов своих вместе со Спасителем: Господи! Отпусти им: не ведят бо что творят (Ср.: Лк. 23, 34).

 

Вот вы ходите в церковь и, по–видимому, молитесь Богу, иной посмотрит на вас и скажет: по всему вы вижу, аки благочестивые. Но не правда ли, что многие из вас не творят сердечной молитвы, а пришли в церковь только по привычке, по необходимости и молятся только наружно — устами? Вот внешность как иногда обманчива! Потому никак нельзя заключить из некоторых наружных типов о внутренних движениях души человека. Впрочем, легко при усиленном внимании заметить, кто молится только наружно и кто внутренно. Внутреннее выражается во внешнем и… [200]

 

NB. Омрачися неразумное их сердце… (Рим. 1, 21.) Сердцу приписывается разумение…

 

Теснота и неопрятность моей квартиры — достойное возмездие мне от Бога за утеснение мое во утробе моей и за нечистоту сердца моего. Некоторые святые подвижники намеренно жили в тесных и душных кельях или пещерах.

 

+ Добро нам зде быти (Лк. 9, 33). Вот характер нахождения с Богом — во время молитвы или по принятии спасительного Таинства: нам бывает благо, хорошо — невыразимо хорошо — так, что мы не расстались бы с Богом и остались бы с Ним в таком приятном положении всегда. Сотворим зде три сени (Ср.: Лк. 9, 33).

 

+ Сердечная вера в мир духовный — особенно в духовное, всепросвещающее и всеоживляющее Солнце — радует, живит душу, имеющую непорочную совесть. Вера должна доходить до сердечного зрения. Это значит, что душа должна стать как бы выше чувственности, выше телесного, мрачного естества своего и проникнуть собою — возможно чистым зрением сердца в мир духовный. Тут–то ей бывает хорошо; тут–то ее истинная жизнь, ее упокоение и радость. — Опыт.

 

+ Воображение и представление есть зрение сердца или души, созидающей или воспроизводящей известный предмет: оттого оно быстро, мгновенно; носит характер духовный. Это — дагерротип или фотография, делаемая душою с известного предмета. Рассудок — живописец, снимающий с этой фотографии.

 

Допустив, что сердце — душа, понимаешь, почему такое высокое, важное значение имеют мир, радость, широта сердца, вера, надежда, любовь. Мир оставляю вам, мир Мои даю вам (Ин. 14, 27). Возрадуется сердце ваше (Ин. 16, 22).

 

NB. Страсти — рвутся в сердце и рвут сердце. И благодать Святого Духа обитает в сердце. Что отсюда?

 

Молитвы или Тайны доноси верою до сердца и затвори верою в сердце — не донесешь, пользы нет, а вред один. Чудное создание — сердце.

 

Лицемеры, лице небу и земли (геогносты) весте искушати: времсне же Божия како не искушае те? Что же и о себе не судите праведное? (Лк. 12, 56–57.)

 

Есть много ученых, которые, кажется, все знают, а не знают сами себя. И выходит — весь мир приобрящет, а душу свою отщетит (Мф. 16, 26). Кая же польза такому человеку во всех познаниях? Никакой. Астроном, юрист, агроном! Физик, математик, философ, ритор! Обратитесь прежде к познанию себя!

 

Действие духа злого в сердце — весьма ощутительно бывает при начале чтения Священного Писания, или творений святых отцов, или молитв при Богослужении общественном, при требах; во время домашней молитвы; тяжело, неохотно читаешь и, читая, не разумеешь сердцем; читаемое не вмещается в сердце, которое занято бывает духом мрака адского. Но скоро берет свою силу Слово Божие или писания отеческие, или молитвы и прогоняют духа злого, который, видя нашу твердость в деле, убегает от нас.

 

Господи, аще хощеши, можеши мя очистити. И простер руку Иисус, коснуся ему, глаголя: хощу, очистися. И абие очистися ему проказа (Ср.: Мк. 1, 40–42). Вы, возлюбленные, этот прокаженный. Грехи ваши — проказа ваша. Мы–т?, прокаженные грехами, приходим часто (как согрешим) ко Христу и, кланяясь Ему на молитве, говорим Ему: Господи, аще хощеши, можеши мя очистити. И простирает к нам ежедневно Господь милостиво руку Свою, касается сердца нашего нечистого, зараженного проказою греха, и говорит нам: хочу, очиститесь. И тотчас же очищается проказа наша: мы это ясно ощущаем. Приходите же к Нему все, как этот прокаженный, и говорите Ему с верою: Господи, аще хощеши, можеши мя очистити.

 

Господи, отрок мой лежит в дому разслаблен, люте стражда. И глагола лечу Иисус: Аз пришед изцелю его. И отвещав сотник, рече Ему: Господи, несмь достоин, да под кров мой внидеши: но токмо рцы слово, и изцелеет отрок мой (Мф. 8, 6 8). Душа наша — этот отрок: она лежит в дому тела [201] расслабленная и люте страдающая. Будем же говорить Господу: Господи! отрок мой…

 

Токмо рцы слово, и изцелеет отрок мой… (Мф. 8, 8). Ответ: Иди, иякоже веровал ecu, буди тебе (Мф. 8, 13). Сколь сильна вера наша, столь великие и дары подает нам Бог; чем живее вера, тем большие исходатайствует она нам Божии дары: вся возможна верующему (Мк. 9, 23). — И изцеле отрок его в той час (Мф 8, 13). Так и душа наша исцеляется от грехов и страстей в то время, когда вера наша бывает самая твердая, искренняя, живая… Когда око души, очищенное и просветленное слезами, зрит Бога как Спасителя милосердого, спасающего нас от грехов наших. Душа Eiaina исцеляется в тот именно час, когда Господь речет нам слово: иди, и якоже веровал ecu, буди тебе.

 

Теща Петрова лежаща и огнем жегома (Ср.: Мф. 8, 14) — это душа твоя, страстями поверженная и жегомая. Вот прикасается Господь руке ее: и оставляет ю огнь страстей, и востает она и служит Господу с свободным сердцем (Ср.: Мф. 8, 15–16).

 

Вот Любовь, Которая взяла недуги наши и понесла болезни наши (Ср.: Мф. 8, 17).

 

Много уходит, не в пример же того больше приходит. Так думать должны мы, если скупость смущать будет сердце, жадное к тленным стяжаниям.

 

Согрешающие — врази суть своего, своего живота [202].

 

Помни, что шубы — твою и жены твоей — Бог повелел моли изъесть в обличение и наказание скупости вашей. Не щади же ничего с сей поры.

 

Что это во рту у тебя? Ты говоришь: сигара, — — а я говорю: дымящаяся головня. А при этих двух словах я вспоминаю слова пророка Исайи, который от лица Господня назвал двух весьма важных по сану, но непотребных по жизни человек, дымящимися головнями (См.: Ис. 7, 4). Как не скажешь, и совершенно справедливо, что люди, проводящие жизнь только в чувственных удовольствиях, — самое точное подобие тех сигар, которые тлеют в их нечистых устах? Так, человек плотский, и сигара твоя, вечно тлеющая у тебя во рту, и ты сам — почти одно и то же. Дымишь ты только Божий свет своими плотскими делами, а о делах правды не помышляешь. Но вспомни, что людям, сеющим в плоть (Ср.: Гал. 6, 8), обещано вечное тление в огне геенском, и ты, как сырая головня, будешь пищею вечного огня. Куря свою сигару и вдыхая дым ее, впитывай в себя мысль, внедряй веру в свое сердце, что ты сам обратишься некогда в вечную головню, если будешь на этом свете предан одним удовольствиям чувственности. — Идите от Мене, проклятии, во огнь вечный, уготованный диаволу и аггелом его (Мф. 25, 41).

 

Владычица умерла телом, но и по смерти жива [203] Она и спасает присно призывающих Ее всем сердцем. Из этого несомненно уверяюсь, что и я после смерти буду жить, как несомненно верно, что жива и после смерти Мати Божия. То же и другие святые, и они живы и спасают прибегающих к ним с усердною верою. Сколько залогов моего бессмертия! Хотя будущая жизнь — только в обетовании, но она так же несомненна, как настоящая.

 

Писания святых пророков, апостолов и святых отец — фотография их душ святых, или точнее, фотография великого духовного Света — Бога (то? ????? [204]).

 

Вы есте свет мира; вы есте соль земли… (Мф. 5, 13—14.) Этого света, этой соли — почти нет в столице. На 300000 православных христиан только 60 церквей и 200 человек духовенства белого. Капля в море.

 

Великая ночь! Священная ночь! Спасительная ночь! Тогда как все спали, кроме пастырей, и никто не помышлял о великом событии, на землю сошел Единородный Сын Божий, Которым все сотворено. И как сошел! Тихо, незаметно, как дождь на руно, или капля каплющая на землю (Пс. 71, 6). Не окружает Его величие небес, нет: Он Себе умалил, зрак раба приим, в подобии человек быв (Ср.: Фли. 2, 7), и не сияет Он неприступным светом Божества (Ср.: 1 Тим. 6, 16): Он — слабый Младенец, хотя и содержит Сам небо и землю; Он повит пеленами; Он испускает вопль плача, как мы; Он даже в яслях — потому что не нашлось для него места в доме. Зане небе им места в обители (Лк. 2, 7). Сияет, правда, невдалеке небесная слава: Архангел благовестит; да множество Воинств Небесных, окруженных небесным светом, являются не спавшим пастухам и объявляют им, какое великое и всерадостное событие совершилось в эту ночь! Но Сам Царь Ангелов не допускает им сиять небесным светом при Своих яслях, Сам — в уничижении нашего ради спасения [205]: так могут ли окружать Его в небесной славе — рабы Его? Если они явились в небесной славе пастырям, то для того, чтобы уверить их, что весть о рождении Спасителя миру принесена им с неба, значит, весть истинная, несомненная.

 

Сын Божий пришел с неба на землю за нами, чтобы нас, погибавших на земле, возвести на небо, на жизнь бесконечную на радость святым Ангелам.

 

Итак, братия, Христос родися — славите; Христос низшед с небес — встречайте; Христос на земли — возноситеся и веселием воспойте людие [206]. Ныне родился наш Спаситель: как нам не петь в веселии, как не торжествовать, как не возноситься от земли на небо? Пастыри поклоняются Богомладенцу; волхвы спешат с дарами к Новорожденному и подносят Ему злато, ливан и смирну. А мы что принесем? Каждая из сотворенных Им тварей приносит Ему дар: Ангелы — пение; небеса — звезду; земля — вертеп и ясли; пастырие — чудо; волхвы — дары и человеческий род — Матерь Деву [207] Это тогда, при рождении, а теперь — при торжественном воспоминании дивного рождения Великого Божественного Младенца ·— что мы принесем Ему? Что же? (Он не нуждается в дарах вещественных: Творец всего не принимает угождения от рук человеческих, потому что Сам дает всем живот, и дыхание, и все.) Нет для Него от нас дара приятнее, как чистое сердце, а как сердце, по свидетельству Слова Божия, есть душа наша — то значит, нет для Него дара приятнее от людей, как их душа чистая, верная, добрая, отвечающая на любовь любовью, на благодеяния признательностию, на призывание — усердным последованием. Потому ныне особенно будем внимательны к себе, к своему сердцу и заставим его почувствовать всею силою, всею крепостию его величие Божией любви к людям, ради которой Он не пощадил и Сына Своего Единородного, но за них всех предал. Его (Ср.: Рим. 8, 32); углубим в сердце эти великие слова Спасителя о любви Божией к миру: Тако возлюби Бог мир, — говорит Он, — яко и Сына Своего Единороднаго дал есть, да всяк веруяй в Онъ не погибнет, но иматъ живот вечный (Ин. 3, 16). И ответим на эту любовь Божию своею любовию. И вот Этот Сын Божий, данный нам, Тот Самый, Который, приняв зрак раба (человека) (Ср.: Флп. 2, 7) и став подобным нам по всему (Ср.: Евр. 2, 17) человеком, лежит ныне в яслях, повитый пеленами. Приидите же, люди, к этим яслям и припадите к Лежащему в них и во смирении сердца скажите: Тебя, Единородный Сыне и Слове Божий, позвали с неба грехи наши и Твоя безмерная любовь к нам. Нет у нас ничего, что мы достойно Тебя могли бы принести в дар Тебе: мы — Твои твари, и все, что у нас, — Твое, но знаем, что было бы приятно Тебе от нас получить в дар сердце наше, знаем, чего ищешь в нас: сыне, даждь Ми твое сердце (Ср. Притч. 23, 26). Дорогой то для Тебя был бы от нас дар, но в редких из нас он есть, хотя бы и каждый мог, при помощи Твоей, принести его Тебе. Итак, принесем же Ему сердца чистые; да вознесется к Богомладенцу молитва искренняя от сердца сокрушенного и смиренного (Пс. 50, 19). Итак, созижди в нас сердце чистое (Пс. 50, 12) — и мы принесем его Тебе в дар. А кроме его нет для Тебя у нас дара. А мы же, с своей стороны, будем стараться, при помощи Твоей, очищать его от всякой скверны. Аминь. Будем усердно молиться Ему, Богу сердец, чтобы Он дал нам сердце чистое, и всячески будем стараться очищать сердца свои от всякого греха, от всякой страсти, от всякой привязанности страстной к чему–либо житейскому, от помыслов сомнения, маловерия, неверия, лукавства, хулы.

 

Сердце — око человека; если это око просто и чисто, всему человеку светло (Ср.: Мф. 6, 22): он ходит во свете (Ср.: 1 Ин. 1,7) — все вещи видит в надлежащем их свете и значении, употребляет их сообразно с их значением; всех людей видит также в надлежащем свете и свои отношения к ним имеет или старается иметь всегда правильные, вообще — он ходит во свете; если же оно лукаво и нечисто, тогда и вся жизнь человека слагается из лукавства и всякой нечистоты: все он видит криво, в извращенном виде, не знает надлежащей цены вещам и употребляет их наизнанку. Аще око твое просто, все тело твое светло будет: аще ли око твое лукаво будет, все тело твое темно будет (от сердца исходят… око лукаво). Аще убо свет, иже в тебе, тма есть, то тма кольми… (Мф. 6, 22–23.) Как же необходимо при воспитании юношества обращать внимание на это душевное око! А у нас что? — И внимания почти не обращают на сердце. А ведь — христиане! А ведь слушаем слово Господа Иисуса Христа очень не редко и знаем, какое внимание обращено у Него на сердце человеческое! Напрасно ли все избранное человечество старалось всю жизнь об очищении сердца своего? Где же у нас смысл? — Воспитатели! Все внимание ваше сосредоточивайте на сердце воспитанниц и воспитанников: когда сердце просветите у них, тогда ум сам собою просветится; ум — герольд сердца, ум видит то, что прежде видит сердце. Векую мыслите лукавая в сердцах своих? (Мф. 9, 4.) Будь сердце чистое: и не было бы мыслей лукавых у человека — их начало в сердце. Потому ближени чистии сердцем: яко тии Бога узрят (Мф. 5, 8).

 

Как у людей бывает так, что проситель сначала увидит то лицо, у которого ему надо просить что, и без этого не просит (разве чрез бумагу и тогда видит его верою — очами сердца); так и в духовных делах — прежде или во время молитвы надо видеть то Лице, к Которому прибегаем в молитве, видеть духовным зрением — серд^ното черою. Дело простое! А бывает как? — Не видят Лица, Коему молятся, а с закрытыми глазами сердца — не знать кого и не знать о чем просят. Если люди оскорбляются этим, то святые небожители не тем больше ли? А это — от маловерия и неверия, которые суть исчадие диавола.

 

Во славу Всесвятыя Живоначальныя Троицы. — 27–го числа декабря в 10 часов пополуночи позвали меня крестить младенца к кронштадтскому купцу Алексею Коновалову и при этом объявили, что младенец очень слаб. Собравшись как можно скорее, я сел с причетником в извозчичьи сани и отправился в дом означенного купца. Здесь приказал поскорее приготовить воду и вынести младенца. Когда младенец был вынесен, я тотчас же осмотрел его и нашел, что он был чрезвычайно слаб и жизнь быстро в нем потухала: на лице была уже смертная бледность; глаза, закатившиеся под лоб, не имели блеску и жизни, младенец засыпал сном смертным, и все тело начинало холодеть. Видя, что над ним можно совершить только краткое крещение, я возгласил: благословенно Царство… и затем, прочитав молитву и влив в воду елей крестообразно, я помазал его, а затем взял на руки, чтобы погрузить в воду. Тут я окончательно убедился, что младенец живет последние часы, если не последние минуты: он был весь как кусок мяса — никакой плотности в частях тела. Я боялся, как бы он не скончался у меня на руках, но, надеясь на силу таинства, в котором Дух Животворящий оживляет наши души, умерщвленные грехом и диаволом, тем более силен оживить и тело — служебное орудие души, я погрузил его три раза в воду — во имя Отца и Сына и Святого Духа. Вынув из воды и положив его на руки восприемнику, я услышал, что он закричал; взглянувши ему в лицо, я увидел, что глаза, взгляд его стали видимо проясняться и в теле показалась некоторая живость; затем, когда я помазал его святым миром, младенца уже нельзя было узнать: глаза загорелись и заблестели, лицо оживилось и расцвело, во всем теле, во всех его членах явилась необыкновенная живость. Младенец во все глаза глядел — весело, в свете глаз была необыкновенная яркость и напряжение — после предсмертного мрака. Жизнь загорелась в младенце подобно тому, как загораются тлеющие дрова в печи, когда вдруг подложат под них лучину. Почти очевидно было, кок благодать Духа Животворящего оживила умирающего младенца. — Слава творящему в нас дивная Богу нашему! Православные! Благоговейте пред святыми Таинствами нашей Церкви и при совершении их стойте со смирением, с верою и надеждою. Невидимо для вас нисходит на воды крещения Дух Божий, возрождает в них крехцающихся к жизни духовной, благодатной.

 

Непреложность Божественных законов, действующих во мне в этой жизни, уверяет меня в непреложности этих законов и после смерти, равно как и тех угроз и обещаний, которые должны исполниться после смерти. Бог всегда Один и Тот же, равен Самому Себе.

 

Из действия во мне Божественных законов Правосудия я вижу, как неизреченно Свят Господь мой и что Он от меня требует быть святым, как Он. Святи будете, яко Аз свят есмь Господь Бог ваш (Лев. 11, 44). [208]

 

Чтобы достигнуть мне в место покоища души, я должен непрерывно держаться Бога сердечною верою: отпал — и крушение духа. (Опыт.) Надо во время молитвы настолько иметь веры в сердце, чтобы оно чувствовало живо осенение Божие над нами.

 

+ Человек, страстям подверженный, что тебе нужно? — Жизнь, — говоришь ты. Из–за чего ты хлопочешь? — Из–за жизни. Но живешь ли ты истинною жизнию? Разум и опыт заставляют сказать, что нет. Итак, что же составляет твою жизнь? — Вера, надежда и любовь, — разум и опыт говорят мне. Так жизнь души нашей — Бог, живая вора в Него и любовь к Нему и любовь к подобным мне людям. Они — покой и широта моего сердца: без них я — мученик греха, раб, невольник страстей; в скорби и тесноте проходит жизнь моя.

 

Если Бог Отец для нашего спасения Сына Своего Единородного не пощадил, но за нас всех предал ость Его (Ср.: Рим. 8, 32), то чего мы пожалеем для подобного нам человека, особенно — своего, чтобы он был спокоен, сыт, одет и, по возможности, всем доволен? И не величайший ли грех жалеть для него необходимого?

 

Два особенно господствующие у нас порока бесстыдно поднимают голову свою: пьянство и распутство. Поразим их, по долгу нашему, мечом Слова Божия. — Слово паше коснется и врачей, поощряющих последний порок: они, мечтая исцелить им безрассудно тело, убивают чрез то души человеческие (Ср. Мф. 10, 28) и чрез то сами делаются соблазнителями, коим лучше было бы, если обесить [209] жернов оселский о выи (Ср.: Мф. 18, 6) их и потопить их в пучине морской, по истинному и гневному приговору Судии праведного. Изострим на них меч свой, данный нам (Ср.: Еф. 6, 17) — не на погубление, а на спасение. Итак, пьянство и распутство, стань пред нами и обнажи пред нами свою бесстыдную главу: мы обнажим сначала гнойные, смрадные струпы твои, которых ты не видишь на себе, а потом будем очищать их.

 

Противитеся диаволу, и бежит от вас (Иак. 4, 7). Как противиться невидимому духу? Невидимый действует ощутительно в нашем сердце — и мы знаем, когда он действует. Когда палит тебя внутренняя, мучительная страсть, противься ей, противопоставляй ей веру и любовь, не поддавайся ей ни одною мыслию: и ты будешь противиться диаволу, и он убежит от тебя, и после тесноты тебе будет вдруг легко, и увидишь ясно, что диавол бежал от тебя.

 

Вера — сосец, коим мы впитываем в себя небесные дары, как для дитяти обыкновенный сосец, коим он втягивает молоко.

 

Дивны, Господи, истина, правда и святыня Твоя: без веры в Тебя, Невидимого, нет моей невидимой душе мира и радости — непреложно, неизменно; худо мне без веры в Тебя, когда я бессилен принудить ее веровать в Тебя, но прославляю Твою верность Самому Себе и, при тесноте моей, хвалу Тебе воздаю — непостоянный и изменчивый — Постоянному и Неизменному.

 

Тою мерою, еюже мерите, возмерится вам (Ср.: Мф. 7, 2; Мк. 4, 24). Смотри же, меряй, как хочешь, чобы тебе мерили. Во всем, как хощете, чтобы поступали с вами люди, так поступайте и вы с ними (Ср.: Мф. 7, 12). Аще кто постыдится Мене… и Сын Человеческий постыдится <его> (Мк. 8, 38). Равное за равное. Хочешь, чтобы искренно, ласково, от сердца поступали с тобою люди, так поступай и ты с ними… Иногда человек какой–либо дивится, отчего он не может добиться искренней веры во время молитвы или при принятии Таин, а оказывается, что это оттого, что неискренен с людьми. Как же он искренен с Богом?

 

Нет смущения и скорби душевных, от которых бы не избавил меня Господь молитвами Пречистой Своей Матери. Слава Тебе, Боже, слава Тебе, Богомати! — По поводу бессонницы, происходившей от сатанинского смущения ночью; а смущение — от небрежности молитвы: не ввел Христа в сердце, и остался в нем диавол.

 

Смотри: характер сомнения, мнительности и боязливости во всей твоей жизни — ив общественном служении, и в проповедании Слова Божия, и при совершении треб, и в домашнем быту. Укрепись верою и благонадежностию.

 

Духовная жизнь моя постоянно открыта пред Богом моим, и это душа моя чувствует: это как улитка на солнце чувствует, что ее печет солнце. Открыта она и диаволу.

 

Как я не могу волоса одного сделать у себя белым или черным (Ср.: Мф. 5, 36), а все у меня делается по Божию мановению, так в области веры я не могу смотреть на вещи иначе, как повелел Господь и святая Церковь.

 

Во всяком сочинении видишь творца его и зрение сердца его: чисто оно или нет. В Слове Божием — в Апостольских посланиях; в творениях святых отцов.

 

При сомнении или маловерии скорбь дотоле гложет мое сердце, доколе я усилиями разума и сердца не возбужду в сердце веры: и тогда оно, обыкновенно, успокаивается. А все вера во Христа: без веры во Христа нет жизни.

 

На имя Его языцы уповати имущ (Ср.: Рим. 15, 12). Христос есть упование наше. Тема. Развить для поучения.

 

Спящым человеком, прииде враг его и всея плевелы посреде пшеницы и отъиде (Мф. 13, 25). Это мы часто испытываем на деле. Только вознеради в духовной жизни — сейчас враг всеет плевелы в сердце.

 

Горе миру от соблазнов (Мф. 18, 7). Сказать слово о соблазнах.

 

Великое дело сделано: Жертва принесена за нас однажды навсегда (Ср.: Евр. 9, 28); о нашем вечном жребии аще прежде рождения нашего озаботился Бог Триипостасный. Слава Господу!

 

Смоковница. Так приходит Господь, алчущий нашего спасения, к душе нашей и, не находя в ней плодов, достойных покаяния, которых она не приносит по нерадению, оставляет ее Своею благодатию, и она иссыхает. Изсышет, якоже розга: и собирают ю и во огнь влагают, и сгарает (Ин. 15, 6).

 

Чрез Бога весьма удобно иметь сообщение со всеми — и с Богоматерью, и с Ангелами, и со святыми, и со всеми людьми, на земле находящимися, потому что Бог всех держит в руце Своей и для Него все как на ладони. Хочешь ли, чтобы, например, начальник переменил неблагоприятные мысли свои о тебе на благоприятные — моли Бога, чтобы Он возглаголал благая о тебе в сердце начальника твоего, и, если сам об нем имеешь неблагоприязненные мысли, перемени их на благоприятные: и будь уверен, что он переменится к тебе.

 

И ядоша ecu и иасытишася: и взяша укрухи, дванадесяте коша исполнь, и от рыб (Мк. 6, 42–43). Боголюбец! Не заботься много о пище и питии или о сребре и злате, — Бог ничтожное количество остатков твоих может умножить, как в Сарепте Сидонской у жены вдовы (См.: 3 Цар. 17, 8–16) или как у многих преподобных.

 

Смотри: тебе стыдно не знать посещения Духа Божия. Мир не знает и не видит Его, это не столь удивительно: на то он мир прелюбодейный и грешный (Ср.: Мк. 8, 38); а ты должен знать, когда Его посещения бывают: Он в вас пребывает и в вас будет (Ин. 14, 17), говорил Спаситель ученикам Своим. Ты живешь Духом Божиим, покоишься, веселишься духовно Им, а не кем–либо другим!

 

Зрение сердца (человека внутреннего). Ты знаешь, как сердце видит быстро, далеко и ясно (особенно предметы мира духовного). Заметь, это во всех познаниях, особенно в духовных, где весьма многое усвояется только верою (видением сердца). Сердце — око существа человеческого: чем оно чище, тем быстрее, дальше и яснее видит. Но у святых Божиих это око душевное еще при жизни доведено до возможной для человека чистоты, а по смерти их, когда они соединились с Богом, — оно благодатию Бога стало еще светлее и обширнее в пределах своего зрения. Потому–то святые видят весьма ясно, широко и далеко; видят наши духовные нужды; видят и слышат всех, призывающих их от всего сердца, то есть тех, которых умные очи прямо устремлены к ним и не омрачаются, не затмеваются во время устремления сомнением и маловерием — когда очи сердца молящихся совпадают, так сказать, в очи призываемых. — «Здесь таинственное зрение! Опытный понимает, что говорится. Поэтому как легко иметь сообщение со святыми! Надобно только очистить зрение сердца, устремить его твердо к известному лицу — святому и просить о нужном: и будет. А что — Господь в отношении зрения? Он — весь Зрение — весь Свет — весь Знание. Он наполняет всегда небо и землю — и на всяком месте все зрит. На всяком месте очи Господни сматряют злыя же и благия (Притч. 15, 3). (Елисей.)

 

Если болезненное чувство неверия будет вкрадываться в твое сердце, не смущайся этим, но пребывай мужествен и тверд и скажи ему внутренно: презираю тебя, неверие, и того, кто виновник твой; стою на камне веры и не сойду с него; этот камень веры — покой мой и жизнь моя, тогда как боязливое, малодушное неверие — беспокойство, томление и смерть моего сердца. На камени мя веры утвердив, разширил ecu уста моя.. [210]

 

Крепко наблюдай, чтобы во время молитвы сердечное око твое непременно и прямо зрело к Богу или святым, к коим обращена молитва, а не уклонялось в сторону — к другим лицам (не святым) и вещам.

 

+ Когда тебя злословят и ты от того смущаешься и болезнуешь сердцем, то это значит, что у тебя есть гордость; ее–т? и надобно уязвлять и выгонять из сердца бесчестием внешним. Итак, не раздражайся насмешками и не питай ненависти к ненавидящим и злословящим, а полюби их как твоих врачей, которых послал тебе Бог для того, чтобы вразумить тебя и научить смирению, и помолись об них Богу. — Благословите кленущыя вы (Мф. 5, 44). Говори: они не меня злословят, а мою страсть; не меня бьют, а вот эту змейку, которая гнездится в моем сердце и сказывается болью в нем при нанесении злословий; утешаюсь мыслию, что, быть может, добрые люди выбьют ее оттуда своими колкостями и не будет тогда болеть оно. Благодари же Бога за внешнее бесчестие — потерпевши бесчестие здесь, не подвергнешься ему в том веке. Прият сугубы грехи своя (Ис. 40, 2). Твой мир даждь нам, вся бо воз дал ecu нам (Ис, 26, 12).

 

Настоятель монастыря тяжко согрешает, если скупится питать братию и приходящих странников: потому что Бог никогда не оставляет служащих Ему рабов, ищущих Царствия Божия и правды Его (Ср.: Мф. 6, 33). Так и священник тяжко согрешает, скупясь в своем доме и не надеясь на щедроты Господни; верно, что Бог приложит все необходимое тем, кто служит Ему — исканием Цар ствия Его и правды Его. — Держи это в уме.

 

Не презирай меня, пастыря, овца словесного стада; пусть я, с одной стороны, во всем подобный тебе человек, со всеми человеческими немощами, но, с другой, я превознесен над тобою до небес, хотя считаю безумием гордиться этим. Укажу тебе на власть вязать и решать, данную мне Господом (Ср.: Мф. 18, 18); не хвалюсь этой властью, но скажу тебе, что могу я сделать с тобою данною мне на создание, а не на разорение этой властью. Я свяжу твою душу — и ты стеня и трясыйся будеши на земли (Быт. 4, 12) весь век свой, если не обратишься от пути своего лукавого; мало того: если умрешь, не разрешенный мною, то отойдешь связанным и в тот век. Да, я свяжу тебя на земле, и ты будешь связан и на небе; если разрешу на земле, будешь разрешен и на небе. Не испытал ты, как тяжело связание священника: не дай Бог и испытать; но о тяжести его можешь судить по тому, что если ты связан священником, то это все равно, что ты связан самим Богом; а страшно есть впасти в руце Бога живаго (Евр. 10, 31), говорит Апостол. О, что это за скорбь и теснота поразят сердце твое, когда тебя свяжет священник. Нет, мне самому страшно связывать, и я только в случае крайности употребляю власть мою. — Смотри лее, овца словесного стада, не презирай меня, пастыря: ты несравненно больше вредишь этим себе, чем мне, или лучше: мне нисколько не вредишь, разве только скорбь причинишь моему сердцу о твоем же безумии и о твоей погибели.

 

Ты недоумеваешь, как внимают нам с неба святые, когда мы молимся им. — А как лучи солнечные с небес преклоняются к нам и всюду — по всей земле светят? Святые — то же в духовном мире, что лучи солнечные в мире вещественном. Бог — вечное, Животворящее Солнце, а святые — лучи умного Солнца. Как очи Господни постоянно призирают на землю и на земнородных, так и очи святых не могут не обращаться туда, куда обращен промыслительный взор Господа твари и где их сокровище (тело их, дела их, места священные, лица, им преданные). Идеже сокровище ваше, ту будет и сердце ваше (Мф. 6, 21).

 

Священнику. Тайны, Крест, Таинства своею Божественною, всемогущею силою действуют, а не твоею слабою, не твоею немощью: чего ж ты сомневаешься? Оскорбительно для Божия всемогущества, Божией святости и неизменяемости. Только не оскорбляй их неверием — они всегда свое дело в состоянии сделать сокровенной в них Божией силою, которая не оставит их до скончания мира: с вами есмь во вся дни до скончания века (Мф. 28, 20). Если бы тут твоя немощь действовала, тогда можно было бы сомневаться в том, что не будет ожидаемого действия, например, от Креста; но когда тут Бог действует, то сомнение неуместно.

 

Отчего связывают свою совесть незаконными прибытками? — Не могут преодолеть лести богатства, действующей в сердце.

 

Растешет его полма, и часть его с неверными положит (Мф. 24, 51). О пьянстве. Сказать. Пополам растешет, как дерево; две половины в человеке: одна — тело, а другая — душа. Вдруг Дому Владыка пошлет Ангела немилостивого, как Он и сам не был к Себе милостив, и будет он [Ангел] немилосердо истязывать его душу: хочешь не хочешь — иди вон из грешного нечистого тела. Да куда иди — хотя бы на упокоение от мук пьянства при жизни: нет — на новые, ужасные муки с неверными. Часть его с неверными положит.

 

Сомнение — ржа добрых дел человеческих, снедающая сердце и отнимающая много достоинства от дела. Например, ты подал милостыню нищему и потом усумнился, будет ли иметь какую цену в очах Божиих милостыня твоя, или пожалел, что много подал или подал тому, кому не следовало, — она уже у тебя потеряла много цены. Лицемер, большую ли долю твоего имущества составляет поданная тобою милостыня и, во всяком случае, велика ли жертва твоя Богу? Что ты мучишься, злонравный и неблагодарный, сомнением и жалением? В деле добром необходима всегда твердая уверенность. Все, еже tie от веры, грех есть (Рим. 14, 23).

 

Богатый человек не только должен подавать милостыню, но и подавать щедро — на щедроты Господни отвечать щедротами. Подавание скудное, по самой малой монете, есть лицемерие.

 

Очи мои выну ко Господу — то есть очи сердца, говорит Давид, — яко Той исторгнет от сети ноле мои (Пс. 24, 15). Долг всякого христианина — делать то же.

 

Духовный удобювостязует вся, сам же. ни от единаго же востязуется (Ср.: 1 Кор. 2, 15). Поэтому нам можно и должно востязагь и геогностов и астрономов — лицемеров, по словам Спасителя (См.: Лк. 12, 56).

 

Благодарение Владычице, и ныне опять избавившей меня от огненных стрел врага, по молитве моей. Слава Тебе, пребыстрая Заступница! Не заставляешь Ты долго ожидать от Тебя небесной Твоей помощи.

 

Господь во плоти все терпел, и во мне терпит все. Когда Он во мне, то об Него, кроткого и смиренного, все оскорбления разбиваются, как каскад водопада о камень.

 

У овец есть враги — волки; и у людей враги — мысленные волки. [211] Там нужен пастырь, и здесь нужен.

 

И жняй мзду приемлет и собирает плод в живот вечный (Ин. 4, 36). Какое великое назначение пастырей: их Небесный Вертоградарь поставил собирать плоды в живот вечный. Эти плоды — разумные овцы Его. Златое собрание.

 

Глядит: нельзя.

 

Доверься вполне слову о воскресении и не бойся несостоятельности его: воскресение не твоей слабой силой будет сделано, а всемогущею силою Того, Кто носит все миры словом Своим (Ср.: Евр. 1, 3). Всяк веруяй в Сына Божия имать живот вечный, — говорит Господь, — и воскрешу его в последний день (Иоанн, 6 глава, <ст. 40>). Аминь, аминь глаголю вам: веруяй в Мя имать живот вечный (Ин. 6, 47).

 

Отчего требуется живая вера пред принятием Таинства Причащения и других Таинств и на молитве? — Оттого, что неверующий лжа творит Бога (Ср.: 1 Ин. 1, 10) и, значит, внутренно ругается Божию величию, Божией истине, Божию всемогуществу и благости. Но как первый солгал на Бога диавол, то и все лгущие — его чада. Веруеши ли, яко могу сие сотворити? (Мф. 9, 28.) Веруеши ли, что из хлеба и вина Я творю Свою Кровь?

 

Веруеши ли, что эти виды хлеба и вина — дух и живот (Ср.: Ин. 6, 63) для тебя и без них ты не имеешь живота? Веруй, признай сердечно, что это истинно так, и не клевещи, не лги на Меня, будто это не так. — В этих бренных видах хлеба и вина — Я Сам: в них — Дух Мой, соединенный ипостасно с человеческою плотию, потому–то они и тело Мое, как в твоем теле — душа твоя.

 

Восприимше щит веры, в немже возможете вся стрелы лукаваго разжженныя угасити (Еф. 6, 16). Истина этих слов дознана и постоянно оправдывается опытом. Веруй от всего сердца, что Господь постоянно взирает на тебя, зри сердечными очами постоянно ко Господу: и враг не возможет гнездиться в тебе, но далеко убежит от тебя.

 

Жалко смотреть на современное образование: воспитанники и воспитанницы выходят совершенно с темными очами сердца, без веры в сердце, без страха Божия, с наклонностию к веселостям света: что будет? — Мало проку в молодом поколении.

 

Часто славишь благоутробие Божие: будь и сам благоутробен.

 

Боголюбцы! Помыслы неверия, ядовито отзывающиеся в вашем сердце, у людей века сего — обыкновенные помыслы, перешедшие в убеждение и обнаруживаемые в словах и делах.

 

Что у тебя зубы болят: то Бог наказывает тебя за твою жадность.

 

Господи! Аще согрешит в мя брат мой, и отпущу ли ему до седмь крат? Не глаголю тебе: до седмъ крат, отвечает Господь, но до седмъдесят крат седмерицею (Мф. 18, 21). Оставьте, и составятся вам (Ср.: Лк. 6, 37). Это тебе надо помнить твердо и ежедневно возобновлять в памяти. Исполняй заповедь Господню.

 

Прехождах в незлобии сердца моего посреде дому моего (Пс. 100, 2). Аз незлобою моею ходих (Пс. 25, 1, 11). Вся жизнь Богоотца [Давида] показывает, что он был в высшей степени незлобив. Имей всегда пред глазами незлобие Давида, чтобы подражать ему. Господь называется незлобивым, как отсутствие и всякой тени злобы, как бесконечная Доброта и Кротость!

 

Иона, уклонившийся от проповеди, восставшая вследствие этого уклонения буря на море и явившийся из бездны моря морской зверь, пожравший вверженного корабельщиками Иону (См.: Ион. 2, 1), — изображают состояние священника и всякого верующего, уклоняющегося от служения Господу: диавол воздвигает бурю в душе такого человека; она [душа] смущается и волнуется страстными помыслами; Ангелы оставляют ее своим хранением и покровительством, и ее пожирает зверь бездны (Апок<алиптический>) (См.: Откр. 1, 7). Иона, помолившись в ките, услышан был от Бога и избавлен из чрева зверина: и душа верующая, за какой–либо грех пожранная диаволом и во чреве его находящаяся, по молитве к Богу бывает услышана Им и изводится из самого, так сказать, чрева адова и поставляется снова на твердыне заповедей Божиих.

 

Спаситель ходит по водам как по суху (См.: Мф. 14, 25); из этого знаем, кто твердый лед образует на воде и дает нам возможность ходить и ездить но воде как по суху. Это Он — Иисус Христос — Создатель.

 

Как тело наше не может жить, если не будет питаться из растительного или животного царства, так и душа наша не может жить настоящею жизнию, если не дышит в ней Дух Божий; Дух. идеже хощепг, дышет, и глас его слышиши (Ин. 3, 8). Мы постоянно замечаем на опыте, что хорошо нам бывает, когда мы в согласии с Божеством, и ужасно дурно, когда разъединяемся; хорошо, когда ощущаем в себе Животворящую Силу, и худо — когда ощущаем в себе силу мертвящую.

 

+ Седмерицею пещь халдейский мучитель богочестивым неистово разжже. [212] Диавол — боголюбцам.

 

Существование мытарств по смерти доказывается настоящим состоянием душ, связываемых своими грехами. И хочет душа восторгнуться к Богу, мучимая грехами, да темные силы не пускают, которым мы продали себя чрез грех. Развить.

 

Страсти слишком убийственны, чтобы поддаваться им. Все силы ума и сердца наиряги к тому, чтобы избавиться от них, весь жар души. Бога имей в мыслях и в сердце.

 

Зрительное души очистил [213], говорят о сердце святых отцев. Что отсюда?

 

Всякая пища и всякое питие в гной обратится. Помни.

 

Коснись, как кровоточивая, риз Его (См.: Мф. 9, 20), то есть образа Его, и от этого получишь избавление от стрел врага.

 

Будьте внимательны к себе: вы часто незаметно грешите против десятой заповеди, желая себе того, что видите хорошего у других.

 

Не может быть, чтобы священник когда–либо обеднел. Потому дом его должен быть открыт всякому и радушно принимать он должен всех.

 

Берегись, если ты мнителен и недогадлив: лукавый всю твою обстановку представит в мрачном виде и на каждый час будет повергать тебя в уныние.

 

Карты — полезны: поддерживается приязнь и занят человек. Крайность только вредна. Но что, доведенное до крайности, не вредно? Так, не укоризненно вино, но пьянство укоризненно.

 

Чтя отца своего (Ср.: Исх. 20, 12), с удовольствием все буду терпеть. Аминь.

 

Все тела от холода сжимаются, а от тепла расширяются. Это в вещественной природе. В области духа есть нечто похожее на это. Есть две духовные, противоположно действующие на души человека, силы: одна — сила сжимающая, цепенящая, повергающая в скорбь и уныние; другая — расширяющая сердце, оживляющая, распространяющая во всем существе радость и веселие. Это — диавол и Дух Животворящий.

 

Как объяснить невольный плач у гроба Спасителя поклонников Его? Блудница плакала сладко у ног Христа (См.: Лк. 7, 38). — Сила Господней благодати.

 

+ Нет Христа на земле видимо, но мы Его наместники; не говорит Он видимо, а невидимо: мы должны говорить от лица Его видимо; не грозит Он судом видимом грешникам: мы должны грозить; не связывает Он видимо: мы связываем; не разрешает Он видимо: мы разрешаем; что делал бы Он видимо Сам, бывши на земле, то делаем мы в небытность Его на земле. Всю власть свою Он отдал священникам. Итак, слушайте нас как Самого Христа, Царя царем и Господа господем (Дан. 2, 47); не будете слушать — вас Он осудит на Суде так, как бы вы не слушали Его Самого. Удивляетесь этому? Чему тут дивиться? Если Он в лице нищего принимает милостыню от доброхотных подавателей, то в лице ли священника не принимает Он Сам послушания? Слушали вас, Мене слушает (Лк. 10, 16).

