Вверх

ИОАННОВСКАЯ СЕМЬЯ

Храмы, монастыри, часовни, гимназии, приюты, братства, сестричества,
благотворительные фонды, общества и иные православные организации,
посвященные святому праведному Иоанну Кронштадтскому

29 Декабря 2018

«Благодарю Господа, даровав-шего нам этот земной рай!»


076_0262802b.jpg

Старинное село Ваулово Романово-Борисоглебского уезда с начала XVI века принадлежало знаменитому дворянскому роду Алябьевых. Оно располагалось в живописной местности: в низине, окруженной холмами и тенистыми рощами. Рядом протекала небольшая речка Вздержиножка, или «Сдержи ножка», как по-своему называл ее отец Иоанн Кронштадтский из-за того, что она была загромождена сучьями и кустами, переброшенными через реку как мостик.

Князь Василий Яковлевич Алябьев построил в селе деревянную церковь в честь Владимирской иконы Божией Матери, но в 1729 г. она сгорела. Спустя двадцать лет племянник князя, полковник Афанасий Иванович Алябьев, построил на ее месте новую церковь – каменную, двуглавую, в честь Успения Пресвятой Богородицы, с приделом в честь святителя Николая Чудотворца. Освятили ее в 1751 году. В 1767 году в Ваулове появилась еще одна теплая зимняя одноглавая церковь во имя преподобного Александра Свирского, устроителем которой стал племянник Афанасия Ивановича – поручик Василий Алексеевич Алябьев.

Последним владельцем поместья был граф Владимир Павлович Мордвинов, который служил тайным советником и сенатором, а также был известным судебным и общественным деятелем. В 1884 году в церкви во имя преподобного Александра Свирского его тщанием были сооружены новый престол и жертвенник, исправлен купол и вновь вызолочен крест. На доске бывшего жертвенника была написана икона Божией Матери «Знамение», в точную меру и подобие подлинной чудотворной иконы, находящейся в иконостасе Знаменского собора в Новгороде; на доске бывшего престола – икона Господа Вседержителя, сидящего на Престоле, с помещенного в книге первой «Христианских древностей» (изд. Прохорова) рисунка, снятого Зильценбергом с мозаичного изображения, находящегося в Софийском соборе в Константинополе. Местночтимой иконой была Грузинская икона Божией Матери.

В 1892-1893 годах при церкви преподобного Александра Свирского выросла колокольня, на которую были подняты четырнадцать колоколов.

По заказу В.П. Мордвинова для Вауловской Успенской Церкви была написана копия иконы «Благодатное Небо», с подлинника, который находится в иконостасе Архангельского собора Московского Кремля. По обычаю того времени икона была исполнена маслом на жести, что послужило ее сохранению на долгое время. Эта икона была освящена на Леушинском подворье в Санкт-Петербурге, затем торжественно доставлена в Ваулово.

В 1903 г. Мордвинов, будучи тяжело болен опухолью мозга, передал своё имение в дар Санкт-Петербургскому Иоанновскому монастырю, созданному трудами прав. Иоанна Кронштадтского, с которым Владимир Павлович был давно знаком.

Имение состояло из отдельных дач, в том числе дачи села Ваулова с находящимися там двумя каменными церквами, с церковным наделом в 33 десятины пашенной земли, ризничным и прочим церковным имуществом, церковными денежными капиталами и всеми церковными и помещичьими усадебными постройками. Иоанновский женский монастырь, в свою очередь, обязался открыть «в сем имении убежище, в коем престарелые монашествующие сестры находили бы себе удобный покой, а больные – отдых и средства к восстановлению своего здоровья, и принимать все меры к тому, чтобы в вауловских храмах богослужение совершаемо было неопустительно и благоговейно и чтобы в храмах сих отнюдь не прерываемо было правильное отправление церковного поминовения».

Отец Иоанн Кронштадтский прибыл в Ваулово 26 июня 1903 г. Благодаря сопровождавшему его художнику С. В. Животовскому сохранился прекрасный монтаж видов Ваулова и окрестностей. В книге «На север с отцом Иоанном Кронштадтским» описан их приезд в село: «Но вот среди зеленой рощи показались две белые старинные церкви, такая же белая колокольня и большой барский дом…

– Хорошее имение, хорошо будет здесь монахиням, – заговорил с нами ямщик. – Вот и колокольня эта замечательная … так в ней колокола подобраны, что «Коль славен…» играет. Батюшка здешний отец Павел – священник редкостный. Не священник – отец родной! Тридцать шесть лет здесь служит. Да как служит-то! И певчих здесь! А из других приходов народ к нему идет, потому служит с душой… Постник он и праведной жизни человек, – закончил наш ямщик, когда мы уже въезжали на широкий двор усадьбы, где мы были встречены хозяином дома с чисто русским радушием и гостеприимством».