 

Огнь вечный (Мф. 25, 41), скрежет зубом (Ср.: Мф. 13, 42; Лк. 13, 28), червь не умирающий (Мк. 9, 44, 46, 48). Прохлада вечная; упокоение и утешение вечное. Много ли тебе нужно?

 

Ищите прежде Царствия Божия и правды Его, и сия вся (пища, питие, одежда, другие блага) приложатся вам (Мф. 6, 33).

 

Obligationem [214] не вдруг отдавать. Иначе избалуются.

 

Вот и великие праздники, возлюбленные, у нас пришли: Рождество Господа и Спаса нашего Иисуса Христа и Крещение Его во Иордане. Теперь крестившийся Христос ходит по городам и селениям и говорит всем людям: покайтеся, приближу бося Царствие Небесное (Мф. 3, 2). Ко всем нам обращены эти сладчайшие слова Господа; всех Он приглашает покаяться во грехах, чтобы все сподобились Царства Небесного, потому что без покаяния нельзя никому войти в Небесное Царствие. Да, возлюбленные, грехи всех ведут и приведут во ад, к мучениям вечным, если в них мы не раскаемся, если не возненавидим их, если не решимся жить и не будем жить по воле Господней! Оброцы греха, сказано в Писании, смерть (Рим. 6, 23). Итак, смотрите же, покайтеся: теперь ближе, чем когда–либо, Царствие Небесное к нам. Аминь.

 

Не прельщайся насыщением чрева.

 

Смерть, Суд, Царство Небесное.

 

Все познания, касающиеся веры, да будут для тебя всегда как бы новыми, то есть всегда имеющими одинаковую свою важность, святость и занимательность.

 

Сткляница и человек. +

 

Что значит искать развлечений? — Значит хотеть наполнить чем–нибудь внутреннюю, болезненную пустоту души, созданной для деятельности и не терпящей быть праздною.

 

Сомнение, маловерие и страсти парализуют сердце человеческое, или нет, — больше: обессиливая его, они еще томят его.

 

Не радуйся, получив вещественную прибыль, а радуйся, когда живая вера и святое умиление посетят сердце твое, когда ты почувствуешь сердцем любовь к Богу и к живому образу Его — человеку, когда от души состраждешь страждующему. Царствие Божие и правда Его (Мф. 6, 33) дороже всех благ вещественных.

 

+ Да не стоят люди Твои в храме Твоем тощи и холодны — да горят сердца их в храме Твоем. Духом горяще (Рим. 12, 11), да работают Тебе!

 

Достаточество сил у человека для цели, как у всякого животного. — Развить.

 

Веют ветры и опираются на храмину (Ср.: Мф. 7, 25), то есть духи злые на души человеческие. Неизбежность этого; необходимо стоять на камне веры.

 

+ Отец, Сын и Святой Дух — жизнь моя, дыхание мое, покой и радость моя.

 

Дух злой, поселяясь в мое сердце, подрывает мои гостеприимные чувства, мою искренность и любовь к гостям, и где он не ставит мне сетей? — Во всяком добром деле, в намерениях, в словах, в мыслях. Замечай.

 

Будь господин, а не раб своего имущества.

 

Родители и воспитатели! Остерегайте детей своих со всею заботливостию от капризов пред вами, от сердчания, от ломания пред вашими ласками, иначе дети скоро забудут цену вашей любви, заразят свое сердце злобою и рано потеряют святую, искреннюю, горячую любовь сердца, а по достижении совершенного возраста, если воспитанием не переменят своего навыка, — горько будут жаловаться на то, что в юности слишком много лелеяли их, потворствовали капризам их сердца. Каприз — зародыш сердечной порчи, ржа сердца, моль любви, семя злобы, мерзость Господу.

 

Священнику. Прелестную, ничтожную, фальшивую, призрачную паутину бесовскую пред причащением и во время причащения Святых Таин и болезнь сердечную, происходящую от его прикосновения, — ни во что вменяй, посмевайся. Не малодушествуй. Будь тверд в вере, как камень, говори: истинно то, что я делаю; ложно то, что ты внушаешь; не хочу соглашаться с тобою и мгновением мысли моей — ты ложь, убийца, тать. Вся беда в том, что ты боишься его угрызения; пусть грызет: не бойся — не съест.

 

Блаженни нищии духом: яко тех есть Царство Небесное (Мф. 5, 3). На первом месте Господь поставил заповедь о нищете духовной как необходимейшей для спасения человека, как основании всех добродетелей. Как гордость есть основание всякого греха, так смирение — всякой добродетели. На смирении основывается молитва: кто почитает себя нищим духом, тот за всем прибегает к Богу, о всем просит Его, веря твердо и нелицемерно, что все от Него и что ничего у человека нет своего — ни разума, ни других способностей, ни крепости телесных сил, ни других благ телесных. На смирении основывается прибегание к молитвам святых Ангелов и святых угодников Божиих, стяжавших смирением высокая, нищетою богатая [215]. Как имеющих обилие даров духовных, изливающихся на прибегающих к ним с верою и любовию.

 

Священнику. Угодно ли служение мое? Служа земным владыкам, часто озабочиваются мыслию: угодно ли их служение их владыкам, во всем ли они угождают им, исправны ли они пред ними, и крайне заботятся об исправности пред ними по службе; но служа Царю Небесному, мало, больше и вовсе не думают, угодно ли служение их Богу, так ли они все делают, как угодно Ему, не испытывают, что есть воля Господня благая и угодная и совершенная (Ср.: Рим. 12, 2). Худо!

 

Всегда имей внутри готовое оружие против врага духовного, который во всякое время усиливается парализировать душу разными стрелами.

 

Смотри же: Я спасаю тебя от убийственных скорбей, а не другой кто.

 

Боголюбец знает, какое благо прилепляться Господу (Ср.: Пс. 72, 28) и от каких скорбей спасает его Господь.

 

Если творения святых или других людей сохранились до нашего времени, то не живут ли доныне самые творцы их? Если произведение существует, то не существует ли производитель? Творение существует, не тем ли более — Сам Творец?

 

Возлюбленные! Вы не могли не заметить, что вся сила в сердце: легко на сердце — и всему человеку легко, хорошо; тяжело на сердце — и всему худо; но эту леготу вы можете найти только в вере и, значит, особенно в церкви, как месте веры но преимуществу. Здесь Бог касается очищающею благодатию Своею сердец ваших и дает вам носить Свое благое иго. Вот великий секрет, который узнать стоит всем. При легком сердце человек готов бежать, прыгать, скакать. Оттого Давид скакаше, играя пред сенным ковчегом. [216]

 

Если хочешь молитвою испросить себе какое–либо благо у Бога, то прежде молитвы приготовь себя к несомненной, крепкой вере и прими заблаговременно средства против сомнения и неверия. Худо, если во время самой молитвы сердце твое изнеможет в вере и не устоит в ней: тогда и не думай, чтобы ты получил то, о чем просил Бога сумняся. Потому что ты оскорбил Бога, а ругателю Бог не дает даров Своих. Вся, сказал Господь, елика аще воспросите в молитве верующе, приимете (Мф. 21, 22), и, значит, если воспросите неверующе или с сомнением, не приимете. Аще имате веру и не усумнитеся, еще говорит Он, то и горы можете переставлять (Ср.: Мф. 21,21); значит, если усумнитеся и не поверите, то не сделаете этого. Да просит же верою, ничтоже сумняся, говорит апостол Иаков, да не мнит сумняйся, яко приимет что от Бога. Муж двоедушен неустроен во всех путех своих (Иак. 1, 6–8). Сердце, сомневающееся в том, что Бог может сделать просимое, наказывается за сомнение, оно болезненно томится и стесняется от сомнения. — Не прогневляй же Вседержавного Бога ни тению сомнения, особенно ты, испытавший на себе Божие всемогущество многое множество раз. Сомнение — хула на Бога, дерзкая ложь сердца или гнездящегося в сердце духа лжи на Духа истины. Бойся его, как ядовитой змеи, или нет, что я говорю: пренебрегай им, не обращай на него ни малейшего внимания. — Помни, что Бог во время прошения твоего ожидает утвердительного ответа на вопрос, внутренно Им тебе предлагаемый: веруеши ли, яко могу сие сотворити? (Мф. 9, 28.) Да, ты должен из глубины сердца ответить: верую, Господи! (Мк. 9, 24.) И тогда будет по вере твоей. Твоему сомнению или неверию да поможет следующее рассуждение: я прошу у Бога: 1) существующего, а не воображаемого только, не мечтательного, не фантастического блага, а все существующее — от Бога получило бытие: потому что без Него ничтоже бысть, еже бысть (Ин. 1, 3), и, значит, ничто и не бывает без Него, что бывает, а все или от Него получило бытие и по Его воле или допущением бывает и делается при посредстве данных от Него тварям Его сил и способностей. И во всем сущем и бывающем Господь полновластный Владыка, кроме того, Он нарицает и не сущая яко сущая (Ср.: Рим. 4, 17); значит, если бы я просил и не сущего, Он мог бы мне дать, сотворивши его; 2) я прошу <не>возможного, но для Бога и наше невозможное — возможно; значит, и с этой стороны нет препятствия, потому что Бог может сделать для меня даже то, что, по моим понятиям, невозможно. — Та беда наша, что в веру нашу мешается близорукий рассудок, этот паук, ловящий истину сетками своих суждений, умозаключений, аналогий. Вера вдруг обнимает, видит, а рассудок околицами доходит до истины; вера — средство сообщения духа с духом, а рассудок — духовно–чувственного с духовно–чувственным и просто материальным; та — дух, а этот — плоть.

 

Все блага души, то есть все, что составляет истинную жизнь, покой и радость души — от Бога! Опыт. То мне сердце говорит. Ты, Святый Душе, — Сокровище благих [217].

 

Молитва Святому Духу – Имея Христа в сердце, бойся, как бы не потерять Его, а с Ним и покоя сердечного; горько начинать снова. Усилия прилепиться к Нему снова по отпадении будут тяжки и многих будут стоить горьких слез. Держись всеми силами за Христа, приобрети Его и не теряй святого дерзновения пред Ним.

 

Когда мы умрем, тогда для нас полетят века, как дни, и скоро приближат к страшному дню судному, быстро соткется вся сеть времени (невод).

 

Вы смотрите на икону Спасителя и видите, что Он взирает на вас пресветлыми очами — это взирание знак и образ того, что Он действительно взирает на вас яснейшими солнца очами Своими и видит все ваши мысли, слышит все ваши сердечные желания и вздохи. Образ — образ и есть: в чертах и знаках он представляет то, что не начертаемо и не означаемо, а постижимо только верою. Верьте же, что Спаситель всегда на вас призирает и видит вас всех — со всеми вашими думами, скорбями, воздыханиями, со всеми вашими обстоятельствами, как на ладони. Се, на руках Моих написах стены твоя, и предо Мною ecu присно (Ис. 49, 16), говорит Господь. Как много утешения, жизни в этих словах Вседержавного Промыслителя! Итак, молитесь пред иконою Спасителя как бы пред Ним Самим. Человеколюбец присущ ей благодатию Своею и очами, на ней написанными, точно взирает на вас, на всяком мес те очи Его духовные сматряют (Ср.: Притч. 15, 3), значит, и на иконе; и слухом, на ней изображенным, слушает вас. Но помните, что очи Его — очи Божеские и уши Его — уши Бога вездесущего.

 

Опыт. Верно слово, что пост — пособие для души, а пресыщение — гибель души. Сколько раз я испытал, что, поевши плотно, я всегда почти был добычею диавола по причине расслабления сердца или отягчения его объядением; а умеренно — всегда был бодр духом и трезвен мыслию, при внимании внутреннем, избегал козней врага.

 

Тиран–сатана жестоко ругается над людьми оттого, что они забывают Христа Спасителя, Победителя диавола и смерти, и не просят Его помощи; ругается над маловерами, неверами, пьяницами, прелюбодеями, завистниками, скупцами, ненавистниками; и как он тиранит их жестоко! Чему уподобить человека под тиранством диавола? Уподоблю сырой ветви древесной, коей волокна изогнуты рукою вдоль и поперек спиралью, в коей нет ни одного волоконца, стоящего прямо, в обыкновенном природном положении. У многих ветвей эти волокна от действия необыкновенной, разрушительной силы надорваны или надломлены; у других — только изогнуты, смотря по тому, которые из них жестки и которые мягки и гибки. Так диавол изогнул, извратил все силы нашей души и не оставил в ней ни одной способности в природном, первобытно правильном ее положении. Он продолжает и ныне делать это, употребляя силу и хитрость и пользуясь слабостями каждого: и одни из людей, будучи грубы, жестки и неблагоискусны, ломаются под гнетом его искушений; другие же, будучи мягки и благоискусны по причине опытности, сгибаясь в разные стороны, счастливо выдерживают его гнет и после при содействии благодати Божией опять выпрямляются.

 

Об обычае отворять Царские врата в случае трудных родов. Прекрасный обычай. Если врата жизни человеческой трудно растворяются, то надо прибегнуть к пространному отверзению врат, в коих является так часто Сама Ипостасная Жизнь, и в этом отверзении созерцать легко разверзшиеся ложесна Богоматери, родившей Начальника нашей жизни, Который прошел из утробы Ее, сохранив Ее нетленну и неврсдиму. Итак, якоже разверзаются Врата Святые на спасение людям Божиим, тако да разверзаются ложесна рабынь Божиих во спасение их и являющейся от них повой жизни в мир.

 

+ Если хочешь, чтобы Бог давал скорее сердечную веру твоей молитве, старайся от всего сердца все говорить и делать с людьми и отнюдь не будь с ними двоедушен; когда будешь прямодушен и доверчив с людьми, тогда Господь подаст тебе прямодушие и искреннюю веру и по отношению к Богу. Того, кто непрямосердечен с людьми, Господь неудобно принимает на молитве, давая ему почувствовать, что неискренен в отношении к людям, а потому не может быть совершенно искренним и в отношении к Богу, без душевного злострадания.

 

Чуть–чуть пахнет злоба как–нибудь на сердце, душа уже возмущается и становится недостойною Бога. Необходимо совершенное незлобие, совершенная доброта сердца, ничем не раздражающегося, ни от чего не помрачающегося и не связывающегося злобой.

 

Плакать должны мы о том, что большею частию неискренно молимся Богу.

 

Грешник, далекий от Бога! Сознай во глубине души, что ты окаянен и беден, и нищъ и слеп и наг (Откр. 3, 17) душевно, — и увидишь сам своими очами, как благодать коснется твоего сердца: слезы польются из очей твоих, и вдруг ты почувствуешь себя так хорошо, в такой близости у Бога! Та беда, что сердца наши горды и покрыты мраком гордыни — не видят своей нищеты и окаянства и всё хотят обойтись без Господа. Оттого мы и падаем из греха во грех; оттого, что Господь далек от нас; но смирись мы, почувствуй всем сердцем свою бедность и окаянство да воззови ко Господу о помощи — и вдруг оживешь, обрадуешься, упокоишься. Приидите ко Мне, и Аз упокою вы (Мф. 11, 28).

 

Помни всегда, что, пока ты живешь, ты ни на минуту совершенно не безопасен от врага духовного — диавола, который постоянно ищет поглотить тебя (Ср.: 1 Пет. 5, 8), а Господь спасает тебя только по вере твоей. — Каждый помысл неверия уже пролагает диаволу путь в твое сердце и дает ему возможность действовать в нем к погибели твоей; не говорю о том, что каждое движение страсти, какой бы то ни было, также пролагает ему путь в твое сердце. Ты готов, по своей немощи, сам укреплять его против себя ежеминутно, а Спаситель твой, хотя всемогущ, но ищет для спасения твоего веры твоей. Веруеши ли, яко могу сие сотворити? (Мф. 9, 28.) А веру–то диавол с усилием вырывает, как пес — свой лакомый кусок.

 

Я — живая статуя Бога моего, премудро Им устроенная и дыханием Его оживленная. Помни это всякой человек и знай своего Творца всем сердцем. Знай, Кого тебе постоянно благодарить, Кого славить, к Кому обращаться в нуждах духовных и телесных. Не будь сам себе идолом — не боготвори своих сил и способностей, своей красоты, своего богатства. Помни, что статуя обратится в землю, а дух возвратится к Богу — на Суд.

 

+ В благонамеренных сочинениях людей уважай свет Христов, просвещающий всякаго человека грядущаго в мир (Ср.: Ин. 1, 9), и с любовию читай их, благодаря Светодавца Христа [218], всем ревностным неоскудно изливающего свет Свой.

 

Солнце Ты наше красное, Пречистая Владычица! Вся Ты светла, и ни единого темного пятна нет в Тебе!

 

После сильнейшей телесной болезни, например, положим, после сильной зубной боли, тем глубже и покойнее бывает сон. Так и после величайших скорбей праведника наступит глубокий покой. Проидохом сквозе огнь и воду, и извел ны ecu в покой (Пс. 65, 12).

 

Пресыщение и пьянство — добровольно налагаемые оковы, которых не замечаешь, как одеваешь: по причине приятности пищи и питья, — но которые тяжело сказываются, когда уже одеты.

 

Земля — кружащийся волчок.

 

+ Неверующие говорят в сердце своем: кто взыдет на небо — для того, чтобы Христа свести оттуда для нас (Ср.: Рим. 10, 6) — для нашего спасения: Он так высоко, недосязаемо; или кто сойдет в бездну — для того, чтобы Христа от мертвых возвести (Рим. 10, 8)? Но Священное Писание посрамляет таких совопросников уверением в совершенной близости к нам Христа, как вездесущего Бога: близ ти есть глагол, во устех твоих и в сердцы твоем, яко аще веруеши в сердцы твоем, яко Бог того воздвиже из мертвых, спасешися (Рим. 10, 8–9). Только уверуй сердцем, что Бог воскресил Иисуса Христа из мертвых: и ты спасешься. Нет нужды посылать за Спасителем на небо или в бездну мертвых: Он близ тебя {глагол веры, егоже проповедуешь) (Ср.: Рим. 10, 7). — Какое удобство! Не надобно не только на небо восходить, но и переходить какое–нибудь пространство, не надо переплывать не только море, но и реку какую–нибудь: близ ти есть глагол, во устех твоих и в сердцы твоем.

 

+ Когда мыслишь о воздухе, окружающем всю землю и все наполняющем, — мысли в то же время всегда о Духе Святом, везде сущем и все наполняющем [219] (вообрази в то же время, что этот воздух полон властями воздушными ·— духами злобы поднебесными (Ср.: Еф. 6, 12), которые также везде снуют по нашей грешной земле и везде злобно действуют, [220] ища кого поглотить) (1 Пет. 5, 8). Воздух — некоторое подобие Духа Божия: глас (дуновение) Его слышиши (Ин. 3, 8) (Им окруженный со всех сторон), в Нем живешь, движешься (Ср.: Деян. 17, 28), но не видишь Его. Дух Божий не напрасно явился Илии пророку во гласе хлада тонка (Ср.: 3 Цар. 19, 12). — Надо знать, когда приходит к вам Дух Божий и когда — дух злой. — Как тело без воздуха не может жить, так душа без Духа Божия, для того воздух есть везде, и Дух Божий — везде.

 

Утверди, Господи, Церковь, юже стяжал ecu честною Твоею кровию: [221] — (На стену.)

 

+ Бегай всячески срастворения с диаволом. Почто исполни сатана сердце твое?

 

+ Мы кланяемся, егоже вемы, вы кланяетесь, егоже не весте (Ин. 4, 22).

 

Причащаясь недостойно, я бываю немощен и душой и телом.

 

Преодолеть чувство злобы или страсть какую–то и хорошо и легко; или скажешь Господу уже согрешивши: вот я какое зло помыслил, пожелал, сказал, сделал, знаю, что это зло и противно Тебе; каюсь в том от всего сердца — и опять легко: Господь призрит на кающееся сердце и простит. Так вот мы учимся успевать в добре и в уклонении от зла.

 

Углубляй как можно больше в сердце любовь. — При всяком случае старайся об этом.

 

+ Ты знаешь заблаговременно козни врага, чего они будут касаться в известный день, особенно в нарочитые дни — поста и праздников; заблаговременно же и торжествуй над ним о имени Иисус Христове, не допуская сердцу своему омрачаться мраком диавольским, унынием и страхом.

 

+ Священнику. На стену: Пасите еже в вас стадо Божие, посещающе не нуждею, но волею и по Бозе, ниже неправедными прибытки, но усердно, и образи бывайте стаду: и явльшуся Пастыреначалнику, приимете неувядаемый славы венец (1 Пет. 5, 2–4).

 

А посещать паству свою с словом назидания ты можешь и нарочито, в случае надобности и — со святым Крестом в нарочитые дни, а таких дней — праздников всеобщих и храмовых — у вас семь в году. Чем оставаться безмолвным при посещении прихожан со Крестом и отделываться одними пустыми, заученными фразами: «как ваше здоровье», «как вы встретили праздник», — не лучше ли предлагать назидательные вопросы вроде следующих: Вошли ли вы в сущность праздника? — Все праздники напоминают нам о вечном спасении во Христе Иисусе. Сочли ли вы своим долгом — встретить праздник духовною, детски простодушною радостию? Помните ли вы Божии благодеяния и имеете ли благодарные чувства ко Господу; стараетесь ли любить Бога всем сердцем? Любить Его надо прежде всего в ближнем — это начало любви. Имеете ли в виду неизвестность часа смертного; стараетесь ли быть готовыми к ответу на Страшном Суде Христовом; заботитесь ли жить так, чтобы дать добрый ответ на этом страшном испытании всех человеков? Не забыли ли, живя в благополучии здесь, — о жизни будущаго века [222]·, не извратили ли Божия порядка; не сделали настоящую жизнь целию своего бытия, тогда как она есть только краткое приготовление к той бесконечной жизни? Не ставьте дна вверх. — Посещайте церковь Божию.

 

Говори чаще в сердце своем: я больше всего грешу против искренности веры и любви. Утверди, Боже!

 

Молитвы составлены святыми по вопиющей потребности их сердца. Господь не дал бы им солгать и неискренно просить того, чего они просят в них. Он попустил им подвергнуться многим слабостям, чтобы они не возгордились и не осуждали других.

 

Помни чаще мудрое правило: не побежден бывай от зла, но побеждай благим злое (Рим. 12, 21).

 

Достигай такой чистоты сердца, чтобы тебе постоянно видеть Бога пред собою (Ср.: Пс. 15, 8), подобно Давиду.

 

Дух Божий, первоначально носившийся верху воды (Ср.: Быт. 1, 2) и положивший зародыши тварей, не мог не сообщить некоторой, нужной каждому доли разумности, достаточной для сохранения и поддержания их жизни. Оттого мы и видим в каждом эту разумность.

 

Из воспитанников, какие бы они ни были, наперед нужно образовать верных сынов Церкви, а потом полезных слуг отечеству: оттого, что главное назначение человека — для неба, для вечности; и еще оттого, что не будь они хорошие христиане, тогда они не будут и полезными, самоотверженными слугами отечества. О плоть! Везде она преобладает (и в воспитании).

 

Узнай каждый: кто ты и что тебе нужно? Ты не знаешь, кто ты и что тебе надо, а кажется тебе, что знаешь.

 

Человек! Где твоя жизнь, средоточие ее? — Я тебе скажу: в сердце.

 

Рассматривай внутренними очами внутренние явления души: ты увидишь в ней весьма часто Богоявление, увидишь в себе — в сердце своем премудрость, правосудие и благость Богоправления. Увидишь, как ты непостоянен и как неизменен Владыка, как ты всегда без меры грешен и как Он без меры Свят, праведен, долготерпелив.

 

Если будешь огорчаться тем, что другие воняют в твоем жилище, то вспомни, как ты воняешь своими грехами пред Богом.

 

Где бы я ни был, но, лишь возведу сердечное око в скорби моей к Богу, Человеколюбец отвечает тотчас же на мою веру и молитву, и скорбь сейчас проходит. Он на всякое время и на всякий, час [223] близ меня. Только не видишь, а живо чувствуешь Его сердцем. Скорбь — смерть сердца, и она есть падение от Бога. Широта, спокойствие сердца при живой вере в Него яснее дня доказывают, что Господь постоянно при мне и Он внутри меня живет.

 

Какой ходатай или Ангел избавит нас от грехов или скорбей? Никто, кроме единого Бога. То — опыт.

 

+ Когда сердце мое открыто для Бога верою — тогда мне хорошо; когда закрыто неверием — худо. Неверие есть духовная смерть — от диавола приходящая. Знай, что внутренний огонь — диавол.

 

Во время Божественной литургии весь погрузись мыс л ию и сердцем в Тайну Господню и в любовь Его.

 

+ Как называется Тот, Кто оживляет? — Дух. Дух есть, иже оживляет (Ин. 6, 63), говорит Господь; так и душа твоя потому так называется, что она оживляет твое тело. Л Тайны оживляют всего человека: и душу и тело. Значит, в Тайнах — Дух Господа нашего Иисуса Христа Жизнодавца, Святой Дух Его и Отца. Глаголы, яже глаголах вам, дух суть и живот суть (Ин. 6, 63).

 

Никогда не отчаивайся победить диавола: с тобою Сила всемогущая. Грех отчаиваться в победе над ним, чего бы ни касалась эта победа; отчаяние — хула на Бога всеблагого и всемогущего. — Всегда побеждай!

 

О молитве. Если мы ежедневно и от сердца молимся, то не даем в себе гнездиться греху, а если не молимся от сердца или вовсе, тогда даем ему силу в нас.

 

Всяк, падый на камени сем, сокрушится (Мф. 21, 43). Оправдывается постоянно на деле. Сердце сокрушается болезненно от неверия в Господа или в заповеди Его.

 

Не отчаивайтесь, блудники, прелюбодеи, хищники, разбойники: для всех надежда указана в Евангелии.

 

Во мне диавол лукаво видит, слышит, обоняет, он парализирует всего меня — всю мою душу и все мое тело; то он огнем сладострастия разольется во удах моих, то разрушительным пламенем страстей, то лукавым смехом, то унынием, скорбию и страхом; то он налегает на сердце и подавляет в нем веру в Бога, не дает выговаривать мне слов святых молитв и лишает меня всякого благоговения пред Высочайшим Существом.

 

Заметьте, возлюбленные: пред таинством покаяния диавол всячески старается вас окрасть — <отнять у вас> всякое сознание своих грехов.

 

Пасомые сильно нуждаются в твоих молитвах.

 

Нужда эта слишком очевидна для имеющих просвещенна очеса сердца (Еф. 1, 18). Мысленный волк [224] не дремлет и ищет удобных случаев — уловить неосторожных и часто хватается зубами своими за овец, а овцы — больше все неопытные, не знают, что их мысленный волк ловит и в самом деле уловляет их; не знакомы с образом его нападений и со способами борьбы. Молись об них, молись горячо. Как молишься о себе, когда тебя угрызает этот волк.

 

Прелюбодеи! Какими глазами вы будете смотреть на своих родителей, ругаясь над тем семенем, из которого вы сами выросли, и над тою дверью жизни, которою вы сами вступили в свет — на поругание Божией святости, премудрости и благости и на попрание законов вечного, Вседержавного Бога? (Прелюбодеяние — в тесной связи с несоблюдением постов, с объядением и пиянством.)

 

Пролез в свет, не увяз прелюбодей при рождении и не задохся — не пролезет в будущую жизнь, но увязнет в муках вечных при втором рождении — при воскресении мертвых.

 

Как воздух в стклянице, так душа в теле.

 

Священнику. На проскомидии и при отпустах поминай святых с усердною верою. Мы их поминаем, а они нас поминают. В самом деле, если мы, будучи злы, их помним, то они, будучи благи, не помянут ли нас? Помянут непременно и помолятся об нас Владыке всех.

 

Воскресение мертвых будет в мгновение ока. Как же говорят, что для образования мира нужно было много периодов? Человек — малый мир — сотворен в один день, и воскреснут все люди тоже в один день; почему же весь мир не мог быть сотворен в несколько дней?

 

Просить, так просить или молиться, так молиться и не быть ни теплым, ни студным (Ср.: Огкр. 3, 16).

 

Если в споре о чем–нибудь с другими тебя побеждают другие ясным представлением истины и ты огорчаешься этим и сердишься на того человека, то ты — истый фарисей и христоненавистник. Истину люби всегда, как Самого Христа, в чьих бы устах она ни была, хотя бы врага твоего.

 

Богатые! Неправды свои правдою искупите: неправедную прибыль или неправедно собранное имение — щедрою милостынею убогим, и тогда вы можете надеяться <на> спасение. Иначе не спасетесь.

 

Если брат твой, причиняющий тебе зло, живет беспутно, привлеки его к себе любовию и добрыми советами, чтобы он, видя твою добродетель, пленен был чрез нее. Но если будешь ненавидеть его и отталкивать своею ненавистию, поступишь очень худо. Чтоб не взыскал Бог погибели его от руки твоей.

 

Горе мне от недостойного (с усумнением) принятия Святых Таин: лукавый, помыслом<?> некерия, оставшись в моем сердце и получив силу от моей нетвердости в вере, начинает невыносимо жечь мои внутренности огнем своим; от этого огня распространяется необыкновенно сильный жар во всей крови моей и ненормальное ее состояние: делаются приливы крови к голове — она вся горит, особенно лицо, оттого делаются зубные боли. Горе мне! Горе мне! Немощен я духом и телом. Но и поделом! Как Ты славно прославился (Исх. 15, 1) во мне, Господи, в пречистых Тайнах Своих! Как часто все кости мои и все существо мое по причащении говорило: Кто <Бог велий> яко Бог наш? Ты ecu Бог творяй во мне чудеса! (Не. 76, 14, 15.). +

 

+ В пречистых Тайнах Господь так тесно и преискренно приобщается к существу хлеба и вина, как душа наша к нашему телу и крови, и делает их истым Своим Телом и Кровию. — Как в теле моем и в крови моей живет дух мой, так в хлебе и вине, или в Теле и Крови Таин, живет Дух Господа Иисуса Христа; как творит Он тело мое, так творит Тело Свое; только мое — из семени отца в лаборатории матери, а Свое — из пшеничного хлеба и вина художеством Духа Святого, Господа Животворящего.

 

Поминай, последняя твоя, и во веки не согрешиши (Сир. 7, 39) (помни смерть свою, ад и Царство).

 

Только молитвою я и живу. То и жизнь моя, когда молюсь.

 

Смотри, чтоб ничего не было на дне твоей души, будь весь чист, весь — свет. У невера очевидной истине на дне сердечном сидит сатана.

 

Внушения Ангела–хранителя внимательному легко заметить. Иногда среди душевного расслабления и мрака вдруг блещет светлая мысль, подкрепляющая душу в вере, направляющая в святом деле молитвы или в другом добром деле.

 

Меру достоинства своей молитвы будем измерять мерою человеческою, качеством отношений наших к людям. Каковы мы бываем с людьми? Иногда мы холодно, без участия сердца, по должности или из приличия высказываем им свои просьбы, похвалы, благодарность или делаем для них что–либо; а иногда с теплотою, с участием сердца, с любовию; или — иногда притворно, иногда искренно. Так же неодинаковы мы бываем и с Богом. А не так надо. Надо всегда от всего сердца высказывать Богу и славословие, и благодарение, и прошение; надо всегда от всего сердца делать всякое дело пред Ним, всем сердцем всегда любить Его и надеяться на Него.

 

Ты начинаешь делать что–либо доброе (например, молиться), и у тебя вдруг в сердце является мучительное сомнение и препятствует этому делу. Это верный знак, что то дело твое угодно Богу и тебе надо совершить его с полною уверенностию в енятости его. Мучительное сомнение — знак, что диавол не хочет этого дела и ставит тебе козни.

 

Когда вследствие маловерия будет палить тебя инутренний огонь, берегись, чтобы он не превратился в адский огонь и всего тебя не спалил. Напрягай тогда скорее свою веру и молитву.

 

Благо мне, Господи, яко смирил мя ecu, яко да паучуся оправданием Твоим (Пс. 118, 71). А смирил Ты меня чрез преосвященного митрополита Григория, Владыку моего, и поделом. Я, быв прежде вознесен похвалами, возгордился незаметно и сильно, и вот Сердцеведец повелел бить душу мою, ирачевать меня горькими приемами бесчестия, изволил напоить меня слезами в меру (Ср.: Пс. 79, 6). Еще же и диавола послал на меня, чтобы ругаться надо мною, чтобы показать мне мое конечное бессилие, мое ничтожество. О всем слава Тебе! Господи!

 

На моих глазах два древа гордости сокрушились. Не блажи же прежде времени тех, кого превозносят похвалами: этим часто незаметно приготовляют им опасность падения, дают им подслащенную пилюлю. Блажи человека, которого врачуют от его слабости унижением.

 

От чиста сердца дриг дрига любите прилежно (1 Пет. 1, 22).

 

Параллель в возрастании порока и добродетели. Порок внедряется в душу и растет постепенно, пока, наконец, бывает древом великим, падающим на человека всею своею тяжестию и убивающим его временно и вечно. Хорошо, если еще такой человек вразумляется Божиими посещениями, но горе, если не вразумляется. Пример Иуды. Страсть сребролюбия в Иуде росла постепенно в продолжение трех лет нахождения его со Христом, пока, наконец, созрела до последней степени и разразилась предательством Господа. Говорится, что вниде в него по хлебе сатана (Ин. 13, 27). Сатана и прежде всегда находился при нем и раздувал пламя страсти, а он не хотел быть внимательным к себе, противиться ей и слагался с сатаною душевно (Един от вас диавол есть) (Ин. 6, 70). —Замечать, как растет гордость в мальчике и воспитаннике: она начинается от неосторожных похвал родителей, родственников, начальников и наставников и на первых порах выражается самоуслаждением, потом презрением к малоспособным товарищам (ни во что ставит их способности и дела); потом <воспитанник> понемногу теряет должное уважение к высшим и ими начинает понемногу пренебрегать и ставить ни во что и их распоряжения, пока, наконец, ничего великого не останется для него на земле и как бы он один был велик. Здесь–то ожидает человека падение страшное, и дай Бог, чтобы Господь не допустил до этого никого, но горькими приемами наказаний душевных или телесных изгнал извнутри духа гордости. Мы видим иногда добрых, благочестивых людей, терпящих непонятные для многих внутренние скорби, внутренние наказания, — прославим в этом случае Божию благость и Божию премудрость, врачующую их временно, чтобы они не погибли вечно. Но горе тем, коих в гордости ничто не смиряет. Они будут чадами диавола (1 Ин. 3, 10) и будут вечно мучиться с ним. Видим ли гордецов, низверженных с их мест и поверженных в низкую долю и терпящих бесчестие, — прославим благость Божию, не хотящую смерти грешника, но еже обратитися и живу быти ему (Иез. 33, 11). Урок воспитателям: не расточайте безрассудно похвал юношам, чтобы они не возмечтали о себе и сердце их не заразилось гордостию, а чуть–чуть только давайте им чувствовать их преимущество пред другими для их поощрения и в менее способных указывайте другие достоинства, которых нет в способнейших. — Добродетель также растет незаметно, пока, наконец, бывает древом великим, в ветвях которого вселяются птицы небесные (Ср.: Мк. 4, 32), то сеть души человеческие, находящие покой и услаждение в их творениях духовных или в их житии, их невидимом предстательстве (в молитвах). Таковы все святые, особенно великие.

 

Душа наша — что ручеек в земле, который открыт втечению вод чистых и мутных — с противоположных сторон; или — что огнь в печке, открытый действию внешнего воздуха или закрытый от него; или — воздух в скудельном сосуде; или — свет в таком же сосуде. Диавол заливает своею мутью, или потемняет своим дымом (смрадным дыханием), или бурей налегает на него (воз веяша ветри, и опрошася) (Мф. 7, 27), или тьмою покрывает его. — Развить.

 

Истина и пустяки (ложь). Когда вера в твоем сердце в Бога и во все Его истины — то истина, а когда сомнение или неверие — то пустяк, ложь, и на них не обращай внимания; когда любовь от чистого сердца — то истина, а когда нелюбовь, нерасположенность, раздражительность поступками других или — что хуже — ненависть, зависть, скупость и другое подобное — то пустяки, ложь, и мыслию одною не касайся их.

 

Что такое хандра? — Увлечение мрачными мыслями, приносимыми в душу диаволом.

 

Смерть духовная. Например, человек злобный, завистливый, сребролюбивый живет, но только по–видимому, а внутренний человек его умер: он внутренно мучится, не имеет спокойствия, радости. Несть радоватися нечестивым, рече Господь. Неправеднии возволнуются и почити не возмогут (Ис. 57, 21, 20). Страшно это внутреннее мучительнейшее волнение. — И ныне, когда говорят: он взволнован, то выражают этим очень ненормальное, неприятное положение человека.

 

Грехи, не очищенные покаянием и не омытые Кровию Сына Божия, никак не допустят грешника в Царство Небесное, в общение с Богом. Не приселится к Тебе лукавнуяй, ниже пребудут беззаконницы пред очима Твоима (Пс. 5, 5–6). Эту истину мы дознаем на опыте еще здесь — на земле. Имеющий в сердце хотя малейшую злобу на кого–либо при всем усилии соединиться с Богом в молитве никак не может: зовет Бога, и Он не отзывается на голос его; и вообще человек, имеющий в сердце какую–либо страсть, не может и здесь никак соединиться с Богом, хотя бы того и хотел, найти в Боге свободу и покой от своей страсти, и это дотоле, пока не возненавидит ее и сердечно не покается в ней. — Если здесь так бывает, то, конечно, так будет и там. — (И ныне Господь не далече от единаго коегождо нас.) (Деян. 17, 27.) — Кое общение свету ко тме? Кое общение Христови с велиаром? (Ср.: 2 Кор. 6, 14–15.) — Желающие причаститься животворящих Таин! Бойтесь приступать к этим Тайнам любви и мира с злобою на кого–либо или имея в сердце какую–либо страсть и привязанность житейскую: Тело и Кровь Иисуса Христа вы примете, но Христа в вас не будет и в осуждение себе вы примете; по причащении внидет в вас сатана (Ср.: Ин. 13, 27), которому вы служите сердечно тою или другою страстию, как вошел сатана в Иуду по причащении на Вечери. Истина, которая подтверждается не только Словом Божиим, но и бесчисленными опытами людей всех веков и мест.

 

Отчего мы видим многих, которые от Чаши Христовой часто идут к чаше вина и упиваются им; отчего множество христиан скоро после причащения Святых Таин видим татями, грабителями, пияницами, прелюбодеями, неверами, хульниками, гонителями, ненавистниками, завистниками, сребролюбцами (и прочее), преданных всяким страстям? От недостойного приобщения. Иначе Христос жил бы в них и производил бы в них плоды добрых дел. Это несомненно. Значит, много недостойных причастников. — Горькая истина! Страшная истина!

 

Святые — трубы, из океана благодати Бога проводящие нам милость Божию.

 

Как видят и слышат нас святые? А как ты видишь мысленно, например, своих родителей и мысленно беседуешь с ними? — Это — в теле; а они — без тела.

 

Можно знать, в какой момент молитва угодна Богу и в какой — нет. Сердце — герольд.

 

Грешно думать, что слова молитвы твоей впусте остаются и на ветер произносятся. Очень грешно. Надо верить, что Бог их слышит и дает по желанию сердца молящегося. — Бог — всеблагий, вездесущий Отец, верный в словах Своих (Ср.: Пс. 144, 13). А Он сказал: вся, елика аще воспроси те в молитве верующе, приимете (Мф. 21, 22). — Просите, и дастся вам (Мф. 7, 7).

 

Враги ли у тебя есть, молись об них, о примирении их с тобою — Богу. Его держава над всеми; по молитвам твоим Он и их силен просветить, расположить сердца их к тебе. Если же они не примирятся по сильной злобе — да будет воля Его. Только ты не злобься ни на кого.

 

Несовершенство жизни настоящей и ожидание жизни совершенной. Сон. Был какой–то мертв. Мы были в недоумении касательно скорости его смерти. Какой–то человек, решительно и твердо указывая на находящихся тут, говорил: и ты помрешь скоро, и ты, и ты… а тут был и я да мой бывший товарищ Русанов. Русанов стал говорить мне: ну, когда мы перейдем в тот век, я буду у тебя слугою по письмоводству: ведь ты хорошо пишешь и тебе будет место. А я, по наставлению Ангела–хранителя, стал говорить и потом будто записал: на том веке не будет ни письма, ни слова, ни другого дела, характеризующего нашу временную жизнь. Письмо или типы<?>, равно как и слова — земные средства для передачи мыслей и чувств и разных состояний бессмертной, невидимой души; и это относится к несовершенствам временной жизни; по–своему говорят все животные и даже неодушевленные предметы: толицы <убо, аще ключится>, суть роди гласов, говорит Апостол, и ни един их безгласен (Ср.: 1 Кор. 14, 10). Небеса поведают славу Божию, творение… (Пс. 18, 1–2.) Но несовершенное должно упраздниться и придти совершенное. Потому надо радоваться, когда переходит из этой жизни в другую христианин, бывший здесь добрым сыном во Христе Отца Небесного, — он переходит в жизнь совершеннейшую, блаженнейшую, или в жизнь истинную, так как эта жизнь есть жизнь вещественных образов и теней, предызобрающая будущие блага.

 

Сомнение — диавольская стена, или крепость, отделяющая сердце наше от Бога. Горе усумняющемуся: чрез сомнение, чем оно сильнее и продолжительнее, диавол более и более укрепляется в сердце. А сомнение что иное, как не клевета диавольская, творящая Самого Бога, как бы неистинного, или недоверие собственным силам, которых на самом деле вполне достаточно для того, чтобы сказать или сделать что–либо в деле веры? — Диавол — лжец, от него всякая ложь; Христос — Истина, и от Него всякая истина.

 

Слава Кресту Господню, врагов моих духовных прогоняющему! 2 февраля 1860 г. Огонь был в груди — разжженныя стрелы лукаваго, сожигающие мои внутренности: и крестное знамение погасило его.

 

Страшный Суд у Господа, как настоящий. — Мыслию о Страшном Суде проникнуты едва не все молитвы. — Почему связывается с пророчеством о разрушении Иерусалима (См.: Мф. 24, 2) — Нет Иерусалима, как он был при Христе. Все видят это ясно, и то должно быть ясно.

 

Слово Бога моего есть истина. То из слова Божия я вижу, из того, что ни одна йота даром не проходит; я испытал бесчетное множество раз, я это вижу постоянно.

 

Подали сегодня при венчании худые железные крашеные венцы. Лукаво взглянул на них и лукаво улыбнулся. Диавол попутал меня, непростого, и я потерял мир сердца и благодать Божию, и прикоснулся ко мне огнь лукавого. Господи! Прости моя согрешения.

 

Священнику. Благодари Господа всем сердцем, когда достойно отслужишь какую–либо службу. Велика милость Божия — служить достойно Богу, и ревнующим о достойном служении посылается она. Какая сладость, какое блаженство для сердца того человека, который достойно служит Господу! — Служащие царю земному не чувствуют себя так хорошо, в таком восторге сердца, в каком восторге чувствуют себя достойно служащие Царю Небесному. — О всеблаженный Царь, Источник блаженства для наших сердец! Даруй нам милость Твою — достойно служить Тебе и в достойном служении Тебе обретать блаженство свое. — Аминь, аминь, аминь.

 

Душа праведная лобызается сердцем с Богом, равно как грешная — слагается с диаволом. Это так ясно.

 

Десница Твоя, Господи, прославися во мне в крепости (Исх. 15, 6).

 

О плоти и духе. В человеческую плоть чрез грех души вселился дух злой и заразил ее своим дыханием (изжени из него всякого лукавого и нечистого духа, сокрытого и гнездящегося в сердце его). Оттого в ней так много беспорядков, оттого люди бедны всякими духовными дарами.

 

За ноги Спасителя держись: не пропадешь.

 

О сем аз подвизаюся, совесть непорочну имети… (Деян. 24, 16.) Совесть — книга: худые мысли, желания, слова и дела надобно изглаживать, а добрые начертывать; суд будет но этой книге.

 

Тебя Бог ежедневно питает Плотию и Кровию Своею, ты ли откажешь в ежедневном питании брату твоему?

 

Ты называешь Бога Отцем нашим: Отче наш; как же ты можешь не любить или ненавидеть брата своего?

 

+ Истина над всем премогает (сильнее всего). Причастись с усумнением без живой, сердечной веры животворящих Таин — и будешь гореть страшно опаляющим внутренности пламенем и мучительно стенать — до тех пор, пока не выплачешь своего сердечного неверия, пока всем сердцем не уверуешь, что сие самое есть Пречистое Тело, и сия самая есть Пречистая Кровь Спасителя. [225] Как в вере заключается жизнь, так в неверии — смерть.

 

+ Вера в бытие Божие тесно связана с верою в бытие собственной души, как часть мира духовного; и душе благочестивой бытие Божие так же очевидно, как собственное бытие, потому что с каждою мыслию доброю или недоброю — желанием, намерением, словом или делом происходят соответствующие перемены в сердце: спокойствие или беспокойство, радости или скорби — и это вследствие действия на нее Бога духов и всякая плота (Ср.: Чис. 16, 22), Который отражается в благочестивой душе, как солнце в капле воды; чем чище эта капля, тем лучше, яснее отражение, чем нечище, тем тусклее — так что в состоянии крайней нечистоты, черноты души отражение прекращается, и душа остается в состоянии мрака духовного, в состоянии бесчувственности: человек имеет очи и не видит, имеет уши и не слышит (Ср.: Иер. 5, 21). Еще Господь Бог в отношении к нашей душе — то же, что внешний воздух в отношении к ртути термометра, с тем различием, что расширение и сжатие, повышение и понижение ртути бывает вследствие перемены в состоянии атмосферы, а там — Бог остается неизменным, вечно благим и праведным, душа же, изменяющаяся в отношениях своих к Богу, терпит перемены в себе [226]. Она неизбежно расширяется, покоится в сердце вследствие приближения к Богу верою и добрыми делами и неизбежно сжимается, беспокоится, томится, горит вследствие удаления своего от Бога маловерием, неверием истине Божией и делами противозаконными.

 

NB. Как болезнь — геморрой — часто человек ощущает в жгучести спины, то есть позвоночного столба или становой жилы, так прикосновение диавола чувствует в жгучести груди и внутренностей; она потушается спасительным знамением, особенно с произнесением слов Бога духов: именем Моим бесы ижденут (Мк. 16, 17).

 

Молитву старается лукавый рассыпать, как песчаную насыпь (слова хочет сделать как сухой песок, без связи, без влаги, то есть без теплоты сердечной). Молитва то бывает храминою на песце (Ср.: Мф. 7, 26), то — храминою на камне (Ср.: Мф. 7, 24). — На песке строят те, которые молятся без веры, рассеянно, с холодностию; такая молитва сама собою рассыпается и не приносит пользы молящемуся. На камне строят те, которые во все продолжение молитвы имеют очи, вперенные в Господа, и молятся Ему как Живому, лицем к лицу беседующему с ними.

 

Слово благодатное (писания святых отцев, молитвы), особенно же слово Самого Ипостасного Слова — истинно вода живая (Ин. 4, 10): вода текуча, и слово течет, как вода; вода освежает и оживляет тело, и слово благодатное оживляет, проникает миром и радостию в душу или умилением и сокрушением о грехах.

 

Не связует пастырей и прихожан дух любви (дух отечества — чадо), а разделяет дух корысти.

 

Уважьте нас, служителей Жизни, пред Которою мы за вас так часто ходатайствуем.

 

Егда гонят вы во граде сем, бегайте в другий (Мф. 10, 23). Если диавол гонит тебя в одном мысленном граде истины, бегай в другой; истина имеет много градов, и все тверды: только умей держаться в них.

 

Что ты не осуждаешь себя прежде Страшного Суда, исполненный всякой неправды — лукавства, неверия, злобы, зависти, скупости, гордыни, осуждения, рвения, гнева, алчности, пресыщения, объядения и прочих мерзостей? Осуждай себя усердно — от всего сердца, воздыхай, бей в перси, проливай слезы, да не осудит тебя Владыка.

 

Внимайте — лукавый часто срастворяется с вами, с вашею душою и силится сделать неискренними, притворными все ваши молитвенные слова, подрывая веру в то, что означается ими, не давая чувствовать сердцем их истины. Болезненно, мучительно, убийственно это лукавство! Он же, лукавый, старается поселить неискренность и в обращении с людьми. О! Как он парализирует всю нашу душу! Сколько надо трудов над очищением сердца от закваски сатанинской! О! Как бодут сердце плевелы, вырастающие в ней непрерывно, исполински — в бедной грешной душе нашей, как корни вырезываемого рака (болезни). Господи! Помози вырвать грех.

 

Сердце — термометр: если тепло верою и любовию, значит — Бог в нем; если холодно по причине маловерия и недостатка любви — нет Бога; сердце определяет степень приближения и удаления нашего от Бога. — Да, душа наша есть настоящий живой термометр: то упадает, то поднимается, смотря по тому, есть ли в ней Животворящий Дух Божий или удалился по грехам человека и поселился в ней дух, убивающий, цепенящий, то есть диавол, сказывающийся больше хладом неверия и различных страстей.

 

Наша надежда на получение просимого во время молитвы основывается на вере в благость и щедротах Божиих, яко Бог милости, и щедрот, и человеколюбия [227] есть Бог. При этом мы вспоминаем о прежних, бесчисленных опытах благости и милости как на других людях (в Священном Писании и в Житиях святых), так и на нас. Потому для успеха молитвы надобно также, чтобы молящийся уже получал прелсде просимое и твердо веровал в это сердцем. Часто мы получаем по молитве своей просимое, особенно — яже ко спасению душ наших прошения; надо восписовать это прямо Господу, Его благодати, а не случаю какому–либо. Где можно дать место случаю в Царстве Вседержавного Бога? Без Него — ничто ноистине не бывает, что ни бывает, как без Него иичтоже бысть, еже бысть (Ин. 1, 3). Многие не молятся потому, что им кажется, будто они не получали от Бога молитвою никаких даров или считают молитву ненужным делом: Бог, говорят, все знает, прежде нашего прошения, и забывают, что сказано: просите, и дастся вам, ищите… толцыте… (Мф. 7, 7.) Наши прошения (молитвы) нужны именно для усиления нашей веры, которою одною мы и спасаемся: благодатию есте с пасе пи чрез веру (Еф. 2, 8). О, жено, велия вера твоя (Мф. 15, 28). Спаситель для того и заставил женщину усильно просить, чтобы возбудить ее веру, усилить ее. Такие люди не видят того, что они не имеют веры — самого драгоценного достояния христианина, которое необходимо как жизнь; что они лжа творят Бога (Ср.: 1 Ин. 1, 10) неверием и суть чада диавола (1 Ин. 3, 10), недостойные никаких милостей Божиих; что они — погибающие. Нужно также, чтобы сердце горело во время молитвы желанием благ духовных, любовию к Богу, ясно созерцаемому сердцем в Его крайней благости к человеческому роду и готовому слушать с Отеческою любовию все его молитвы. Аще убо вы <лука ви суще, умеете, даяния блага даяти…> кольми паче Отец ваш Небесный даст блага просящим у Него (Мф. 7, 11).

 

Как смотреть на огневые мучения <от> врага — после того, как он лукаво искусит нас и мы бываем побеждены от него? — Они вменяются нам в очищение грехов наших и вместе составляют возмездие за наше маловерие, чрез которое враг одолевает нас. — Когда он жжет, говори: пожжешь — отойдешь; гордец не терпит этого и уходит, когда это сказано с твердостию.

 

Мои будущие венцы так же несомненны, как несомненна моя борьба со врагами моего спасения, как несомненны мои скорби в борьбе, мои слезы. Недостойны страсти нынешняго времене к хотящей славе явитися в нас (Рим. 8, 18). Да утешит тебя это.

 

Следи за своим сердцем всю жизнь и присматривайся, и прислушивайся к нему: что препятствует к соединению его с всеблаженным Богом.

 

Это да будет наука наук, а ты при помощи Божией легко можешь замечать, что тебя отдаляет от Бога и что приближает к Нему, соединяет с Ним. Об этом сказывает самое сердце, то соединяющееся с Богом, то оттираемое от Него. Больше всего лукавый стоит между нашим сердцем и Богом: он–то отдаляет от нас Бога разными страстями или похотию плоти, похотию очес и гордости житейской (Ср.: 1 Ин. 2, 16).

 

Бог, как вечная Истина, не терпит в нас и мгновения сомнения в истине. Бог, как вечная Благость, хощет всем спастися и в разум истины приити (1 Тим. 2, 4). И мы как чада благого Бога также должны от всего сердца желать всем, даже врагам своим, спасения и заботиться об этом.

 

+ Величественное зрелище, возлюбленные братия, представляется ныне зрению нашему. Видим Божественного Младенца Иисуса Христа и старца Симеона в храме; видим, что Младенец на руках у старца — но Кто кого держит? Один другого держит, и Младенец крепче держит старца, чем старец — старческими руками — Младенца. Младенец держит словом Своим всю вселенную и самого Симеона, как Творец и Жизнодавец; носяй, сказано об Нем, всяческая глаголом силы Своея (Евр. 1, 3). И Сын Божественный, Младенец, представлен говорящим в одной из поемых ныне песней: не старец Мене держит, но Аз держу его: той бо от Мене отпущения просит [228]; Отпусти, зовый, раба, Владыко, видех бо Тя, Спаса моего [229].

 

+ Предостережение. Диавол употребит в свою пользу все слабости, все немощи, все страсти ваши, чтобы только поколебать вас в вере, чтобы потиранить вас, посмеяться над вами в уединении и в виду других, чтобы, если возможно, соблазнить чрез вас других.

 

+ Во время молитвы ум и сердце молящегося сами должны плодить из себя благие мысли и чувствования — так что готовые молитвы должны только наводить их на собственные их чувства, например, благодарности и славословия, или на прошения о своих особенных нуждах. Молитва должна быть духом и животом (Ср.: Ин. б, 63) для молящегося, чтобы все шло от души, из ее жизни, из ее потребностей, чтобы слова лишнего не говорила Богу, то есть слова, не вымолившегося, так сказать, из души, из ее потребности.

 

Помни заповедь: якоже хощете да творят вам человецы, тако творите и вы с ними (Ср.: Мф. 7, 12). Люди — не бездонные колодцы.

 

Вы удивляетесь, отчего человек страстный делает большие глупости. Он слеп — не видит своих глупостей. Не смейтесь об нем, а пожалейте его, и если можно, вразумите его, обратите его от заблуждения пути его.

 

Всякая горечь (сердечное раздражение) и гнев, и хула да возмется от вас, со всякою злобою (Еф. 4, 31).

 

Злоба или другая страсть какая, поселяясь в сердце, стремится, по непременному закону зла, излиться наружу. Оттого обыкновенно говорят о злом или разгневанном человеке, что он выместил свою злобу на том–то или выместил гнев свой на том–то. — В этом и беда от зла, что оно не остается только в сердце, а силится распространиться вовне. Из этого уже видно, что виновник зла сам велик и имеет обширную область, в которой он царствует. Весь мир во зле лежит (1 Ин. 5, 19). — Как пары или газы, во множестве скопившись в запертом месте, усиливаются извергнуться вон, так страсти, как дыхание духа злобы, наполнивши сердце человека, также стремятся из единичности одного человека разлиться на других и заразить своим смрадом души других.

 

Диавол рвется втечь в душу как мутный, грязный, ядовитый поток. Веда, если втечет; пока не извергнет душа этой ядовитой грязи в слезах, дотоле не упокоится. А эта грязь — сомнение о непреложном, маловерие, неверие, злоба, зависть, ненависть и прочие страсти, раздражение, нетерпение, ропот, хула мысленная.

 

Диавол сделает тесною жизнь вашу, и вы пойдете таким тесным путем, как бы тесною трещиною в горе; постоянно он будет омрачать ваш ум, стеснять ваше сердце, понуждая каждую минуту ко греху, к какой–либо страсти. И вам тут придется бороться с нападками его на Божию истину и отстаивать сокровенное своей веры, постоянно исторгаемой из сердца.

 

Живая вера в Господа Иисуса Христа и память об Нем закрывают для диавола вход в сердце наше; усумнение, маловерие и неверие, страсти открывают ему вход в сердце, и он мучительски входит в него и овладевает им.

 

Священнику. Обещавши, исполни. Это правило священно для всякого христианина, но особенно для тебя, священника. Ты служитель Бога истины, Который все обещанное или исполнил, или непременно исполнит. — Йота едина, или черта едина не прейдет от закона, дондеже вся будет (Мф. 5, 18). Получив, непременно благодари. Бог не любит неблагодарных. Неблагодарный — нечувствитель и невер.

 

Священнику. Лукавый закрыл нам глаза, связал нас по рукам и по ногам, и мы, служители Божии, служим богопротивно, более ругаясь над Божиею службою.

 

Видим, что диавол изображается огненным. Это взято с существа дела: ему уготован вечный огонь, и он точно в огне, когда он прикасается к человеку, тогда как огонь жжет его внутренности.

 

Наблюдениями над действиями лукавого внутри меня не хвалюсь и внутренно, ибо кто хвалится тем, что открывает действия у себя постоянно крадущего вора? Кто гордится своим несчастием? Кто хвалится тем, что у него горит дом и он знает, что горит?

 

При чтении душеполезных книг напояй сердце, как губу, не пробегая бегло умом одним содержание чтения. Такое чтение весьма мало полезно, сердце остается пустым. Как во время молитвы нужно, чтобы молитва шла прямо из сердца, из потребности души, так и при чтении надо внимать сердцем читаемому.

 

Христос, введенный в сердце верою, возсёдит в нем миром и радостию. — Недаром говорится о Боге: Свят ecu, и во святых почивавши. [230]

 

Мир есть не иное что как воплощенные идеи, то есть умосозерцания. Если же идеи воплощены, то что удивительного, если воплотился Сам Бог Слово, Творец всего видимого и невидимого [231]? Что удивительного, если <Он> претворяет, пресуществляет хлеб и вино в пречистое Тело и в пречистую Кровь Свою? — В этих хлебе и вине воплощается Сын Божий не вновь, потому что Он однажды воплотился и этого довольно на все бесконечные веки, — но тем самым телом, которое прежде воплотилось по подобию того, как умножил Он из пяти хлебов несколько тысяч (См.: Мф. 14, 15–21) — Славно прославился Христос Бог наш (Ср.: Исх. 15, 1)! Множество тайн в природе, коих не может постигнуть даже в вещах мой разум, однако же вещи существуют со своими тайнами. Так и в этом Таинстве животворящих Тела и Крови — тайна для меня: как хлеб и вино делаются Телом и Кровию Самого Господа, — — но Тайны Тела и Крови на самом деле существуют, хоть и непонятно для меня. У Творца моего — я скудельник Его; или из пищи и пития Господь и меня сотворил и вложил в меня дух — как Бога премудрого, бесконечного, всемогущего множества тайн; я — сам для себя тайна, как дело рук Его. Для души моей — Дух Господа; для тела моего — Его Тело и Кровь.

 

+ Всякий молящийся да утверждает свою надежду на получение просимого — на следующих словах Спасителя: просите, и дастся вам (Мф. 7, 7). Аще убо вы… кольми паче Отец ваш Небесный даст блага просящим у Него (Мф. 7, 11).

 

Священникам, принимающим исповедь: не судите на лица, но праведный суд судите (Ин. 7, 24) (яко суд Божий есть) (Втор. 1, 17). Не будем наклонять по произволу весы Божии; будем судьями праведными, не снисходя без меры человеческим немощам и не отверзая двери ожесточению и отчаянию излишнею строгостию.

 

Подобно тому, как душа носит тело свое, так Бог носит всю вселенную, все миры; душа наполняет все тело, и Дух Господень исполни вселенную (Прем. 1, 7); только душа ограничивается телом, хоть и несовершенно, потому что может носиться везде, а Дух Господень не ограничивается миром и не заключается в мире, как в теле.

 

Священнику. Великое лицо достойный священник — он друг Божий, постоянный исполнитель воли Его. Если он совершает, например, таинство, он прямой, ближайший, непосредственный исполнитель воли Его; крестит ли он — он исполняет повеление Господа: uieduie… крестяще (Мф. 28, 19); совершает ли Таинство Тела и Крови — он представляет лице Его — он исполняет Его слово любви: сие творите в Мое воспоминание. (Лк. 22, 19); учит ли — тоже исполняет прямую Его заповедь; пасет ли — представляет из себя Пастыря доброго (Ин. 10,11) и Начальника пастырей (Ср.: 1 Пет. 5, 4), Духом Божиим поставленных.

 

Великое лицо священник — он поистине друг Самого Христа, Царя Небесного: Вы друзи Мои есте, аще творите, елика Аз заповедаю вам (Ин. 14, 14). — Но помнить надо всякому священнику, что достойным пастырем, учителем и священно–действителем делают его живая вера в Иисуса Христа и любовь к Нему и к словесным овцам Его. — Ты ecu Петр, и ка сем камени… (Мф. 16, 18); …любишили Мя? (Ин. 21, 15–17). Итак, преуспевайте, священницы Господни, в вере и любви.

 

Ни едино ни в чемже дающе претыкание (ни в одном грехе), да служение без порочно будет (2 Кор. 6, 3). — Помни эти слова, служитель Бога Всесвятого, гнушающегося малейшим поползновением сердца ко греху.

 

+ Собственно говоря, Бог Сам никого не наказывает, а наказывает нас грех и виновник греха — диавол. Потому говорится: накажет тя нечестие твое, и злоба твоя обличит тя (Ср.: Иер. 2, 19). — На главу его неправда его снидет (Ср.: Пс. 7, 17). — Бог есть Любовь, Бог милости, щедрот и человеколюбия. [232]

 

В моей жизни я ясно вижу перст Божий. Но, как он действует в моей жизни, так действует в жизни каждого человека, в жизни семейств, наций, народов, всего мира. Это верно как дважды два — четыре.

 

Почему святые удобно и скоро слышат нас? Потому что они — один дух с Господом, так как сказано: прилепляющийся Господеви един дух есть с Господем (1 Кор. 6, 17). Как должны быть высоки и почтенны в глазах наших святые Божии человеки?! (Златоуст и другие.)

 

Этот умерший, или эта умершая, при жизни, как и я, признавала себя грешною, сокрушалась о грехах своих, которые мучили ее, и возводила очи свои к Богу, чая от Него ослабления и прощения грехов своих, а теперь и тем более нуждается в этом прощении, чтобы почить душою своею. Войди таким образом в ее чувства и желания и молись об ней с совершенною искренностию, так, как ты пожелал бы молить о себе или как ты молился бы о себе.

 

Совершенный молитвенник ни одного слова не говорит не от сердца; и это — как в молитве, так и во всей жизни.

 

Для примера искренности молитвы возьмем, например, молитвы: Царю Небесный… Святый Боже… Пресвятая Троице… и Отче наш, с славословием: Слава Отцу и Сыну и Святому Духу… <во веки> веков. Аминь. Чувствуете ли силу каждого слова и истину каждого?..

 

Когда же молишься о грешниках живых, то молись об них так же, как о себе. Видишь, например, пьяницу и знаешь, что ему угрожает огонь вечный, — всеми мерами старайся восхитить его из огня. Так молись и о всех других грешниках и всеми мерами старайся об их спасении.

 

+ Той рече, и быша: Той повеле, и создашася (Пс. 32, 9). Одним повелением Божиим явился мир. Одним же повелением Божиим творится и Тело и Кровь из хлеба и вина. — Той рече, и быша: Той повеле, и создашася.

 

Если бы все молились истинно и причащались достойно, тогда все были бы праведники; не было бы ни прелюбодеев (уды Христовы) (1 Кор. 6, 15), ни хищников (Иисус Христос — Сокровище нетленное [233]), ни завистников, ни ненавистников, ни сребролюбцев.

 

Если бы все видели свои грехи, то залились бы все слезами, и этой влаги недостаточно было бы, чтобы достойно оплакать все грехи.

 

Священнику. Если ты не воздыхал о спасении духовных чад своих, то ты — плохой пастырь; если ты не радовался великою радостию о спасении грешника и не скорбел о ожесточении нераскаянного грешника, ты — плохой пастырь. Люби всех, как детей своих. Слышишь, что поет Церковь о любви Божией к нам: положил ecu к нам твердую любовь, Господи, Единороднаго бо Твоего Сына за ны на смерть дал ecu. [234]

 

Если отнимает Господь временные блага, то больше для того, чтобы даровать вечные.

 

Раз — наш; другой — больше наш; третий — еще больше. Вот девиз и характер бесовских козней над человеком. Горе побеждаемому и коснящему восставать от поражения!

 

Обильно открыл Ты мне, Господи, истину Твою и правду Твою. Чрез образование меня науками открыл Ты мне все богатство веры и природы и разума человеческого. У ведал я слово Твое — слово любви, проходящее до разделения души же и духа нашего (Евр. 4, 12); изучил законы ума человеческого и его любомудрие; проник отчасти в тайны природы, в законы ее, в бездны мироздания и законы мирообращения; знаю населенность земного шара, сведал о народах отдельных, делах их, о лицах, прошедших своею чередою в мире; отчасти познал великую науку самопознания и приближения к Тебе — словом, многое, многое узнал я — так, что вящшая разума человеческаго показана ми суть (Сир. 3, 23); и доселе еще я многое узнаю. Много и книг у меня многоразличного содержания; читаю и перечитываю их; но все еще я не насытился. Все еще дух мой жаждет знаний; все сердце мое не удовлетворяется, не сыто — и от всех познаний, приобретенных умом, не может получить полного блаженства. Когда же оно насытится? Насытится, внегда явитимися славе Твоей (Ср.: Пс. 16, 15). А до тех пор я не насыщусь. — Пияй от воды сея (от мудреных знаний) возжаждется паки: а пияй от воды, юже Аз дам ему, не вжаждется во веки: но вода, юже Аз дам ему, будет в нем источник воды текущия в живот вечный (Ин. 4, 13–14).

 

Как святые видят нас и наши нужды и слышат наши молитвы? — Сделаем сравнение. Пусть вы перенесены на солнце и — соединились с солнцем. Солнце освещает лучами своими всю землю, каждую песчинку на земле. (В этих лучах вы видите также землю. Но вы так малы в отношении к солнцу, что составляете только как бы один луч; а этих лучей в нем бесконечно много. По тожеству с солнцем этот луч участвует тесно в освещении солнцем всего мира.) [235] Так и душа святая, соединяясь с Богом как с духовным Солнцем, видит чрез посредство своего духовного Солнца, освещающего всю вселенную, всех людей и нужды молящихся.

 

Продавая книги, не радуйся о прибыли денежной, а радуйся о назидании, которое получат купившие; получивши же денег, хорошо часть от них отдавать нищим. Поступив так, ты сделал бы очень благоразумно: сделал бы вместе и духовную и телесную милость. А ведь неложно обещание Владыки: блажени милостивии: яко тии помилованы будут (Мф. 5, 7).

 

Благо есть надеятися на Господа, нежели надеятися на человека (Пс. 117, 8), то есть благо надеяться христианину и особенно пастырю–проповеднику на Слово Божие, нежели на слово человеческое (то есть на произведения ума человеческого, хоть бы и образцовые), иначе: надобно больше всего читать Слово Божие, а образцовые произведения людей — настолько, насколько они помогают нам правильно уразумевать Слово Божие и учат нас христианской жизни и православным догматам.

 

Смотри, имей всегда полное уважение в сердце к тому, елика суть истинна, елика честна, елика npaeведнa, елика прелюбезна… (Флп. 4, 8), несмотря на разварение сердца диавольским огненным дыханием, производящим в сердце лукавое пренебрежение к истине и отвержение ее, признание ее за ложь.

 

О молитве. О значении злых духов в духовной жизни человека, и особенно в молитве: препятствия, ими поставляемые; о значении Ангелов добрых: их необходимость для отгнания демонов, их старания, помощь.

 

Не бойся, что тебя пересилит сатана. Болий есть Иже в вас, неже иже в мире (1 Ин. 4, 4), то есть сатана. Помни слова Спасителя в молитве Господней: не введи нас во искушение, но избави нас от лукаваго (Мф. 6,13), и далее — что? — Яко Твое есть Царство и сила (а не диавола) и слава во веки. Аминь.

 

Мерзость Господу всяк высокосердый (Ср.: Притч. 16, 5). Крепче помни это и — да будешь ты всех и всего ниже.

 

Когда при причащении животворящих Таин диавол увлекает тебя к сомнению в них, нимало не останавливайся на его кознях и говори ему: презираю твое коварство и о имени Господа моего Иисуса Христа побеждаю твою лживость, — и с этими словами потреби Святые Дары. То и беда, что мы малодушествуем при его клеветах и почитаем их за что–то важное. Презирай, всеконечно презирай лживого духа, убивающего духа.

 

Медленно или скоро нужно молиться Богу дома — келейно? — Чтобы молитва была живее, энергичнее, лучше, кажется, молиться сердцем с поспешностию, но притом так, чтобы чувствовалась сердцем сила каждого слова, то есть чтоб молитва была теплотою умиления, благодарения, славословия. Но, если сердце тупо или холодно, в таком случае — разогреть его медленною, напряженною устною молитвою.

 

Понеже сотвористе единому сих… Мне сотвористе (Мф. 25, 40). Ты ходишь, положим, навещать больного: ты оказываешь это благодеяние как бы Самому Христу, болезни наши понесшему; ты погребаешь даром умерших в убожестве: ты участвуешь в славе Иосифа и Никодима, снявших со креста тело Христово и во гроб положивших (См.: Ин. 19, 38–42). По причине искреннего приобщения Богочеловека нашей плоти и крови, все, делаемое по вере во Христа страждущему человечеству, делается как бы Ему Самому. Почему же страждущее человечество так особенно близко, сродно Ему? — По лишениям, страданиям, словом, — по кресту. Л Спаситель был первый и величайший Крестоносец нашего ради спасения — потому все крестоносцы братия Его меньшие: по неже сотвористе единому сих братий Моих мен luux, Мне сотвористе (Мф. 25, 40).

 

+ Духовный убо востязует вся, сам же той ни от единого же востязуется (1 Кор. 2, 15). Почему? — Потому что он имеет ум Христов (Ср.: 1 Кор. 2, 16), совершенный, светлый, между тем как люди века сего имеют ум потемненный страстями, несовершенный; потому духовный человек легко видит недостатки в словах или в произведениях людей века сего, между тем как люди, кои века сего, не могут обличить слова или произведения людей духовных в их недостатках по причине совершенства, правильности их воззрения на предметы. Куторга роскошь почитает делом невинным. Как это дико!

 

Научился ли ты предзреть Господа пред собою выну (Ср.: Пс. 15, 8) — как Мысль вездесущую, как Слово Живое и действенное, как Дух Животворящий? — Научился ли ты душу свою зреть как Ипостасную Мысль, всегда тожественную, бессмертную? Священное Писание — вот область.

 

Мысли, Слова и Духа — Бога Троицы: в нем Он проявился ясно. — Глаголы, яже глаголах, дух суть и живот суть (Ин. 6, 63); писания святых отцев — вот опять выражение Мысли, Слова и Духа Ипостасных, с большим уже участием самого человеческого духа; писания обыкновенных светских людей — вот проявление падшего человеческого духа с его греховными привязанностями, привычками, страстями. В слове мы видим лицем к лицу Бога и — себя, каковы мы. — Узнайте же в нем себя, люди!

 

Человек, вы сами видите, в слове своем не умирает — он бессмертен в нем и по смерти говорит: я умру, но и по смерти буду говорить. Сколько между людьми этого бессмертного слова, которое оставили по себе давным–давно умершие и которое живет на устах иногда целого народа? — Как живуче слово, даже человеческое! Тем более — Слово Божие: оно переживет все века и будет всегда живо и действенно.

 

Так как Бог есть Зиждительная, Живая и Животворящая Мысль — то весьма согрешают те, которые мыслями своего духа отклоняются от Этой Ипостасной Мысли и занимаются предметами вещественными, тленными, овеществляя чрез то дух свой; особенно грешат те, которые во время Богослужения или домашней молитвы совсем отклоняются своими мыслями от Бога и блуждают в разных местах вне храма. — Они крайне оскорбляют Божество, в Которое должна быть вперена наша мысль.

 

NB. У Куторги идея fixe [236]: вырождение существ (не исключая и человека) из [из–за] условий земных и климатических; исчезновение родов и видов существ (и человека: один род сменяется другим, один народ — другим, смертность родов и всего человечества) и появление других. И это у него <как> в неодушевленной, так и в одушевленной природе. — Земдя прошла много периодов и фазисов бытия.

 

К чему ведут пост и покаяние? Из–за чего труд? — Ведут к очищению грехов, к покою душевному, к соединению с Богом, к сыновству, к дерзновению пред Господом. Есть из–за чего попоститься и от всего сердца исповедаться. Награда будет неоцененная за труд добросовестный. Скажите, пожалуй, у многих ли из вас есть чувство сыновней любви к Богу? Многие ли из вас со дерзновением, иеосужденно смеют призывать Пебеснаго Бога Отца и говорить: [237] Отче наш! Не напротив ли: в ваших сердцах вовсе не слышится такой сыновний глас, заглушенный суетою мира сего или привязанностию к предметам и удовольствиям его? Не далек ли Отец Небесный от сердец ваших? Не Богом ли мстителем должны представить себе Его псе, удалившиеся от Нет на страну далече? (Лк. 15, 13.) — Да, по грехам своим все мы достойны праведного Его гнева и наказания, и — дивно, как Он так много долготерпит нам, как Он не посекает нас, как бесплодные смоковницы (См.: Лк. 13, 7)?

 

Поспешим же умилостивить Его покаянием и слезами. Войдем сами в себя и со всею строгостию рассмотрим свое нечистое сердце, и увидим, какое множество нечистот заграждают к нему доступ Божественной благодати; сознаемся, что мы мертвы душевно.

 

Подавай милостыню без всякого сомнения, скорби и нужды (необходимую). Не порти доброго дела и не причиняй себе добровольного мучения. Истинен Бог: награда несомненна милостынодавцу. Сам Христос принимает ее и еще в этой жизни сторицею воздает за нее. Аминь.

 

1. Злоба противна Богу моему, любящему создание Свое: убо далече да будет от мене всякая злоба.

 

2. Любящий Господь здесь: как же я могу допустить в свое сердце и тень злобы? — Да умрет во мне совершенно всякая злоба, да умастится сердце мое благоуханием незлобия! Любовь Божия да побеждает тебя, злобный сатана, нас, злонравных, к злобе подстрекающий!

 

Злоба крайне убийственна для души и тела: палит, давит, мучит. Никто, связанный злобою, да не дерзает приступить к престолу Бога любви.

 

В веществе везде мы можем видеть следы духа: в веществе не только органическом, но и в мертвом; в веществах, не только сотворенных от Бога, но и сделанных человеком, например, в вещественных зданиях. Посмотрите, например, на этом доме? Много ли в нем места веществу как веществу? Я вижу здесь везде следы духа человеческого. Во–первых, возьмите кирпичи: ведь каждый из них имеет форму, данную ему человеческим духом; далее — каждый из них сделан, он обожжен, по сделании его из глины. Далее смотрите на постройку. Дом не сам сложился из кирпичей, а люди сложили его и в этой постройке проявили свое творчество: кто так, а не иначе, расположил комнаты; откуда это удобство в их расположении? Как он отопляется, как дыму дали свободный выход вон, так что он не дымит самой комнаты? Как связаны одни с другими кирпичи (цемент) и здание все стоит прочно, не разваливаясь? Что значат эти окна, как глаза, чрез которые проходит в дом свет? — Вникайте хорошенько, глубже в это простое дело: вы перейдете от этого к делам великого Здателя всего дома вселенной, увидите в ней везде Дух Творца — во всех тварях, и не скажете, что везде я вижу вещество и нигде — Духа; вы увидите тогда везде выражение Законов Духа. Вещество везде — только строительное орудие духа, дух везде — господин вещества. Всяк дом созидается от некоего, а Создавый всяческая — Бог (Ср.: Еф. 3, 9).

 

Помни: деньги всегда должны быть ниже тебя и должны служить тебе или твоим ближним -— в их нуждах. Потому смело будь гостеприимен: веселись с твоими друзьями и знакомыми; питай нищих, одевай их, служи больным. Да будут они всегда средством распространять благочеловечество, мир, любовь, радость.

 

Бесчисленными опытами дознал я, что ты, бесплотный враг, имеешь обыкновение при святом занятии молитвою, особенно же пред принятием и во время принятия животворящих Таин помрачать ум и сердце и обуревать душу помыслами маловерия. Но да разгоняется, как мгла, твой призрачный мрак. — Дознано, что он — ничто. Чего же его бояться?

 

Объятия друзей Куторга объясняет действием нервов. Поди вот. Значит, и Пресвятая Дева Мария простерла объятия к Елисавете — по действию одних нервов; да что? — уж и Спаситель обнимал детей по действию нервов? — Господи! Чистое отрицание духа; все — материя. — Даже в человеческом теле не видят духа. А я, так право, и в устройстве дома вижу следы человеческого духа.

 

Вчера Куторга читал о нервной системе. Головной мозг — большой правый и левый; малый — под большим, внизу — правый и левый и спинной мозг. Пепельные и белые вещества мозга. Фиброзное (нитчатое) строение их; пучки, перевязка каждого; общая оболочка, необыкновенная тонкость нитей (микроскоп увеличивает), образованные шарики между нитями (шарики, из коих образуются все части нашего тела — кровь и разные жидкости; мускулы, кости). Нервы — носовой, оптический.

 

Материализм (также господство плоти над духом) — следствие греха.

 

Когда диавол будет поджигать тебя к скупости, скажи ему: верю от всего сердца, что все, истраченное на своих, на гостей и на нищих, есть приобретение для души моей — ив этих деньгах я не буду давать отчета Владыке на Страшном Суде.

 

+ Молитва — потребность христианина, как пища и питие. Молитва домашняя и общественная.

 

Ни от чего не приходи в уныние и нетерпение — ни от плоти, ни от духа.

 

Усумневаясь в Божественных Тайнах, коих Божественность и животворность ты дознал на себе бесчисленными опытами, ты произносишь хулу на Духа Святого; а этот грех, как свидетельствует Сам Господь, не отпустится человеку ни в сей век, ни в будущий (Мф. 12, 32). Итак, вот почему ты чувствуешь всегда в груди своей огнь горящь, палящь в костех твоих (Иер. 20, 9), когда усумнишься в животворящих Тайнах; твой грех слишком велик, как грех непризнательности и неблагодарности пред Богом, возлюбившим нас до общения с нами в плоти и крови. Твой грех вопиет об отмщении и раньше действительной геенны подвергает тебя здешней геенне, чтобы ты вразумился.

 

Когда сердце твое уклонится в помышления лукавства (Ср.: Пс. 140, 4) и лукавый, как говорится, начнет подмывать твое сердце, чтобы оно совсем подвигнулось с камня веры, тогда скажи себе внутренно: знаю я свою духовную нищету, свое ничтожество без веры; скажи: я так немощен, что именем Христовым только и живу и упокоеваюсь и веселюсь, распространяюсь сердцем, а без Него — мертв душевно, беспокоюсь, стесняюсь сердцем; без Креста Господня я давно был бы жертвою самой лютой скорби и отчаяния. Христос меня держит в жизни; Крест — покой и утешение мое.

 

Языки своими льщаху (Пс. 5, 10), говорит Давид о некоторых людях. Смотри: ты не льстишь ли также языком своим, когда молишься?

 

Гордые, злые и сребролюбивые люди — самые подручные орудия диавола, и он делает чрез них, что хочет — и Христа предает. Храни же себя всячески от этих страстей и будь смирен, как Пресвятая Дева Мария Богородица; кроток и незлобив, как Давид; нестяжателен, как бессребреники.

 

Счастлив ты, если во время молитвы Господь наказывает тебя за малейшую неискренность сердца: Он ведет тебя к совершенной чистоте молитвы.

 

Молчи ты: страшно все мы виноваты.

 

Если и здесь я радовался об Нем радостию веры, то тем более тогда, виегда явитимися славе Его, когда приду и явлюся лицу Божию (Ср.: Пс. 16, 15).

 

Побеседуем о том, как нам достойно говеть, исповедоваться и причаститься.

 

Ты предстоишь и молишься Богу, имущему разум всех. Как же должна быть чиста твоя молитва?

 

И нуждаста Его, глаголюща: облязи с нама, яко к <вечеру есть>… и вниде <с нима> (Лк. 24, 28). Как? Божественный Спаситель склоняется на принуждение? — Да, склоняется на усильную просьбу. Так и ты, видя в гостях Господа Иисуса Христа, понуждай их от сердца оставаться у тебя. Спаситель как гость.

 

На сытом желудке и сердце сидит дух нечувствия. Надо прогнать его слезами покаяния.

 

Невидим Бог, невидима душа моя. — Невидимо соединение мое с Ним.

 

Будь внимателен: диавол в злобу повергает тебя из–за ничтожных причин — пустяками достигает великих результатов.

 

Не мнимые страдания бывают у души нашей, но действительные, жестокие болезни. — И вот здесь–то необходим нам Спаситель, Исцелитель язв души нашей.

 

Не увлекайся мрачными мыслями. Так много добра в мире, зачем же останавливаться только на дурных качествах людей?

 

Имей всегда то убеждение, что без Бога ты ничего не можепть делать, что ты — погибший человек.

 

Многого просишь, ты думаешь, в молитвах Служебника? Но ведь и очень велик и всесилен и всеблаг Тот, Кого ты просишь. Молись же без сомнения. Молитвы Служебника читай как ходатай о людях пред Богом.

 

Вся жизнь наша — акт милостей Божиих.

 

Бог есть Жизнь и Отец жизни; диавол — смерть и отец смерти.

 

Диавол крадет служебные молитвы из сердца и у невнимательных совсем украдывает.

 

В Литургии созерцай рождение, жизнь, учение, страдания, воскресение и вознесение Иисуса Христа.

 

Необходимость сердечной уверенности в бытии мира духов: тогда искренна будет и вера в Бога духов и всякой плоти (Ср.: Чис. 16, 22) и в существование по смерти душ человеческих.

 

Где злоба, там и диавол; где любовь, там Бог. +

 

Отпустите от сердец ваших помышления ваша: [238] Сердце — душа.

 

Гордец думает выиграть своею гордостию, а между тем он постоянно проигрывает во всем. Не только Бог, но и люди гордым противятся (Притч. 3, 34; Иак. 4, 6).

 

Священнику. Когда зовут тебя к бедному больному соборовать, не думай про себя, тем более — не скажи: обойдется и так — без соборования, довольно ему таинства покаяния и причащения, но иди немедленно и не пренебрегай больным за его бедность; для Господа нет различия между богатым и бедным; вспомни, что между больными бедными, особенно долго страждущими, есть очищенное золото — то есть великие праведники, которых молитва много может у Господа. Пришедши же в дом для совершения таинства и видя в нем [в доме] следы бедности и нищеты, тесноту, неубранство, грязь, не говори в сердце своем: здесь все — бедные, низкие, неграмотные, и я могу совершить таинство поскорее, покороче, кое–как, ибо Господь наш тут и Ангелы — твой, Ангел больного и всех тут находящихся — находятся здесь и выну видят они лице Отца Небеснаго (Ср.: Мф. 18, 10). Смотри же: они будут иред Богом свидетелями твоих тайных мыслей и твоего небрежного совершения таинства. — Не на лица зряще имейте веру Господа нашего Иисуса Христа (Иак. 2, 1). — Когда зовут тебя совершать другие таинства, также не смотри на лица и обстоятельства места и времени, а делай свое дело как следует — пред лицем Божиим.