Вскоре Вауловское имение было переименовано в Успенский скит С.-Петербургского Иоанновского монастыря. Для начала общежития отец Иоанн с игуменией Ангелиной перевели сюда из петербургской обители несколько опытных инокинь. Настоятельницей Скита считалась игуменья Ангелина, а заведующей – монахиня Евпраксия (Кононова), тетя игумении. Благодаря их трудам были построены дома для размещения сестер и причта, монастырская больница, богадельня, гостиница для приема богомольцев. Большую помощь в хозяйстве оказал небольшой кирпичный заводик, скотный двор, пруды, в которых разводили рыбу. Поначалу в скит монахинь присылали из Петербурга сроком на один год, а когда скит облагоустроился, то и на большее время.

По благословению отца Иоанна Кронштадтского в 1903 году в Вауловский Успенский женский скит был назначен о. Михаил (Сретенский), сын протоиерея Романова-Борисоглебского Воскресенского собора Леонида Сретенского. Благодаря о. Михаилу в Ваулове появилась пасека на 60 ульев. По рассказам старожилов, один из них был целиком стеклянный – специально для отца Иоанна, любившего наблюдать за пчелами.

В дневнике за 1908 год отец Иоанн Кронштадтский оставил несколько записей, относящихся к о. Михаилу. Вот некоторые из них: «Отцу иерею Михаилу Сретенскому желаю добра всякого, как себе. Да пользуется он даром Божиею землею – невозбранно, да трудится над пчелами. Отец Михаил – священник хороший, простой, трезвый, благонравный, в службе исправный, предупредительный, но притом семейный».

Ваулово было любимым летним местопребыванием Кронштадтского пастыря. Ослабленному неустанными трудами, болезнями батюшке нужны были покой и отдых, хоть на какое-то время. Вот что он писал домой в Кронштадт: «Я начинаю чувствовать себя лучше с каждым днем. И действительно, местность здесь так хороша, что для восстановления физических сил не нужны никакие другие дачи или заграничные курорты. Здесь я огражден от всяких «беспокойств».

«Здесь дивная красота природы, - писал батюшка, - но в духовном отношении Храмы Божии здесь – отца первая красота... Я служу ежедневно, причащаюсь, и монахинь и мирян причащаю часто. Луга, леса - загляденье - рай земной. Благодарю Господа, даровавшего нам этот земной рай. Он краше вашей Тарховки в сто раз, если не больше». Вауловские жители рассказывали, что здесь о. Иоанн исцелил отрока Владимира Градусова и предсказал ему, что он станет большим человеком. Это предсказание сбылось – он стал архиепископом Ярославским и Ростовским.

Для о. Иоанна специально был построен деревянный, двухэтажный домик. В саду за домом поставили беседку, которую батюшка называл «Мое уединение» . В ней он любил проводить время за чтением, в размышлениях и беседах. С июля 1906 года он всегда останавливался в своем домике, здесь же принимал своих многочисленных гостей и лишь иногда уезжал на несколько дней.

К весне 1908 года отец Иоанн был совсем слаб и уже не выезжал из Кронштадта в Петербург. Однако в апрельском письме к игумении Таисии, настоятельнице Иоанно-Предтеченского Леушинского женского монастыря, он пишет: «Если даст Бог мне лето благоприятно, на родину думаю не ехать, а пожить в Ваулове сначала, а потом у тебя в Леушине.» Действительно, в Суру батюшка не поехал, хотя еще в начале мая такое намерение у него оставалось. После очередного осмотра доктор В. Б. Берженсон предписал отцу Иоанну «специальное лечение под руководством врача-специалиста, полнейший отдых, постоянное пребывание на чистом деревенском воздухе, строжайший режим, отказ от всякого богослужения».

Кронштадтский пастырь поблагодарил доктора за консультацию, но сказал, что от богослужений, от постов и молитв за болящих он никогда не откажется, покуда болезнь окончательно не прикует его к постели. «Только один из ваших советов я исполню, – прибавил батюшка,– поеду, как и каждый год, в Архангельскую губернию, но находиться под постоянным наблюдением специального врача – этого я сделать не могу». Но поехал он все же не Суру, а в Ваулово, вместе с игуменией Ангелиной.

24 мая он уже был в Успенском скиту. 17 июля отец Иоанн выехал из Ваулова в Леушино, где пробыл десять дней, потом посетил Казань, Елабугу и Устюжну, а 14 июля снова возвратился в Ваулово. Вот одна запись, написанная здесь в своем дневнике: «Чтобы наследовать Небо и Вечную жизнь и сподобиться вечного сообщества святых Ангелов и святых человеков, нужно здесь, на земле, предочистить себя, возненавидеть грех и возлюбить правду и таким образом уподобиться Богу и святым Его… Святые всю жизнь готовились и очищали себя от всякой скверны плоти и духа; особенно надо научиться смирению, ибо начало греха – гордость».