 

Святые, преставлынися, доселе живут с нами, управляя нашим Богослужением, обрядами веры, нашею жизнию. Вот настает, например, Великий пост — и какой перелом жизни! Все затихает; тут, поди, разве осмелится показаться одна дерзость — все же большинство следует безмолвно манию Церкви, то есть святых Божиих, установивших то или другое правило в Божией Церкви. А Богослужение? А Таинства? А обряды? Чей там Дух движется и умиляет наши сердца? Господа Бога и святых Божиих. — Вот вам доказательство бессмертия человеческой души. Как это люди умерли и управляют по смерти нашею жизнию; умерли и доселе говорят, научая, назидая и трогая нас?

 

Я — не иное что, как масса земли, оживотворенная Божиим Духом (См.: Быт. 2, 7).

 

Молящемуся. Молясь, возлюбленные, мы непременно должны взять в свою власть сердце и обратить его ко Господу. Надобно, чтобы оно не было холодно, лукаво, неверно, двоедушно. — Иначе что пользы от нашей молитвы, от нашего говения. — Хорошо ли услышать от Господа гневный глас: приближаются Мне людие сии у с ты своими и устнами чтут Мя, сердце же их далече отстоит от Мене (Ис. 29, 13; Мф. 15, 8). Итак, не будем стоять в церкви с душевным расслаблением, но да горит каждый духом своим, работая Господу (Ср.: Пс. 2, 11). — И люди немного ценят те услуги, которые мы делали с холодностию, по привычке. Но Бог именно хочет нашего сердца.

 

Сыне, даждъ Ми твое сердце (Притч. 23, 26). Потому что сердце — главное в человеке, жизнь его; больше — сердце наше есть самый человек. — Потому кто не молится или не служит Богу сердцем — тот все равно что вовсе не молится. Потому что тогда молится тело его, которое само по себе, без души — то же, что земля. — Помните, что, предстоя на молитве, вы предстоите Богу, имеющему разум всех. Потому молитва ваша должна быть, так сказать, вся — дух, вся —· разум!

 

Другая мысль. Как не живут по смерти святые Божии? — Живут, живут. Вот я часто слышу в церкви, как поет Божия Матерь чудную, проходящую в сердце, песнь Свою, которую Она сложила в доме тетки Своей Елисаветы, после Благовещения Архангела; вот я слышу — песнь Моисея, песнь Захарии, отца Предтечева; Анны, матери пророка Самуила, песнь трех Отроков, песнь Мариами. А сколько новозаветных святых певцов доныне услаждают слух всей Церкви Божией?!

 

Бывают в жизни христианина минуты, когда не блестит в голове ни одна мысль светлая и не приходит на призыв души — и чувствуешь лишь один страшный мрак и смятение в душе. В это время темная сила покрывает душу. Тут–то мы опытно узнаем, что мы сами — не свои, а Божии и от Него получаем силу.

 

Как многоразличны искушения диавольские.

 

Если ты сделал какое–либо важное дело, то он шепчет: ну, теперь можно сделать себе послабление, можно сердце пустить на волю — пусть оно потешится, пусть вздохнет свободно, ты сделал многополезное дело. Хоть немного и согрешишь, грех твой загладит сделанное тобою дело, оно сделает к тебе Бога милостивым. И такими хитрыми представлениями доводит иногда неопытных до великих грехов, например, до пьянства. Потрудившиеся часто считают себя вправе выпить малую толику, а в самом деле напиваются допьяна; также до прелюбодейства, по крайней мере внутреннего.

 

Священнику. Бесчинно поступают те пастыри, которые все читают и читают слова и писания других, а сами ничего не говорят народу; они уподобляются бездонным сосудам, в которые сколько ни лей воды, она все поглощается этими сосудами и возврата ее не дождешься. Между тем им необходимо было бы отрыгать от сердца своего и самим слово благо (Ср.: Пс. 44, 1) — в научение и назидание верующих. — Итак, пастыри Христова стада, читайте да и сами говорите, сами пишите. Вы должны, как пчелы, со всех произведений ума человеческого собирать мед, то есть извлекать полезное и удобоснедомое для ваших овец. Ваша жизнь должна быть посвящена благу пасомых, как посвящена жизнь родителей благу детей; вы должны всю жизнь свою снискивать для них это духовное имение, духовное богатство, от которого зависит их спасение, а не думать только о своем собственном обогащении многоразличными сведениями, о своей только многоучености, ибо скажите, пожалуйста, что — ваше богатство, ваша ученость, когда ваша паства бедна, невежественна в вере, гладна и жаждуща? Не самая ли тесная связь — связь отца с детьми — находится между вами и вашими духовными чадами? Не губите ли вы душу свою, если вы сами, как говорится, пресыщены познаниями, если вы мудры, как семь мудрецов вместе, а чадам своим едва уделяете крупицу от своих богатых познаний, от своей мудрости? — Кроме того, скупость в ваших духовных дарах своим духовным чадам наводит на подозрение в скупости и касательно благ вещественных. Вы, вероятно, и относительно этих последних благ только сами стараетесь богатеть, собирать сребро к сребру, злато к злату, а делиться с нуждающимися не умеете! Что, если — так? Что, если заключение верно? Если вы не чувствительны в важнейшем, то, вероятно, тем менее чувствительны в менее важном. — Исправимся, возлюбленные собраты: не пожалеем для духовных чад своих ни духовных, ни вещественных благ наших, когда оказывается в том крайняя нужда, и не станем губить безрассудно жизнь свою и труды свои. — (Смотри Григория Двоеслова. Слово к Епископам.)

 

Диавол похищает слово от сердец человеческих, то есть живую веру в Слово Божие (или в проповедь другого). Это бывает почти постоянно при чтении и слышании Слова Божия или проповеди. Иначе отчего мы не исправляемся внутренно? — Отчего Слово Божие, само по себе живое и действенное, делается недейственным в нас? — Развить.

 

А сколько мы книг–то священных перечитаем! Кажись бы, проглотивши столько духовной мудрости, надо быть святыми: не тут–то было. Отчего? — Оттого, что глотаем, но не сердцем, а хладным рассудком; оттого, что все прочитанное диавол похищает от ума нашего, а похищает оттого, что размышлением и собственною деятельностию Слово Божие не внедрено глубоко в сердце, не обращено в пашу жизнь и дела (См.: Мф. 13, 19–22).

 

Как дыхание необходимо для тела и без дыхания человек не может жить, так без дыхания Духа Божия душа не может жить истинною жизнию. Что воздух для тела то Дух Божий для души. Воздух — подобие некоторое Духа Божия. Дух, идеже хощет, дышет (Ин. 3, 8).

 

+ Господь Бог как Причина мысли; мы потому и можем мыслить, что есть Беспредельная Мысль, как потому дышим, что есть беспредельность воздушного пространства; вот отчего и называются вдохновением светлые мысли о каком–либо предмете. Мысль наша постоянно течет — именно под условием существования беспредельного мыслящего Духа. Вот почему апостолы говорят: мы не Оовольни есмы помыслити что от себе, яко от себе, но доволство наше от Бога (2 Кор. 3,5). Вот почему и Спаситель говорит: не пецытеся, како или что возглаголете: дастбося вам, что возглаголете (Мф. 10, 19). Видишь, а мысль и даже самое слово (вдохновение) приходят к нам отвне. Это, впрочем, в состоянии благодати и в случае нужды. Но и в обыкновенном нашем положении все светлые мысли — от Ангела–хранителя и от Духа Божия; тогда как, напротив, нечистые темные — от нашего поврежденного существа и от диавола, всегда приседящего<?> нам. — Как же нужно вести себя христианину? Бог Сам есть действуяй в нас (Флп. 2, 13). — Вообще везде в мире мы видим царство мысли: как во всем составе видимого мира, так, в частности, на земле, в обращении и жизни земного шара — в распределении стихий, света, воздуха, воды, земли, огня (в сокровенности, тогда как другие стихии розлиты: свет больше всего; воздух — весьма много; вода — меньше, иначе вред причинила бы; земля — еще меньше; огонь — еще меньше); во всех животных — в птицах, рыбах, гадах, зверях и человеке — в их мудром, целесообразном: устройстве, в их способностях, нравах или привычках; в растениях, в их устройстве, в питании и прочее; словом — везде видишь царство мысли, даже в бездушном камне и песчинке.

 

Священнику. Братия, священницы Господни! Служите с сочувствием, благоговейно, не спешите. Что весте, аще своим благоговейным обращением в церкви нечестивого спасете, пришедшего в церковь? Вы — орудия благодати; чрез одно слово, трогательно, мягко, с сочувствием сказанное, Дух Божий может подействовать на каменное сердце грешника и размягчить его. — Да, крайне благоговейными вам надо быть в церкви Божией.

 

+ Для любостяжательных каждая новая прибыль приносит с собою в сердце новую, высшую степень привязанности к злату и усиливает адский огонь любви к нему, так сказать, к пагубному веществу. Для того чтобы в сердце не горел преступный огонь привязанности к богатству, надобно расточать его щедро на необходимые свои нужды и своих родственников и на бедных. Замечательно, что в этом случае связи сердца с богатством сильно ослабевают; надобно также, чтобы деньги волею–неволею тратить хоть на что–либо, например, на проезды или на другое.

 

Когда вам предстоит искушение на грех, тогда представляйте, возлюбленные, живо, что грех сильно прогневляет Господа, Который ненавидит беззаконие. Яко Бог не хотяй беззакония Ты ecu (Пс. 5, 5). А чтобы вам живее представить это, представьте праведного, строгого, любящего свое семейство отца, который всеми мерами старается сделать детей своих благонравными и честными, чтобы за их благонравие наградить их великими своими богатствами, которые он приготовил для них с великим трудом; и который, между тем, видит, к прискорбию своему, что дети его за такую любовь отца не любят его, не обращают внимания на приготовленное любовию отца наследие, живут беспутно, стремительно несутся к погибели. А каждый грех, заметьте, есть смерть для души, потому что он убивает душу, потому что он делает нас рабами диавола — человекоубийцы; и чем больше мы работаем греху, тем труднее наше обращение, тем вернее наша погибель. Убойтесь же всем сердцем всякого греха.

 

Говори и исполняй на самом деле: Со усердием гоню [239], к почести вышняго звания (Флп. 3, 14).

 

Внимай: теплых молитв за народ по Служебнику Господь ожидает от тебя, а не хладных, бесчувственных. Горе, если ты пробежишь их, как юродивый, не осмысляя их.

 

+ Постоянно стремись к любви: ходя, стоя, сидя, лежа, молясь, читая, делая что другое; из всего извлекай сот [240] любви, все обращай в повод к любви. Помоги, Господи! Напротив, отвсюду изгоняй нелюбовь, тем более — ненависть, избегай малейших поводов к ненависти.

 

+ Новый титул Тебе, Христе, даю: Близость Ты моя, ибо нет ничего ближе Тебя к моему сердцу — только призовешь Тебя сердцем, Ты уже тут. — Нет ничего ближе Тебя для тех, кои молятся Тебе истинно, от всего сердца.

 

Покой моего сердца — у Иисуса Христа и в Иисусе Христе; а на земле ни в чем не нахожу я для себя покоя; мечтаю я иногда упокоить его в обилии благ земных, но эти блага, или лучше — малейшая привязанность к этим благам ужасно терзает мое сердце — мука мне от благ земных.

 

Диавол втекает помыслами в душу; равно и Ангел–хранитель — светлыми мыслями. Верно!

 

Если ты усумнишься в животворящих Тайнах сердцем своим, то ты Господа Иисуса Христа не признаешь сердцем за Бога, за Истину: как несомненно, что Бог есть Истина, так несомненно и то, что Его Тайны суть Тело и Кровь Его. Невозможно солгати Богу (Евр. 6, 18). Рек Он: сие есть Тело Мое, и сия есть Кровь Моя (Мф. 26, 26, 28) — и до скончания века так будет.

 

В неделю о расслабленном — о расслаблении нравов. Много видов душевного расслабления.

 

Маловер — расслабленный (худо стоящий в церкви — расслабленный духом; нужно в церкви гореть духом); ненавистник и раздражительный — расслабленные духом; гордец и честолюбец — расслабленные духом; празднословящий и осуждающий других — расслабленные духом; сребролюбец и любостяжатель — расслабленные духом; завистник и скупой — расслабленные духом; сладко питающийся и многопитающийся — расслабленные духом; пьяница — расслабленный духом; блудник и прелюбодейный — расслабленные духом и телом. Оставляя другие виды духовного расслабления, обратим свое внимание преимущественно на два вида духовного и вместе телесного расслабления — на пьянство и распутство, разливающиеся в нашем городе [Кронштадте], подобно огромному пламени, попаляющему нечистым, адским огнем своим души и тела человеков, созданных по образу Божию и искупленных бесценною Кровию Богочеловека Иисуса Христа. Давно я хотел именем Божиим с церковной кафедры вразумить этих несчастных, но другие предметы отвлекали мое внимание, а теперь — прекрасный случай к этому. Итак, во имя Бога и вечного спасения людей, преданных этим гнусным порокам, открываю против них уста свои, а Бога моего — Наставника премудрости и смысла Подателя [241] молю, да наполнит уста мои, ибо сказано: разшири уста, и исполню я (Пс. 80, 11). — Здесь сказать о том, как без зазрения совести предаются люди распутству во всякое время, как они почитают это дело требованием человеческой природы, значит, делом невинным. Показать ложность их убеждения; взгляд на их дело очами веры — уды Христовы (1 Кор. 6, 15). Отчего разливается порок сладострастия? — От невоздержанности в пище и питии; от несоблюдения постов. Разоблачить клевету на постановления о постах; мнимую немощь плоти (не могу есть постного). Пример из священной истории о пленных еврейских — Анании, Азарии, Мисаиле и Данииле, которые от поста не только не похудели, а еще стали добропрочнее <?> сластопитавшихся (См.: Дан. 1). Вот и сказал, по долгу своему. Теперь кто пойдет без зазрения совести на эти блудные дела, того да накажет совесть, да постигнет того телесное расслабление, как и следствие расслабления душевного, и да вразумит того Господь болезнию — в его безрассудстве, и да омоет он слезами покаяния грехи свои. +

 

+ Показать, как пьяницы в извинение свое оправдываются сообществом и соблазнами его; советами докторов. Пример, как один несчастный пьяница говорил, что ему доктор не велел оставлять пить: иначе он помрет. Как прелюбодеи ссылаются на советы докторов. — Против примеры.

 

Молитва — златая связь человека–христианина, странника и пришельца на земле, с миром духовным, коего он — член, и паче всего — с Богом — Источником жизни: от Бога изшла душа, к Богу и да грядет выну чрез молитву. — В отношении пользы молитвы для молящегося: она упокоевает и душу и тело; она упокоевает не только душу молящегося (Аз упокою вы) (Мф. 11, 28), но и часто души преставлыпихся праотец, отец и братий наших. Видите, как важна молитва.

 

Продолжение. Как дым от горящего дерева идет в воздух, тако душа из тела, предавшегося горению тления.

 

О молитве вообще. Что — молитва? Мысли святых отец о значении веры в молитве: что такое вера? — Польза молитвы для христианина — благоустроение жизни внутренней и внешней. — О молитве частной (или домашней) дома и на всяком месте. — О молитве церковной, или общественной.

 

Как Бог есть Дух и Мысль, то и соединение с Ним должно быть и бывает духовно, посредством мысли и видения сердечного. — В том и блаженство наше, чтобы соединиться с Ним мысленно, сердечным зрением; но увы! Зреть–то и препятствует нам Его [Господа] сильно злой дух чрез втечение свое в нашу мысль и сердце помыслами лжи. Он–то становится часто между нашим сердечным зрением и Богом: а становится или усумнением в истине Божией, то есть как ложь и лжа творящий Бога (Ср.: 1 Ин. 1, 10), или огненною какою страстию к чему–либо тленному, или чем–либо подобным.

 

Священнику. Священницы Господни! Сумейте утешениями веры обратить ложе печали страдальца–христианина в ложе радости; сумейте сделать его из несчастнейшего, по его мнению, человека человеком, счастливейшим в мире, уверьте его, что вмале быв наказан, он будет великими облагодетельствован (Ср.: Прем. 3, 5) по смерти — и вы будете друзьями человечества, ангелами–утешителями, органами Духа Утешителя.

 

+ О! Как я изображу состояние пьяниц и прелюбодеев, застигнутых смертию без покаяния! Их души захотели бы воротиться в свое тело, чтоб поясить в нем трезво и целомудренно и заслужить милость Божию исправлением жизни, но не возмогут, страшно стеня будут оплакивать свое безрассудство и злонравие, но позде! А какими очами будет смотреть тогда душа на свое тело, смердящее нечистотою распутства! В жизни настоящей они не видели всего безобразия и отвратительности своего порока, а там он представится как есть, во всем чудовищном своем виде. Тогда он [прелюбодей] увидит, что сквернил уды Христовы и творил их уды блудничи (Ср.: 1 Кор. 6, 15); что он растлил храм Божий (Ср.: 1 Кор. 3, 17), о коем он думал как о полной своей собственности, которою он может распоряжаться по произволу. Тогда он увидит, как нелепы были все его извинения, которые он представлял в некоторое оправдание своих постыдных дел сладострастия, тогда проклянет он, но напрасно, товарищей своего разврата, лица, с которыми сквернился, места, в которых сквернился; захотел бы уничтожить грех свой, изгладить память об нем; пожелал бы, чтобы не воспомянулись никогда те лица, с которыми он развратился, чтоб исчезли места, в которых он предавался пороку, — напрасно: ужасающие образы греха будут носиться пред его душою постоянно, будут преследовать [242] и терзать его.

 

+ Когда увидит человек очами сердца ничтожество свое и величайшие ему дары благости Божией, тогда плачет от умиления; так же, когда увидит сердечными очами величие Господа и крайнюю любовь Его к людям, тоже плачет от сознания своей нищеты и худости и бесприкладного величия Создателя своего: и сладкие и чудно облегчающие сердце бывают те слезы.

 

Об онанизме. Какие жалкие люди — онанисты! Как жестоко издевается над ними враг. Они — всегда робкие, боязливые, трепещущие, внутренно смятенные (после исповеди). О прелюбодействе; о пьянстве. Ах! Как везде враг тиранит человека!

 

Грешные мы человеки: сами желаем, чтобы нашу волю другие исполняли точно, а сами воли Божией в точности исполнять не хотим и не стараемся. О мы, безответные должники!

 

Как вино, и в малом количестве принятое, отягощает своими парами тело и волнует кровь, так грех, только в мысли и на одно мгновение допущенный, помрачает ясность души, лишает ее премирного состояния и — как бы налагает на нее какую тяжесть. — Да, как часто приходится испытать на себе истину слов Спасителя: иго Мое благо, и бремя Мое легко есть (Мф. 11, 30). Только с Ним душе хорошо, только с Ним — легко.

 

Священнику. Видел я одного собрата, раздающего Божественные Тело и Кровь людям Божиим: и увы! Что я видел! Крайнее лукавство сердца, крайнее лукавство зрения на Святые Тайны! Он обращался с ними так неуважительно, что с большим, мне кажется, уважением раздают благотворители нищим обыкновенную пищу и одежду. О взгляд лукавый! О взгляд неуважительный! О взгляд, выражающий неверие! Господи! Не попусти и мне, грешному, быть лукавым в виду пречистых, небесных, животворящих и страшных Твоих Таин [243] Научи меня всегда взирать на них со страхом и трепетом. Возлюбленные братия! Блюдитеся, да не в коем от вас будет сердце лукаво, исполнено неверия (Евр. 3, 12) в Божественные Тайны. Сам бес бегает во взорах лукавого человека.

 

Не ищи, не усиливайся далеко искать чудес Спасовых — чудеса эти в тебе, чудеса величайшие: воскрешение мертвого (души твоей); частое преложение огня диавольского в росу благодати Божией, прохлаждающей и упокоевающей душу.

 

Как торжествует истина Божия над ложью диавола и человека? — Могущественно, державно, постоянно. Она охраняется в сердце человеческом огненными бичами, внутренно наказывающими неверное Божией истине сердце.

 

+ Без Бога (без Его вездеприсутствия) не может быть ни одного движения моей мысли и сердца: есть действие — должна быть причина; есть следствие — должно быть начало. Потому–то Апостол говорит: не доволни есмы (неспособны) помыслити что от себе, яко от себе, но доволство наше от Бога (2 Кор. 3, 5). Жив Бог, но потому именно и жива душа моя (Ср.: 1 Цар. 20, 3). —

 

Крест — друг и благодетель мой.

 

Не смотри лукаво на слова и действия других, то есть не изъясняй все в других в худую сторону, а старайся, напротив, отыскивать что–либо доброе и в неблагоприятных с виду поступках, тем более слова добрых не толкуй в худую сторону. Взгляд лукавый на слова и действия других есть дело диавола, лукавого врага Бога и человеков — и привыкший лукаво смотреть на слова и действия других будет лукаво смотреть на предметы, слова и действия священнослужения, на самое Слово Божие и слова святых отец, на внутренние действия в себе невидимого Бога. Бойся лукавства во взгляде. Смотри на все просто.

 

Молитесь от всего сердца и будьте уверены, что молитва ваша будет услышана (например, о прощении грехов); так как грешит обыкновенно наше сердце, то потому сердце же и должно каяться и сокрушаться о грехе. Так, я согрешил сего дня (16 февраля) пред Господом неохотным и поспеш ным чтением молитвы жене родильнице — и терн греховный после того щемил и давил мое сердце. И вот я, идучи в церковь, сделал усилие прочитать от всего сердца 50–й псалом: помилуй мя, Боже — и что же? — Когда я внутренно говорил слова этого псалма — терн греха вышел, и мне вдруг стало легко, и я прославил Господа, и исполнилось на мне писание: призови Мя в день скорби твоея, и изму тя, и прославиши Мя (Пс. 49, 15). Как верен Господь в обетованиях Своих! Он везде слышит сердечный вопль и избавляет.

 

Священнику. Священник, молясь вместе с народом, должен заботиться всеми мерами о том, как бы молитвою своею вдохнуть в народ дух молитвенный, и молить об этом Духа Всесвятого.

 

Когда во время молитвы или чтения Слова Божия или творений отеческих, или своей проповеди (пред народом) сердце твое лукавит, отвлекая твой ум от содержания того, что предложено уму и сердцу твоему, и отнимает у тебя чувство собственного достоинства, представляя тебя нравственным и физическим уродом и повергая тебя чрез то в уныние (чего не делает лукавый!), тогда знай твердо, что в тебе лукавый демон, — и немедленно сосредоточься в молитве или чтении и не обращай на то внимания.

 

Диавольский пламень и смущение сердца бывает в тебе тогда, когда сердце твое не утверждено во Господе и рог твой не вознесен в Боге твоем (Ср.: 1 Цар. 2, 1): отчего и возносит диавол рог свой в тебе. Что это правда, видно из того, что когда ты утвердишь сердце свое верою в Господа, пламень исчезает и смущение проиадает, и ты вкушаешь мир небесный и чувствуешь дерзновение пред Богом. Диавол обижает или оскорбляет нас только тогда, когда сердце наше не в Боге.

 

Если не возгревать в сердце теплоты веры, то может от нерадения совсем погибнуть в нас вера; может совсем как бы помереть для нас Христианство со всеми его Таинствами. Враг о том только и старается, чтобы погасить веру в сердце и привести в забвение все истины Христианства. Оттого мы видим людей, которые только по одному имени христиане, а по делам — совершенные язычники. — Таковым ежегодно Церковь возглашает свое грозное: «анафема».

 

Священнику. Как можно живее вводи во время Богослужения предстоящий парод в молитву твою; он так несомненно вверен от Бога молитве твоей, как несомненно то, что он предстоит и молится в одном храме с тобою. Но помни, что молитва твоя сильна молитвою Христовою.

 

+ Говеющие! Бойтесь мнимой праведности своей или бесчувственности греховной, поражающей сердце особенно пред великим таинством исповеди и причащения. Вы не находите себя грешниками, великими грешниками? Вы не чувствуете и пе припоминаете своих грехов? А вот если вы не любите Бога всем сердцем — разве это не великий грех, и любите другое, кроме Бога; если вы не имеете в сердце живой искренней веры и надежды? Разве это не великий грех? Разве самая бесчувственность не есть грех — хула на Бога? Аще речем, яко греха tie имамы… (1 Ин. 1, 8.) Ах! Мы видели на исповеди и таких бесчувственных, которые стояли и ничего не говорили, как бы ничего преступного не сделали. Пакость сатаны (Ср.: 2 Кор. 12, 7). Бойтесь сатаны. Тут–то диавол хочет погубить весь труд вашего говения.

 

Есть еще такие, которые два–три или даже один день говеют и приступают к Таинству, нисколько не приготовивши к тому сердце свое молитвою с сокрушением о грехах. За целый год грехопадений, за целый год удаления от Бога не хотят помолиться и поскорбеть 4–5 дней.

 

Надобно, чтоб с изображением Креста было благоухание веры в Распятого: тогда верная победа над диаволом.

 

Не думайте, что вера наша не животворна для нас — пастырей, что мы лицемерно служим Богу. Нет, мы первые больше всех пользуемся милостями Божиими и знаем по опыту, что для нас — Господь с Его Таинствами, что Его Матерь Пречистая и Его святые. Например, причащаясь животворящих Таин Тела и Крови Господней, мы часто–часто испытывали на себе их животворность, небесные дары мира и радости о Дусе Святе; знаем, что не веселит так милостивый царский взор последнего из подданных, как веселит благоственный взор Небесного Владыки нашего, как веселят Его Тайны. И мы были бы крайне неблагодарны пред Господом и ожесточены сердцем, если бы не поведали об этой славе животворящих Таин вам, возлюбленные Божии, если бы не прославляли Его [Господа] чудес в нашем сердце, совершающихся в каждую Божественную литургию! Так, мы часто испытываем на себе также непобедимую, непостижимую, Божественную силу Честнаго и Животворящего Креста [244] Господня и силою его прогоняем из сердца своего страсти, уныние, малодушие, страх и все козни бесовские. Он — наш друг и благодетель. Говорим это искренно, с сознанием всей истины и силы своих слов.

 

Ученикам. Ученики учатся проникать в дух лекции, в сущность ее; чрез это они должны научиться проникать, как христиане, в дух веры, писания, молитв, обрядов и провождать духовную, а не плотскую жизнь. А бывает больше не так.

 

О слезах. Ты плачешь о грехах, а в слезах твоих видит Бог слезы Христовы, за грехи твои пролитые, и милует тебя.

 

<…> [245]Есть дух гонитель, или мысленный, фараон [246], который стремительно гонит нашу мысль при чтении молитв. Надо быть осторожным. А как он гонит людей века сего!

 

Молитва должна обнимать всю жизнь христианина со всеми его грехами, добрыми делами (благодарениями) и всеми обстоятельствами, все его времена, потребности — все состояния людей — от царя до земледельца, от пастыря до последнего пасомого. Сообразно с этим и разделение.

 

Священнику. В служении Богу, какого бы рода оно ни было (преимущественно в служении треб), полагай все свое удовольствие и счастие. Забывай о нище для служения Богу, о доме, жене, о покое телесном и о всех удовольствиях житейских. Не усумнись день и ночь от всей души работать Господу (Ср.: Пс. 2, 11). Малейший ропот неудовольствия ни на мгновение да не касается не только уст твоих, но и сердца твоего (февраля 28 дня 1860 г.). Помни, что для Бога стоит положить жизнь свою. — Для живота ли нашего, для покоя ли нашего, блаженства ли нашего не пожертвовать всем? — Если же случится тебе по маловерию и нетерпению показать когда–либо нетерпение и неудовольствие на те лица, которые зовут тебя на дело Божие (на требу какую–либо), вскоре же уничтожь это богопротивное нетерпение сердечною готовностию (если нет, возбуди сердечную готовность) на всякие требования, во всякое время, на требования всех возможных лиц. Если не будет времени совершить все требы — не твой грех, тогда и откажись. Боже сердца моего (Пс. 72, 26), Боже живота моего (Ср.: Пс. 41, 9), укрепи меня в служении Тебе.

 

Диавол чрез ничтожные средства достигает весьма важных последствий. Христианин! Крепись и всем сердцем веруй во Христа, зная, что без Христа ты верная добыча диавола. Этот последний все силы употребляет к тому, чтобы ты сердцем не веровал во Христа. И горе тогда тебе.

 

Ты хочешь постигнуть Непостижимое, но можешь ли понять, как постигают тебя внутренние, убивающие душу скорби, и найти средство — вне Господа — как их прогонять? — Узнай же сердцем, как освобождаться тебе от скорбей, как соделывать покойным сердце свое, и тогда, если нужно, мудрствуй о Непостижимом. Аще ни мала что можете, о прочих что печетеся? (Лк. 12, 26.)

 

Размышляй чаще: Чья мудрость проявилась в устройстве твоего тела и постоянно поддерживает его в бытии и отправлениях? — Кто предписал законы твоей мысли, и она доселе следует им — у всех людей? Кто начертал на сердцах всех людей закон совести, и она доселе у всех людей добро награждает, а зло наказывает? — Боже всемогущий, премудрый и всеблагий! Рука Твоя постоянно на мне грешном, и нет мгновения, когда бы благость Твоя покидала меня. — Даруй же мне всегда живою верою лобызать десницу Твою. — Зачем мне ходить далеко искать следов Твоей благости, Твоей премудрости и Твоего всемогущества? Ах! Следы эти так явственно видны во мне! Я, я чудо Божией благости, премудрости и всемогущества. Я — в малом виде — целый мир; моя душа — представительница мира невидимого; мое тело — представитель мира видимого.

 

Братия! Какая цель нашей жизни на земле? — Та, чтоб, по испытании нашем земными скорбями и бедствиями и после постепенного усовершения в добродетели при помощи благодатных дарований, преподаваемых в Таинствах, нам опочить по смерти в Боге — покое нашего духа. Вот почему мы поем об умерших: упокой, Господи, душу усопшаго раба Твоего. [247] Мы желаем усопшему покоя, как края всех наших желаний, и молим о том Бога. Не безрассудно ли поэтому много скорбеть над умершими? — Приидите ко Мне ecu труждаю щиися и обремененнии, и Аз упокою вы (Мф. 11, 28), говорит Господь. Вот покойники наши, христианскою кончиною уснувшие, приходят на этот глас Господа и упокояются. — Чего же скорбеть?

 

+ Внимай: Господь в нынешнюю ночь образно представил тебе козни невидимого врага и бросание огненных стрел в душу твою — под видом бомбардирования неприятелем приморского города. Узнай, кто отводит от тебя множество стрел врага, ибо многие бомбы разрываются в море или мимо дома души твоей проскользают, и ты остаешься среди города (среди людей) невредим. Эти избавители — Ангелы; ты видел, как они под видом отважных людей брали катящиеся бомбы в руки и бросали их дальше от твоего жилища. Еще кто эти благодетели? — Это нищие, которых ты с радостию увидел в храме и раздал им милостыню (нищие — были все дети — вероятно, ангелы нищих). Еще избавитель твой — молитва твоя. Ты не забыл обратиться с молитвою к Богу и, раскрыв Библию, нашел молитву Езекии (См.: Ис. 38, 920) или Есфири (См.: Есф. 4, 17) и воззвал сердечно к Богу о помощи. — Научись также из сна, что ты спишь духом при Богослужении, нерадив (ты, отправляя вечерню, уснул под конец и не докончил; пришел отец Матфей и сам отслужил). Знай же, откуда огонь свирепеет во внутренних твоих — это враг, с своими огненными стрелами.

 

Святые с радостию исповедовали Христа, когда вели их на огненные костры или сажали на огненные решетки, когда строгали их тела железными когтями, и ты среди огненных искушений с твердостию и радостию исповедуй Христа.

 

Как можно меньше на себя и как можно больше на других!

 

Для удовольствий разве только ты служишь Богу? Благодарно терпи находящая.

 

Минутное ты существо.

 

Всем сердцем принадлежи Богу; в противном случае ты будешь принадлежать диаволу, и он наругается над твоими неискренними усилиями угодить Богу. Гори всегда духом в служении Богу, чего бы это ни стоило.

 

Сильно враг оскорблял меня без Христа: он неминуемо вселяется в меня и только слезами выгоняется. Ощутительно выходит: как будто уколет оконечность правой стороны желудка — и тогда вдруг бывает легко.

 

Когда ты причастишься с усумнением и, значит, недостойно и сердце твое обымется смущением и страхом, по Писанию: тамо убояшася страха, идеже не бе страх (Пс. 13, 5), также скорбию и теснотою, — не впадай тогда в уныние и отчаяние, но да будет первый твой вздох о том, что ты прогневал бесконечную любовь Господа и солгал на истину Его, а никак не о том, что ты внутренно уничтожился и страдаешь. Это самое оскорбительное для Господа — самолюбие — жалеть о своем наказании и не жалеть о прогневании Любви. Напротив, радуйся во страданиях своих, которые служат знаком неизменности (камень) Божией, наказывающей наше непостоянство и изменчивость. — В самом деле, не должен же Господь перестать для нас —для нашего самолюбия быть неизменяемым, потворствовать нашему ложному сердцу, которое должно непременно, по закону Божией правды, сокрушиться, павши на камень — Христа (преткнувшись о камень — Христа). Всяк, сказано, падый на камени том сокрушится (Мф. 21, 44). Потому Христос и называется камнем, что Он тверд, не изменяется, не то, что мы — слабые, изменчивые, непостоянные. — Так и вся вера наша есть камень; павший на этот камень, непременно сокрушит сердце свое; а камень останется камнем. — Если и ты по вере в Господа будешь един дух с Ним (Ср.: 1 Кор. 6, 17), то и ты будешь камнем протыкания (Рим. 9, 32, 33; Ис. 8, 14) для других; но все, претыкающиеся о тебя, разобьются, а ты останешься (камнем) целым.

 

У людей, старающихся провождать духовную жизнь, бывает самая тонкая и самая трудная война чрез помыслы; каждое мгновение жизни — война духовная; надобно быть всему оком светлым каждое мгновение, чтобы замечать втекающие в душу помыслы от лукавого — и отражать их; сердце свое такие люди должны иметь всегда горящим верою, смирением, любовию, в противном случае в нем легко поселится лукавство диавольское, за лукавством маловерие или неверие, а затем и всякое зло, от которого скоро не отчерпаешься и слезами. — Потому не допусти, чтобы сердце твое было холодным, особенно во время молитвы избегай всячески холодного равнодушия. Весьма часто бывает, что на устах молитва, а в сердце — лукавое маловерие или неверие, устами как будто близок человек ко Господу, а сердцем — далек. — А во время молитвы лукавый все меры употребляет к тому, чтобы охладить и излукавить наше сердце самым незаметным для нас образом. — Молись да и крепись, сердце свое крепи.

 

Священнику. Имей всегда в виду высокое достоинство свое и пасомых, как искупленных Кровию Христовою, и не унывай при нападениях невидимых врагов. В главе твоей и их стоит Сам Христос. Диавол, как противник Божий и дух хулы, всеми мерами старается отторгнуть нас от внутреннего исповедания Христа как Бога и отвлечь от животворящей Чаши Его. Крепись.

 

Помни величайшее чудо приведения тебя из небытия к бытию — и будь без меры всегда благодарен Творцу.

 

Если ты не имеешь духа кротости и смирения, то плачь пред Господом и говори: Господи! Я не имею духа Твоего, духа кротости и смирения, — даруй мне духа сего!

 

Если ты холоден и нечувствителен к дарам Божиим, то говори чаще: Господи, даруй мне всегда памятовать приведение меня и всего, что у меня и на мне, от небытия в бытие, именно: дарование мне жизни, и воспитание, и сан священства, все милости, какие я получил в прошедшей временной жизни и ныне получаю. Все из небытия в бытие приводишь Ты для меня (собственно, как для меня, поколику я прежде того не имел): все внешние блага и все внутренние дары — познания мира, душевных сил, радости, любви. Не было — и есть. — Вот и внешнюю награду первую я получил: и она из небытия в бытие пришла для меня собственно; не лиши меня, прошу, небесных Твоих наград. Я так много получил от Тебя земных даров. Даруй мне, при получении наград духовного восхождения, в сердце своем полагать: да взойду ими, как по ступеням, к Тебе, Безначальному.

 

И на молитве человек большею частию не сын свободы, а раб необходимости и долга (officium [248]). Взгляните на какого угодно человека, хотя бы на священника: многие ли молятся с свободным, пространным сердцем, с живою верою и любовию?

 

+ Внутренний наш человек из–под суеты света, из–под мрака плоти своей, не связанный искушениями лукавого, выглядывает свободно только на несколько мгновений утром, по пробуждении, как рыба, выбрасывающаяся иногда на поверхность воды. Все же остальное время он покрыт почти непроницаемою тьмою: на его очах лежит болезненная повязка, скрывающая от него истинный порядок вещей духовных и чувственных. Ловите же утренние часы — это часы как бы новой, обновленной временным сном жизни. Они указывают нам отчасти на то состояние, когда мы востанем, обновленные, в общее утро невечерняго дня воскресения [249] или когда разрешимся от этого смертного тела.

 

Внимай: как верны наказания тебе в этой жизни за грехи, так верны и награды, обещанные тебе в будущем веке. Опытами временной жизни познай, как верен Обещавший.

 

Жалкое состояние греховной человеческой природы: наказывают за грехи (Высшая) или за пороки и преступления (гражданская власть) сто, тысячу раз, и все–таки человек грешит. Горько наказание, а грех — приманчив. О плод древа познания добра и зла (Быт. 2, 9), плод обманчивый, убийственный.

 

Не смотри на красоту лица человеческого, а смотри на душу его; не смотри на одеяние его (тело — одежда временная), а смотри на того, кто ею одевается; не смотри на великолепие дома (тела), а смотри на жильца, кто живет в нем и каков — иначе ты оскорбишь образ Божий в человеке, обесчестишь Царя, поклонившись рабу Его, а Ему не воздав ни малейшей, Ему подобающей, чести. Также не смотри на красоту печатного шрифта книги, а смотри на дух книги; а есть подлинно такие люди, которые любуются красотою букв и чистотою печати известной книги, а на содержание ее весьма мало обращают внимания. Согрешают. — Дух унижают, а тело возвышают, потому что буквы — тело, а содержание книги — дух. Не обольщайся вдруг мелодичными звуками инструмента или голоса, а по впечатлению их на душу или по словам узнай, каков дух их: если звуки навевают на душу твою чувства тихие, целомудренные, святые, — слушай и питай ими твою душу; если же чрез них вливаются в душу твою страсти, — оставь слушать, брось и тело и дух музыки.

 

Когда приступаешь к животворящим Тайнам — для отражения диавольской лжи в сердце твоем — говори сам в себе от всего сердца: я — ложь, а здесь — чистая Истина; так же не бойся ни на минуту его мечтательного смущения и страха, коими он поражает сердце пред причастием. — Надеяйся на Господа, яко гора Сион (Пс. 124, 1). Надейся и ты на Него и нимало не колеблись.

 

Не верь сердцу своему, когда оно злобится на брата и осуждает его; скажи себе: не верю тебе, сердце, и никогда не хочу верить, потому что знаю я и убежден, что я — ложь. — Лживи сынове чело вечестии (Пс. 61, 10). Вот на себя буду всегда гневаться, себя осуждать за гнездящуюся во мне ложь и разное зло: ото будет и полезно и справедливо.

 

Все вещественные блага человек с усилием снискивает для того, чтобы доставить покой и удовольствие своему сердцу, но горе, если из–за благ вещественных он пренебрегает приобретением благ духовных. Это не логично, безрассудно, слепо. Вещество и дух (сердце человеческое) не родня. Покой и удовольствие сердца — Бог и Его вечные духовные блага; от вещественных благ никогда сердце не упокоевалось, напротив, всегда чувствовало новую жажду и ненасытимость. — Дивна дела! То, чего не доставляют моему сердцу никакие груды денег, то доставляет мне весьма удобно знамение Креста, изображенное на моем сердце, и искреннее обращение мысли и сердца к Господу Иисусу Христу или к Пречистой Его Матери! Цени после этого богатство, собирай его всякими средствами, потей над ним. За все труды оно будет только уязвлять твое сердце. Христианин! Лобызай верою и любовию Крест Твоего Господа и неси к подножию его всего себя, всю жизнь свою, все труды свои, все печали свои и все радости свои и все внешние блага свои: тут твой покой, тут твое блаженство.

 

Священнику. Когда тебя позовут соборовать и сердце твое будет болеть маловерием (а при маловерии сердце боязливо и все действия человека неточны, нетверды, нерешительны, слова нетверды, быстры и прерывисты, голос дрожащий) и в недоумении как бы станет вопрошать себя: как исцелит Господь по недостойной молитве моей такого немощного? — тогда для разрешения твоего маловерия в живую, успокоительную веру предложи себе такие вопросы: часовой мастер не в состоянии ли исправить повредившиеся часы; машинист не в состоянии ли исправить повреждение своей машины, которую он построил; вообще — мастер какого бы то ни было дела не сумеет ли повредившееся отчего бы то ни было дело рук своих исправить и дать ему надлежащий вид? — Конечно, скажешь. Точно так же совершенно будь уверен, что Господь силен исправить или исцелить человека, который есть дело рук Его; тело наше не более как сосуд скудельный (Ср.: 2 Кор. 4, 7), сделанный рукою Премудрого Художника Бога; в этом сосуде премудрою волею Творца заключен бессмертный дух — Его дыхание, который в состоянии своего падения увлекает к болезням и разрушению и вещественное жилище свое — тело. Потому старайся возбудить в больном искреннее желание прощения грехов своих и надежду на всемогущество и благость Господа, сильного исцелить всяку болезнь и всяку язю в людех (Ср.: Мф. 4, 23), да и сам молись с горячею верою, не двоедушничая.

 

О Кресте. Какая бездна любви Бога Творца выразилась на Кресте к твари Своей — человеку. Творец неба и земли, всего видимого и невидимого [250], Тот, Кто засветил на небе солнце, месяц и неисчислимое множество звезд, Тот, Кто разлил воздух для дыхания всего живущего, Кто разлил воды по лицу земли, Кто покрывает растительностию всю землю и плодит, и растит, и питает всех живых тварей — изволил соделаться Человеком для спасения падшего от жизни в смерть человека, терпит за него страдания самые мучительные, смерть самую поносную, чтобы избавить его от невообразимых вечных мучений во аде и от смерти второй (Откр. 20, 14). Человек с чистым сердцем, пепотемненными сердечными очами, видя такую бесконечную любовь великого, всемогущего Бога к грешному человеку, не может не плакать от чувства беспредельной любви Божией и — льет слезы любви и благодарности, не имея что принести больше своих слез Тому, Кому дороги и наши слезы любви. Но большая часть из нас как отзывается на такую любовь? — Бесчувственностию, готовностию второй раз распинать Сына Божия всеми возможными пороками. Но скажем о силе Животворящего Креста ради Распятого на нем: он — друг верных христиан.

 

В молитве не жалей себя и молись непременно всегда от всего сердца. Не жалей себя для сердечной молитвы даже тогда, когда ты весь день провел в трудах, совершении треб; не вознеради нимало на святой молитве, всю скажи Господу от сердца: виждь — она дело Божие. Взялся за гуж, не говори, что не дюж; возложив руку на рало, не зри вспять (Лк. 9, 62). — Допустивши молитву нерадивую, не от всего сердца, не заснешь (если на ночь молитвы), пока не выплачешь своего греха пред Богом. Не со всяким это бывает, а с усовершившимся. Смотри же: Бога выше плоти своей не ставь, а пренебреги для Него покоем телесным. — Какое молитвенное правило взялся исполнить (если длинное молитвенное правило, то исполняй хорошо все правило; если короткое — тоже), исполни его со всею добросовестностию и не исполняй дела Божия сердцем раздвоенным (Сир. 1, 28), так, чтобы одна половина его принадлежала Богу, а другая — плоти своей. Господь мститель на творящих это и уничижающих Его. Ревность Господа Бога не потерпит твоего лукавства, твоего самосожаления. — Предаст Он тебя диавол у, и диавол не даст покоя сердцу твоему за пренебрежение к Тому, Кто есть истинный покой твоего сердца, и будет всегда делать это для твоей же пользы, для того, чтобы удержать твое сердце в близости к Богу, потому что каждая неискренняя молитва удаляет сердце от Бога и вооружает Его на самого человека, и напротив, каждая искренняя молитва приближает сердце человеческое к Богу и делает его присным [251] Ему. Итак, верь слову: поторопишься на молитве для покоя телесного, чтобы отдохнуть скорее, а потеряешь и телесный покой и душевный. Ах! Какими трудами, потом, слезами достигается приближение сердца нашего к Богу, и опять ли мы будем самую молитву свою (небрежную) делать средством удаления от Бога, и Бог ли не возревнует об этом? Ведь Ему жаль и нас и наших трудов прежних, и вот Он хочет заставить нас непременно обратиться к Нему опять от всего сердца. — Он хочет, чтобы мы всегда принадлежали Ему. (Положим, что ты прежде был близок к Нему сердцем ради всегдашней искренней молитвы или причащения с несомненною верою животворящих Таин. Но если ты двоедушно, небрежно сегодня помолился, то ты уже отдалился от Него. Об этом и смутность сердечная скажет тебе.) [252]

 

Еще, положим, что ты правило пред причащением прочитал не от всего сердца, а холодно, не проникнувши душою великолепным, трогательным их содержанием — ты опять удалился от Бога и от Его пречистых и животворящих Таин и бойся, что ты с таким же двоедушием и причастишься их, значит, недостойно, в суд себе. Вообще, когда взялся за молитву, молись всем сердцем и не будь ни студен ни горящь (Откр. 3, 16), а непременно горящъ.

 

Господь из земли творит различные тела — трав, деревьев, рыб, птиц, животных, человека. Ту же землю (хлеб пшеничный) обращает, пресуществляя в пречистое Тело, и вино — в пречистую Кровь Свою. О благоутробие Божие! Он благоволит доныне делать в очах наших чудеса!

 

Приятен ли тебе тот человек, который недоверчиво смотрит на тебя и, по твоему мнению, предполагает в тебе то, чем ты не есть, чего в тебе нет? Если ты делаешь, например, добро ему от всей души, а он подозревает тебя в искренности твоих намерений; если ты говоришь истину, а он думает, что ты — лжешь? Ты отворачиваешься скорее от него, потому что тебе неприятно смотреть на его вопросительные взгляды. Если лее ты смотришь иногда на пречистые Тайны с недоверчивостию, вопросительно, — каково это Всесовершенному, Всесвятому, верному во всех словах своих Господу (Ср.: Пс. 144, 13) и как Он будет смотреть на тебя? — О! Он отвратит сей час очи Свои от тебя. Оттого у недоверчивых мучения в сердце; то есть оттого, что они оскорбляют Господа недоверчивостию и Господь отвращает от них лице Свое.

 

За малейшее движение нетерпения и злости благодать Господня оставляет священника пред Литургиею и входит в него начальник злобы — диавол. Тогда все силы священник должен употребить, <чтобы> оплакать свой грех или чистосердечно раскаяться в нем, иначе и Литургию совершит и причастится недостойно.

 

Если огонь в правом боку — значит, диавол вошел в сердце и жжет его; если в левом — значит, от чувств покаяния и сердечного сокрушения во грехе он на пути к выходу; входит правым, выходит левым боком.

 

Что мудреного, что бес скрывается в рукомойнике? — И мы молили при таинстве крещения: да не утаится в купельной воде демон темный.

 

Христианин с радостию и полным сознанием в Божественной силе Господа и Креста Его произносит молитву: да воскреснет Бог, и расточатся враш Его… радуйся, Пречестный и Животворящий Кресте Господень, прогоняяй бесы силою на тебе пропятаго Господа нашего Иисуса Христа… [253] Величественная важность и сознание своего высокого достоинства сияет тогда на лице его, потому что он видит тогда на себе опыты Божественного благопромышления об нем, благости и силы. Бесы, кознодействующие в нем, от крестного знамения исчезают, как дым, как тает от огня воск, [254] так тают они; и христианин вдруг ощущает во внутренностях своих мир и сладость после разрушительного огня, свирепевшего в нем от бесовских пакостей и делавшего из его внутренностей целый ад: потому что где бесы, там — ад.

 

Обращаясь ко Кресту с приветствием радости, он — не мечтатель, не фанатик, но вещает истинное слово; и говорит так от полноты удивления и признательности ко Кресту, который совершает для него ежедневно великие чудеса — прогоняя из него темные, огнепалящие силы, разрешая его душу от заклепов адских. — Слава, слава, слава вере Христовой! Слава Его Кресту Животворящему! Поистине Животворящему души верных христиан.

 

Аще наказание терпите… аще же без наказания есте… (Евр. 12, 7, 8.) Вижу многих, живущих без наказаний, и иногда соблазняюсь, как Давид, который говорил: возревновах на безза конныя, мир грешников зря (Пс. 72, 3). Но не буду впредь соблазняться: если я терплю частые наказания внутренние, то якоже сыну обретается мне Бог; а кто не терпит наказания, тот прелюбодеи ще (Ср.: Евр. 12, 7–8).

 

То твой подвиг крепкий да будет в продолжение всей твоей жизни, чтобы не поддаваться никаким усилиям диавола — отвлечь тебя от стояния в истине и склонить тебя на сторону своей лжи. Держись крепко святой веры и всего богопреданного; да разумееши, о нихже научился ecu словесех, утверждение (Лк. 1, 4). Исповедуй Пресвятую Троицу, как научился, до конца жизни своей; исповедуй Христа и все Его учение и Его Таинства, как научился; все церковные предания почитай истинными, молись духом и истиною; преданные святыми отцами чины Богослужения исправляй, как должно; писания их богомудрые почитай и с усердием читай, признавая их за богопросвещенные.

 

Совершая какое–либо таинство или молясь о чем–либо, не заботься о том, как совершится то таинство или исполнится то, о чем ты просишь; твое дело — только делать свое дело, а все прочее делает Всемогущий, Тот, Кто и тебя из ничего привел в бытие. Ты тут только орудие. — Не испытуй, но веруй. Господь твой есть Бог чудес. Ты сам — в своей душе и в своем теле — чудо. Например, как кровь обращается без твоего ведома и образует вновь постоянно разрушающееся начало, так Тело и Кровь Господа без твоего же ведома претворяются из хлеба и вина. В твоем теле постоянные сокровенные чудеса: образование крови, соков. — Твое тело постоянно строится или творится при постоянном разрушении, и все оно живет совершенно не зависимо от тебя, а от воли Бога Творца, давшего ему законы бытия и поддерживающего их.

 

В присягах является в Кресте и Евангелии Сам Господь — и не иначе должны все смотреть на это — и вопрошает всех, желающих принять присягу: любите ли вы Меня, Солнце правды (Мал. 4, 2), и в самом ли деле вы христиане, то есть Мои рабы и последователи, и готовы быть всегда слугами правды, а не слугами лжи и обмана? Если вы — Мои рабы и любите Меня, то делайте добросовестно предстоящее дело и не лобзайте Меня лобзанием льстив* ным. Остерегитесь: придет время суда Моего, и Я изобличу вас тогда пред всем миром в вашей неправде, в том, как многократно лобзали вы Меня лобзанием Иудиным, давали в Моем присутствии слово правды и не поступали по правде. — Не забывайтесь: присяга — великое дело. Страшно быть клятвопреступником. Погубит Господь вся глаголющыя лжу (Ср.: Пс. 5, 7). — Ты целуешь истинные слова Господа в Евангелии и тем как бы говоришь: я буду так же истинен, как истинно Твое слово; целуешь Господа — распятого и как бы говоришь: как Ты пострадал для того, чтобы избавить нас от всякия неправды, так и я лучше готов пострадать, нежели за истину свою послужить чем–либо в предстоящем деле и должности неправде.

 

Сведения, необходимо нужные каждому христианину, в кратких главах предложенные. [255]

 

Во время молитвы бывают иногда минуты убийственного мрака и смятения сердечного, происходящие от неверия сердца (неверие — мрак). Не малодушествуй много в эти минуты, но вспомни, что когда пресекся свет Божественный в тебе — он сияет всегда во всем блеске и величии в Боге, в Святом Слове Его, в мире святейших духов, в Церкви Божией, небесной и земной, и в мире вещественном, в котором видимы Его присносущная сила и Божество (Рим. 1, 20). Не думай, что изнемогла Истина: Она никогда не изнеможет, потому что Истина — Сам Бог и все существующее в Нем имеет свое основание и причину, а изнемогает в истине только твое слабое, грешное, темное сердце, которое не всегда может переносить напряжение света Ее [то есть Истины] и не всегда способно вместить чистоту Ее, а только тогда, когда оно очищается или очищено от греха, как первой причины духовного мрака. Доказательство тому всего ближе взять от тебя самого. Когда свет веры или истины Божией живет в твоем сердце, тогда оно покойно, твердо, сильно, живо, а когда он пресечется, тогда оно беспокойно, слабо, как трость, ветром колеблемая (Ср.: Мф. 11, 7), безжизненно. Не обращай внимания на этот сатанинский мрак. Прогоняй его от сердца знамением Животворящего Креста.

 

Отдавай должную память святому или святым каждого дня и для этого справляйся ежедневно с уставом. И тебя святые вспомнят: они не любят оставаться в долгу. (Замечание себе.)

 

Если ты иногда чувствуешь трудность дойти сердечною верою до Бога Отца, то вспомни слова Спасителя: никтоже приидет ко Отцу, токмо Мною (Ин. 14, б), или: никтоже знает Сына, токмо Отец: ни Отца кто знает, токмо Сын, и Емуже аще волит Сын открыты (Мф. 11, 27) — и молись о том Сыну Божию.

 

Помни, что ты в жизни своей мало молился искренней молитвою, молитвою от всего сердца, и кайся Богу чаще в этом грехе, проси у Него даровать тебе молитву искреннюю, пламенную, от всего сердца. — Да, много раз ты оскорблял Господа своею двоедушною молитвою. — О! Как я грешен пред Богом! Нет числа грехов моих — без всякого преувеличения! Господи! Не вниди в суд с рабом Твоим (Пс. 142, 2): аще бо беззакония на зриши, кто постоит? (Пс. 129, 3.)

 

Духа мудрования суетного останавливай следующими словами: вышших себе не ищи и крепльшиx себе не испытуй. Яже ти повеленна, сия ра зумевай (Сир. 3, 21–22). — Дух мудрования мучит больше людей ученых, у коих горизонт познаний широк и в коих есть где разгуляться духу ложного мудрования.

 

Если бы жизнь моя продолжалась только несколько мгновений, положим — десять, и пять из них были мгновениями спокойствия, а другие пять — томления и муки, и тогда я с несомненностию должен бы был говорить: да, несомненно, есть у меня Жизнодавец и промышляет о мне Жизнодавец мой; и также несомненно должен был бы сказать, что есть существо в мире, имущее державу смерти (Ср.: Евр. 2, 14): потому что пять неблагоприятных мгновений должны происходить от противоположного Богу существа, потому что одна и та же причина не может производить противоположных действий. — А я, грешный, в духовной жизни моей имею из 100 частей по крайней мере 70 — принадлежащими Богу и только 30 — диаволу. — Как же не видеть пред собою постоянно Благодетеля, колебаться мысленно в живой вере в Него!

 

Мысленными очами сердца вижу я, как мысленно вдыхаю в сердце свое Христа, как Он входит в него и вдруг упокоевает и услаждает его. О, да не пребуду я един — без Тебя, Жизнодавца, дыхания моего, радования моего! [256] — Худо мне без Тебя!

 

Веру свою доведи до той степени, чтобы тебе молиться всегда от всего сердца, то есть со всею искренностию: ни одно слово пусть не будет лестью. — А то больше у нас устне льстивыя (хоть и ненамеренно) в сердце, и в сердце глаголем злая (Ср.: Пс. 11, 3) во время самой молитвы.

 

Милостыню всегда подавай с лицом веселым: Сам Христос принимает; никого ни взглядом, ни словом не обидь.

 

Для Господа своего, для Его святого Слова откажись от себя — от своего разума, от своих чувств, если они идут против слов Господа. — Тяжело это, но зато это будет крест. Аще кто… да отвержетея себе и возмет крест свой и по Мне (верует в истину Моих слов) грядет (Мф. 16, 24) (и в самом деле пойдет за Мною).

 

Об исповеди. Глаголи ты беззакония. Исповем на мя беззаконие… (Пс. 31, 5.)

 

Во всяком человеке преобладает великая тьма неведения о Боге и о себе самом. Когда делаешь дело Божие, отнюдь не размышляй в сердце своем, как это бывает, а веруй несомненно, что так бывает, как должно.

 

За одним грехом неизбежно следует другой, как капля за каплей.

 

Душа моя оживляет мое тело, а Тело и Кровь Христовы оживляют и самую душу мою, с душою и тело. — Слава Тайнам Твоим, Христе! — Как явны чудеса от них.

 

+ О, роде неверен! Доколе в вас буду; доколе терплю вы? (Ср.: Мф. 17, 17.) Виждь: Господь, Свидетель верный и истинный, гневается на людей неверных, на тех, которые видят Его чудеса, слышат об них, а не веруют все еще, что Господь всемогущ и нет для Него ничего невозможного. Эти слова хорошо приложить к маловерным священникам, которые видят и сердечными очами чудеса в себе от животворящих Тайн Тела и Крови Христовой и при всем том, причащаясь, иногда усумневаются, точно ли Господь претворяет хлеб и вино в Тело и Кровь Свою? Таким Господь гневно говорит: о, роде неверен! Доколе в вас буду? Доколе терплю вы! Священницы Господни! Внемлите: в животворящих Тайнах так несомненно, что хлеб и вино есть Тело и Кровь Христовы, как несомненны ваши тело и кровь и в вашем теле душа. Как у тебя тело и кровь и в теле душа, так на дискосе по пресуществлении — Тело и Кровь Христовы и в Теле и Крови — Дух Христов. Вы и сами опытно дознавали это на своей душе, когда причащались достойно с верою несомненною, когда Дух Господа обнимал и, так сказать, поглощал собою душу вашу и — мир и сладость Его разливались но всем составам вашим. ·— Говорите же пред причащением впутренно: как тело и кровь мои, так здесь Тело и Кровь Твои; как в моем теле живет душа моя, так в Сем, лежащем на святом блюде Теле Твоем — Дух Твой, Жизнодавче Христе Боже мой!

 

И время течет не останавливаясь, и тело мое, при жизни еще, постоянно меняется и преходит; и мир весь, как видно по его движению, тоже преходит и как будто поспешает к предположенному концу своему, как заведенная машина: где же постоянное? — Постоянное — То, что все это движет и направляет к своим целям; постоянна — Первая Причина всего сложного и сотворенного, Которая сама не сложна и потому непреходяща, вечна; постоянны еще созданные по образу Первой Вины духи Ангелов и человеков. Все остальное — мыльный пузырь. — Не унижая этими словами творения, но говорю так об нем сравнительно с Творцом и с блаженными духами.

 

Цени по достоянию величайшее чудо Иисуса Христа, Сына Бога Живого, являемое в причащении с верою Его Божественным Тайнам. Какое же чудо? — Упокоение и оживотворение твоего сердца, умерщвленного грехом, столь явное после предшествующего часто причащению сердечного беспокойства и духовной смерти. От привычки не почитай его никогда за нечто обыкновенное и маловажное: такие мысли и расположения сердца навлекут на тебя гнев Господень, и ты не будешь после причащения вкушать мира и жизни. — Живейшею сердечною благодарностию за дары оживотворения стяжавай жизнь от Господа, и вера твоя да возрастает более и более. Боязнь и беспокойство, от неверия происходящие во время причащения, почитай за верный знак, что ты удаляешься неверием от Жизни, предлежащей в Чаше, и не обращай на них внимания. — О вера! Вера! Ты сама есть чудо для нас! Ты–то нас спасаешь: вера твоя спасе тя (Мк. 5, 34). И после живой веры в истину Божию мы всегда отходим от Господа в мире; напротив, после маловерия — всегда без мира. Ах! Сатана входит часто после недостойного причащения Святых Таин, и он–то всячески старается поселить в нашем сердце свою ложь, то есть неверие, потому что неверие — все равно что ложь. — Человекоубийца искони, он всячески старается и ныне убить человека своею ложью и разными помыслами и, прокравшись в сердце в виде неверия или какой–либо страсти, после оказывает достойным себя образом, больше — нетерпением и злобою. И видишь, что он —-в тебе, но не вдруг–то часто избавишься от него, потому что он обыкновенно старается запереть в сердце все исходы к выходу из него неверием, ожесточением и другими порождениями своими.

 

Бойся непослушания своего другим, иначе оно отзовется непослушанием тебе других — и тогда не жалуйся на других, а вини себя. В нюже меру мерите, возмерится вам (Мф. 7, 2; Мк. 4, 24). Так бойся и всякого греха: отзовется непременно впоследствии для тебя очень неблагоприятно. — Если берешь, например, взятки, — и сам будешь поставлен в необходимость дать большие взятки; если воруешь — и у тебя украдут или потеряешь.

 

Всуе ты трудишься во мне, падший Архистратиг, — я раб Господа моего Иисуса Христа. Ты, вознесенная гордыня, унижаешь себя, так усиленно борясь со мною, слабым. — Так мысленно говори злому духу, лежащему тяжким бременем зла на сердце твоем и нудящему тебя к злу разного рода. Гордому духу как бич огненный эти слова — и он, посрамленный твоею твердостию и мудростию духовною, убежит от тебя. Ты это сейчас увидишь, осяжешь, удивишься чудной в тебе перемене: тяжкого, убийственного для души бремени вдруг не станет; сделается так легко, легко. И убедишься ты осязательно, что есть духи злобы поднебесные (Еф. 6, 12), ищущие постоянно погибели нашей, ядом мрачных и злобных помыслов отравляющие сердце наше, усиливающиеся разрушить в нас любовь к людям и общительность с ними.

 

+ Так, возлюбленные, Глава наша — Христос страдает, чтобы всему остальному Его телу, то есть нам, было легко; Глава сгорает огнем крестных мучений, чтобы избавить от вечного огня геенского члены Свои и, пока мы на земле, избавлять нас, по молитве нашей, от сетей невидимого [257] врага, освобождать от огня страстей. Так, Господь наш страдает на кресте для того, чтобы нам не мучиться вечно во аде. Чтобы нас, кающихся, здесь свободить от страстей. О! Кто постигнет умом и сердцем цену этого благодеяния? — Один Он знает вполне величие Своей жертвы, потому что Один Он знал, видел как настоящие вечные муки грешников и всю лютость вечных мучений. Л мы — мы едва разумеваем, яже на земли, и яже в руках обретаем с трудом, не понимаем часто всей бедственности настоящего своего положения, а что будет после смерти — кто изследи? (Ср.: Рим. 11, 34).

 

О дражайший наш Спасителю! Что мы принесем Тебе за Твою без конца великую жертву? · — Веру и любовь к Нему. Так, возлюбленные, веруйте от всего сердца, без малейшего усумнения, что Единородный Сын Бога пострадал за вас, именно за вас — на кресте, чтобы вам не быть в вечных муках, уготованных грешникам; приблизьте Его муки к своему сердцу, оцените их, по возможности, своими слабыми умами; да отвержется каждый себе и возмет крест свой и по Нем да грядет (Ср.: Мф. 16, 24) вслед Его в страну небесную, несмотря ни на какие временные препятствия, и да пылает огонь любви в вашем сердце к Тому, Кто из любви к вам терпит мучительный огонь страданий телесных и душевных. — Да воздерживается всякий из вас от несогласия, ненависти и раздора между собою, да хранит каждый мир и любовь и святыню со всеми, ихже кроме никтоже узрит Господа (Евр. 12, 14), потому что наша взаимная ненависть и несогласие наше раздирают как стрелами любящее сердце возлюбившего нас до Креста и смерти Иисуса, Сына Божия; да не привязывает никто сердца своего к миру, к его удовольствиям: для нас не в этом мире место, нет, наше место на небе: идеже есмь Аз, и вы будете (Ср.: Ин. 12, 26) — сказал Спаситель. Мир с благами недостоин нас, светлое, чистое небо должно быть у нас и в мыслях и в сердце: в дому Отца Моего, говорит Господь, обители многи суть (Ин. 14, 2). — Туда — на небо чаще устремляйте мысли и сердца ваши. Кто живет для мира и плоти, тот не узрит живота вечного. Аминь. — Господь наш пострадал для нас по любви: а идеже сокровище ваше, ту и сердце ваше да будет (Мф. 6, 21). — Аминь.

 

Смотри, живи осторожно по внутреннему человеку — Господь видит каждую мысль, каждое движение сердца: душа твоя в Боге, как рыба в воде или как тело в воздухе — со всех сторон Бог; отовсюду — Дух Его; везде Он весь; везде зрит, весь — Зрение, или точнее — Свет, и тьмы в Нем нет ни единыя (1 Ин. 1, 5). Смотри же, следи за каждою мыслию, за каждым движением сердца и за соответствующими им телесными движениями. — Блюдите, како опасно ходите (Еф. 5, 16). И враг около тебя всегда и зрит на тебя всегда своими лукавыми, всезлобными очами, ища поглотить (Ср.: 1 Пет. 5, 8) твоего внутреннего человека помыслами лукавства, неверия, недовольства, уныния, злобы, гнева, зависти, сребролюбия и прочих. Смотри, живи осторожно, раб Божий, помни постоянно о Боге.

 

Обрет мед мало яждь, да ненасыщся изблюеши (Ср.: Притч. 25, 16). Это разумей о книгах прекрасного содержания. — Немного разом читай.

 

Внемлите, возлюбленные: всем вам нужно такое искреннее, горячее покаяние, какое принес Богу Манассия (См.: 2 Пар. 33, 12–13): именно вот что вы должны из глубины души говорить Богу… (из молитвы Манассии по русскому тексту [258]).

 

Как Господь терпит множество твоих грехов и не лишает тебя жизни, так ты поставь себе непременным правилом терпеть погрешности и немощи других, хотя бы они и слишком стужали тебе; и в горести души своей не желай, чтобы они умерли и тем положили конец твоему беспокойству. Почему знать? — Может быть, за грехи наши — и именно за грехи — Господь попускает нам жить с такими людьми, которые стужают нам своими погрешностями и слабостями. — Обращай же тотчас внимание на свои слабости, когда видишь слабости других, исправляйся от них — и великодушно терпи в других то, что в тебе терпит долготерпеливый Господь. — Иначе за что же тебя спасти, если ты, будучи без числа обязан долготерпению Божию над тобою, сам не хочешь заслужить милость Божию своим долготерпением? Ибо сказано: в нюже меру мерите, возмерится вам (Мф. 7, 2; Мк. 4, 24).

 

Диавол посмевается над нами больше потому, что мы, будучи страстны и за страсти подвергаясь диавольскому насилию, не имеем терпения в скорби и тесноте, наводимых от него, и не ценим как должно благодатных даров Духа Святого — мира и радости сердца, когда стоим в истине и имеем дерзновение пред Богом, — не восписуем их всем сердцем единому Господу Иисусу Христу, единому Упокоителю сердец наших, единой Радости душ наших.

 

Все мои беды происходят в невидимой моей мысли и в невидимом сердце моем — потому невидимый же нужен мне и Спаситель, ведущий сердца наши. О Крепость моя Иисусе, Сыне Божий! О Свете ума моего! Мире, Радосте, Широто сердца моего, слава Тебе! Слава Тебе, Избавителю от невидимых врагов моих, ратующих ум и сердце мое и убивающих меня в самом источнике моей жизни, в самом чувствительном моем месте.

 

Крепко наблюдай за проявлениями гордости: она прокрадывается незаметно, особенно в огорчении и раздражительности на других из–за самых неважных причин.

 

Аз есмь Благость, Любовь, Кротость, Смирение, Мир, Радость — слова Господа. — Уподобляйся Мне.

 

Всячески диавол отрывает меня от Любезнейшего, Сладчайшего Спасителя моего и держит меня часто в своих оковах, огнем палящих душу мою.

 

В чем несомненно, осязательно уверяет нас чудесное действие Креста Животворящего на нашу душу, угрызенную ядом зла? — Уверяет нас в том, 1) что в нас точно есть душа — существо духовное, 2) что есть злые духи, убийственно касающиеся нашей души, 3) что есть Бог и Господь наш Иисус Христос и всегда Он с нами по Своему Божеству и 4) что Он точно совершил на Кресте спасение наше Своими крестными страданиями и смертию — и разрушил Крестом державу диавола. — Сколько доказательств в пользу нашей веры от чудесного действия над нами одного Креста Животворящего! — Слава вере Христианской!

 

Чтобы провести день весь совершенно, свято, мирно и безгрешно [259], для этого единственное средство — самая искренняя, горячая молитва утром по восстании от сна: она введет в сердце Христа со Отцем и Духом Святым и таким образом даст силу и крепость душе против приражений зла. Только хранить свое сердце надобно.

 

Ты в горести души своей желаешь иногда умереть. Умереть легко, недолго; но готов ли ты к смерти? Ведь только умереть следует — а затем суд всей твоей жизни. Ты не готов к смерти, и если бы она пришла к тебе, ты, верно, затрепетал бы всем телом. (Доказательством тому служат опасности смерти, нарочито представляемые тебе хранителем твоим Ангелом во сне: ты дрожишь, как осиновый лист, и тем показываешь в себе сильную привязанность к здешней жизни.) [260]

 

Не трать же слов по–пустому, не говори: лучше бы мне умереть, а говори чаще: как бы мне приготовиться к смерти по–христиански верою, добрыми делами и великодушным перенесением случающихся со мною бед и скорбей — и встретить смерть без страха, мирно, непостыдно [261], не как грозный закон природы, но как Отеческий зов Безсмертпаго Отца Небеснаго, Святаго, Блаженнаго [262] в блаженную страну вечности. — Вспомни старца, который, утрудившись под своим бременем, захотел лучше умереть, чем жить, и стал звать к себе смерть. Явилась — не захотел, а пожелал лучше нести тяжкое бремя свое. [263]

 

Здесь великих благодетелей узнают по благотворительным заведениям, по богатству, по удобству их, по множеству лиц, пользующихся благодеяниями от руки его в его заведении. Так познайте Величайшего Благодетеля Бога по Его благотворительному заведению. Ибо что иное есть мир, как не благотворительное заведение для множества тварей? Особенно Церковь Божия — что иное, как не благотворительное заведение, в котором есть и больные, пользующиеся врачевствами — в Крещении, Покаянии, Причащении и Елеосвящении, — и выздоравливающие — для жизни вечной; есть и ученики и ученицы, воспитывающиеся здесь как бы в приготовительном заведении, — для наследия совершеннейшей, святой жизни будущего века. А как отлично устроено это благотворительное заведение! Сколько в нем видно благости, премудрости и всемогущества Благотворителя! Сколько удобств! Как оно богато! Какая везде щедрость! Какая видна везде любовь к облагодетельствованным! Как не лить слезы благодарности? Как не воссылать честь и поклонение такому Благодетелю?

 

Можно ли молиться с поспешностию, не вредя своей молитве? Можно — тем, которые научились внутренней молитве чистым сердцем. В молитве надобно, чтобы сердце искренно желало того, чего просит, чувствовало истину того, о чем говорит — а чистое сердце имеет это как бы в природе своей. Потому оно может молиться и с поспешностию и в то же время богоугодно, так как поспешность не навредит истине (искренности) молитвы. Но не стяжавшим сердечной молитвы надо молиться неспешно, ожидая соответствующего отголоска в сердце каждого слова молитвы. А это не всегда скоро удается человеку, не привыкшему к молитвенному созерцанию. Поэтому редкое произношение слов молитвы для таких людей должно быть поставлено за непременное правило. — Ожидай, пока каждое слово отдастся в сердце свойственным ему отголоском.

 

Если бы кто из неверующих спросил: Бог ли Иисус Христос? — то нам, в доказательство, достаточно было бы указать на силу Животворящего Креста.

 

Бог есть Любовь (1 Ин. 4, 8, 16) — и мгновения ненависти нашей к другим не терпит и наказывает.

 

Бог есть Истина — и мгновения усумнения в дознанной истине не терпит в нас.

 

Исправь сердце свое и увери с Богом дух свой (Ср.: Пс. 77, 8). — О евреях, пользовавшихся великими благодеяниями Божиими и оказавшихся неблагодарными, сказано, что они не исправили сердца своего и не уверили с Богом духа своего.

 

Не тронь змею — и она не тронет; но стань нападать на нее и увидишь, как она зашипит и станет тебя язвить. Змея эта — грех в нас. Чтобы совсем не убил нашу душу, надо гнать его извнутри, хоть и язвит.

 

Терпи великодушно бесовские побои и не возмущайся. Бог попускает для твоего спасения.

 

Блажени чистии сердцем: яко тии Бога узрят (Мф. 5, 8), потому что Бог есть Чистейший Дух; а сердце наше есть душа наша. Значит — очищенное сродное увидит Сродного себе. Чистая душа — Пречистого Бога.

 

Не веровать в Тайны — значит отречься от Христа, от Божества Его. Л Он — всех вещей Истина [264] и тебя самого.

 

Ведущие духовную жизнь видят сердечными очами, как кознодействует диавол, как руководят Ангелы, как Господь державно попускает искушения и как утешает.

 

Имей всегда в сердце память об искупительных страданиях Иисуса Христа. — (<Иже> в шестый день же и час… [265] <Иже> в девятый час… [266] — На стену.)

 

Священнику. Читая утренние или вечерние светилышчные молитвы, для согреяния сердца своего и искренности молитвы призови в помощь Духа Утешителя, ходатайствующего о нас в нашей молитве воздыхании неизглаголанными (Рим. 8, 26). Говори: сам я многогрешен и недостоин отворить уста за других; свои беззакония отяготеша на мне, яко бремя тяжкое (Ср.: Пс. 37, 5), и сам я нуждаюсь в молитве за себя. Согрей убо, Господи, сердце мое, да сокрушится оно о собственных грехах и изведет слезы из очей, — а потом и молись сам.

 

Священнику. + Когда возьмется диавольское смущение при чтении какой–либо молитвы, тотчас обрати внимание на златые, досточестные слова молитвы, излившиеся из святого сердца, обители Святого Духа — и тогда пройдет смущение. Вся беда в том, что диавол отводит наше сердце от этих слов, помрачает их достоинство в нашем уме и сердце.

 

Священнику. Духа смущения, боязни и уныния вменяй в дым, как и действительно он не сильнее дыма, если у тебя есть вера в сердце. Все по неверию нашему он касается нашего сердца. — Надо, чтобы во время Богослужения постоянно горела сердечная молитва.

 

Замечайте, коего духа есте вы (Ср.: Лк. 9, 55), а заметить это очень легко, потому что только два, совершенно противоположных духа: дух, убивающий душу, и дух оживляющий; дух скорби и тесноты и дух мира и пространства; дух радости и дух уныния; дух страстей и дух святыни — легкий, широкий. Это делайте во славу Всесвятого Духа.

 

Помни Господа Иисуса Христа, Пречистую Его Матерь и святых так, как бы они вчера жили и действовали, — так оживляй их память. Не смотри на расстояние времени.

 

Есть одна неизменяемая Причина всего: если Причина эта с вами, то вы останетесь неизменными при самых сильно изменяющих душу причинах (бесовские искушения), или душу и тело вместе (мученики, три отрока: Анания, Азария и Мисаил; Маккавеи, все новозаветные мученики), и то бывает, что все около вас будет изменяться, преходить, а вы будете неизменны (7 Ефесских отроков, 200 лет проспавшие как одну ночь в показание краткости сна смертного). Но если бы ты, изменяемое существо, захотел мысленно как–нибудь изменить Неизменяемое, Первое Существо, то ты дорого поплатился бы за эту попытку; вместо того, чтобы изменить Неизменяемое, — что невозможно, — за свою дерзость ты потерпишь сам в душе и теле страшное изменение — скорбь, тесноту и внутренний огонь — наказание от Неизменяемого за дерзость твою — и память твоя погибнет с шумом (Ср.: Пс. 9, 7).

 

Благодарю Тебя, Господи, от всего сердца, что Ты наказываешь меня больно — внутренно за грехи. Это наказание — предосторожность от больших грехов и вместе — наказание за сделанный грех. За внутренний грех внутреннее и страдание. Слава Тебе, всеблагий Господи!

 

Сам сказал (????? ??? [267]). Если с таким доверием и уважением говорили о словах языческие философы, то с каким доверием и благоговением должно смотреть нам на слова Самого воплощенного Сына Божия, Господа нашего Иисуса Христа. Сам рече: блаженее есть паче даяти (Деян. 20, 35) — да будет это слово решением всяких сомнений и недоумений. — Больше ничего не ищи. Истинно слово всяко Владыки и Бога моего. [268]

 

Отчего святые слышат на всяком месте наши молитвы? Должно быть, оттого, что для них, как бесплотных, земля наша не больше значит, как ладонь нашей руки, и пред их очами мы все как па ладони, тем более что они — един дух с Госпо дем (1 Кор. 6, 17). Для нас много значат земные расстояния, потому что мы обложены подверженною измерению плотию, которая судит о величине расстояния по своим ограниченным мерам; но для них нет таких мер. — Верою и молитвою мы можем сообщаться со святыми скорее электрических телеграфов и железных дорог.

 

В молитве и во всей жизни своей отвергнись себя, то есть признай сердце свое лживым и откажись навсегда следовать его плотским, греховным требованиям; почитай истинным только то, чему учит тебя Слово Божие и Церковь (относительно веры, надежды и любви).

 

Священнику. Когда исполняешь молитву домашнюю, службы и все таинства искренно, от души, с самоотвержением, тогда дивное спокойствие на душе; а когда не препобедишь себя — своего лукавства, маловерия — тогда непременно наказываешься и не бывает мира а костех моих от лица грех моих (Пс. 37, 4).

 

Ие дерзай думать, что сила Креста Животворящего или Божественных Таин зависит от твоей веры или неверия — Крест всегда Животворящий, веруешь ты или нет; Тайны — тоже; держи себя всегда от них в почтительном отдалении и употребляй их всегда с благоговением. — У них своя сила, а не твоя; они отданы как бы во власть твою, но сами властвуют над тобою, а ты не имеешь над ними в самом деле ни единой власти.

 

Ты терпишь от отца дымление, но не Крест, не гвоздия, не копие [269], а Спаситель за тебя потерпел и это. — Смотри, если ты, имея тесную квартиру, позавидуешь собрату, имеющему квартиру просторную, удобную и чистую, то исправься сейчас же от зависти вот как: тотчас же заставь сердце силою веры возрадоваться о том, что ты имеешь одним земным благом меньше, чем твой брат, и возблагодари за это от всего сердца всеблагого Господа, Который удостоивает тебя внешней тесноты — для того чтобы сподобить тебя широты духа (хождах в широте) (Пс. 118, 45) и сделать участником подвигов святых Божиих, которые большею частию жили в тесноте, — и многие в пустынях скитались и в горах и в вертепах и в пропас тех земных, хотя их не был достоин весь мир (Ср.: Евр. 11, 38). — Да и Сам Господь наш Иисус Христос на земле не имел где главы подклонити, хотя и лиси язвины имут, и птицы небесныя гнезда (Ср.: Мф. 8, 20).

 

Диавол — исконный завистник и убийца наш, всячески старается лишить нас душевного спокойствия и отравить все наши удовольствия, какие Господь подает нам. По козням диавола обладающий многими дарами Божиими предается часто скупости и зависти и, таким образом, ни во что ставя то, что Господь дал ему, безрассудно желает большего, с алчностию смотрит на то, что есть у ближнего, желая получить его достояние себе; или же, приписывая какую–то необычайную, величайшую цену сребру и злату и другим вещам и из вещей, по природе преходящих и текучих, думая сделать что–то непреходящее, вечно пребывающее, болезнует сердцем каждый раз, когда любимая им вещь тратится или издерживается, и его сердце разрывается на части, когда он ступает в грязь, когда нужно расставаться с деньгами. Скупой дрожит за сладкую снедь, одежду, деньги, за все. Противопоставляй козням диавола самое живое чувство благодарности к Богу. Диавол, налегая на сердце, подавляет часто и веру в Бога, и чувство милостей к нам Божиих, но на это не нужно обращать внимания. Крест, нами так часто изображаемый, да поражает бесплотного злодея и да напоминает нам живо милости Божии бесчисленные.

 

Все излишнее, поступающее чрез уста в желудки, имеет влияние на сердце, которое находится в самом близком отношении к желудку, и ослабляет, а часто и закрывает очи сердечные, поэтому нужно крайне осторожно употреблять снеди и другие удовольствия, получаемые устами.

 

Кто ближе к нам Господа Бога, нашего Творца вездесущего и Отца всеблагого? — Никто и ничто. Между тем плоть и живущий в ней диавол так закрывают от нас Его, что мы только по временам чувствуем близость Его к себе, когда живая вера посетит наше сердце.

 

Нынешний день — день моего рождения и крещения [270], то есть и рождения плотского и рождения свыше: замечательно, что два рождения — плотское, греховное и духовное, благодатное как бы соединены между собою в моей жизни. Если бы это было добрым предзнаменованием, что жизнь по ДУХУ> скоро сменивши жизнь по плоти, спасет меня, соделавши жителем горнего, духовного Царства!

 

Грешная плоть такую силу взяла над духом, что даже в духовных делах она поставляет свою ногу — так что многие из нас часто, наченше духом, кончают плотию (Ср.: Гал. 3, 3), грехом. О! Окаянные мы человеки! Кто нас избавит от тела смерти сея! (Ср.: Рим. 7, 24.) Везде на плоть сбиваемся с духа.

 

Нужно молить Господа, чтобы Он сподобил нас во всем свете и величии видеть чистоту и святость Ангелов Господних и святых Божиих человеков, прославленных Богом, — для того чтобы нам видеть по их красоте и святости свое духовное безобразие, свою великую нечистоту и греховность и чрез то глубоко смиряться пред ними в молитве к ним и от всего сердца просить их — молить об нас Всесовершенного, чтобы Он милостиво призрел, по молитвам их, на сознаваемую нами душевную скудость и обогатил душу нашу Божественными добродетелями.

 

Об утешении Святого Духа болящим и имеющим разлучиться с жизнию и о том, как жалки те, которые по причине приверженности своей к благам века сего не удостаиваются. этого утешения. Наблюдение.

 

Мир подаждъ ми падшему, Человеколюбие [271]

 

От плод их познаете их (Мф. 7, 16). Если в гебе мир — в тебе Бог; если мучительное беспокойство — диавол; если блажен — в тебе Бог; если мучим — диавол.

 

В нас часто бывает что–то нудящее к злу: и само злое так и понуждает стремиться нас излиться в зле и терзать нас; одним словом, мы чувствуем в себе что–то совершенно противоестественное нам, что мучит, убивает нас, запинает нас в делах и словах; отчего мы делаемся не свободными, а невольниками, сами не свои. — Оно большею частию проходит, когда получит себе удовлетворение, или когда натиранится над нами, или посрамит нас в деле или слове; но иногда остается и после того — терзать нас унынием.