Как бы заключительным аккордом его жизни явилась следующая запись: «Я должен буду вскоре оставить землю – прочь пристрастие нелепое, мертвящее ко всему земному; да возлюблю единое не потребу, да возлюблю Господа, мое Сокровище жизненное, неистощимое».

«28 июля, в понедельник, – говорится в дневнике далее, – пожаловал в Вауловский Успенский скит Высокопреосвященный архиепископ Ярославский и Ростовский Тихон, стоял и молился всю обедню, пил чай, закусывал, осматривал скит (11 часов до полудня), в час пополудни изволил обедать и в два часа уехал…»

Одна из насельниц Иоанновского монастыря, монахиня Арсения, об этой встрече рассказывала так: «Однажды приехал к нам архиерей Ярославский Тихон, и дорогой батюшка ему при мне сказал (я стояла здесь же в столовой) вот что. Когда им были поданы два кресла, они сели, а потом батюшка вдруг встает и говорит: «Владыка, пересядьте на другое кресло. Ваше место – патриаршее». Это ему батюшка предсказал вперед за семнадцать лет».

В последнее лето в своей жизни отец Иоанн отслужил в Вауловском скиту 40 Литургий, в память об этом батюшка благословил посадить 40 липовых веточек. Посажены они были летом слишком поздно, когда ни один саженец не приживается, но по молитвам и благословению Кронштадтского пастыря все веточки принялись. До сих пор прекрасная липовая аллея представляет собой память о дорогом батюшке.

Незадолго до кончины о. Иоанн передал игумении Таисии свои распоряжения по Ваулову. В первую очередь, они касались того, чтобы осиротевшие сестры во главе с верной помощницей игумении монахиней Евпраксией строго придерживались порядка, существовавшего в скиту при отце Иоанне.

Сразу после кончины великого праведника и позднее приезжали в скит многие священнослужители, чтобы помолиться в этом святом месте. Были и исцеления. Сам о.Михаил был исцелен прав. Иоанном Кронштадтским в 1910 году. В № 38 Ярославских Епархиальных ведомостей в заметке, озаглавленной «Чудесное выздоровление», было написано следующее:

«Священник Михаил Сретенский – избранник батюшки Иоанна, поставленный во священники в Вауловский Успенский скит благодаря ходатайству батюшки, пользовавшийся любовью и расположением его. После смерти отца Иоанна священнику Михаилу была сделана весьма серьезная операция уха – больной был захлороформирован, но, несмотря на это, все слышал, что говорили между собой во время операции доктора, слышал хрустение костей, но боли не чувствовал, а возле себя живо видел батюшку Иоанна присутствующим и наблюдающим за докторами-операторами до конца операции, которая совершилась весьма удачно. Перед совершением операции отец Михаил ездил в Санкт-Петербург ко гробу своего благодетеля, молился и испрашивал благословения батюшки на совершение этой операции, и накануне операции исповедовался и причастился Святых Таин при Александро-Невской больничной церкви».

В 1908 году в Успенском скиту было около 100 сестер, к 1917 году их число уменьшилось до 84.

В конце 1917 года монахиня Евпраксия была вызвана в Петроград во исполнение приказа архиепископа Петроградского Вениамина (Казанского) – будущего новомученика Российского – «О перевозке монастырских ценностей в надежные места». Ваулово показалось игумении Ангелине подходящим местом – и заведующая скитом перевезла святыни Иоанновского монастыря в Ваулово, где они и были зарыты в землю.

Из протокола заседания Артемьевского с/с от 28 января 1919 года известно, что в Ваулове находился отряд из Тутаевского уезда, командированный для ликвидации монастыря. Настоятель вауловских храмов отец Михаил Сретенский вынужден был покинуть скит. Часть сестер вместе с монахиней Евпраксией перешли в Иоанновский монастырь, который просуществовал до 18 апреля 1923 года. Другая часть сестер осталась в Ваулове и ближайших к нему деревнях – Луканском, Ефилове и других.

В 20-е годы обе церкви были разорены и разрушены. Семь икон, написанных на металле, переданы фабрике г. Тутаева «Тульма» на утилизацию, но дирекция фабрики эти иконы временно задержала как «незаконно туда попавшие». 25 февраля 1927 года по просьбе приходского совета Воскресенского собора г. Романово-Борисоглебска (Тутаева) все 7 икон, как не имеющие никакой ценности, были переданы в их храм. В числе этих икон был и чтимый Кронштадтским пастырем образ «Благодатное Небо», являющий собою непреходящую духовную ценность.