 

Если страсть к благам мира сего, занявши сердце твое, будет мучительно теснить его, то, чтобы избавиться от нее, скажи внутренно Господу: всеблагий Царю, Егоже Царство не от мира сего (Ср.: Ин. 18, 36), расторгни всемогущею силою Твоею привязанность грешного сердца моего к тленным благам настоящего века и дай ему привязанность к вечным благам мира горнего. Даруй мне, подобно Апостолу, вменяти все земное в уметы, да Тебя приобрящу (Ср.: Флп. 3, 8). — Даруй мне, смотрети не видимых, но невидимых: видимая бо временна, невидимая же вечна (2 Кор. 4, 18).

 

Отчего бы ни происходила скорбь твоего сердца: от мгновенного ли помысла неверия или приступа какой–либо страсти — не занимайся ею, она — от диавола, который всячески хочет держать тебя в скорби и страдании и повергнуть в уныние. Он всячески старается ожесточить твое сердце лестью греховною. Это — все его обманы.

 

Я был вначале ничем, йотом семенем. Какая благая рука созидала меня во утробе матери моей и образовала во мне члены? Кто переводил меня из небытия к бытию и, давши бытие, постоянно доселе мне благодетельствует? — Сам собой я быть не мог; да я и не могу власа единаго бела или черна сотворити (Мф. 5, 36). Всеблагий Господи! Твои ото руце сотвористе мя и создаете мя (Пс. 118, 73). Это — Ты, от не сущих вся приведыи [272], создал меня чрез Иностасное Слово Свое и совершаешь чрез Духа Своего. Ты, прежде неже создати мя во чреве, знал уже меня и, прежде неже изыти мне из ложесн, освятил меня (Ср.: Иер. 1, 5), священника люд ем Твоим поставив меня. — Слава благоутробию Твоему, слава силе Твоей, Господи!

 

Диавол закрывает часто очи нашего сердца, помрачая их своею тьмою, чтобы сердце не могло зреть Бога и милостей Его. А сердце должно зреть Бога выну, подобно как Давид зрел Господа пред собою выну, яко Он одесную его (Ср.: Пс. 15, 8). Тяжело, когда сатана закрывает очи сердечные: душа лишается духовного света, который составляет жизнь ее, и остается в состоянии мрака, скорби и страдания. Не от лишения ли этого света получил название и самый ад, что с греческого значит — место, лишенное света? ????, или ??’??? [273].

 

Что в чувственном отношении для живущих существ — земля, то в духовном — для разумных существ — вера. Чтобы тела материальных существ не исчезали в безграничности творения, дана им земля как точка опоры, как основание их телесного бытия; из земли и тела их, и пища — для поддержания их существования, и одежда; и ходят они по земле, не отрываясь от нее, и по смерти в землю же опять они возвращаются (Ср.: Быт. 3, 19). А чтобы существа духовные — души человеческие — не носило всяким ветром учения примеров соблазнительных в безграничности мысленного мира, чтобы не делали дел, наводящих духовную смерть, чтобы падший дух не увлек душ человеческих в свою пагубную область греха и смерти, в мир призраков и теней — для этого дана нам вера в Бога со всеми святыми и животворными ее истинами. — И кто не хочет погибнуть в бездне ада, тот должен как можно тверже стать на камне веры — от ней получать пищу для своего ума и для своего сердца. (Так как без сродной себе нищи душа наша не может существовать так, как должно, то есть блаженно, разве может только крушиться и погибать духовно, как говорит Премудрость Соломона о всем, что есть в мире сем приятного: все сие есть суета и крушение духа) (Ср.: Еккл. 2, 11; 4, 4). Видишь многих людей, стоющих искреннего и глубокого сожаления, которые, зная веру только поверхностно, по имени и вообще, а не делом и в подробности, — живут без всякого духовного основания, не имея никакой твердости, на которую они могли бы опираться в своей жизни: их легко склонить ко всему — и к доброму, и худому, и скорее всего — к худому, которое, по растленности нашей природы, пристает к нам со всею удобностию. Такие легкие (легкомысленные) души диавол весьма удобно склоняет на свою сторону и повергает их во все тяжкие грехи, делая их жалкими рабами своими. Больно смотреть на таких людей. — А все беды от неверия или от невежества в вере, оттого, что сердце таких людей не имеет нравственной опоры, как тела имеют опору свою в земле.

 

К нам бывают нередко скупы другие или завидуют нам, а мы осуждаем их в зависти или в скупости; но зависть других к нам или к другому кому или скупость в отношении к нам или к другим бывает часто достойным возмездием нам или другим за нашу скупость, за нашу зависть — и они тою же мерою, ею же мы мерили, отмеривают нам (Ср.: Мф. 7, 2).

 

Святой Андрей Первозванный. Господь всех зовет следовать за Собою. И всем нужно немедленно идти за Господом. Оставим других, неразумных, кружиться в вихре суеты; мы знаем, что не только суета человеческая пройдет, но и земля прейдет (Мк. 13, 31), и что нам нужно позаботиться о прочном, непоколебимом вовеки пристанище для нашей вечной души.

 

Слово — прекрасное средство восстановить сердечное спокойствие в людях, с которыми мы живем вместе или имеем сношение и которые по какому–либо недоразумению наших к ним отношений невыгодно смотрят на нас; так же как оно есть единственно верное средство — успокоиться и самим нам насчет других. Несколько слов объяснения — и разом уничтожается часто продолжительная апатия наша к другому, происходившая от недоразумения отношений наших взаимных, — не нужно молчать, когда нужно слово, когда замкнутость в себе вредит и нам самим и другим. Когда какая–нибудь темнота, недоразумение в отношениях между двумя или несколькими лицами — тогда должно вступить в свои права слово и выяснить или уничтожить эту темноту. Слово — откровение души, обнаружение ее. Без слова, кто весть от человек, что есть в известном человеке, точию дух человека, живущий в нем (1 Кор. 2, 11); а слово дает знать об нас другим, что в нас есть и что — мы.

 

Примите к сведению все, что если душит вас иногда внутренняя злоба, от которой горят разрушительным огнем ваши внутренности, не ожесточайтесь от этого больше и больше и не принимайте этой внутренней злобы за такое состояние, в которое вы — и только вы одни — поставили сами себя. Это не вы только злы, а диавол злобный в вас делает свое дело, излия свою злобу. Чем это доказать? — Сделайте с верою крестное знамение на злом своем сердце и на том месте, где особенно чувствуете адский огонь, — и он сей час погаснет, восстановится спокойствие и легкость на душе. А это значит, что прежде в вас был диавол, который от попаляющей его крестной силы вышел. — Не стойте во зле, а будьте как можно удобопреклонны к добру — и победите врага. Чаще за знамение крестное беритесь да имя Господа Иисуса призывайте.

 

Не будьте горды, ненавистливы, завистливы, скупы, то есть не соизволяйте нимало на эти страсти. В начале поддадитесь, хоть бы на мгновение, — диавол войдет в вас и будет вас палить тою или другою страстью, больно будет. — Всего больше бойтесь подущений злого духа на брата: знает он, что любовь — первая наша добродетель, и знает благотворнейшие плоды ее для христиан — и потому больше всего старается лишить сердца наши любви. Все возможные — и малые и значительные предлоги — употребляет он к тому, чтобы возбудить между людьми вражду, ненависть и другие страсти, нарушающие спокойствие и безопасность ближнего. Он дает человеку лукавое сердце и лукавый глаз, чтобы везде видеть предлоги к страстям — в самых невинных лицах и предметах.

 

Бог наш есть Отец Светов (Ср.: Иак. 1, 17) — Сына и Духа, вечно в Нем Сущих. — Во Едином Божестве — Три Сияния. Чрез Сына Божия все получило преведение и переход из небытия к бытию. —

 

Ведайте, что есть Ангелы добрые и духи злые — и <если> первые принимают великое участие в спасении людей (см. Канон Ангелу–хранителю), так другие всячески стараются погубить человека — и весьма часто погубляют невнимательных и преданных душою какому–либо пороку, нерадящих о своем спасении. Многие несчастные примеры между людьми, преданными страстям, объяснить можно не иначе, как участием — и самым сильным — злых духов. Апостол предостерегает и говорит: трезвитеся, бодрствуйте (1 Пет. 5, 8). Обязанность наша — чтить Ангелов добрых и горящих к нам, бренным, любовию и всячески ненавидеть злых духов и всех дел их, отрицаться сатаны и всех дел его [274] и прочее.

 

Время драгоценно: дни ваши сосчитаны; известно и то, сколько должны бы вы были сделать добра в эти дни и не сделали. Дорожите же крайне временем и не убивайте его безрассудно. [275] Господи! скажи мне кончину мою и число дний моих, да разумею, чего лишаюся аз (Пс. 38, 5).

 

+ Разум — для мира чувств, сложного, где нельзя видеть всей души одним приемом зрения, а нужны процессы — понятий, суждений, умозаключений, аналогий, наведения.

 

Мыслительная способность — страж сердца, или души. Не прежде что–либо из мира мысленного (в этой жизни) и вещественного дойдет до сердца, как побывавши хоть на мгновение в мышлении: разум не допустит — и до сердца не дойдет. ? разум пропустил и — гости в сердце. — Так диавол, убийца наших душ, входит в сердце не иначе, как чрез помыслы, пленяя душу их благовидностию. Когда мы достигнем тихого и безопасного пристанища, где татие не подкопывают, ни крадут (Мф. 6, 20) имения наших душ, когда даст нам Господь Спаситель живот вечный, когда никтоже может исхитить нас от руки Его (Ср.: Ин. 10, 29), тогда страж наш — разум будет от нас взят как пестун по достижении нашего совершеннолетия, как земной руководитель; останется сердце наше с своим духовным зрением, или умом, или все равно — душа наша, которая прямо будет зреть Бога, без посредства понятий, суждений и умозаключений. — Чи стии сердцем Бога узрят (Мф. 5, 8).

 

Лучше оденусь в рубище, отпущу бороду, перейду жить в дикие степи сибирские, нежели уступлю одну пядь земли, приобретенной кровию моих предков, — сказал благословенный Александр — России, по вступлении Бонапарта в Россию, А христианин духовному Наполеону, хищнически вторгающемуся в его душу, должен говорить: лучше останусь без куска хлеба, без крова, без одежды, без отечества, чем соглашусь потерять чистоту и непорочность души моей, приобретенные мне Кровию Сына Божия, чем соглашусь с тобою на ту или другую страсть, на тот или другой грех. (А если он хочет [276] разделить тебя с родными, говори то же без прибавления: родных и знаемых. — И так приноровляйся о каждой страсти.)

 

Вам необходимо нужны Ангелы и в этой жизни, но особенно после смерти: призываете ли вы их, как своих хранителей, на помощь, чтите ли их, любите ли их, даже — верите ли, что они есть, от всего сердца? Если вы не знаете их и не хотите знать, за что же им покрывать вас от вражиих нападений здесь? За что же им встречать вас после смерти — в другом мире? — А есть нарочито составленные молитвы и похвалы Ангелу, хранителю человеческой жизни. Видите, как вы невнимательны к существам горнего мира, не думаете нимало освоиться с ними чрез веру здесь — на земле, а еще ожидаете как христиане страшного второго пришествия Господа с небес с Ангелами Своими, а еще ожидаете жизни будущаго века, [277] в котором Ангелы — всегдашние жители? — Пока время не ушло, обратите на эту статью внимание. — Языческие демонианы от нас взяты.

 

Какое средство — провести день весь в совершенстве, свято, мирно и безгрешно? [278] — Молитва утренняя. Утвердить нужно искреннею молитвою сердце свое против греха и с теплотою помолиться Ангелу–хранителю.

 

Кто оскверняет дверь жизни, тот не увидит жизни. +++

 

Всех зовет теперь Господь следовать за Собою. Но теперь многие уши имут и слыша как бы не слышат Его гласа (Ср.: Иер. 5, 21; Мф. 13, 13). Но придет грозный, последний день мира, и тогда на громовой глас Сына Божия соберутся не только все живущие, но и сущие во гробех [279] тогда волею–неволею нужно будет следовать на глас Страшного Судии — иным в жизнь вечную, а другим — в укоризну и в стыдение вечное.

 

+ Сердце — это сокровищница человека, в которой заключается доброе или худое богатство человека. Хорошо, если она наполнена добром: в таком случае человек от благаго сокровища сердца своего износит благое (Лк. 6, 45) на пользу и спасение других; но горе, если в ней — только зло: в этом случае человек от злаго сокровища своего износит злое (Лк. 6, 45) во вред и погибель других. Мы видим множество тому примеров. Но если кому нужно иметь благое сокровище сердца, то это больше всех священнику, который так часто обязан предстоять пред лицем Всесвятого и Всеблагого Бога на молитве во время ли то общественного Богослужения или при совершении таинств и молитвословий, или на домашней молитве; который должен, по самой службе своей, износить непременно из благаго сокровища сердца своего благие слова в научение и назидание народу: обыкновенно от избытка сердца уста глаголют (Мф. 12, 34), то есть чем наполнено сердце, то невольно является и на языке. Какой же избыток будет износить священник, если у него домашняя сокровищница не наполнена добрым богатством и пуста или, что хуже, наполнена всеми мерзостями? И помысл один мерзость Господу (Ср.: Притч. 15, 26), — как говорит Премудрый, — что же будет для Господа сердце, наполненное разными нечистотами — граблением, лукавством, прелюбодеянием, любодеянием, хулою, гордынею и подобными. В таком случае он похож будет на гроб повапленный [280] (Мф. 23, 27) и только по имени будет священник — вместо того чтобы, будучи святым и внутренно (к чему обязывает его и самое имя), носить вполне заслуженно свое звание.

 

Причащающийся! Причащайся с полною верою: с Тайнами входит в душу твою Сам Христос — твое спасение, твоя крепость, твоя сила, твой Бог, твое дыхание, твое радование [281] — Горе, если без веры — тогда не будет в сердце твоем Христа, твоей силы и радования: злоба твоя, страсти твои будут торжествовать в тебе, и кто поможет тебе, когда нет в тебе Христа? — Худо тому человеку, который неверием удаляется от Христа.

 

Знаем, что в жизни семейной и общественной прекрасна и плодотворна добродетель любовь; сами это мы на себе испытываем и на других видим, а прежде всего слышим, что Господь и Его апостолы заповедуют нам любовь. Господь, Который возлюбил нас до Креста и смерти. — Апостолы, которые положили за благовестив любви и за спасение людей души свои. Но, несмотря на то, мы забываем, что любовь — великая добродетель и наш первый долг, часто теряем любовь и предаемся страстям злобы, ненависти, зависти и др. (Так, точно знаем, что Тело и Кровь Господа животворны для нас, но несмотря на то, по внутренней злобе, в нас сокрывающейся, мы как бы забываем, что это — Тело и Кровь Господа, и как бы не верим, что они спасительны.) [282] — Горе наше! Для нас иногда и любовь — не любовь; добродетель — не добродетель.

 

Знаешь, что будет смерть, но в то же время какой–то мрак поселяется в душе, который закрывает смерть, — и живешь как будто не думая умирать.

 

Несомненна польза поста: легок и духом и телом, и спишь хорошо, и встаешь прездорово. (Польза березовых почек в настойке вина.)

 

Божие всеведение и промышление является в надзоре и всезнании начальства за подчиненными. Только подумаешь, говорят, — и все известно. Так и совесть наша говорит нам, что лишь только мы подумали о чем–либо — Господу это уже известно, и внутренно чувствуешь, что — известно. — Сон: как я в Академии выпил с товарищами водки в часы уроков, потом сели закусывать в часы же уроков — другие понабрались для закусывания же неблаговременного. Это обольщение диавольское, усыпление его, чтобы порок, прикрываемый обществом товарищей и мнимою обыкновенностию греха, свободно проявлялся. Сны ·— только их растолкуйте — важная нравоучительная вещь.

 

Я останавливал течение мыслей своих для того, чтобы уловить мысль светлую, научающую и назидающую, — и болезненно для главы моей нередко было это остановление машины мышления; голове моей бывало нередко тяжело.

 

Ты заболеваешь и в скорби души своей просишь Господа о продолжении дней жития — и вот тебе, как Езекии, прилагает Господь еще несколько лет жизни (См.: 4 Цар. 20, 6). Познай, для чего: чтобы ты употребил это время в пользу души своей, благоугождая Господу — делами покаяния и добродетели.

 

Священнику. Священник, подобно Спасителю, должен так хранить свою паству, чтобы в конце своей жизни с дерзновением сказать Господу: ихже дал ecu Мне, сохраних, и никтоже от них погибе, токмо сын погибельный, да сбудется Писание (Ин. 17, 12). За сынов погибели, ожесточенных и упорных грешников, ты не отвечаешь, но <за> по нерадению твоему погибших — ответишь.

 

Непщуй [283] никогда, что будет тебе Бог подобен. Согрешая, не думай, что Бог тебя, не очищенного от грехов, без твоего сердечного сокрушения и смирения, примет в общение и любовь с Собою. Нет, не очистившись от твоих грехов теплою мо литвою, от сокрушенного и смиренного сердца (Ср.: Пс, 50, 19) принесенною, не мечтай быть в общении с Богом. Верно, что никоим образом не приселится к Богу лукавнуяй, ниже пребудут без за конницы пред очима Его; и Он ненавидит вся де лающыя беззаконие (Ср.: Пс. 5, 5–6). — Так, я это сам на себе испытал. Однажды (24 октября) с вечера я пил и ел в гостях довольно и тем одебелил сердце свое (одебеле бо сердце людии сих) (Ис. 6, 10). Вечером не помолился от всего искреннего сердца: значит, дебелости сердечной не отнял от сердца теплотою веры и смирения. Ночь, впрочем, спал покойно, но видел сон, который, очевидно, был для меня вразумлением от Бога (см. выше). Утром, пробудившись, я, по обыкновению, остановил в процессе свежего, утреннего мышления две замечательные мысли, и так как я не сколько раз усиливал задержать эти мысли в быстром потоке мыслей, то этим раздражил головные нервы, и голова моя сделалась тяжела от раздражения. Так как теплота от сердца отведена была таким образом к голове, да притом еще осталась дебелость на сердце от прежнего вечера, то на утренней молитве я не мог никоим образом водворить в сердце теплоту веры и искренней молитвы и, таким образом, опять с сердца дебелости не снял. А нужно было служить Литургию. — За упокой всех прежде почивших праотец, отец и братий и повсюду православных христиан [284] (Родительская суббота). С тяжелою от напряжения умственного головою и с хладным, очерствевшим сердцем отправился я к утрени. Во время утрени не мог опять помолиться от всего сердца: тяжесть головы не позволила, значит, сердце опять осталось не согретым благодатию Святого Духа. Таким образом, Литургию я совершал недостойно: хлад был во всем моем существе с холодящим маловерием — я видел не совсем ясно свое недостоинство и не мог восчувствовать его всем сердцем. Только под конец Литургии собрался я, наконец, с духом и трогательными молитвами Литургии подвигнул сердце свое к чувству моего глубокого недостоинства и причастился с некоторою значительною верою и любовию. — Только милость Божия не допустила меня до падения, увидев мое смирение и мои воздыхания. — Принять это к сведению. Диавол проказит и в голове, как и в сердце. Жжет темя головы.

 

Каждый день внутренно спрашивай себя: есть ли у меня в сердце смирение? Глубоко ли оно насаждено, если есть, а если нет, спеши скорее водворить его в сердце. Беда нам от недостатка смирения: сыны погибели (Ср.: Ин. 17, 12) мы без него.

 

В сердце человека происходит то приближение его к Богу, то отдаление от Бога, и вместе с этим — то покой и радость, то смятение, страх и теснота, то жизнь, то смерть духовная. Приближение большею частию бывает в скорби, когда никто не может избавить нас, кроме Господа, к Которому мы и обращаемся всем сердцем и, таким образом, сердечно приближаемся к Нему; а удаление — в довольстве и изобилии благ земных, которые надмевают плотского, ветхого человека, и именно тогда, когда человек жаждет богатства, славы, знатности, и когда, достигая этого, он теряет веру из сердца и забывает о Боге — Судии и Мздовоздаятеле, о бессмертии души своей, о своем долге — любить всем сердцем Бога и каждого человека, как самого себя.

 

Смирение незаметно похищается из сердца, а с потерею его и смерть духовная совершается постепенно, медленно. Убийца — диавол убивает душу исподволь.

 

Высота священного сана доказывается из слов при одевании священником священных одежд, из молитв вечерних, утренних, литургийных и прочих служб и треб (молитв при таинствах).

 

Как человек негодный, приходя с просьбою о чем–либо к человеку доброму, кроткому и смиренному, для лучшего успеха своей просьбы сам старается уподобиться ему, так христианин, приступая с молитвою к Господу или Пречистой Его Матери, или Ангелам, или святым — для успеха своей молитвы должен уподобиться, по возможности, Самому Господу или Пречистой Его Матери, или Ангелам и святым. — И вот в этом–то состоит тайна приближения и скорого услышания молитв наших.

 

Ha Constantina [285] смотри как на твое искушение в жизни и мужественно всегда побеждай это искушение.

 

Отчего нас часто не любят? — Оттого, что мы не любим других. Отчего не повинуются? — Оттого, что мы не повинуемся. Отчего претыкаемся на молитве? — Оттого, что претыкаемся часто грехами.

 

Страсти — плоды запрещенного дерева. Бог запретил прикасаться к ним и их вкушать и сказал: в онъже аще день или час снесте от них, смертию умрете (Быт. 2, 17). А диавол говорит, искушая людей: не смертию умрете (Быт. 3, 4). Человек прельщается благовидностию страстей, вкушает от плодов их и — что же? — умирает. — Для одних эти плоды — богатство, не в качестве его, но в количестве (хотят больше собрать, как можно), для других — женщина, на которую и зрят преступно, ко еже вожделети ея (Мф. 5, 28), а потом и плод рвут с ней, и прочее.

 

В терпении вашем стяжите душы вашя (Лк. 21, 19). А терпеть нам нужно больше всего пакости диавольские — в нас и вне нас. — Терпи их мужественно и не унывай от них: уныешь — хуже; не предавайся движениям нетерпения и малодушия. — Не считай себя отверженным при виде внутреннего зла. +++

 

Согласись: нужно ли тебе спасение от геенны, от ада, в который ввергает тебя грех? — Помни, каково быть во пламени сем; и припомни, каково быть у Господа.

 

Лучше быть на дожде и холоде, лучше ходить нагим и босым, лучше терпеть тысячи оскорблений от других, чем согрешать неверием, ненавистию, завистию, скупостию и другими грехами.

 

Исчезай пред Христом. Пусть не ты живешь, а живет в тебе Христос (Ср.: Гал. 2, 20).

 

Господь вводит нас в искушение или наказывает нас чрез сатану. — Коринфский кровосмесник (См.: 1 Кор. 5, 1–5), Иов. — Потому благодари Бога, когда ты предан сатане на измождение плоти, да дух твой спасется (Ср.: 1 Кор. 5, 5). — А сильно измождает он ее! Какой огонь! Какая теснота!

 

Человек — самолюбив и любит другого больше потому, что тот ему нужен. Эта слабость у человека часто простирается и на все религиозное, святое. Чтобы он любил Бога от всего сердца и от всей души (Ср.: Лк. 10, 27), дайте ему почувствовать всю нужду в Нем; поражайте его — держите его в чувстве постоянной зависимости от Него, в чувстве его совершенной нищеты — и тогда он будет обращаться к Богу; и искренно и пламенно оно [обращение] будет.

 

Бойся малейшего движения какой–либо страсти, иначе бес овладеет тобою и жестоко посмеется, натиранится над тобою. Чем сильнее и продолжительнее движение страсти, тем сильнее вцепится в тебя диавол. — Опыт. Особенно он вцепляется на праздники и в праздники. Примеры. + В проповедь.

 

Если в тебе любовь — в тебе Бог, если ненависть — диавол; если смирение — в тебе Бог, если гордость —· диавол; если щедрость — Бог, если скупость — диавол; если довольство тем, что есть — Бог, если недовольство, зависть — диавол.

 

Нынешнее образование — не образование, а безобразие, потому что проникнуто совершенно духом мира, а не духом Господним, не духом веры и благочестия. Правда, есть Закон Божий, и хоть он поставлен в программе на первом месте, но на деле больше оказывается последним; и по причине [286] воспитанниками и воспитанницами любви к миру, и по причине растленности человеческой природы грехом — ему мало сочувствуют, а без сочувствия — что за польза от знания? — Сочувствие вводит в жизнь вечное знание. — К этому прибавьте светские журналы, дышащие совершенно духом света, легкие, игривые, наполненные карикатурными примерами разных страстей человеческих, над которыми читающие любят только смеяться. Вообще над другими любят посмеяться, а не заимствовать из них уроки для своей жизни — чему почти нет или совсем нет примеров: и тогда судите, как ждать от общества духа христианского, духа спасения, духа церковности? — Ни Христа, ни Креста там нет в сердце, только с виду.

 

Греха никак нельзя мыслить не от диавола и не происходящим от диавола (творяй грех от диавола есть) (1 Ин. 3, 8); как песку, например, нельзя мыслить вне земли, от которой он взят. — Разумей. Дух Божественный и дух диавольский.

 

Утром прежде молитвы отнюдь не напрягай головы своей. — Иначе сердцем не заможешь помолиться. Тяжесть головы — признак диавола. Иго Господне благо.

 

Вечером пред сном пей воду.

 

Об отражении настроения душевного матери на лице дитяти, носимого во утробе. — Развить.

 

Водвори в сердце свет Христа и не будешь жадно хвататься за приносимый свет.

 

Как решетом не исчерпать океана, так умом — всякой истины, всего мира мысленного. Безрассудство — гоняться за всеми мнениями.

 

Горе — погублыиим сердце (Ср.: Ис. 46, 12; Сир. 2, 13 14), то есть горе — потерявшим чувство благодеяний, доставляемых нам христианскою верою, горе — не имеющим чувств благодарности.

 

Грех убивает и душу и тело и от Бога удаляет; смирение и вера всегда спасают от греха; нетерпение (от гордости) увеличивает грех.

 

Знай, что в пресуществлении хлеба и вина действует то же всесильное слово Творца, которое в начале вызвало из ничтожества мир и доселе вызывает тварей из небытия к бытию. — Как твари от слов Творца: раститеся и множитеся (Быт. 1, 22) — доселе образуются, родятся и живут, совершаемые Духом Святым, так хлеб и вино в Евхаристии от слов Господа: Приимите, ядите… (Мф. 26, 26) и — пийте от нея ecu… (Мф. 26, 27) — при посредстве священника (как твари при посредстве родителей, а растения при посредстве мужских и женских органов) доселе прелагаются Духом Святым в истинное Тело и истинную Кровь Господа Иисуса Христа. Слова Творца владычественно, творчески раздаются в церквах Божиих уже 1800 лет с лишком и будут раздаваться до скончания века, как будут производить в бытие тварей до скончания века. Я прейду, как дым, и в землю сойду, и место мое не обрящется (Ср.: Пс. 36, 36) и, может быть, имя мое не помянется на земли, а слова Господни все будут раздаваться в храмах Божиих и не возвратятся к Нему тощими.

 

Вот наша первая забота: насадить в сердцах наших первую из добродетелей — смирение. Посмотрите, как нам необходимо смирение: Сам Господь наш Иисус Христос был смирен. — Он, Богочеловек, кроток есмь, говорит Он, и смирен сердцем (Мф. 11, 29). Кто же мы, что будем гордиться? Божия Матерь была смиренна: призре, говорит Она, Бог на смирение рабы Своея (Лк. 1, 48). Без смирения всякая добродетель — потерянное дело.

 

Прежде всего, да ведает каждый, что он — грешник, и прежде всего, да умоляет Человеколюбца о помиловании (Господи, помилуй), о прощении грехов (церковные ектении и молитвы).

 

Знай, что прежде всего тебе нужно знать, — именно то, как бы очистить свое сердце да соединиться чистым сердцем с Господом; а другими познаниями не забивай головы своей, особенно не будь безумен в этом отношении тогда, когда тебе предстоит подвиг молитвенный. — Иначе, гоняясь за неважным, ты потеряешь самое важное — сердечную молитву, горение духа. Отчего? От раздражения головных нервов и от тяжести головы, в которой сосредоточится разрушительный жар.

 

+ Видит и слышит меня Трисиятельный Бог: вот самая животворная для сердца уверенность, проникающая миром и радостию мое сердце! Видит меня и благосердая Матерь Бога Слова и слышит мои молитвы и воздыхания к Ней — другая утешительная уверенность, оправдывающаяся постоянно на деле! Буду же я ходить в чувстве вездеприсутствия и всеведения Божия!

 

В день святого апостола Андрея Первозванного. Время ваше измерено и исчислено: доказательства тому вы видите и слышите ясно–преясно ежедневно в бое часов. Придет наконец, неизбежно придет последний день вашего жития, пробьет последний, отходный час — и вас не станет на этом свете. Каждый, каждый бой часов зовст вас, братия, к приготовлению в вечности и как бы говорит вам: «внимайте: вам осталось меньше одним часом до жизни загробной, в которой нет часов и дней, а один бесконечный день вечности. Не прельщайтесь временною сладостию греха: она пройдет, как сон, оставивши душу пустою, нагою и болезненною; она отнимает драгоценное время души и губит ее для вечности». Господу известно, сколько еще будет отмерено для нас этих мерок, <сколысо> пробьют еще эти мерки времени, по которым исчисляем мы суетное житие свое, но не исчисляем того, насколько мы подвинулись ближе к блаженной вечности или насколько удалились от ней делами беззаконными. Но — зовет вас боем часов, зовет вас громами и молниями и внезапными случаями смерти от Божией милости, то есть от грозы, от пожаров, от потопления; зовет вас скорбями, болезнями, кровопролитными войнами, богатством, радостями, повышениями и отличиями; зовет вас переменами времен года: расцветение, листопад, восход и закат солнца; зовет вас юностию, возмужалостию, дряхлою старостию, восходом и закатом солнца (ваша жизнь закатится, как взошла).

 

Не тратьте времени напрасно в бездействии и суетных увеселениях, попекитесь о непрестающих увеселениях в Царстве Небесном, в которое прежде вас перешли миллионы людей, достигшие упокоения и радости непрестанными трудами всей жизни, потом и слезами. Спешите истребить в себе грех во всех его видах.

 

+ Что бывает с благочестивыми людьми в их духовной жизни, какие состояния, перемены, явления — показать на основании канонов и молитв Канонника, Служебника и Требника. +

 

О страдании за правду. Сам Христос Господь, Креститель, мученики, святые. — Современным людям урок. Не любят они терпеть за правду и всячески уклоняются по причине неверия в будущие воздаяния. А за истину надо страдать радуясь. — Есть ли ныне мученики? — Страдающие за правду — мученики.

 

Как Спаситель жаждет нашего спасения (жаж ду), так и Пречистая Матерь Его. Поэтому, как и во всем другом, у Них один дух, одно желание. — Вем, Господи, яко Мати Твоя подражает Твоему человеколюбию и молитися не престает о нас, грешных. [287]

 

Как нельзя представить человека без слова (без способности слова) и дыхания, так Бога — без Ипостасного Слова и Духа. Потому Сын Божий называется Словом Отчим, Дух Святой — Духом Отца Бога (Дух Отца вашего глаголяй в вас — Мф. 10, 20).

 

Диавол, как угорелый, бросается то в голову, то в сердце. Прежде все за сердце он щемил меня, а теперь — за головные нервы и за мозг принялся. — Голова как в угаре.

 

Разительнейшее доказательство того, что есть в мире диавол, составляет то, что люди не чувствуют или весьма мало чувствуют (хотя иные и стараются) милости Божии в творении, промышлении, искуплении: есть сильный противодействователь.

 

Сердце, по свидетельству Священного Писания, слышит, видит, разумеет: вся жизнь приписывается сердцу. Что же оно? — Душа. И по учению Спасителя оно — то же.

 

Причащаясь Святым Тайнам Тела и Крови, старайся узреть их сердечными очами, как они есть, во всем их величии. Если сердце окажется при этом неверным и будет противиться признать Тайны за истинные Тело и Кровь, то скажи своей плоти: не верю тебе, лживая плоть, всегда ввергающая меня в погибель, плоть злая, немощная, худая, слепая. Ты хочешь, чтобы я не верил всему истинному и святому, а я — тебе не верю. — Притом я всегда испытываю, что, если причащусь с усу мнением сердечным, меня всегда попаляют Святые Тайны как недостойного причастника.

 

О! Плоть злая и лживейшая! Теперь я понимаю тебя: ты постепенно над всеми людьми берешь власть хищнически, обманом, если тебе не противятся всеми силами. — Не верю твоему мудрованию.

 

Заповедь Апостола: не огорчайтеся мужья к женам (Ср.: Кол. 3, 19).

 

Поюще в сердцах Господеви (Еф. 5, 19).

 

Ко знамению крестному священник должен иметь все внимание и уважение, как ко Христу.

 

Задача нашей жизни — соединиться с Богом, а грех совершенно препятствует этому. Поэтому бегайте греха, как страшного врага, как убийцы душ, потому что без Бога — смерть, не жизнь. Поймем же свое назначение: будем помнить непрестанно, что общий Владыка зовет нас к соединению с Собою.

 

Мы не видим, а Ангелы и злые духи ходят по земле и делают свое дело… диавол, яко лев рыкая, ходит (1 Пет. 5, 8). —Ангелы Божии восходящыя и нисходящыя… (Ср.: Ин. 1, 51).

 

В день святого апостола Андрея Первозванного. Ищите прежде Царствия Божия… (Мф. 6, 33.)

 

Христианам особенно потребно иметь чистое сердце, потому что сердечными очами нужно зреть Бога, якоже Он есть (1 Ин. 3,2) — с Его любовию к нам и со всем Его совершенством, красоту Ангелов, всю славу Владычицы, красоту Ее души и величие Ее как Матери Бога, красоту душ святых Божиих и их любовь к нам; нужно зреть, как они есть сами в себе, нужно зреть истины христианской веры со всеми ее Таинствами и чувствовать их величие; нужно зреть состояние душ своих, особенно — грехи свои. Сердце же нечистое, занятое пристрастием к земному, питающее в себе похоти плотские, похоть очей и гордость житейскую (Ср.: 1 Ин. 2, 16), не может видеть этого ничего, что мы указали.

 

Молитва есть возношение ума и сердца к Богу. Отсюда очевидно, что молиться не может тот, кого ум и сердце крепко привязаны к чему–либо плотскому, например, к деньгам, к чести, или кто имеет в сердце страсти: ненависть, зависть и другие, потому что страсти обыкновенно связывают сердце. — Как Бог — расширяет его (Ср.: Пс. 118, 32), доставляет ему истинную свободу.

 

+ Говорят: нет охоты, так и не молись. Лукавое мудрование плотское (Ср.: Рим. 8, 6–7): не стань только молиться, так и совсем отстанешь от молитвы, плоть того и хочет. Нет: Царствие Божие нудится (Мф. 11, 12). Без самопринуждения к добру не спасешься.

 

Диавол часто налегает на сердце, закрывая сердечные очи и не давая зреть к Свету — Христу, хотя человек и усиливается. Как явны в нас действия духа злого! Только что не видишь их глазами.

 

Узнал духом. И плотские люди признают за важное дело — быть мужественным духом. И они признают дух человека за важную часть существа, хотя и живут сами плотию.

 

Придите ко Мне, Я упокою вас (Мф. 11, 28). — Христос зовет нас к Себе на покой. Пойдем к Нему.

 

Ты упокой старость отца и матери: и тебя Господь упокоит вечным упокоением. В нюже меру мерите, возмерится вам (Мф. 7, 2).

 

Я — ложь, а здесь — истина. Так говори, человек плотский, пришедши в церковь.

 

Крест без любви нельзя мыслить и представлять: где Крест, там и любовь; в церкви вы везде и на всем видите Кресты — для того, чтобы все напоминало вам, что вы в храме Бога любви, в храме Любви, распятой за вас.

 

+ При образовании чрезвычайно вредно развивать только рассудок и ум, оставляя без внимания сердце; на сердце больше всего нужно обращать внимание: сердце — жизнь, но жизнь, испорченная грехом; нужно очистить этот источник жизни (ис ходища живота) (Притч. 4, 23); нужно зажечь в нем чистый пламень жизни — так, чтобы он горел и не угасал и давал направление всем мыслям, желаниям и стремлениям человека, всей его жизни. — Общество растленно именно от недостатка такого образования. Пора христианам понять Господа, чего Он от нас хочет. Именно, Он хочет чистого сердца: Блаженны чиетии сердцем (Мф. 5, 8). Прислушайтесь к Его сладчайшему гласу в Евангелии: а истинная жизнь нашего сердца — Христос (живет во мне Христос) (Гал. 2, 20). Научитесь все мудрости Апостола: это — наша общая задача — вселить верою Христа в сердце (Ср.: Еф. 3, 17).

 

О сем радуюсь и о сем прославляю и благодарю Господа, что Он туне грехи мои очищает, туне постоянно спасает, туне от смерти избавляет и в жизнь духовную пока вводит.

 

Поместить в журнале «Пресвитер» рассуждение о диаконах и причетниках; наставление, как они должны вести себя в отношении к священникам, к Богослужению, ими совершаемому; как вести себя при пении, чтении, возгласах в алтаре (в отношении к священным вещам — престолу и прочему).

 

Что такое Матерь Божия для нас, грешных? — Показать из молитв, канонов и песнопений Канонника.

 

Что такое для нас Господь Иисус Христос? Сколько Он благодетельствует нам? — Показать оттуда же, из Служебника и из Требника. Что — Бог Отец? Что — Бог Сын? Что — Бог Дух Святый?

 

Если из–за какого–нибудь предлога диавол возбуждает в сердце твоем ненависть к брату (и ты начинаешь возмущаться), то ты будь еще любезнее, еще ласковее к этому брату. Замечай, всегда из–за чего–нибудь плотского возбуждает он нелюбовь, а этим ясно себя изобличает. Помни, что Бог есть Любовь (1 Ин. 4, 8, 16); помни, что Христос возлюбил тебя до смерти. И ты держись любви всеми мерами. — Помни, что Спасителю сделали крайние несправедливости и обиды, а Он все терпел и всех любил.

 

Непонятно, как сила Христова соединяется с знамением крестным и дает ему чудесную силу — это прогонять страсти, демонов и упокоивать возмущенную душу. Точно так же непонятно, как Дух Господа нашего Иисуса Христа соединяется с хлебом и вином, претворяет их в Плоть и Кровь и Сам очищает нашу душу от грехов, внося в нее небесный мир и спокойствие, делая ее благою, кроткою, смиренною, полною сердечной веры и умиления. — Это объясняется отчасти тем, что — везде всемогущий, творческий Дух Господа нашего Иисуса Христа и везде Он может даже не сущая нарицати яко сущая (Ср.: Рим. 4, 17), тем более — из сущего делать другое сущее. — А чтобы маловерное сердце не помыслило, что Крест или имя Христово чудесно действуют сами по себе, а не Христом, — эти же Крест и имя Христово не производят чуда, когда я не увижу сердечными очами или верою Христа Господа и не поверю от сердца во все то, что Он совершил нашего ради спасения. [288]

 

Когда лукавый увидит, что человек унывает от его козней, то обыкновенно радуется и как можно сильнее разжигает свои стрелы в сердце. Итак, унывать не нужно ни на минуту, <нужно> крепиться духом и воссылать Богу славу за то, что Он послал на нас этого адского пса — для того чтобы он волею–неволею заставил нас обратиться ко Господу. — Не бойся скорбей, но желай их — ты грешный человек, без скорбей как возможно было бы твое спасение? Благодари от всего сердца Господа за скорби и прославляй Его правосудие. Бог не был бы Бог, если бы не наказывал за каждый грех.