В 1927 году, вероятно по доносу, стало известно о том, что святыни Иоанновского монастыря зарыты в Ваулово. Ценности тут же были обнаружены, а в одной из ярославских газет появилась заметка под длинным заголовком: «Найден монастырский клад. 346 серебряных риз, крестов, лампад, подсвечников. Объяснение б. игуменьи».

Отец Михаил служил пока в храме Николы-на-Плесне, но в 1933 году он был арестован и сослан на 3 года в Казахстан. По возвращении отец Михаил с матушкой и дочерью Александрой поселились в селе Новеньком, батюшка наладил там пасеку и стал работать пчеловодом. После смерти матушки Александры отец Михаил получил назначение на священническую должность в Некоузский район, а потом – в Воскресенский собор в Тутаеве.

Заведующая Успенским скитом вместе с игуменией Таисией и двумя сестрами жили недалеко от монастыря на частной квартире. Монахиня Евпраксия была так называемой лишенкой и, не получая карточек на хлеб, жила за счет благодеяний. В 1932 году, в ожидании неминуемого ареста, она передала приемной дочери игумении Ангелины Надежде Столбовой все хранившиеся у нее реликвии – портреты отца Иоанна с дарственными надписями и какую-то часть скитских и монастырских документов. Судьба их неизвестна. В марте 1935 года монахиня Евпраксия как социально опасный элемент была выслана из Ленинграда, дальнейшая судьба ее не известна.

Последней (тайной) заведующей скитом (уже после его закрытия) стала мать Магдалина (в миру Мария Григорьевна Панкратьева). Она поступила в скит 25-летней девушкой в числе первых насельниц, появившихся в 1903 году, и в 1915 году была определена послушницей. После разорения Ваулова мать Маргарита оказалась в ссылке в Средней Азии. Отбыв там восьмилетний срок, она вернулась на родину и поселилась отдельно от семьи в маленьком домике, срубленном для нее братьями. По вечерам у нее собирались местные женщины, среди которых могли быть и уцелевшие сестры из Ваулова.

К 1930-м годам были полностью разрушены обе церкви, разобрана каменная ограда скита. Вауловское хозяйство вошло в состав племхоза №20 (ныне ОПХ «Тутаево»).

По этому поводу сохранился следующий документ: «Постановлением ГИКа Губземуправлению поручено организовать в совхозе «Ваулово» производство семян луговых трав и приступить к изучению вопросов кормодобывания как имеющих для развития совхоза губернии громадное значение. В настоящее время Губземуправлением указанное хозяйство уже принято от Госмелиортреста и приступлено к работе по его восстановлению к указанным выше целям. Самым необходимым является возведение скотного двора. Ремонт построек и приобретение скота».

В 1950-1960-х годах в Ваулове размещалась государственная конюшня, а затем вместо нее появился совхоз «Ваулово», существовавший до конца 1980-х годов. Теперь хозяйство находится в ведении Тутаевского моторного завода.

С 1997 года стал потихоньку восстанавливаться Вауловский Успенский скит, организован православный приход. Первыми молитвенниками и тружениками были ученики Православной школы г. Тутаева, которые помогали очищать здания от мусора. В бывшем странно-приимном доме устроили домовую церковь в честь прав. Иоанна Кронштадтского. Раскопки частично уцелевшего фундамента церкви преподобного Александра Свирского и сохранившиеся фотографии храма позволили архитектору Владимиру Медведеву выполнить проект его восстановления.

В июле 2003 года Ваулово отметило 100-летие со дня основания. На руинах храма Александра Свирского был воздвигнут алтарь. Божественную литургию совершил Владыка Кирилл, архиепископ Ярославский и Ростовский.

В 2005 году была возвращена икона «Благодатное Небо» и установлен поклонный Крест в липовой аллее.

Торжественно празднуются в Ваулове дни памяти Небесных покровителей этого святого места – святого праведного Иоанна Кронштадтского и преподобного Александра Свирского. По липовой аллее, посаженной по благословению св.Иоанна Кронштадтского, которую здесь называют «канавкой Дорогого Батюшки», люди проходят с молитвой на устах. Есть и в Скиту почитаемая святыня - камень из пещеры преп. Александра Свирского на Валааме.

В настоящее время начинается возрождение скитской жизни. В 2007 году в обители начали восстанавливать храм в честь Успения Божьей Матери. Внешний вид воссоздан по облику прежнего.

Адрес: 152325, Ярославская область, Тутаевский район, п/о Столбищи, ц/у Ваулово, ул. Монастырская , дом 2. Проезд до Вауловского скита: Автобус Тутаев - Осташево (остановка Ваулово), 6-40, 12-10, 16-20 (ежедневно) Из Москвы, Ярославля, Рыбинска до Тутаева на автобусе, из Москвы до Ярославля на электричке.

Источник: vera-istina-3.blogspot.com.

Фото: Савичева Ольга.