 

С вами есмь во вся дни до скончания века (Мф. 28, 20). Так, Владыко, Ты с нами — во вся дни — ни один день мы без Тебя, без Твоего соприсутствия, не живем. Ты с нами особенно в Таинстве Тела и Крови Своей. О, как истинно и существенно находишься Ты в Тайнах! Ты облекаешься, Владыко, каждую Литургию в подобострастное нам, кроме греха (Ср.: Евр. 4, 15), Тело и питаешь нас Животворящею Своею Плотию. Чрез Тайны Ты всецело с нами: и Плоть Твоя соединяется с нашею плотию, и Дух Твой соединяется с нашею душою — и мы ощущаем, чувствуем это животворное, премирное, пресладкое соединение; чувствуем, что, прилепляясь Тебе в Евхаристии, мы становимся один дух с Тобою, как сказано: прилепляяйся Господеви един дух есть с Господем (1 Кор. 6, 17). Мы делаемся, как Ты, благими, кроткими и смиренными, как Ты сказал о Себе: кроток есмь и смирен сердцем (Мф. 11, 29). Правда, часто лукавая и слепая плоть, или живущий в нашей грешной плоти князь века сего, шепчет нам, что в Тайнах — только хлеб и вино, а не самое Тело и Кровь Господа, и лукавыми свидетелями посылает для этого зрение, вкус и осязание. Но мы не дозволяем себе слушать его клеветы и рассуждаем так: «Для Тебя, Господи, все возможно. Ты творишь плоть людям, животным, рыбам, птицам, гадам — всей твари: для Себя ли Ты, везде Сый и вся исполняли [289], не сотворишь плоти? Какой ваятель в состоянии сделать ее для себя? — Мало того, Ты превращаешь мертвое вещество в живое существо, например, посох Моисея в змея (См.: Исх. 4, 3), и нет ничего для Тебя невозможного: Себе ли Ты не сотворишь плоти из хлеба и вина, которые так близки к нашей плоти, будучи употребляемы в пищу и питье и превращаясь в нашу плоть и кровь?» Ты не даешь вере нашей искушатися паче, еже может она понести (Ср.: 1 Кор. 10, 13), не пресуществляешь Ты глыбы земной в пречистое Тело и Кровь Свою, а белый, мягкий, чистый, приятный на вкус хлеб; не воду сотворяешь Кровию Своею, но подходящее к цвету крови вино (которое и называется кровью гроздовою (Сир. 39, 32) в Священном Писании), приятное на вкус и веселящее сердце человека (Ср.: Пс. 103, 15); Ты знаешь немощь нашу, слабость нашей веры и потому благоизволил употребить для Таинства Своего Тела и Крови самые подходящие к ним вещества. А ты мог бы, Всемогущий, сказать нам: «Вот, эта скудель — Тело Мое, а эта вода — Кровь Моя; верьте, что это — Мое Тело и это — Моя Кровь, Я все претворяю, как Творец и Господь, и для Меня нет ничего невозможного». Однако же Ты так не сказал нам, зная нашу слабость. Будем же твердо верить, что под видами хлеба и вина мы причащаемся истинного Тела и истинной Крови Христовой и что в Таинстве Причащения Господь пребудет с нами во вся дни до скончания века (Мф. 28, 20). +

 

Табак — подслащенная пилюля диавола, которую он дал плоти, прикрываясь мнимою ее потребностию, ее похотию бессмысленною. Четыре зла разом делает чрез табак диавол: время драгоценное убивает, жизнь сокращает, самую глупую роскошь производит и у нищих насущное пропитание отнимает. — Поверьте, так ли это. По всем соображениям так. — О проклятое, бессмысленное курение (да и нюхание) табака! Смотрите: какая чума — табак; всех он заразил — все занимаются курением пресерьезно, как делом, и почти постоянно, не разбирая времени: встали — курят вместо молитв, едят — курят, пьют — курят, читают, разумеется, что–нибудь легкое, плотское, житейское, — курят; в будень — курят, в праздник — курят, к Богослужению зовет колокол — курят, дома — курят, в гости пришли — курят, работая — курят, от безделья — курят, только спят — не курят, да и тогда во сне, в грезах — курят, и все, и все — курят, всю жизнь курят. Суета, громадная, бесконечная суета! — Братия! Други! Что мы делаем? Да разве жизнь дана нам для курения? Что мы все и все курим, так, что из–за курения едва не забываем не только отправлять надлежащим образом дела по обязанностям службы, — потому что и за делом страстный до курения о том больше и думает, как бы выйти да покурить, — но о важнейшем деле своего спасения! — Поймите лукавство врага, действующего чрез растленную плоть нашу! — О, не имать Дух Божий пребывати в человецех сих, зане суть плоть! (Быт. 6, 3.) Плоть, плоть — почти все мы, за исключением немногих, потому что все живем в плоть, все сеем в плоть — и, конечно, от плоти все пожнем истление (Ср.: Гал. 6, 8), если не дадим перевесу духу над плотию! — Жители Содома и Гоморры сластолюбствовали в сытости хлеба и вина, а нынешние — образованнейшие, далеко оставившие за собою древний мир люди прибавляют еще к сытости хлеба и вина — одуряющую, разрушающую здоровье сытость табаком! О дивный прогресс! О премудрый прогресс! О приближающий ко дну адову прогресс! — А прогресс веры сердечной, живой? А прогресс любви христианской, отказывающей себе не только в излишнем, но и в некоторых необходимых потребностях — для того чтобы вспомнить вопиющие, ужасающие недостатки других, не имеющих насущного куска хлеба, необходимой одежды и необходимого крова? Где ты — истинный прогресс? — О тебе забыли; твое имя похитили у тебя и приложили к этому чудовищному, сатанинскому прогрессу! — Что же нам в бездушном, сухом, холодном просвещении, которое просвещает ум, а сердце оставляет холодным, безверным, не согретым любовию к истинному благу человечества? Что твои науки, когда они не научают самому нужному, самому главному знанию — сердечному познанию Отца щедрот (2 Кор. 1,3) — Бога и Сына Его — Христа Бога и с Ним и Духа Животворящего? Что твои науки, когда они удаляют из сердца веру в жизнь будущаго века [290] и поселяют в сердце лихорадочную любовь к наслаждению временною жизнию, при которой человек помнит только себя, забывая о других? Христе, Свете истинный, просвещаяй и освещали всякаго истиннаго человека, гряду щаго в мир [291], — просвети нас, объятых кругом тьмою греха! Доколе мы будем посмеянием диавола?! — (Табак одебеляет сердце, усиливает плоть над духом — это испытано.)

 

Ныне вем воистину, Господи, что я хуже всех людей, без всякого преувеличения. Потому что не имею любви в обращении с ними, а какую–то спесь, гордость, подозрительность. Аще любве не имам, ничтоже есмь (1 Кор. 13, 2). Тщательно следи за своим обращением с людьми и замечай: с любовью ли ты обращаешься; если заметишь в мыслях и в чувствах своих что–либо, клонящееся к разрушению любви, отбрось это и обращайся непременно с любовию и со всею искреннею простотою, свойственною христианской любви. Что я за человек! Я не живу, а страдаю от недостатка любви и терпения, тогда как другие покойны и счастливы! О мир Божественный! Воистину ты Божественный, потому что ты — от Бога и в Боге, и в угодных Богу людях! Сладостно иметь тебя в сердце и горько, безотрадно без тебя! — Опыт.

 

Когда я умными очами взираю на множество чудотворных икон Владычицы, получивших разные наименования от мест Ее явления, то, воспоминая бесчисленные милости Ее к верным, не могу и сам отчаиваться в заступничестве Ее.

 

Когда чувствуешь в груди своей что–то грызущее, жгущее, снедающее, отталкивающее от Бога, нудящее к нетерпению, к раздражительности, к терзанию себя и всего окружающего и к ненависти, — то знай, что это в тебе диавол. От плод их познаете их (Мф. 7, 16), сказал Спаситель. — Искушеньми лукаваго присно содержими — жития [292].

 

Не должно возмущаться лукавством плоти, или вражеских искушений — чрез плоть, но смиряться пред Богом и вменять за ничто препятствия, которые он ставит нам, хотя бы мы даже и падали много раз — вздохни, скажи: Господи, помилуй! Господи, призри на немощь мою! — И будь покоен и не предавайся унынию.

 

Я — существо падшее: доказательства тому — на каждом шагу моей жизни. Как же мне необходимо на каждом шагу смирение! Как же мне необходим Спаситель на каждом шагу!

 

Это, что так беспокоит тебя внутри, — есть борьба плоти и духа.

 

+ Внушить прихожанам, чтобы после причастия крайне воздерживались от многоядения и многопития.

 

+ Когда мы теряем из сердца веру в Бога, тогда мы теряем веру и в самих себя и бываем боязливы — и это есть достойное возмездие гордому сердцу, чтобы оно знало, что, когда отвергает Бога, оно отвергает вместе с тем свой покой, свое блаженство.

 

Весь мир не научить, не переделать нам. Учи тех, за чье невежество тебе придется отвечать пред Богом. — Мысли Михаила Ивановича Деилоранского.

 

О том горюй и о том часто воздыхай, что ты радуешь ежедневно страстями своими врага Божия и человеческого — диавола и отчаиваешь Господа, Творца и Благодетеля.

 

+ Когда бываешь очень молод или живешь жизнию мира грешного, тогда знаешь и Христа Спасителя и врага Божьего и человеческого — сатану всезлобного только по одному имени и думаешь, что Христос от тебя далеко — на небе, и диавол где–нибудь есть, только никак не близко и не около тебя, и хотя слышишь, что он — здесь, но думаешь, что злость его до тебя не касается; но когда будешь в летах и вступишь в жизнь подвижническую, когда будешь служить Богу чистою совестию, тогда испытаешь на сердце и благое иго Спасителя и тяжкое, несносное иго сатаны, который нещадно оскорбляет нас.

 

Диавол принимает самое огромное участие в греках людей, потому в молитвах пред исповедию грешные люди снисходительно, осуждаются в грехах — пред Господом, как прельщенные диаволом. — Поэтому никто не считай себя отверженным, хотя бы и был великий грешник: в твоих грехах много виноват диавол. — Вспомни немедленно Иисуса Христа и обратись к Нему тотчас о прощении грехов своих. — Он Агнец, вземляй гре хи мира (Ин. 1, 29); Он на то и Агнец Божий, чтобы принимать на Себя и очищать грехи наши.

 

Между мною и Богом, между мною и ближним часто становится темная злая сила. Я это знаю по опыту, верно, логически.

 

Даруй мне, Господи, памятовать из ничего составление и в землю разрешение состава моего, плоти моей страстной, да научусь смирению в жизни моей и почту Тебя, Творца моего, во всех делах Твоих.

 

Отче наш.! — Это значит, мы должны иметь сыновние чувства пред Богом, когда Ему молимся, а не стоять с холодностию сердца равнодушно или с каким–нибудь рабским страхом. Братскую любовь также иметь должны.

 

Как можно не чувствовать в сердце Того, Чьими милостями мы пользуемся каждую минуту, Чьи милости прежде мы чувствовали и в чувстве их находили свой покой и усладу!

 

Жертва, тобою приносимая ежедневно отцу твоему, есть все равно что жертва Богу: Бог дал тебе все и, чтобы видеть твою благодарность, требует от тебя пожертвования благами Его; отец твой отдал тебе все и только требует себе ежедневной, нужной для его пропитания и удовольствия, жертвы. — Внимай.

 

Человек! Храни сердце свое от первых поползновений ко греху: не будешь хранить тщания, оно легко будет всегда склоняться ко всякому греху и мучения тебе большие в жизни принесет. Мир есть жизнь человеческих душ, и его дает Господь един. Мир Мой оставляю вам, мир Мой даю вам (Ин. 14, 27).

 

+ Поймите свое назначение: всех зовет Владыка для обожения, для блаженнейшего соединения с Собою. Спаситель — живот мой; без Него нет живота для моего сердца, а если сердце умерло — весь я умер.

 

Аще и Мне (Человеческому Виду, а если в Тайнах, то — Плоти и Крови) не веруете, делом Моим веруйте (Ин. 10, 38) (то, что Я делаю в ваших душах, прямо говорит о Моем Божестве: мир душевных сил [293], кротость, смирение, любовь).

 

+ Душа наша есть, так сказать, отражение лица Божия: чем больше, яснее это отражение, тем она [душа] светлее, покойнее, чем меньше — тем темнее, беспокойнее. А как душа наша — сердце наше, то надобно, чтобы в нем отражалась чрез чувства, чрез благодарность всякая истина Божия, а отражения лжи чтоб вовсе не было. Чувствуй любовь Божию — в пречистых Тайнах; чувствуй истину всех молитв. Наше сердце — зеркало; истина — как предметы мира внешнего в обыкновенном зеркале — должна отражаться со всею точностию в нашем сердце.

 

Плоть усиливается и усилилась с веками над родом человеческим касательно веры. Так она усиливается с течением времени и над каждым человеком во всех обстоятельствах жизни и силится совсем подавить дух, его заветные требования и потребности. Нужно противиться ей всеми силами, чтобы она не одолела нас (в вере, в молитве, в таинствах).

 

Табак, говорят, детская шалость. Положим, что шалость, но если из–за ней дитя чуждается отца и матери — худо; если во вред другим его шалость — худо; если во вред самому себе — худо. Как ни посмотри, а все — худо. Идеже сокровище… (Мф. 6, 21.)

 

Хорошо, очень хорошо быть добродетельным: и самому покой, и Богу приятен добродетельный человек, и людям любезен. Добродетельный невольно привлекает на себя взоры всех. Отчего? — Оттого, что благоухание невольно заставляет остановить на себе внимание и подышать им. — Посмотрите на самую наружность добродетельного: на его лицо. Что это за лицо? Это ангельский лик, кротость и смирение, разлитые по нему, пленяют невольно всех своею красотою. Обратите внимание на речь его, от нее еще больше благоухания: тут вы как бы лицом к лицу с его душою — и таете от его сладкой беседы.

 

Славно прославися Господь Бог наш (Ср.: Исх. 15, 1). Проследите все века и увидите.

 

Послушна вся тварь слову Творца, но человек больше непослушен, чем послушен. Воздух, вода, рыбы, звери, птицы… огонь (десять казней). Из истории земной жизни Христа Иисуса.

 

В день святого апостола Андрея Первозванного. — Внимайте мне сердцами простыми и смиренными.

 

Худо быть страстным человеком и питать в себе страсти: самолюбие, гордость, ненависть, зависть, скупость; и для людей такой человек отвратителен, потому что зловоние страстей, естественно, отталкивает их от него. Каков же он должен быть для Бога, Который насквозь видит его и Которому мерзость один помысл неправедный? (Ср.: Притч. 15, 26.) — Да и сам такой человек отвращается себя, сам и низок в глазах своих. — На лице у него отражаются страсти и безобразят лицо его.

 

+ Краткую священную историю преподавать так, чтобы она служила только введением к новой истории, и в ветхозаветной истории везде показывать Христа.

 

Иногда и святые видят в себе как бы целое море страстей, неистовствующееся душетленною бурею, и молят Господа от всей души укротить эту растлевающую болезненно душу — море и поставить ее выше этого тления духовного; то вообще видят в себе множество беззаконий и просят очистить их; то печалятся, яко зол душа их полна, и жизнь их аду приближалась (Ср.: Пс. 87, 4).

 

«Кормчий» (еженедельно).

 

274. Марии Павловне Дюгамель, Никитский бульвар, собственный дом.

 

Следствия добродетелей и пороков для добродетельных и порочных людей — достаточные залоги той истины, что в вечности будет блаженство для праведников и вечная мука для грешников. — Те и другие предначинаются здесь. Здесь порок клеймит сам себя и другие клеймят [его, порок] позором и подвергают наказанию, зная, что это будет в большой мере там; равно суди и о добродетели.

 

Сердцу любящего Бога и людей человека и молитва легко дается, и животворящие Тайны со всеми их плодами, а не любящего — не дается; малолюбящего — трудно и мало дается.

 

От Таин явно ощущаемое по достойном принятии облегчение тяжестей грехов; и мир и радость происходят после причащения в человеке.

 

Когда вам придется испытать неуспех в делах торговых или по службе — не малодушествуйте, не отчаивайтесь, а имейте мужество или крепость духа перенести это великодушно, зная, что все на земле — суета и только вера и добродетель — самое лучшее, живительное, неотъемлемое достояние человека. Говорите: Господь даде, Господь отъят: буди имя Господне благословено (Иов. 1, 21). (Упование.)

 

Забывай погрешения против тебя брата — и Бог забудет твои погрешения.

 

Всю душу иногда тьма покроет: едва одна скважина останется, в которую можно видеть Свет умньш; но и тут не ослабевай взирать к Свету — Христу.

 

Людей, привязанных к миру, покрывает чуждая тьма окаяннаго — и они не видят света заповедей Божиих [294].

 

Не любяй не позна Бога, яко Бог любы есть (1 Ин. 4, 8); значит, не любяй позна диавола, который есть ненависть.

 

Отчего, думал я прежде, говоря правду своим, я кричал<?> и возмущался духом? Теперь понимаю, что это происходило от недостатка любви, от чувства ненависти, с которым я говорил правду.

 

Христианская кротость и смирение требуют, чтобы мы не оскорбляли брата своего ни даже взглядом, ни холодным обращением, но чтобы постоянно во взгляде выражались любовь и радушие, в обращении — сердечная теплота и деликатность.

 

Любовь покоит и приятно расширяет сердце, оживотворяет его, а ненависть — мучительно стесняет и тревожит его. Кто ненавидит других — тот мучит, тиранит сам себя, тот глупее всех глупцов, а кто любит — тот блажен, всегда покоен, весел и тот премудр.

 

Аз сотворих, Аз понесу, Аз подыму и спасу вы (Ис. 46, 4). Дыши этими словами. О бездна благости и всемогущества! Что мы принесем Тебе, или что воздадим Тебе, великодаровитый, Безсмертный Царю [295] за Твои дары сотворения нас, ношения нас и спасения нашего чрез Единородного, возлюбленного Сына Твоего.

 

Молись чаще и больше: в молитве будешь находить животворное соприкосновение с Богом.

 

Брак да бывает о Господе, а не по страсти, то есть для христианского рождения и воспитания детей и для того, чтобы иметь в жене подругу и помощницу, а не для целей плотских и нечистых — для удовлетворения страстей сребролюбия и любодейства.

 

Крепись днем всячески в борьбе со страстями; в противном случае диавол искусит тебя во сне тою страстию, в борьбе с которой ты был нетверд днем.

 

Святолепная Жена, во взорах Которой было нечто удивительно восторгающее душу горе и горел огнь Божественный. Дивная Жена — не Матерь ли Божия?

 

Вся ми леть суть, но не аз обладан буду от чего (1 Кор. 6, 12). А табак обладает человеком. Бее табакопаты признаются, что когда они не покурят некоторое время, тогда им как будто чего недостает и они сами не свои. — А плоды–то, плоды–то табакокурения? — От плод их познаете их (Мф. 7, 16), сказано. — Рассмотрите беспристрастно эти плоды от пристрастного и излишнего курения табака.

 

+ Когда видите болезненное разрушение тела, не ропщите на Господа, а говорите: Господь даде, Господь отъя: буди имя Господне благословено (Иов. 1, 21). Вы привыкли смотреть на тело свое как на свою неотъемлемую собственность, но это крайне несправедливо; помните, что ваше тело — Божие здание.

 

Посмотри на птиц: они не сеют, ни жнут, ни собирают в житницы, и Отец Небесный питает их (Ср.: Мф. 6, 26). Тебя ли не пропитает? Устыдись своего маловерия. Да пристыдит тебя воробей.

 

Заметь — ты полагаешь душу свою за други своя (Ср.: Ин. 15, 13), за отца своего. Не высшая ли это честь? Не подвиг ли это ради Господа. Прочь же от меня отныне демон скупости!

 

Человек страстный чрез страсть хочет распространить свою жизнь — и умирает от ней. — Опыт тысячелетий!

 

Что это за высокое лицо — священник? Постоянно у него речь с Господом, и постоянно отвечает на его речь Господь; что ни треба, что ни молитва — то речь с Господом. Что ни треба, что ни молитва — то ответ на нее Господа. — Как при находе страстей не помнить священнику, что страсти низки, нечисты, особенно для него, чтобы допускать их до своего сердца, которое всегда должен наполнять всецело един Иисус Христос. Священник — ангел, не человек; все житейское он должен далеко оставить за собою. — Господи Иисусе! Священницы Твои да облекутся в правду (Пс. 131, 9); да помнят они всегда о высоте своего звания, и да не запутываются они в сетях мира и диавола; да убежит от сердец их печаль века сего, лесть богатства (Мф. 13, 22) и прочие<?> похоти, входящие в их сердце!

 

+ Многочисленны и разнообразны пути, которыми входит диавол в нашу душу и удаляет ее от Бога, налегая на нее всем существом своим — мрачным, ненавистным, убивающим. Что ни движение страсти, то путь для него — и он не пропускает ни малейшего случая войти в нее [душу]. Равным образом многочисленны и разнообразны пути Духа Святого: путь искренней веры, сердечного смирения, сердечной любви к Богу и ближним и прочие. Но то беда, что эти пути всячески силится заградить для нас исконный человекоубийца. Более обыкновенный для нас, грешных, удаляющихся от Бога на страну далече (Лк. 15, 13), путь к Богу — есть путь злострадания и горьких слез — плакася горько (Мф. 26, 75). И Священное Писание и опыт удостоверяют, что для приближения к Богу надобно пострадать грешнику, слезить и плакаться и исправить двоедушное сердце свое. Приближитеся к Богу, и приближится вам: очистите руце, грешни цы, исправите сердца ваша, двоедушнии: постраждите и слезите и плачитеся (Иак. 4, 8–9). Слезы имеют силу — очищать скверну сердца нашего; а страдание нужно потому, что чрез страдание спасительно стесняется греховная широта сердца, и от стеснения сердца всего легче льются слезы.

 

Когда диавол в нашем сердце, тогда — необыкновенная, убивающая тяжесть и огонь в груди и сердце; душа чрезвычайно стесняется и помрачается; все ее раздражает, ко всякому доброму делу чувствует отвращение; слова и поступки других в отношении к себе криво толкует и видит в них злоумышление против себя, против своей чести, и потому чувствует к ним глубокую, убийственную ненависть, ярится и порывается к мщению. От плод его познаете его (Ср.: Мф. 7, 16). — «Бывают дни, когда злой дух меня тревожит». [296]

 

Приступая к молитве Пресвятой Троице, обрати внимание на свои сердце и уста: каковы они? От скверных устен, от мерзкаго сердца, от не чистаго языка, от души осквернены [297] мы обыкновенно возносим молитвы Триединому Богу; по возможности очисти себя глубочайшим смирением и сердечным сокрушением о грехах своих. Сознай во глубине души своей, что у тебя таковы именно уста и сердце.

 

Истина Евангелия такова, что все, что в нем сказано касательно нас, исполняется в нашей жизни: слово Евангелия — дело; слово Евангелия — дух и жизнь. Словеса, яже глаголах вам, дух суть и живот суть (Ср.: Ин. 6, 63).

 

Великое оскорбление для благого Бога, благой Матери Бога Слова, благих Ангелов и святых человеков, когда ты во время молитвы не надеешься на их благость, не ожидаешь от их благости всего доброго и спасительного.

 

Молясь, смотрите, как бы молитва ваша не пропала даром, как бы она не была одним пустым многословием.

 

Примечай, как часто злой дух является к тебе за любовью, чтобы похитить ее. — Это первая его забота во все время, как мы живем.

 

Для того чтобы быть тебе тем, чем ты есть, сколько нужно было раз взойти над землею и над тобою солнцу? Ведь без солнца ничто бы не росло, а без пищи ты не мог бы жить! Помни, что Бог тебя сотворил и возрастил.

 

Убедись окончательно, как бессмысленна скупость: то, что ты желаешь сохранить, поедает моль или же ты, не желая отдавать даром, отдаешь деньги или вещи (графу Яворскому), не получая за то ничего, или же теряешь, как крест или шубу. Брось глупейшую мелочную avaritiam [298].

 

Эти руки, любящие брать, сложатся на груди и ничего не будут брать; эти ноги, любящие ходить на зло и не любящие стоять на молитве, будут распростерты навеки и не пойдут уже более никуда; эти глаза, любившие с завистию смотреть на благополучие ближнего, закроются, и померкнет навсегда огонь их и ничто не прельстит их; слух, часто с удовольствием отверзавшийся для слышания злословия и клеветы, омертвеет, и никакие громы не будут слышны для него; одну трубу, воскрешающую мертвых, услышит он — и тогда восстанет нетленное тело наше или в воскресение живота, или в воскресение суда (Ср.: Ин. 5, 29). Что же в нас будет жить и по смерти и что должно составлять предмет всех забот наших при жизни? — То, что мы называем теперь сердцем, то есть внутренний человек наш, душа наша. Она должна быть предметом наших попечений. Сердце свое, братия, очищайте всю жизнь вашу, чтобы оно, или -— душа ваша, было способно потом зреть Бога; о теле же и его потребностях — заботьтесь столько, сколько нужно для поддержания его здоровья, сил, приличия. Все умрет: все земля унесет с собою. То старайтесь усовершить, что в вас любит или ненавидит; что покойно или беспокойно; что радуется или печалится — то есть сердце свое, или человека внутреннего (что мыслит, рассуждает чрез ваш ум).

 

Кто даст мне ревность Финееса (См.: Чис. 25) — да обличу нещадно блужение, да не расслабею душою в отношении к добродетели и не буду равнодушен к пороку!

 

Кто любит Бога, тот ненавидит всех, делающих беззаконие (возненавидел вся делающыя беззаконие) (Пс. 5, 6), совершенною ненавистию ненавидит их так, что они врагами ему бывают (совершенною ненавистию возненавидех <я>: во враги быша ми) (Пс. 138, 22). Внимай.

 

Учителю так должно заботиться об учениках, чтобы считать их всем для себя. Мы ныне, говорит он, живи есмы, аще вы стоите о Господе (1 Фес. 3, 8); и еще: кто бо нам упование или радость (1 Фес. 2, 19). Видишь ли, как он заботится о благе учеников не менее собственного? Учители должны превосходить плотских отцов, должны быть усерднее их. Но и дети должны питать любовь к ним, Повинуитеся, говорит он, наставником… (Евр. 13, 17). Скажи же мне: почему, тогда как наставник твой подлежит такой опасной ответственности, ты не хочешь даже слушаться его, и притом для твоей же пользы? Хотя бы все, касающееся его, было исправно — он беспокоится, пока все, касающееся и тебя, не будет исправно, и отдает двойной отчет; представь, сколько ему надобно трудиться и заботиться о каждом из подчиненных. Какую же ты можешь воздать ему честь, какую услугу, которая была бы равносильна таким опасностям? — Не можешь предложить ничего равного: ты еще не положил за него души своей, а он полагает за тебя душу свою (Ср.: Ин. 15, 13).

 

Если же он не положит ее здесь по требованию обстоятельств, то погубит ее там, а ты не хочешь повиноваться ему даже в словах! Вот причина всех зол: исчезло должное повиновение начальствующим, нет ни стыда, ни страха. Повинуйтеся, говорит Апостол, наставником (Евр. 13, 17), а ныне все извращено и ниспровергнуто. Говорю это не ради начальствующих: какую пользу получат они от нашего почитания, даже если мы будем им в высшей степени послушны? — Но для вашей собственной пользы. Уважаем ли их — они не получат от того никакой пользы для себя в будущей жизни, но еще могут подвергнуться большому осуждению; оскорбляют ли — они не потерпят от того никакого вреда в будущей жизни, но еще могут иметь более оправдания. Нет, для вас же самих я желаю, чтобы так было. Когда начальствующие уважаются подчиненными, то это даже обращается не в пользу их, как, например, Илию Бог говорил: избрах тя из дому отца твоего (Ср.: 1 Цар. 2, 28), а когда оскорбляют их, как, например, случилось с Самуилом, то Бог говорит: не тебе уничижают, но Мене (1 Цар. 8, 7). Так, оскорбление служит им в пользу, а уважение — в тягость. Итак, я говорю это не ради их, но ради вас самих. + Кто почитает священника, тот будет почитать и Бога; а кто стал презирать священника, тот постепенно дойдет когда–нибудь и до оскорбления Бога. Иже вас приемлет, сказал Господь, Мене приемлет (Мф. 10, 40); священником Его, сказано в другом месте, воздавай честь (Ср.: Чис. 18, 8). Иудеи стали презирать Бога потому, что презирали Моисея, что бросали в него камни (См.: Чис. 14, 10). Кто благоговеет пред священником, тот тем более будет благоговеть пред Богом. Хотя бы священник был нечестив, но Бог, видя, что ты из благоговения к Нему почитаешь даже недостойного чести, Сам воздаст тебе награду. Если приемляй пророка во имя пророчо, как говорит Господь, мзду пророчу приимет (Мф. 10, 41), то, конечно, получит награду и тот, кто уважает священника, слушается его и повинуется ему. Если в деле странноприимства, когда ты не знаешь, кого принимаешь к себе, ты получаешь такую награду, то тем более получишь, когда будешь повиноваться тому, кому повиноваться повелевает Господь. На Моисееве седалищи, сказал Он, седоша… (Мф. 23, 2.) Разве ты не знаешь, что такое священник? Он — ангел Господа. Разве свое говорит он? Если ты его презираешь, то презираешь не его, а рукоположившего его Бога. А откуда, скажешь, известно, что Бог рукоположил его? Но если ты не имеешь убеждения в том, то суетна твоя надежда; ибо, если Бог ничего но совершает чрез него, то ты ни Крещения не имеешь, ни Таин не причащаешься, ни благословений не получаешь, и, следовательно, ты — не христианин. Как, скажешь, неужели Бог рукополагает всех, даже и недостойных? Всех Бог не рукополагает, но чрез всех Сам Он действует, — хотя бы они были и недостойными, — для спасения народа. Если для народа Он говорил чрез ослицу и Валаама, человека нечестивого (Чис. 22), то тем более — чрез священника. Чего не делает Бог для нашего спасения? Чего не изрекает? Чрез кого не действует? Если Он действовал чрез Иуду и чрез тех пророков, которые говорят: не вем вас: отидите от Мене, делающии беззаконие (Ср.: Лк. 13, 27; Мф. 7, 23) и которые изгоняли злых духов, то тем более будет действовать чрез священников. Когда мы начинаем исследовать жизнь начальствующих, то хотим сами быть рукополагателями учителей, и таким образом извращается все: ноги становятся вверху, а голова — внизу. Послушай Павла, который говорит: мне не велико <естъ>… (1 Кор. 4, 3) и еще: ты же почто осуждаеши брата твоего? (Рим. 14, 10.) Если же не должно осуждать брата — тем более учителя. Если бы Бог повелел тебе эго, то ты поступил бы хорошо, и грешил бы, если бы так не поступал; но если напротив — то не будь дерзким и не выходи из своих пределов. На Аарона, когда сделан был телец, восстали сообщники: Корей, Дафан и Авирон (См.: Чис. 16, 1–33) — но что, не погибли ли они? Каждый — заботься о своих делах. Кто преподает неправое учение, того не слушай, хотя бы он был Ангел (Ср.: Гал. 1, 8); а если кто преподает правое учение, то смотри не на жизнь его, а на слова. Но, скажешь, священник не подает бедным и нехорошо управляет делами. Откуда тебе это известно? Прежде, нежели узнаешь достоверно, не порицай, бойся ответственности. Многие осуждают по подозрению. Подражай твоему Господу; послушай, что Он говорит: Сошед узрю, аще по воплю их… совершаются: аще же ни, да разумею (Быт. 18, 21). Если даже ты узнал, исследовал и видел, и тогда ожидай Судию, не предвосхищай себе права Христова; Ему принадлежит право судить, а не тебе; ты — последний раб, а не Господь; ты — овца, не суди же пастыря, дабы не быть тебе наказану и за то, в чем обвиняешь его. Но почему, скажешь, мне он говорит, а сам не делает? — Не сам он говорит. Если ты повинуешься только ему, то не получишь награды; тебе заповедует Христос. Что я говорю? Даже Павла не должно было бы слушаться, если бы он говорил что–нибудь от себя, что–нибудь человеческое (Ср.: Гал. 1, 8), но должно слушаться его как Апостола, имеющего в себе Христа, Который говорил чрез него (Ср.: 1 Кор. 13, 3). Не будем же судить чужие дела, а каждый свои; исследуй лучше собственную жизнь. Но, скажешь, священник должен быть лучше меня. Почему? — Потому, что он священник. Чего же он не имеет более, нежели ты? Трудов ли, опасностей, забот или скорбей? Чем же он не лучше тебя, имея все это?.. Во всяком случае, если ты считаешь себя лучше другого и не воздыхаешь, не ударяешь себя в перси (Ср.: Лк. 18, 13), не склоняешь головы, не подражаешь мытарю, то ты погубил себя, хотя бы ты был действительно лучше. Ты лучше другого? Молчи же, дабы тебе остаться лучшим; а как скоро будешь говорить, то потеряешь все. Если будешь так думать о себе, то ты уже не таков; а если не будешь так думать, то приобретешь еще более… Скажи мне: если ты, получив рану, придешь в лечебницу, то неужели вместо того, чтобы прикладывать лекарство и лечить рану, ты станешь узнавать о враче, имеет ли он рану или не имеет? И если он имеет, то заботишься ли ты об этом? И потому, что он имеет ее, оставляешь ли ты свою рану без врачевания и говоришь ли: ему, как врачу, следовало быть здоровым, но так как он, будучи врачом, сам нездоров, то и я оставляю свою рану без врачевания? Так и здесь, если священник нехорош, будет ли это утешением для подчиненного? Нисколько. Он получит определенное наказание — получишь и ты должное и заслуженное. Учитель исполняет только службу. Будут бо, говорит Писание, ecu научени Богом (Ин. 6, 45) и не рекут: познай Господа: яко ecu познают Мя от мала даже и до великаго их… (Иер. 31, 34.) Для чего же, скажешь, занимает он такое место? Не будем, увещеваю вас, говорить худо об учителях, не будем рассуждать о них, дабы не навредить самим себе; будем исследовать свои дела и ни о ком не отзываться худо… В отце, хотя бы он имел бесчисленное множество слабостей, сын прикрывает все; не славися, говорит Премудрый, в безчестии отца твоего, несть бо ти слава отчее безчестие: аще и разумом оскудевает, прощение имей (Сир. 3, 10, 13). Если так говорится о плотских отцах, то тем более надо сказать об отцах духовных. Устыдись: он каждый день служит тебе, предлагает чтение Писания, для тебя украшает дом Божий, для тебя бодрствует, за тебя молится, за тебя предстоит и ходатайствует пред Богом, за тебя творит прошения, для тебя совершает все свое служение. Этого устыдись, это представляй и подходи к нему со всяким благоговением. Он не хорош? Но, скажи мне, что из этого? И хороший разве сам сообщает тебе великие блага? Нет! Все совершается по твоей вере. И праведный не принесет тебе никакой пользы, если ты — неверующий; и нечестивый нисколько не повредит тебе, если ты — верующий. Бог действовал и чрез воров<?> при кивоте, когда хотел спасти народ Свой. Разве жизнь священника или добродетель может совершить что–либо подобное? Дары Божии не таковы, чтобы они зависели от священнической добродетели: все происходит от благодати; дело священника — только отверзать уста, а все совершает Бог; священник же исполняет только видимые действия… Нет ни одного человека, который отстоял бы от другого так далеко, как Иоанн (Креститель) от Иисуса, и, однако, Дух сошел на Него при Крещении от Иоанна, дабы ты знал, что все устрояет Бог, что все совершает Бог. Я хочу сказать нечто дивное, но вы не изумляйтесь и не смущайтесь. Что же такое? — Приношение в Евхаристии одно и то же, кто бы ни совершил его, Павел или Петр; оно то же самое, которое Христос преподал ученикам Своим, то же самое и ныне совершают священники; это нисколько не ниже того, ибо и это не люди освящают, а Сам Бог, освятивший его и тогда. Как слова, произносимые ныне священником, суть те самые, которые изрек Господь, так и приношение есть то же самое; равно и Крещение то же самое, которое Он преподал. Так все зависит от веры… И это приношение есть Тело Христово так же, как и то; а кто думает, что оно ниже того, тот не знает, что Христос и ныне присутствует, и ныне действует. (На 2–е Послание к Тимофею беседа Златоуста. 2. «Христианское чтение» за 1859 г.)

 

Плоть, или диавол, склоняет нас ко греху то греховною негою, расслаблением сердца, то тяжестию греховною, обещая удалить ее, если ты сделаешь тот грех, который лежит против воли нашей на сердце. О сатана! О плоть!

 

Даров Господних не должно удерживать в себе, но изливать на других; образец — природа: солнце не удерживает в себе одном света, но изливает его на землю и на луну. Особенно пастыри не должны света своего, или лучше — Божьего, удерживать в себе, а обильно изливать свет своего ума и знаний на других. — Развить.

 

Растлевшее грехом человечество имело потребность в обновлении; иссохшие от всяких худых дел сердца человеческие крайне нуждались в росе благодати Божией. Все искали Христа, все, и Андрей [299] искал. Почему? Обрадовался, когда нашел, и сказал брату с радостию: обретохом Мессию (Ин. 1, 41). Нам, кажется, не нужно искать Христа: Кто нам знакомее и Кто ближе к нам, кажется, как не Христос. Его пречистый Лик мы видим и у себя дома, и в церкви, и сладчайшее имя Его мы и сами часто в устах имеем, и в церкви Божией славим так часто! Кажется, искать не нужно: ищут то, чего не имеют, но в чем нуждаются. А мы имеем. Но искать необходимо: в сердцах нет Христа у большей части; вместо Христа сердца заняты другим совсем, что противно Христу. Будем же искать Его со всем усердием и тщанием: будем все преодолевать, ни на что, ни на какие препятствия <не> смотреть, поставляемые обаяющим миром, лукавою плотию и диаволом. — Святой апостол Андрей, нашедши Христа, не разлучался с Ним сердцем во всю свою жизнь, перенес великие труды, скорби и болезни благовестнических трудов и жизнь свою положил за Него на кресте. — Так и нам, чтобы не разлучиться сердцем со Христом, также должно много потерпеть от людей века сего, которые ненавидят служителей Христовых, и от исконного невидимого врага нашего, диавола, который будет стараться всячески разлучить вас со Христом и становиться на дороге между вами и Господом. Стойте мужественно. (Под конец своего слова.) [300] — Для общего назидания расскажем, как святой апостол Андрей кончил славную жизнь свою.

 

Ждали с неба Избавителя, Который бы помог общему горю. — Из Священного Писания весьма многие знали, что Избавитель должен придти теперь; предсказаниям пророческим уже было время сбыться.

 

Чем заняты сердца наши? Един Бог, испытующий сердца и утробы наши (Ср.: Откр. 2, 23), видит, что у всех нас бывает в сердце, к чему оно привязано в большую часть жизни; и если бы нам дал Господь видеть всю глубину сердец человеческих, то очи наши с ужасом отвратились бы от этого скопища всякой нечистоты: прелюбодеяния, любодеяния, татьбы, лжесвидетельства, хулы, гордости и прочего. — Какой мерзости мы ни увидели бы в нем: мерзость неблагодарности к Богу, забвения Бога, неверия, маловерия, различных привязанностей к земному, часто самых нелепых, беззаботности о небесном, о своей участи за гробом, невнимания и пренебрежения к Церкви, ее Богослужению, ее обрядам и уставам, пренебрежения к лицам священным, представителям веры и Церкви и — мало ли какой мерзости ни увидели бы? Посмотрите каждый в свое сердце и скажите пред своею совестию: чем бывают больше заняты ваши сердца? Не страсти ли обыкновенные и всегдашние — жители ваших сердец: гнев, ненависть, осуждение, зависть, скупость, честолюбие, кичливость, пьянство, объедение, тщеславие, любостяжание, прелюбодеяние, любодеяние, обман, кража и подобные? Теперь видите, есть ли в вас Христос, живет ли Он в ваших сердцах? — Ах, Сладчайший Иисусе, Жизнь наша, Покой и Сладость достойных сердец, наша Радость, наше Сокровище — где Ты? — Где Ты, где живешь? — В чистых сердцах, в чистых сердцах, братия, в чистых сердцах — там, где не оскорбляют Его маловерием или неверием, оскорбительным равнодушием к Нему, нашему Богу и Искупителю; где не предпочитают Ему вре мепной сладости греха (Ср.: Евр. 11, 25), — там, где Его ценят, где внимательны к Нему па всякое время и на всякий час. [301] Там Он живет. И что Он там делает? О, если бы вы знали, что Он делает в достойных сердцах — в этих средоточиях человеческой жизни, в этом местопребывании душ! Если бы все знали, как Он покоит, услаждает, радует эти сердца и как блаженны Им эти сердца! — Братия! Господь есть Жизнодавец наш, и с Ним–то человеку можно жить полною жизнию, жизнию истинною, а без Него — что за жизнь? Эта жизнь, которую мы проводим без Него, есть только, так сказать, отребие жизни, уметы [302] жизни, крупица от богатого стола, рожки или желуди, которые едят свиньи (См.: Лк. 15, 16). О! Если бы вы испытали на себе в своих сердцах слова Господа: мир Мой оставляю вам, мир Мой даю вам: не якоже мир дает, то есть свет, Аз даю вам (Ин. 14, 27), — вы тогда не захотели бы расстаться с этим небес ным миром, который делает вас совершенно блаженными и с которым вы бываете точно в раю, прежде действительного рая? Да, люди, которые имеют в сердцах своих Христа и мир Христов, говорят, что нет ничего на свете приятнее этого мира, этого блаженства.

 

Так как Христос — везде и все — весь мир наполняет Собою, то не может быть, чтобы Он не был близко от каждого из нас и чтобы Он не касался и нас с тобою, возлюбленный брат. Да, Он, точно, касается, и очень нередко, мало того, Он часто стоит при дверях сердца твоего и стучит в них, чтобы ты отворил их верою и любовию ко Спасителю, и, если отворишь, Он непременно войдет к тебе и будет вечерять, то есть беседовать с тобою. Ах! Как Он часто беседует с верными рабами Своими, как с истинными друзьями. А какова должна быть беседа Божия? — Итак, видите, братия возлюбленные, Христос вас и Сам ищет; вам только надобно навстречу Ему идти, и лишь только пойдете к Нему, верно, несомненно встретитесь с Ним; чего легче встретиться с вездесущим Богом, Коего владычество на всяком месте? (Ср.: Пс. 102, 22.) Навсегда обрести вам Того, да оста вит кийждо советы свои… (Ср.: Ис. 55, 7.)

 

Против скупости имей готовым следующее оружие: когда придут гости и им предложится пища и питие, вспомни тогда, как к тебе Господь милостив и щедр без всякой меры, какое бесчисленное множество благ духовных (особенно духовных — очищения грехов, [Дары] Тела и Крови Спасителя) и телесных, вещественных даровал Он тебе, и в то же время представь, как невообразимо мала в сравнении с Божиими тебе дарами та частица Божиих (не твоих же — что бо имаши, егоже неси приял) (1 Кор. 4, 7) даров, которая предлагается из твоего достояния братии твоей. — И затем с совершенным радушием угощай твоих ближних.

 

Дух есть, Иже оживляет (Ин. 6, 63). Духу Господню в тварях принадлежит оживотворение их со времени их творения; а Сыну Божию — сотворение, переведение их от небытия в бытие. Потому и Тело и Кровь Христовы прелагаются Духом Святым из хлеба и вина, как и во утробе Девы Пречистой они сотворены Духом Святым. Дух Святой созидает нас во чреве матери нашей; Духу Божию принадлежат наши духовные блага.

 

Смеяться ли нужно над одержимым страстию, как в театре? Ведь это значит — подливать масло в огонь. Страсть всякая сопровождается гордое — тию, как дело сатаны, который горд. Нужно страстному с кротостию и с любовию указать на его страсть и показать всю ее отвратительность, да помолиться об нем от всего сердца Богу.

 

Любишь, бывая в гостях, чтоб к тебе были щедры, — будь и сам щедр, когда бывают у тебя гости; любишь, чтобы тебя радушно угощали, — радушно угощай и сам.

 

При находе страсти скупости говори: такой–то ест–пьет свое, а не мое, что бо имам, егоже неси приял (Ср.: 1 Кор. 4, 7) от Бога. — Я — раздаятель, распорядитель даров Божиих.

 

И собаки одного двора и котята живут весело, дружелюбно играя между собою, ни о чем не заботясь и удовлетворяя в себе свой голод; а скупец угрюм, уныл и мрачен, неласков, холоден в обращении с другими — безрассудно снедаясь алчностию и скупостию, не надеясь на Божии щедроты, обильно излиянные на всех тварей. — О слепота!

 

Скупец боится и за будущие свои расходы, за будущие посещения родственников и знакомых. Но надобно, наперекор ей [скупости], радоваться посещению родных и знакомых и случаю оказать им гостеприимство. Для скупца нет добродетели гостеприимства и странноприимства. На всех он смотрит холодно со стороны своих денег, своей алчности убийственной! Все он холодит своим взглядом.

 

Да не увестъ шуйца твоя, что творит десница твоя (Мф. 6, 3), то есть, если ты женат, то пусть и жена твоя не знает, какое доброе дело ты сделал.

 

+ В продолжение всей земной жизни всего ищут, кроме Христа Жизнодавца — оттого и не имеют жизни духовной, оттого и преданы всяким страстям: безверию, маловерию, корыстолюбию, зависти, ненависти, честолюбию, удовольствиям пищи и пития. Только при конце своей жизни ищут Христа — в причащении, и то — по вопиющей необходимости, и то — как бы по принятому другими обычаю. О Христе Боже! Животе и Воскресение наше! — До чего мы осуетились, до чего мы ослепли! — А что было бы с нами, если бы мы искали Тебя, если бы мы имели Тебя в сердце своем! Душа не может изречь того блаженства, которое вкушают имеющие Тебя в сердцах своих. Ты для них и пища крепкая, и питие неисчерпаемое [303], надежда светлая и солнце и мир, превосходяй всяк ум (Флп. 4, 7), и веселие неизреченное (Ср.: 1 Пет. 1, 8) и все, и все. С Тобою все земное — прах и тлен. (Из акафиста сИисусу Сладчайшему>.)

 

Плоть следует ненавидеть, потому что в ней, в ее похотях гнездится диавол; потому при похоти блудной возненавидь ее; когда завидует — ненавидь ее, ненавидит — ненавидь, скупится — ненавидь. Душа наша часто имеет сосложение с демонами. В веществе везде или дух, или сила невидимая (закон), но в человеческом теле действует и нечистый дух, допущенный в него свободою, допустившею к себе духа злобы душою — чрез согласие с ним в мысли и пожелании (запрещенный плод и история искушения).

 

+ Об отношении Каждого Лица Пресвятой Троицы к миру и к людям.

 

Посредством законов, вложенных Богом или умом человеческим (Божественных законов) в вещество, вещество оживотворяется, движется и движет другие тела: планеты — их движение (в мельнице — жернова, в машине — колеса). Видите ли, что и в мертвом (по–видимому) веществе действует дух — посредством своих законов, владычественно подчиняя его себе и делая из него что угодно. (Посмотрите, говорю, <не> на заключенные в веществе силы и законы, а на бесчисленное разнообразие форм, какие придает человек грубому веществу: ведь эти формы — выражение известных законов духа и форма есть, так сказать, жизнь вещества, которую дал ему дух.) Теперь приложите это начало ко всему миру вещественному. Весь он состоит из законов и подчинен этим законам; и законы эти — очевидно — дело премудрого, всеблагого и всемогущего Духа. Дух этот есть Бог. Вы видите, что мельница мелет (а заметьте — жернова ведь бездушны и ничто в мельнице не имеет души). Останови только один рычаг, одно колесо — и мельница станет; точно так же машина движется с быстротою стрелы и движет с собою множество живых и громоздких существ, но в ней ведь тоже нет души; душу ее составляют силы и законы, данные Творцом природе, подмеченные человеком у нее и приложенные им к потребностям жизни — хоть, например, к этой машине. Вот точно так Дух Божий, премудрый, всемощный, вложил Свои законы в мертвое и безобразное вещество мира — и законы эти — сила и вместе порядок и движение вещества; и смотрите, как эта безграничная машина — мир носится вот уже несколько тысяч лет; как мировые тела одни другие возбуждают к движению и поддерживают их; как и на каждом отдельном мировом теле силы: свет, теплота, центробежность, притяжение и законы Духа Бога оживотворяют каждое вещество; как оно движется и движет другие и т. д. т. п. Так как человек сотворен по образу и подобию Божию, то и он делает нечто подобное тому, что создал Бог, воспользовавшись уже готовыми, данными Богом силами и законами природы; и он в малом виде делает дела Божии (мельница — подобие миров; машина, ее колеса — тоже; как машина, паровоз, носится силою паров, так все миры — силою законов, вложенных в них Творцом, носятся в безграничных пространствах вселенной). Не оживотвори Бог вещества посредством Духа Своего и лиши их законов Своих, которые дух суть и живот суть (Ин. 6, 63), — все миры станут, все миры рассыплются (потому что даже камень существует на основании закона сцепляемости; отними этот закон — и он распадется; и песчинки — сцепляемость) и уничтожатся. Вот образчик тому: разрушение листочка, травки, когда сила природы, истощенная летом своею деятельностию, оставит их; смерть, разложение тел животных, в том числе и человеческого, когда дух, не в состоянии будучи обитать в расстроенном (в коем законы, данные веществу, пришли в беспорядок и не могут содержать вещества в таком виде, чтобы душа могла в нем жить и им управлять) теле, — выходит из него. Вот что значит весь мир; вот что значат для него законы Духа Бога! — Люди оттого и умирают, что не сохранили и не храпят законов Духа — Бога (законы жизни) (Ср.: Рим. 8, 2), а они были созданы с достаточными силами к бессмертию.

 

Диавол и днем и ночью коварствует над человеком: он непрестанно силится ввергать его в грех, возжигать в нем страсти, но особенно страсти ненависти и прелюбодейства; он ссорит тебя с другими наяву, он тешится тобою во сне, заставляя тебя производить раздирающие душу картины вражды; он возбуждает в тебе огонь сладострастия наяву, он представляет тебе мгновенно и очаровательно картины, возбуждающие сладострастие, во сне и повергает тебя в кал сладострастия. Я понимаю тебя, бесплотный враг, при всем том, что ты всячески стараешься скрыть свой хвост. — Я буду как можно осторожнее, с помощью моего Господа.

 

Какая, подумаешь, ничтожная паутина для Бога — весь мир и все земнородные! Отними только Бог Духа Своего, законы Свои — и все — как не бывало. Вспомним Премудрого, Который говорит, что мир как бы отражается в превесах [304] или как капля росы утренней, сходящей на землю (Ср.: Прем. 11, 23). Выразительно сказано в Священном Писании, что мир сложен Богом, то есть как бы слеплен.

 

+ Какие по отношению к нам обязанности Ангела–хранителя и что он делает для нас? — Важные обязанности, и весьма много он делает для нас. (Из канона Ангелу–хранителю.)

 

Если в тебе нет жизни, а есть скорбь, сердечное мучение, то в тебе нет Духа Животворящего, ты оскорбил Его, и в тебе — имущий державу смерти (Ср.: Евр. 2, 14).

 

Когда мы согрешим, мы чувствуем, что сначала умирает наше сердце; равно как при оправдании или при спасении Господом от грехов оживает также прежде всего сердце.

 

Царство жизни и царство смерти идут рядом — говорю: идут, потому что они духовные. Начальник первого, то есть царства жизни, есть Иисус Христос, и — кто со Христом, тот, несомненно, в области жизни; начальник второго, то есть царства смерти, есть князь власти воздушной (Еф. 2, 2) — диавол с подчиненными ему духами злобы, которых так много, что далеко превышает число всех людей, живущих на земле. (Эти чада смерти, подданные князя воздушного, — в постоянной, упорной войне с силами жизни, то есть с верными христианами, и всеми мерами хитрости стараются склонить их на свою сторону чрез какой–нибудь грех: похоть плоти, похоть очей, и гордость житейскую (Ср.: 1 Ин. 2, 16), потому что грех, преступление — их стихия и чрез грехи, если мы в них не раскаиваемся, переходим на их сторону; тех же, для коих грехи составляют как бы ежедневную потребность, кои пьют беззаконие как воду (Ср.: Иов. 15, 16), они не беспокоят, потому что они — их собственность, пока они живут беспечно касательно своей души, но обратись только они к Богу, сознай свои грехи, вольные и невольные, — и война запылает: полчища сатанинские поднимутся и поведут непрерывную брань. — Поэтому–то, братия.) Отсюда видите, братия, как необходимо искать Христа как Начальника жизни, победителя ада и смерти.

 

Когда будут одолевать страсти и ты будешь обессиливать в борьбе с ними, воспой от сердца: Ты — моя крепость, Господи, Ты — моя и сила, Ты — мой Бог, Ты — мое радование. [305]

 

Всякая скорбь и теснота происходят или от маловерия, или от какой–либо страсти, кроющейся внутри, или от другой какой–нибудь нечистоты, зримой Всевидящим, и, значит, от того, что нет в сердце Христа: Христос — покой, свобода духа и свет неизреченный; от того, что в сердце — диавол.

 

Часто взмахиваю я духовным мечом, то есть Крестом, и секу им — что бы вы думали? — утробу свою. Потому что дух наш во внутренностях наших, а он ведет непрерывную борьбу с невидимыми, как и сам он, врагами. И как остр, братия, меч этот, он сильно уязвляет врагов моих — так, что они оставляют поле сражения и убегают от меня; душа вдруг ощущает покой. Это так бывает явно. Только что не видишь, а ощущать — ощущаешь в совершенстве, как больной ощущает, что болевшая прежде у него рана теперь зажила.

 

Странное явление бывает со страстями. По пословице — клин клином выбивай — одна страсть выгоняется другой: скупой, напившись пьян, делается щедрым и все готов ставить на стол. Так и в других страстях. Это значит, что в страстях кроется бесплотный злодей, а ему все равно: чем бы пи было, только служи ему, он тут не спорит: хитер!

 

Как не искать Христа? Ведь Он один имеет власть оставлять грехи (Ср.: Мф. 9, 6): а кто все мы — как не грешники?

 

Воздух и дыхание ветра, дыхание тварей в мире вещественном — соответствуют духам, сотворенным в мире духовном, и самому несозданному, Всеоживотворяющему Духу Божию. Потому Дух и явился между прочим в дыхании бурном (Ср.: Деян. 2,2); потому и Спаситель уподобляет дыханию ветра — дыхание в душах верующих Духа Божия. — В мире вещественном весьма много соответствующего миру духовному — и не дивись: потому что мир вещественный есть творение Духа, а может ли Дух — Творец не показать отчасти образ Свой, сродство в тварях, Им созданных. Человек есть только самый возможно<?> высокий образ Божий — между тварями, причастными вещества и чисто вещественными. Целованию уст соответствует целование души, и мы, лобызая святыню, должны лобызать устами, душою и сердцем.

 

Дивно, мощно правит Господь вещественными мирами и все —посредством Своей премудрости, посредством слова Своего. Как частицы тела животного, дерева, травки, камня держатся сцепляемостию, так все миры — вложенными в них силами и законами. Как душа носит тело и оживляет его, так Бог носит мир, оживляя его Духом Своим, недаром называется человек малым миром. Какая ничтожная паутина для Бога —мир! Какая ничтожная паутина — мое тело. А все — Премудрость в каждой точке вещества; и все Премудростию, вечными законами Премудрости только и держится. — О Премудрость! Премудрость! Все мы бытием своим обязаны Тебе — Твоему благому Виновнику! — Моя смерть, мое разложение или разрушение ясно доказывают, какая ничтожная я у Тебя паутина!

 

Кроткая и смиренная Богоматерь (призре на смирение) (Лк. 1, 48) родила кроткого и смиренного но человечеству Иисуса. — Это ведь Материны свойства у Него. — Урок для матерей, когда они носят во чреве.

 

Диавол шепчет и ныне людям: не смертию умрете (Быт. 3,4) — закрывает от людей страх смертного часа, уничтожает страх вечных мучений, вырывает из памяти Страшный Суд да изглаживает из памяти и сердца мучения, причиненные грехом здесь, на земле.

 

Диавол всячески старается закрыть от нас светлый лик людей и представить его в виде мрачном. Крайне остерегайся смотреть его глазами на людей.

 

Какой знак того, что человек–христианин близок ко Христу? Близкий ко Христу человек обращается часто с верою и любовию ко Христу, часто произносит сладчайшее Его имя, часто призывает Его в помощь, часто обращает к Нему взоры, потому что не может не произносить, не обращать взора и не призывать: наполняя его мысли и сердце, Христос Бог естественно показывается у него и на языке, и во взоре, потому что без Христа он слаб, бессилен, нерадостен. Далекий от Христа человек редко–редко обращается мыслями ко Христу, и то не с сердечною верою и любовию, а так — только но какой–нибудь необходимости, и то как к Лицу, Которое мало знакомо его сердцу, Которое не радует или не услаждает его сердца, не имеет для него всей привлекательности. Оттого мы видим, что близкие ко Христу люди не выпускают Христа из своих мыслей и сердца, они живут Им: Он — их дыхание, пища, питие, одежда, жилище — все; по причине сладости имени и благодатного прикосновения к ним Иисуса Христа они, так сказать, прилипают к Нему всем своим существом (прилъпе душа моя по Тебе) (Пс. 62, 9) и в этом прильпении находят для себя неизреченное блаженство, которого не знает мир. — Вот, братия, признаки, по которым можно узнать, кто нашел Христа и кто еще не нашел Его; не нашедшие Христа живут в этой жизни без сердечной веры, думают и заботятся больше о житейском: как бы повеселиться, сладко попить да поесть, как бы одеться поизысканнее, как бы удовлетворить своим похотям, которыми они сгорают день и ночь, как бы время убить, которого не знают куда девать, хотя время их ищет и, не находя их, быстро мчится в их глазах: летят дни за днями, ночи за ночами, месяцы за месяцами, годы за годами, пока, наконец, ударит последний, грозный час и ему скажут: стой, твое течение совершилось, твое время померено и грехи и беззакония твои все пришли пред тебя и всею своею силою обрушатся на тебя и своею тяжестию будут вечно подавлять тебя.

 

К вечеру после трудов плоти и духа человеческий состав начинает распадаться, плотность между частицами делается слабее — надобно сплотить их, оживотворить их; и вот дом тела человеческого кругом запирается: все чувства перестают действовать; и душа, жизненное начало по отношению к нашему телу, как бы запирается в нашем теле и во время сна нашего тела производит дело оживотворения его, сплачивает весь состав тела, проникая во все части и составы его; и вот утром человек опять делается свеж и крепок. — Видите, что значит душа у человека, да и не только у человека, у всякого животного: она — жизненное начало для человека и для животного, оттого–то животные спят; сон — торжество духа над плотию: как дух животворит (Ин. 6, 63; 2 Кор. 3, 6), он оживляет тело, требуя оживления и подкрепления; что же касается растений, которые также живут, утомляются и требуют отдыха, то вместо ежедневного сна животных они вечером и ночью выпускают из себя азот — негодное воздушное начало и принимают в себя, для своей крепости, для своей жизни, кислород, и таким образом имеют и они свой сон: ненужное, непитательное, разрушающее их жизнь они выпускают, а принимают то, что их питает, укрепляет, оживляет. Сколько тут премудрости Зиждителя! — А ведь есть же такие, которые не хотят видеть в этом процессе жизни животных и растений премудрости Божией, а все — природу и природу, как будто природа без Родителя, или, точнее, без Творца, Который сделал прирожденными ей такие удивительные силы и законы, может <творить> такие премудрые дела! О, везде я вижу Бога: и в плотности камня, и в плотности (закон сцепляемости тел) дерева и всех растений, и в плотности тел животных и человека, не говоря уже о законах их жизни: о питании растений, плодотворении и прочее. Везде, везде я вижу Бога!

 

Для того чтобы тебе быть тем, чем ты теперь есть, требовалось много условий, много даров Господних: надобно было много раз подняться солнцу над тобою, надо было совершиться многим переменам года, много надо было тебе пищи, питья, одежды, свежего воздуха, огня; много тщательного ухода за тобою, чтобы ты не ушибся, не разбился в младенчестве, чтобы не заболел, чтобы сделался образованным, добронравным. Ведь это все забыто, а приведи–ка все на память: тогда ужаснешься, как ты дорого стоишь Богу, родителям и добрым людям. — Вспоминай чаще о прошедшей жизни, приводи себе на память великие и многоразличные милости Божии, нежные попечения о тебе родителей и заботы и попечения начальников и наставников и всех, имевших к тебе благодетельные отношения людей — и носи всегда внутри себя сердце нежное, доброе и признательное.

 

Близость к нам святого или святой можно узнать по частому, искреннему, любовному призыванию их.

 

Езеро огненное! (Откр. 20, 15.) О! Что это за озеро! Представь его, как оно страшно. Кто не обращается ко Христу с верою, сердцем сокрушенным и смирением (Ср.: Пс. 50, 19), не молится Ему от всего сердца об избавлении от грехов, тот погрузится непременно в это озеро.

 

Ищем ли мы Христа? — Не ищем, а ищем совсем другого, что противно Христу. Это опасно. Для чего нужно искать Христа? — Он один избавляет от греха — а мы постоянно грешим. Один избавляет от смерти духовной; при помощи Его одного мы можем творить добрые дела. Как искать Христа? — В молитве, в частом призывании Его, в таинствах покаяния и исповедания. Христос недалеко, и Сам ищет нас: стою при дверех (Откр. 3, 20) — и зовет к Себе всех труждающихся и обремененных (Ср.: Мф. 11, 28) грехами, и Сам помогает найти Себя. Как узнать: близок я или далек от Христа?

 

Торжественно, от сердца пою тебе, Кресте: Твоя высота, Живоносне Кресте, воздушного князя биет и глубина (нижний конец) всея бездны закидает змия, широту паки воображает, низлагая мирскаго князя крепостию Твоею. [306] Пою это как действительность, часто повторяющуюся.

 

Сердце его не бе право с Ним (Богом) (Ср.: 3 Цар. 11, 4) — сердце — душа. Допустивши, что сердце есть душа человека, понятны будут вполне слова Спасителя, что чистии сердцем Бога узрят (Мф. 5, 8), то есть душа Бога узрит. И здесь мы это замечаем отчасти — добрым и благим сердцем слышавше… — душою доброю.

 

Грехи связывают нас, делают невольниками.

 

Кто ищет Христа, тот не убегает страданий, скорбей, случающихся с ним в жизни, а благодушно переносит их, взирая на распятую за него на кресте Любовь, тот читает Слово Божие, тот усерден к молитве, к милостыне, к посту — потому что дорог для него пример Христа: Христос так делал, значит, это весьма нужно и для меня (о посте); милосердовал — будьте милосерды и будете находить Христа в лице нищих: Болен бех… и приидосте ко Мне (Мф. 25, 36).

 

Действие злого духа явно обнаруживается в сердце тем, что иногда из–за ничтожной причины, в которой не виновато и по которой следовало бы больше полюбить родное или благотворительное лицо, мы чувствуем в сердце ненависть к нему, уничтожающую его.

 

Пьяный, раззевая пред царем рот, оскорбляет тем его величество и, не получая от него милости, иногда подвергается за то наказанию. Грешник, без смирения в сердце молящийся, оскорбляет Божие величество и не только не получает от Него милостей, но еще подвергается от Него наказанию. —

 

Противитеся диаволу, и бежит от вас (Иак. 4, 7), то есть противьтесь внутренно диаволу, действующему в вашем сердце и принуждающему вас ко злу, и он убежит от вас.

 

Когда терпишь наказание за грех, ничего больше не чувствуй в страдающем сердце, как самое высокое, святое уважение к законам Вседержителя, и не старайся скорее избавиться от скорби сердечной или другого наказания, а изволяй лучше терпеть благодушно.

 

Без Мене не можете творити ничесоже (Ин. 15, 5). Без Него мы не можем делать никаких истинно добрых и полезных дел; без Него все добрые дела наши проникнуты нечистотою страстей — самолюбия, честолюбия, самонадеянности, своекорыстия.

 

Грехи и беззакония и ответственность за них так несомненны и так они наглядно показываются нам правосудным Богом, что они являются в душе в виде огня, разрушающего мир и спокойствие духа и душу и тело, и истекают в виде жгучей воды, называемой слезами; оттого, если эта вода не вытечет здесь, она там обратится в озеро огненное (Ср.: Откр. 20, 15). Это — для того все, чтобы мы видели свои беззакония и свою виновность и не обезвиняли себя пред Богом.

 

Когда ты терпишь скорбь и тесноту в сердце, тогда представь, что Господь говорит тебе: ты не со Мною, Источником жизни, мира и радости, а с диаволом, начальником смерти духовной во всех ее видах (скорбь, теснота, уныние, страх или смущение, сомнение, маловерие, неверие) и телесной; ты не в Моей области — области правды и святости и жизни, а в области греха, нечистоты и смерти — и потому тебе так худо. — Обратись ко Мне, возненавидь грех, которым ты связываешься, и следуй Моим заповедям — и тебе будет хорошо. Эти слова взяты из действительной жизни, из часто повторяющегося опыта. Вот разгадка наших скорбей, вот где ключи жизни и смерти!

 

Вред от употребления сладкого чая (липкость, сахаристость): расслабление, нега внутренностей и половых органов, излияние частое семени. В пост особенно не надо пить сладкий чай: кто пьет сладкий чай, тот делает не лучше того, кто ест в пост скоромное, — хотя чай не обременяет тела, как мясная и молочная и масляная пища, но зато нежит сильно плоть и погружает часто в кал блуда и прелюбодейства. Кажется, причина ничтожная, а между тем сколько она делает вреда для чистоты нашей: не будь сладкого чаю, не было бы таких частых ночных излияний, для сатаны меньше было бы поводов к осквернению нас сладострастными картинами: он видит расположение нашего тела к извержению семени и пользуется этим расположением для своих мрачных видов! А доктора! О! Доктора! Вы заодно с сатаною поджигаете человечество к блуду и прелюбодейству и своим умом, своими знаниями, своею опытностию, несовершенною, полуистинною, служите князю власти воздушной (Ср.: Еф. 2, 2).

 

Сколько я встречал людей, которые в оправдание своих похождений «юпитерских» ссылаются на необходимость природы и именно — на советы докторов, говоря, что «без этого» жить нельзя, иначе сядет накопление на грудь и расстроит ее, что «без этого» люди, не дозволяющие себе этих похождений, или [307] прелюбодеи — во сне, онанисты, или — мужеложники. Неправда. Против вас восстают все, проводящие девственную жизнь. — О! С каким разбором надо употреблять христианину яства и питья. Как надо быть осторожным с встречающимися женщинами наяву! За один чрез меру ласковый взгляд, за одно не совсем целомудренное слово или за одно нежное пожатие руки можно заплатить во сне самым гнусным образом.

 

Отчего теперь нет обрезания? — Оттого, что теперь совершается закон духовный, по которому не радят о плоти, а прилежат только о души, вещи бессмертной. [308]

 

Как плодотворно было ношение над первоначальными водами Духа Божия (См.: Быт. 1, 2)! Доселе жизнь кипит и стремится распространяться, расширяться; сколько в животных сметливости, искусства, данных Духом Божиим при первоначальном ношении! Дивна дела твоя, Господи!

 

Карты. Диавол видел, что люди любят переливать из пустого в порожнее. Вот и кружит их в картах. И сколько тут этого переливания, как много тратится на них драгоценного для души бессмертной времени! — Уму нашему надо бы заниматься предметами, более достойными: ведь он — оттенок Божественного ума! +

 

Бог наш называется Богом Спасения (Ср.: Пс. 17, 47) по причине частого спасения нас от грехов и неразлучной с ними смерти духовной.

 

ГОСПОДЬ ЗДЕСЬ. Есть Господь на месте сем (Быт. 28, 16).

 

Когда после какого–либо прегрешения твоего постигнет тебя лютая скорбь сердца, расслабляющая все твое существо и не дающая тебе ничего делать, тогда, произнесши с верою слова: непобедимая, непостижимая, Божественная сило Честного и Животворящаго Креста, не остави нас грешных [309] — изобрази крестное знамение на чреве своем — и верно — скорбь твоя пройдет, и ты непременно прославишь Господа. Призови Мя в день скорби твоея, и изму тя, и прославиши Мя (Пс. 49, 15).

 

Когда сердце мое в Боге и зрит К го, тогда хорошо мне: я покоен и весел; а когда сердце отпадет от Бога чрез какой–либо грех, худо мне: я беспокоен и уныл. Если возвращусь опять к Богу, опять мне бывает хорошо.

 

Что это у нас за бытие настоящее! Так оно и готово ежедневно разрушиться, так оно и угрожает нам ежедневно исчезновением, напоминая нам о том голодом, жаждою и требованием покоя. Ах! Это не более как тень жизни, не самая жизнь. То будет жизнь, когда нам не нужно будет вещественное брашно и питие, когда брашном нашим будет правда и мир и радость о Дусе Святе (Рим. 14, 17); когда мы узрим Бога, якоже Он есть (1 Ин. 3, 2). — То будет наша жизнь, когда мы вечно упокоимся в Боге (приидите ко Мне, и Аз упокою вы) (Мф. 11, 28); а теперь до времени нам надобно довольствоваться и этою несовершенною жизнию, этим, так сказать, залогом жизни совершеннейшей. — Настоящая жизнь — вещественная и духовная — держится духом (душою) и веществом (пищею и питием). Уже эта самая сложность поддержания жизни есть именно признак ее несовершенства (в сравнении с жизнию будущею, хотя на своем месте у Господа все совершенно), и, поскольку она есть несовершенство, надобно ожидать совершенства, то есть совершеннейшей жизни, в которой пожерто будет мертвенное животом (2 Кор. 5, 4). — Мы замечаем, что и здесь — причина жизни нашей есть душа: она управляет материальною нашею частию и только при ее соприсутствии в теле может происходить и питание, и возрастание, и отдохновение телесное. Только при ее содействии превращается принимаемое внутрь вещество — пища и питье — в те начала, которые необходимы для жизни телесной; при ней только производится видоизменение пищи и питья в организме человеческом: без нее — все разрушается, она — двигатель всего в теле. Итак, необходимо ожидать, что несовершенное в нашем существе упразднится, а останется только совершенное — то, что будет сообразно по своей тонкости и неразрушаемости нашему духу, и — смерть непременно пожерта будет победою (1 Кор. 15, 54), потому что смерть относится только к материальной жизни и человек потому умирает, что впал в вещественность или в чувственность — чрез вкушение плода запрещенного древа. Что же касается того, как мертвое и косное само по себе вещество оживотворено и живет, переходя из возраста в возраст и из одного вида в другой, то это есть постоянное, величайшее чудо Бога Живого, Которого премудрость нашла средство и ему дать жизнь. Посмотрите на землю, на камни, на гниющие органические тела: вот настоящий удел вещества, не оживотворенного Божиим Духом, но счешемся при творении верху воды (Быт. 1, 2). А жизнь вещества — чудо чудес, постоянная, не умолкающая песнь всемогуществу и премудрости Творца. Дух живет — то не чудно: он и должен жить, на то он дух; а как вещество живет, само по себе мертвое, как оно движется, как оно видоизменяет в себя принимаемое отвие вещество и как оно живет — это вечное славословие всемогуществу и премудрости Творца, это торжество Творца всяческих. — Написал, скушавши с удовольствием ломоть черного хлеба.

 

Мы попеременно бываем то в руках Имущего державу жизни, то в руках имущаго державу смерти (Евр. 2, 14): верою, призыванием имени Спасителя, Крестом, сердечным раскаянием, слезами избавляемся от этой последней; падаем в нее каждый раз, как соделаем грех. Имущий державу <смерти> силится постоянно вторгаться в нашу душу — чрез страсти и различные грехи наши, чтобы держать ее в оковах смертных; а Имущий державу жизни кротко стоит при дверях нашего сердца и толкает в них, чтобы мы отворили их верою и любовию — и были живы и блаженны (Ср.: Откр. 3, 20).

 

Произнесши слова: непобедимая, непостижимая, Божественная сило Честнаго и Животворя щаго Креста, не. остави нас грешных [310] и изобразивши при этом крестное знамение на груди и чреве, я прогнал сегодня (28 ноября) темную силу, теснившую мое сердце и расслабившую меня до невозможности делать что–нибудь. Она мгновенно оставила меня, и вдруг мне стало совершенно легко. Господи! Как несомненны действия в нас духов злых и как Ты всегда присущ нам! Слава силе твоей, Господи! — Слава Кресту Твоему Честному!

 

Признаки, по которым узнать, что желудок крепок: отсутствие аппетита и голоса, боль в спине по пробуждении ночью от сна; вялость во всем теле; внутренняя сжатость, обнаруживающаяся сжатием и болезненным выражением лица; мрачное расположение духа.

 

Силою веры, Креста и имени Иисусова проставляются горы сердечные (Ср.: Мф. 21, 21), то есть сатана, как гора налегающий на сердце.

 

Упреждай рака с клешней.

 

Делай дела любви — и за дела любви всегда Господь будет прилагать тебе потребное. Ищите правды… и сия вся приложатся вам (Мф. 6, 33). — А если и не приложится, благодари Бога за дело любви: оно — от Пего. — Помни, что тебе немного нужно и могила все поглотит; или лучше — в могилу ничто не пойдет.

 

Враг сильно хочет разделить меня с братьями моими, хочет поселить во мне крайнее отвращение к ним. Он меня разделил с ними, он еще и еще хочет дальше и дальше отдалить меня от них, но да не будет сего, всезлобнейший! Господи Иисусе! Любы наша! Соедини нас любовию великою.

 

Противитеся диаволу, и бежит от вас (Иак. 4, 7); то есть когда он склоняет тебя к ненависти, то больше возлюби того, кого ненавидеть склоняет; если к зависти — желай больше добра; если к скупости —будь больше щедр; если к осуждению — старайся найти добрую сторону в человеке и похвали его, и так противься всякому греху.

 

Лукавый всячески усиливается запутать меня в делах ненависти. —

 

Когда в тебе дух лукавый, тогда больше всего старайся смирить себя: смирение палит его, возгордевшего архистратига; чем больше смирения в человеке, тем он чище и угоднее Богу — и тогда дальше всего человек от возможности пасть, потому что от него дальше всего тогда диавол. Смирением угодили Богу все великие святые. Сама Пренепорочная Матерь Божия указывает на смирение в Себе как на приятнейшее Богу благоухание духовное, как на прекраснейший, благоуханнейший цвет человеческой души.

 

Если ты говоришь языками человеческими и ангельскими, то есть если твое слово — верх совершенства: ясно, сильно, убедительно, сладостно, но если ты не имеешь любви — ты ничто (Ср.: 1 Кор. 13, 1–2).

 

Как Крест верен в своей силе, только б он был изображен с верою — с живым чувством Христа, Сына Божия! Он прогоняет страсти и демонов. Но как он верен в этом, так верен и касательно тех будущих благ, которые исходатайствованы нам Сыном Божиим чрез Крест. Самое верное заключение!

 

Когда сатанинский огонь палит тебя и отвращает тебя от молитвы — и ты не можешь терпеть демонскаго стреляния [311], тогда представь как можно яснее в своем сознании Иисуса Христа, призови Его ясновидящим сердцем — и помощь твоя несомненна: Иисус попалит диавола — и он убежит от тебя. — Опыт.

 

Горе сердцам слабым, ежедневно и многократно уступающим победу над собою диаволу! Когда в душу входит диавол, тогда душу окружает совсем особенная мысленная атмосфера, вполне характеризующая его так, что наблюдавшему за его входами легко узнать его пришествие. Так как, по притче, не может древо зло плоды добры творити (Мф. 7, 18), и диавол, как зло, не может быть добром, как бы он ни изворачивался — добро не в его природе, — то его легко отличить по злобе на все, по крайнему сокращению нашей жизни (по тесноте ее) и мраку необыкновенному, отсутствию мира сердечного и сердечной радости. — Но особенно его можно узнать по тому, что он мрачностию своею закрывает от сердечных очей наших Господа, Его Пречистую Матерь и все святое; вера есть не иное что как ясное зрение сердца — невидимого Бога и Его святых и святых Его истин и обетований; когда диавол в нас, тогда нет этого видения, тогда мрак неверия, уничтожающий для души нашей все, чем лшвет она и дышит: один мрак и мучение. Мрак бывает так велик, что тогда для человека как бы исчезают совсем прежние, явные милости Божии, чрез веру нашу полученные от Бога, — как будто их не было, то есть как будто бы они были не от милости Божией, а так, естественно.

 

Что вам сказать, братия, желающие причаститься Святых Христовах Таин? — Скажу не много. Вы приступаете к Чаше Любви: Христос — Любовь и вместе ваша Жизнь — предлагает вам Себя в пищу и питие, чтобы вы — любили Его и друг друга, чтобы вы — жили. Кто любит Бога и созданного по образу Божию человека, тот и живет, а кто не любит, тот не живет, тот имеет только призрак жизни. Пейте же из этой Чаши Любовь, вкушайте же из нее — Любовь, напутствуйте себя из нее любовию в жизнь семейную и общественную и вы будете живы; ибо хотя умрете, но будете оживотворены сокрытою в вас любовию и жизнию: любовь живуча, она никак не может умереть — и это оттого, что Сам Бог бессмертный есть Любовь; а кто любит, тот в Бозе пребывает, и Бог в нем пребывает (Ср.: 1 Ин. 4, 8, 16). Любите же и всегда с любовию приступайте к Чаше жизни. Аминь. Аминь.

 

Нелегко, должно быть, для плоти напряжение веры; ей ближе неверие, потому неохотно часто идем мы на дело веры. А как редко причащаются христиане! — Причина та же.

 

Много может молитва нищего. В тот день, когда подана щедрая милостыня, от меня далек диавол и я свободен от огненных стрел его.

 

Надо всеми мерами стараться, чтобы сердце наше было тонко и легко, — тогда оно будет легко вмещать в себе живую веру и любовь к Богу и ко всему духовному и святому; но если оно отолстеет (отолсте сердце людий сих) (Ср.: Ис. 6, 10) и отяжелеет (да не когда отягчают сердца ваша) (Лк. 21, 34) от пищи и питья — огрубевающего и отяжеляюгцего свойства — и забот о житейском, тогда оно бывает неспособно вмещать в себя веру и любовь и тогда легко гнездится в нем диавол. Вы узнаете это по внутреннему смущению и боязни.

 

Садитель жизни, дав мне, по неизреченной Своей благости, жизнь, в придачу к этому величайшему дару дал мне еще другую жизнь — жену (как Адаму — Еву — жизнь), для того чтобы от двух жизней явилась третья жизнь. — Удивляюсь благостыне Твоей и не знаю, что принести мне в дар за Твои неоцененные дары? Благости приятна благость, принесу же Ему благость по заповеди Апостола: бывайте блази, прощающе друг другу (Еф. 4, 32).

 

Лукавые и ленивые рабы (Ср.: Мф. 25, 26), молясь Богу и не видя никого, думают: нас никто не слышит и не видит — для чего же молиться? Нет глаз, которые смотрели бы на меня, и уха не замечаю, которое слышало бы меня. (Заблуждение, братия, величайшее заблуждение. На вас взирает и вас слушает Господь, и очи Его тысячами тысяч раз светлее солнца, прозирая во все тайное и сокровенное.) Брат! Да ты видишь разве только глазами? Твои глаза — только некоторое подобие и пособие того зрения, которым одарена душа твоя: она несравненно больше видит внутренним, духовным оком своим, чем чрез чувство зрения — этот стекловидный зрачок есть только, так сказать, окошечко, чрез которое душа сообщается с миром вещественным, а с миром духовным, мысленным, который не в пример обширнее и разнообразнее мира вещественного, она сообщается посредством своего зрения чисто духовного, очами сердца — это зрение называется созерцанием. Ночные сновидения. Так помни, что зрение — только слуга души, и то для посылок его в мир вещественный. Сама она без глаз, зрения, видит много, много. Что же касается очей Божиих, то они тмами тем крат светлейший солнца суть, прозирающии на всяком месте (Сир. 23, 27–28).

 

Для чего мне переставлять горы настоящие, которые мне не мешают, когда у меня на душе бывают свои горы, которые переставлять мне необходимо (Ср.: Мф. 21, 21) — потому что они подавляют мою душу и закрывают от меня свет Божий и Самого Бога не допускают к душе моей? Чрез преставление гор Спаситель означил это таинство, которое бывает с нашими душами, хотя и горы настоящие по вере нашей можно переставлять с места на место. — От подобного вещественного Господь всегда посылает нас к подобному духовному, например, Он сказал в Иерусалиме: разорите церковь сию, и треми денми воздвигну ю (Ин. 2, 19). Подумали, что Он говорил о храме Иерусалимском, а Он говорил о храме Своего Тела, потому что оно точно было храмом Божиим: в нем жил Сын Божий. И такое соответствие между предметами мира духовного и вещественного, как думаю, происходит оттого, что Творец того и другого мира — Один, и потому вещество, как творение Духа, должно выражать и выражает в себе то, что бывает с духом.

 

Для чего мы так часто празднуем воскресенье и одно воскресенье в году так празднуем, что никакого другого праздника так не празднуем? — Для того, чтобы вам чаще напоминать о вашем собственном воскресении, о вашем бессмертии. — Встречайте же всегда воскресенье с мыслями о своем воскресении, с уверенностию о своем воскресении.

 

Для чего евреи торжественно всегда праздновали субботу и не смели ничего делать в нее, кроме дел самых необходимых? — Для того, чтобы им помнить, что мир и все сотворено Богом, единственно по Его благости, из ничего, и чтоб чрез созерцание углубляться в этот день в рассмотрение милостей Божиих к людям, и чтоб благодарить Бога от всего сердца (не занятого ничем другим) за Его неоцененные благодеяния. — Не сотвориши всякаго дела в опь ты… и скот твой… Яко в шести диех сотвори Господь мир, в день же седмый почи от всех дел Своих (Ср.: Исх. 20, ??? 1). — Мы теперь празднуем воскресенье, а не субботу, потому что это высшее дело благости Божией: мы, падшие от жизни в смерть вечную, воссозданы, оживотворены навеки воскресшим нашим Спасителем. — В мире главный член Божия творения, драгоценнейшее Его создание, светлый лик лица Божия был человек. Но он пал, помрачился, умер — и все как будто помрачились; вся земля за него проклята, утрачен мир земнородных с Богом, потеряли люди благоволение к себе Божие. Но — воскрес Спаситель и всех сооживил с Собою (Ср.: Еф. 2, 5); примирил проклятую землю (Ср.: Быт. 3, 17) с небесами Кровию Своею — и вот опять на земле торжество жизни. Еще потому важнее субботы воскресенье, что видимый мир ничтожен в сравнении с душою человеческою — как образом Божиим; и в воскресенье — обновление образа Божия совершилось, то есть человека, приведение его от вечной смерти к вечной жизни; в воскресенье — торжествует свою победу любовь Божия. Кая польза человеку, аще мир весь приобрящет? (Мк. 8, 36.)

 

Для того чтобы я совсем не расслабел в служении Господу как иерей Его — по удобопреклонности плоти к лености в делах веры — Благопромыслитель Бог предал меня сатане (Ср.: 1 Тим. 1, 20), его искушениям огненным, чтобы закалить меня, чтобы очистить мое служение и сделать его для меня вожделеннейшим; Он предал <меня> духу смущения и боязни, который, наводя на меня непонятный страх во время службы, вырывал из сердца и из уст моих слова молитвенные и оставлял меня, посрамленного, палящегося от его стрел разжжениых среди недоконченных молитв, — так, что я стал наконец желать как величайшего блага непреткновенного служения.

 

Есть люди, которые бежат от проповеди Слова Божия, как аспиды глухие и затыкающие уши свои (Ср.: Пс. 57, 5). — Да преткнутся такие о камень протыкания (Ср.: Рим. 9, 32), да запнутся стопы их в жизни их, чтобы они сердцем восчувствовали необходимость слушать Слово Божие и не ставили ни во что рабов Господа, трудящихся в проповедании Слова Божия ради просвещения и спасения душ человеческих. Да встретит их горе в жизни и да обратит оно сердца их к Богу сердца нашего. — Что же мы на самом деле? Разве мы хуже актеров, которых удостоивают великого внимания? Разве мы не говорим своих слов с душою, не произносим их с посильным умением? Разве не слово живое слово наше? Разве не речь народная в устах наших? Разве мы произносим глумления свои, а не закон, а не слово Господа нашего? Отчего же от нас бежат иногда? Где стыд и страх у этих людей? Где взирание их ко Владыке Христу, Богу Небесному, Коего очи и сердце в храме Его? — О! Плотские люди! Вы доказываете этим только, что вам трудно стоять и святейшую Литургию, не только слушать Слово Божие, под конец ее произносимое? Вы доказываете этим только то, что вы недостойны слышать, по своему маловерию и сердечной испорченности, Слова Божия, которое не вмещается в умах и сердцах ваших, что вам противно слово истины; вам приятны только слово земной мудрости, легкие чтения светские. Вы боитесь услышать слово спасения, потому что не находите нужным спасать свою душу, усыпленную обаянием света; ваши сердца одебелели, утолстели (Ср.: Ис. 6, 10), вы закрыли ваши очи, и уши